Такая болезнь.

Душно. Темно. Цифровая камера мигает красным огоньком – запись. Пальцы мнут простынь. Приторно-сладкий воздух кружит голову, в глазах расплываются струйки дыма от курительниц. Затянутый тяжёлыми тканями потолок кажется куполом шатра из сказок детства. Подростку становится хуже. Он не привычен к действию наркотика. На лбу выступает холодный пот. По телу проходит мелкая судорога. Словно рыба, выброшенная на сушу, он хватает ртом воздух. Демон засматривается на его губы. Может это и грех. Но это его грех. Это его суть и его жизнь. Люди падки на Удовольствие, а он падок на Людей. Сердце человека под его ладонью бьётся как пойманная бабочка. Безумная улыбка перечерчивает совершенное лицо Демона, когда сердце-бабочка замирает. ---------------------------------------------------------------------------------------- — Как тебя зовут-то? Парень нервно оборачивается, пальцы на пуговицах рубашки замирают. — Никак. Отброшенная рубашка, повисает на спинке стула. Щёлкает пряжка ремня. Джинсы парню велики, потому как он стягивает их с себя не расстегнув молнию. Демон почти мурлычет, наблюдая за парнем, неосознанно, томно выгибающимся, оголяя перед ним своё тело. Мальчик. Совсем мелкий. Ещё немного угловатый. Но с манящей тонкой кожей, такой, что видно каждую, даже самую тонкую, вену. — Куда ложиться? – Парень смотрит на отвернувшегося мужчину у окна на всю стену. Сомневается. Он кажется пугающим, страшным. Не зная почему, хочется отойти, убежать и спрятаться. — Подойди ко мне. Демон прячет оскал за нежной человеческой улыбкой, смущая чувства подростка, когда тот поднимает взгляд на его лицо. — Я буду называть тебя, Аллен – он притягивает к себе удивлённого подростка. – Красивое имя, да? – демон проводит по светлым волосам начинающей шлюхи. – Но я ненавижу это имя. Парень зажмуривается от боли, рывок за волосы – перед глазами на мгновение темнеет, а когда он начинает понимать, где оказался – забывает дышать и мечтает ослепнуть. Заходящее солнце, протискивается лучами сквозь громады высоток и небоскрёбов. Уже прохладный ветер, касается своими объятьями. Не хочу… Не хочу… Я не хочу умирать! ---------------------------------------------------------------------------------------- Тики, безучастно наблюдает за суетой внизу. Чужая одежда на спинке стула растворяется в воздухе за мгновение до того, как открывается дверь. -Тики? Демон не оборачивается. Достаёт из пачки сигарету и закуривает. — Там шум какой-то. Вот я и не заметил, как ты вернулся, малыш. Даже если закрыть глаза, эти светлые волосы не желают исчезать, эти серые глаза не перестают смотреть на него и эта нежная, бледная кожа продолжает манить его. Это рвёт его на части. Эта сложность выбора не даёт ему спать, грызёт изнутри, и скручивает всё его существо от болезненной истомы. — Шум? Это же не со стороны входа. Что там могло случиться. Но с нашего этажа ничего не видно. И это просто замечательно. -Тики? Он тушит сигарету о стекло. Прижимает к себе СВОЕГО АЛЛЕНА, гладит по волосам, целует седые пряди, обнимает его. Что угодно, лишь бы пацан не видел безумие в его глазах, не вырывался, увидев острые зубы. Демон внутри рычит, когда в грудь упираются тонкие ладони. Я болен, признаётся он сам себе. Я болен и это может вылечить только смерть. Только когда я умру – я успокоюсь. Растворюсь в небытие. — Ты меня задушишь, чёрт возьми! Тики! Болван, отпусти говорю! Я убью тебя, Аллен. Когда-нибудь, я смогу. Ты попадёшь к нему. А меня не станет.