Auxilium

— Приедешь? — Не вижу смысла, — тебя спрашивают, будешь ли ты есть и, кивая и улыбаясь, ты абсолютно не слышишь, что говорят в трубке. — Ты точно не приедешь? — переспрашиваешь ты и машешь только что пришедшим людям. Даже если ты их впервые видишь. Человек на том конце провода тяжело вздыхает, будто понял, что ты его совсем не слушала: — Точно. — Всё, молчу, — сбрасываешь звонок, кладешь телефон на стол и тебя тут же уводят на танцпол, в самую толпу. Ты только успеваешь крикнуть друзьям, чтобы присмотрели за телефоном и вот уже отжигаешь под песню какого-то известного русского рэпера и даже пытаешься перекричать его, не задумываясь, откуда можешь знать текст и что ты забыла здесь. Не только среди танцующей толпы, а вообще в этом месте, в это время, с этими людьми. Сейчас это тебя не волнует. Есть только музыка, чувство эйфории и чьи-то руки на талии. А дальше пиво, текила, ром, сигарета на троих, душевные разговоры, виски с колой, снова пиво, водка со спрайтом, танцы и сорванный во время одной из песен голос. Когда телефон вновь оказывается в твоих руках, половины людей, с которыми ты начинала этот вечер, уже нет- разъехались по домам. Да и бар заметно опустел, остались только самые стойкие и ты. Та, которая не подумала, куда пойти после закрытия бара. Ты читаешь сообщения, которые пришли за время твоего отсутствия. От одногруппницы что-то про расписание понедельника, от мамы - с пожеланием спокойной ночи (да, она ведь думает, что ты уже видишь десятый сон) и ещё парочка, которая в данный момент представляют для тебя наибольший интерес, даже если это посты с котиками. Ты пишешь о том, что абсолютно не знаешь, куда пойти и это было очень глупо с твоей стороны — вот так вот не продумывать тусу полностью от и до. Ты пишешь: "Заберешь меня?" И в глубине души надеешься, что человек откажет, потому что это нагло с твоей стороны, но в то же время больше всего на свете тебе сейчас хочется видеть именно его. Он тебя отчитывает, но в шутку конечно же. Хочется в это верить. Напоминает, что ты совсем не хотела идти на эту вечеринку и спрашивает во-сколько закрывается бар, и ты говоришь, что через полчаса. "Сейчас буду" — всего два слова, но ты тут же трезвеешь и не понимаешь, что скажешь при встрече человеку, которого вытянула из дома против его воли. Кто-то, кто остался из твоей компании протягивает пиво и зовёт танцевать, ты убираешь телефон в рюкзак и тащишь его ближе к колонкам, чтобы лишиться не только голоса, но и слуха, а бармен объявляет в микрофон, что это последний трек на сегодня и что вы можете катиться к хуям из этого бара.

Бара, из которого под утро тебя мог забрать кто угодно, но это сделал именно Он.

***

Ты прощаешься с друзьями, садишь подругу в такси, а сама идешь на встречу. За тобой увязывается твоя одногруппница, потому что вам в одну сторону. И ты не знаешь, как сделать так, чтобы она не увидела его. Потому что если она увидит, то завтра об этом буду знать все. Даже те, кто не знает вас. Ты каждую минуту проверяешь телефон, чтобы не дай Бог, он не пошёл тебе на встречу. «Я на месте» пишет он. И твоё сердце начинает биться в разы быстрее, потому что одногруппница решила не сворачивать на перекрестке, а пойти с тобой дальше. Ты говоришь, что сейчас тебе надо будет повернуть налево и одногруппница кивает, говоря, что ей дальше по прямой. Вы прощаетесь на повороте, обнимая друг друга, и ты сразу замечаешь его машину, потому что в данный момент на парковке она одна-единственная. Ты бросаешь взгляд на уходящую девушку и понимаешь, что она ничего не заметила. Скорее всего потому, что не помнит какая у него машина. Или она просто пьяна. Ты медленно подходишь к машине, открываешь дверь, садишься на сидение рядом с водителем и натыкаешься на внимательный изучающий взгляд. Тебя накрывает волна осознания, что этот человек реально приехал, потому что ты попросила, потому что тебе так захотелось, потому что в твоей просьбе читалась безысходность. Потому что ты пьяна. Была. До этого момента. Ты начинаешь извиняться за свою просьбу и спрашиваешь, почему он не отказал тебе. — И куда бы ты пошла? Что бы ты сейчас делала? Ты пожимаешь плечами и смотришь на свои руки, что лежат на коленях. Тебе стыдно. Наверное, впервые в жизни. — А если бы я уже спал? — Мне повезло, — отвечаешь ты, осматривая колготки в сетку. Ты их где-то порвала. На самом видном месте. Ты решаешь поделиться своим открытием, но не слышишь ответа. Вместо него машина заводится, и вы куда-то едете. Ты пристегиваешься и садишься в пол-оборота, чтобы наблюдать за ним. Не знаешь зачем, просто тебе так хочется. Он внимательно следит за дорогой, как всегда. На светофоре бросает взгляд на тебя и хочется снова извиниться. Что ты и делаешь ещё раз пять. Он отвечает, что не видит ничего такого, за что нужно было бы извиняться. Начинает играть до жути знакомая песня и через несколько секунд ты понимаешь, что это Нойз со своим восхвалением Марса. Ты так давно не слышала эту песню, что просишь сделать громче и подпеваешь, прикрыв глаза. — На Марсе классно! — ты слышишь, что и он поёт эту песню, но очень тихо, а взгляд максимально сосредоточен. Тебе кажется, что это не из-за дороги, потому что вы уже на трассе, где нет машин. Ты спрашиваешь, о чем он думает. — О том, как объясню родителям твоё неожиданное появление у нас. И ты понимаешь, что он везёт тебя к себе. И становится жутко неудобно перед его родителями, которые скорее всего уже спят. И ты снова извиняешься. Он смотрит в боковое зеркало заднего вида с твоей стороны. Ты повторяешь за ним, заглядывая в зеркало с максимально близкого расстояния, и слышишь смешок. Поворачиваешься к нему, спрашивая, что его так развеселило. Он начинает подпевать Горшку, что играет из колонок. Он не злится и это радует, тебе становится спокойнее. До конца вашей поездки ты улыбаешься как дурочка, вы поёте песни из его плейлиста, а за окном трасса, освещенная десятком фонарей и этот момент, который запомнится тебе на всю жизнь.

***

Когда вы подъезжаете к его дому время уже 4:23, он выходит из машины, а ты сидишь в ней до последнего. Сидишь в надежде, что он оставит тебя спать в ней. Но он открывает тебе дверь машины и приходится выйти. Вы поднимаетесь по ступенькам к двери подъезда, но не заходите, потому что он достаёт пачку сигарет и закуривает. Ты встаёшь напротив него и опускаешь голову ему на грудь, закрываешь глаза и вдыхаешь сигаретный дым. Могла бы попросить сигаретку, но ты не куришь, когда трезва. — Только не усни, — слышишь ты его голос и отвечаешь, что ты не лошадь, чтобы спать стоя. Он выкидывает докуренную сигарету и, достав ключи, открывает дверь подъезда. Вы заходите в подъезд и подходите к лифту. И ты вспоминаешь, что боишься лифтов. Но молчишь и заходишь в лифт вслед за ним. Думаешь, что в этот раз всё обойдётся, но нет, как только лифт поехал тебя охватила дикая паника. Ты не хочешь выглядеть глупо (хотя, куда уж хуже) и просто закрываешь глаза и взываешь к самообладанию. — Что с тобой? Ты мотаешь головой и молишься, чтобы вы скорее поднялись на его этаж. Лифт, кажется, слышит твои молитвы (или же просто он живёт на четвертом этаже) и останавливается, открывая двери и выпуская тебя на волю. — Я боюсь лифтов, — говоришь ты, когда он проходит вперед тебя и открывает дверь квартиры. Он ничего не отвечает, запускает тебя в квартиру и заходит следом. Снимает обувь и проходит по коридору в свою комнату, по пути закрывая спальню родителей. Ты снова вспоминаешь как тебе неловко и стоишь на месте, прижав свой рюкзак к себе. Он возвращается в коридор и спрашивает, почему ты не раздеваешься. — Я боюсь, — отвечаешь ты шёпотом и слышишь, как он тихо смеётся, забирая у тебя рюкзак. Ты понимаешь, что уже поздно бояться, чувствовать себя неловко и что-то менять, поэтому снимаешь обувь и отдаёшь ему свою куртку. Ты проходишь в его комнату и садишься на диван, он заходит следом и, плотно закрыв дверь, садиться за компьютерный стол. Вы молчите. Ты занята рассматриванием комнаты и наслаждением неяркого освещения от настольной лампы, а он с кем-то переписывается. Ты смотришь в экран компьютера и читаешь его сообщения, зная, что так делать нельзя. Но тебе всё равно, потому что опьянение вернулось (а может это уже похмелье?). Он пишет своему другу (который не раз мелькал в пересланных тебе сообщениях с котиками, песелями и мемасами вк), что на сегодня их игры в что-то там закончены, потому что у него появились другие планы и он будет катать в Овервотч*. Друг отвечает, что такая себе смена игр и он соглашается с ним. Ты говоришь, что он может заняться, чем ему угодно. — Ты же хотела в неё поиграть. И ты улыбаешься, смотришь как он заходит в игру и выбирает матч. Какое-то время ты наблюдаешь за тем как он играет и рассказываешь, что было интересного и смешного на тусе, и неважно интересно ему это или нет. Он иногда комментирует моменты, а иногда просто посмеивается. Потом он предлагает тебе сыграть, ты говоришь, что у тебя не получится, потому что ты не очень хочешь и к тому же пьяна, он снова смеётся и продолжает играть.

***

Ты резко открываешь глаза и смотришь вокруг. Ноги до сих пор стоят на полу, а сама ты лежишь на диване. В комнате пусто. Ты уснула, а он куда-то ушёл. Сколько ты проспала? Ты решаешь дойти до туалета и выходишь из комнаты. Туалет был занят, но из него уже выходят. Ты в панике забегаешь обратно в комнату и сразу заходит он. — И что это было? — спрашивает он, улыбаясь. — Я хотела в туалет, — отвечаешь ты шёпотом и он, открывая дверь комнаты, показывает рукой в сторону туалета. Ты на цыпочках заходишь туда и улыбаешься, отмечая, какая ты дурочка. Вернувшись в комнату, ты видишь, что диван расправлен и застелен постельным бельём, а он сидит за столом и листает ленту новостей вк. Ты забираешься на диван к стене и смотришь на него. — Вода стоит справа от тебя, если что, — говорит он и ты резко начинаешь чувствовать жажду. Выпив почти всю воду, ты ложишься на диван и снова смотришь на него. Он взял листочек и карандаш и что-то увлечённо пишет. Тебя начинает морозить, ты лежишь и трясёшься, пока он не говорит тебе укрыться. Он выключает компьютер, свет и ложиться рядом с тобой. Ты укрываешь вас обоих одеялом и засыпаешь, отметив, что за окном уже рассвело.

***

Открыв глаза, ты думаешь, что стрелки часов перевалили за полдень, но взяв телефон видишь, что нет ещё и 11. Поворачиваешь голову влево и смотришь на него. Он мирно спит, сложив руки на груди. Ты замечаешь, что забрала всё одеяло и пытаешься его укрыть вновь. Он что-то бормочет, поворачивается к тебе спиной, и ты оставляешь эту затею. Закрываешь глаза и пробуешь поспать ещё. Когда ты снова открываешь глаза, он уже сидит за столом и смотрит в экран компьютера. Ты садишься и потягиваешься. — Доброе утро, — говоришь ты и он оборачивается. — Доброе, — отвечает он, — выспалась? Ты киваешь. Он встаёт и выходит из комнаты. Ты опустила взгляд на свои ноги и увидела дырки на колготках, начала их ковырять. — Сколько ложек сахара в чай? — он заглянул в комнату, ты подняла голову и улыбнулась. — Три… — И разбавить водой? Ты киваешь, и он снова уходит. Взяв свой рюкзак, ты достаёшь оттуда косметичку и понимаешь, что слышишь голоса в коридоре. Вспоминаешь, что там его родители и ты не знаешь, как выйти из комнаты до ванной. Он возвращается в комнату с двумя кружками чая и баранками. И ты пытаешься вспомнить, когда ела в последний раз. — Спасибо, — говоришь ты, забирая кружку с чаем и делая глоток. Восхитительно! — Ешь, — он протягивает тебе баранки, ты берешь упаковку и кладешь её рядом с собой, но из неё ничего не берешь. Он вопросительно смотрит на тебя, а ты молча показываешь в сторону двери. Он смеется, и ты понимаешь насколько глупо выглядишь. — Пойдём, — говорит он, открывая дверь, и ты встаёшь с постели. Он доводит тебя до ванной, открывает дверь. Включает свет, дожидается, когда ты туда зайдешь и закрывает за тобой дверь. Ты смотришь на себя в зеркало. Мятое платье, на голове бардак, макияж размазался. Ты смываешь макияж, расчесываешься, чистишь зубы и мажешь лицо кремом. Теперь хотя бы немного похожа на человека. В голову приходит мысль накраситься, но ты её сразу отметаешь. Нет ни сил, ни желания этого делать. Хочется чаю и ты помнишь, что он ждёт тебя в комнате. Ты возвращаешься в комнату, садишься на диван, берешь кружку и пьешь чай. Твой телефон оповещает о том, что скоро разрядится, и ты ставишь его на зарядку. Заходишь вк и видишь кучу сообщений в беседе с подругами. Они обсуждают кто как себя чувствует. Одна из подруг до сих пор продолжает тусить у каких-то друзей, но не у тех, с кем вчера уехала из бара. Другая подруга говорит, что чувствует себя замечательно и планирует ехать с квартиры, где ночевала в общагу. Ты, на удивление, тоже великолепно себя чувствуешь, похмелье отсутствует. — Какие у тебя планы дальше? — спрашивает он, отвлекаясь от экрана компьютера и поворачиваясь к тебе. Ты говоришь, что тебе надо поехать в другой конец города, чтобы забрать свои вещи, в которых ты была перед тем, как собраться на вечеринку. Он смеётся, а ты снова замечаешь дырку на колготках. — У тебя есть чёрные нитки? — спрашиваешь ты у него, и он переводит взгляд на твои колготки. — Ты собираешься их зашить? — он достаёт чёрные нитки с иголкой и подаёт тебе. — А у тебя есть ещё варианты как мне добраться до других вещей? Он ничего на это не отвечает, а ты начинаешь увлекательное занятие и думаешь, какая падла порвала твои колготки. Через несколько минут работа закончена, а ты вспоминаешь, что дырки сделала сама — ботинками, когда сидела за барной стойкой. Ты поднимаешь глаза и замечаешь, что он всё это время наблюдал за тобой, с небольшой усмешкой, как обычно. Ты отдаёшь ему швейные принадлежности и благодаришь. Не только за них, но и за всю ситуацию в целом, но он об этом не догадывается. Наверное. Ты собираешь свой рюкзак и выходишь в коридор вслед за ним. У входной двери стоит его старший брат, который говорит тебе: «Привет!». Ты отвечаешь: «Здравствуйте» и чувствуешь себя глупее, чем ночью. Неожиданно появляется его мама и ты с ней здороваешься, явно краснея. Она спрашивает, надолго ли он уходит. Он говорит, что нет и уходит с братом на кухню. Они о чём-то разговаривают, но ты не слышишь о чём, потому что слишком занята попыткой надеть свою обувь. Его мама уходит в комнату и тебе резко становится легче, почему-то к тебе пришла мысль, что ты не первая девушка, что ночует у него и его родители отнеслись к ситуации с неожиданным появлением ночью спокойно. Он выходит из кухни и помогает найти твою куртку. Вы одеваетесь и выходите из квартиры. Он начинает спускаться по лестнице. — Почему не лифт? — спрашиваешь ты, спускаясь за ним. — Ты же боишься, — отвечает он и ты улыбаешься, потому что обычно люди не запоминают данный факт о тебе. Вы выходите из подъезда, и ты ощущаешь, что вчера было теплее. Он спрашивает, есть ли у тебя зажигалка. Ты лезешь в карман куртки, потом прощупываешь декольте и понимаешь, что потеряла её в баре. — Очень вовремя, — говорит он, ведёт тебя в ближайший магазин и покупает там зажигалку. Ты всё это время стоишь и смотришь на его спину, думая, стоит ли тебе ещё раз благодарить его за спасение. Конечно, стоит, но ты решаешь ничего не говорить, пока что, и просто идешь за ним на остановку, иногда поглядывая на него. На остановке он закуривает, а ты высматриваешь автобус. Он говорит о том, что отвык от общественного транспорта и без понятия как часто ходит тот автобус, что тебе нужен. Вы молчите. Он смотрит на тебя. Тебе очень хочется спросить, что он писал на бумажке ночью, но ты не решаешься. Наконец, автобус, который довезет тебя до знакомой приезжает. Он обнимает тебя, а ты всё же благодаришь его ещё раз и целуешь в щёку. Затем он разворачивается и уходит, а ты садишься в автобус, платишь за проезд и думаешь, как повезло, что у тебя есть он.

Гребаная френдзона.