Want to be with him.

Они столкнулись впервые в не самом лучшем для знакомств месте. Клуб, заполненный телами, порой даже симпатичными, но в большинстве своём абсолютно типичными, собирался стать для Чонгука временным прибежищем, которое должно было подарить ему доброе похмелье следующим утром, а взамен забрать кругленькую сумму денег. Но в какой-то момент, когда он уже был достаточно пьян, чтобы спокойно болтать с барменом, чувствуя, будто знает этого человека всю свою жизнь, его взгляд, немного затуманенный, тяжёлый для фокусировки, зацепился за аккуратную фигуру. Мягкие изгибы тела были первым, что заставило Чона заинтересоваться. Затем он увидел копну выкрашенных в отдающий серебром блонд, спустился до кистей, пальцев, что были нагружены на вид тяжёлыми кольцами. Лицо разглядеть ему было тяжело, но шатен был уверен, что парень, так просто приковавший его внимание к себе, обладает, если не сражающей наповал, то уж точно внешностью, которая заставит тебя ощутить самого себя уродцем на его фоне. Так он и начал наблюдать. Сталкерские наклонности проглядывались в Чонгуке с самого детства. Не просто же так он, будучи нелепым одиннадцатилеткой, не вышедшим ростом, тайком наблюдал на своей сестрой - тинейджером, что во всю ходила на свиданки с парнями постарше, и никак не подозревала, что её собственный брат может за этим наблюдать. Жутковато, разве нет? Сейчас, вспоминая, юноша испытывает сильнейшее чувство стыда, но тогда это не казалось ему чем-то странным. Это был обычный детский интерес. Так же он думал и о своей заинтересованности в сексуальной жизни сестры. После первого же раза, как он увидел её в одной постели с парнем, ему эта идея не понравилась и он тот час же сбежал, совершенно не имея никакого желания воссоздавать в памяти картинки того дня. Сейчас, когда он наблюдал за этим блондином, в его мыслях не всплывали никакие воспоминания, он спокойно смотрел, стараясь разглядеть лицо незнакомца, но, когда все попытки оказались тщетными, он обратил внимание на кое-что другое. Юноша говорил. Его губы двигались ни быстро, ни медленно. Чонгуков взгляд переметнулся на собеседника, что сидел прямо напротив интересующего шатена парня. Они сидели за одним из тех самых столов, которые обычно бронируются или выкупаются на определённое время богатенькими пузатыми дядьками, что приходят «пообщаться» со своими «друзьями», такими же алчными, как и они сами. Они упиваются в собственной власти, демонстративно выпячивая все свои козыри, будь то ключи от новенькой «Бэнтли» или же дорогие часы. Хвастаются друг перед другом, а после, вдоволь насладившись местным спиртным, лезут в драку. В драку друг с другом же. Чонгук фыркнул, на секунду теряя интерес и поворачивая свою голову обратно, лицом к бармену. -Повтори...- Он возвращает парню за барной стойкой свой бокал и возобновляет наблюдение. Собеседник оказывается не столь приятным: мужчина лет тридцати-сорока на вид, опрятно, но небогато одетый, с видным пивным пузом и проблемами с нервами. Такой вывод Чонгуку удалось сделать, понаблюдав за чересчур активной жестикуляцией и не сильно заметными покачиваниями его туловища взад вперёд во время повествования чего-то. Лицо Чонгук так же не смог рассмотреть, да и ему не было особо интересно. Он знал для себя, что этот мужчина обычный. Ни красивый, ни страшный, просто существующий таким, какой он есть. Чонгуку теперь было о чём задуматься. Может ли этот блондин быть обычным мальчиком на побегушках, что спят с «папочками» за добрую оплату своих услуг? Чону казалось, что нет. Общение этих двоих было больше похоже на разговор старых друзей, или же обычных родственников, да и мужчина не был похож на богатенького «папика», готового отдавать баснословные деньги за секс с красивым мальчиком. Хотя Чонгукова способность анализировать людей и ситуации сейчас была особенно занижена, так что его доводы всерьёз не воспринимались даже им самим. В следующую секунду шатен наблюдает за тем, как мужчина достаёт из кармана своих брюк не дешёвый, но и не стоящий огромных денег смартфон, и отвечает на звонок. Не проходит и десяти минут, как он собирает свои вещи, о чём-то лепечет и вскоре оставляет красивого юношу в одиночестве. И лишь аккуратный, как и его черты, бокал, скрашивает это одиночество. Блондин делает несколько глубоких глотков, осушая ёмкость, возвращает стеклянный сосуд на стол и откидывается на спинку мягкого кожаного дивана, укладывая ногу на ногу, таким образом лишь подчёркивая собственную грациозность. Ну или у Чонгука уже совсем крыша едет от недостатка внимания со стороны симпатичных юношей. Но ведь действительно, у Чона ни то что сексуальной жизни никакой уже год как, он целовался то последний раз месяца четыре назад, и то с девушкой. Симпатичной, страстной, но девушкой. А это не то. Не то, чего ему действительно хотелось бы. Да и человек, клюющий лишь на его кошелёк тоже не совсем подходящий вариант. Ему нужен партнёр. Не жадный и добрый, и желательно чтобы надолго. Не сильно ли много он хочет? Да плевать. Он не просит больше от партнёра, чем имеет сам. Он добрый, не жадный, не урод уж точно, о чём поговорить он найдёт обязательно, если захочет. Почему он до сих пор один? А впрочем, ничего удивительного. Он недоверчивый. Может жизнь жизнь научила, а может отец мозг промыл, вложив и укрепив, что доверять людям нельзя, особенно, когда эти люди знают о твоём достатке. Это может закончиться плохо для тебя, а эти «уроды» останутся лишь в плюсе. Вот и ходит теперь Чонгук, боясь каждой шавки за каждым мусорным баком. Он отворачивается от незнакомца, чтобы внимательно посмотреть в уже давно стоящий напротив него бокал с полупрозрачным коньяком. Хорошим дорогим коньяком. Резко у Чонгука пропадает какое-либо желание напиться до беспамятства сегодня. Он смотрит на чистую жидкость и его начинает мутить. Только этого бноше сейчас не хватало. Опозориться в хорошем клубе, в который он приходит не первый и точно не в последний раз, наблевав на барную стойку. Не желая портить свою репутацию и привлекать внимание всех вокруг; ну как всех... скорее всех в радиусе метра от него самого, Чонгук отрывает свой кажущийся удивительно тяжёлым зад от барного стула, направляясь в уборную. Но, к большому его удивлению, уже там, в уборной, тошноту как рукой снимает, остаётся лишь головокружение и непреодолимое желание вернуться домой, сопротивляться которому нет ни желания, ни единой вменяемой причины. Именно поэтому Чон уже через минут десять от силы оказывается на улице, встречаясь с прохладным отрезвляющим ветром и какой-то шпаной, что старается любыми силами пройти через охрану и попасть в клуб. Пройдя мимо, шатену оставалось лишь вызвать или же поймать такси и уже спустя полчаса оказаться у себя дома в тёплой постели, но, кажется, что-то пошло не так именно в тот момент, когда Чонгук услышал негромкий, но отчётливый женский вскрик. Сам не понимая зачем, он оглянулся, отметил для себя, что никто больше, кажется, не слышал ничего подобного, или же просто это было настолько частым происшествием здесь, что кто-либо не считал необходимым заострять своё внимание на какой-то ерунде. Но, судя по всему, алкоголь в крови Чона всё же играл свою роль, потому что в следующий момент он сдвинулся с места, и нет, не по направлению к дороге, а в сторону, откуда, по его скромному мнению, и раздался этот крик о помощи. Завернув за угол массивного здания клуба, он снова услышал женский голос, а его взору открылась картина, какую он был не удивлён обнаружить. На мокром от недавно только ушедшего отсюда дождя асфальте расселся парень, губа которого, судя по тому, что было реально разглядеть, кровоточила и была разбита, над ним возвышались сразу три человека. «Обычное быдло» - подытожил для самого себя Чон, уверенной поступью направляясь к компании. Он ни за что бы не полез сюда, будь трезвым. Героем парень себя никогда не считал, да что там, даже не думал о том, что это в теории возможно. Он, конечно, был в меру смел, но его мера имела чёткие границы, выходить за которые он не мог в силу неуверенности в собственных способностях. Но сейчас был другой случай. Смелость имела меру, но границы уже не казались столь чёткими, и Чонгук даже на секунду засомневался, есть ли они вообще? Девушка, что и издавала вскрики, кажется, от испуга, стояла за спиной избитого парня, хватаясь за его плечи и глазами, полными слёз, отчаянно старалась, кажется, испепелить обидчиков. «Уроды!» - сорвалось с её губ, и Чонгук был с нец полностью согласен в данный момент. Недолго думая, он подал голос. -Что здесь происходит?- Вау. Он звучал уверенно. Достаточно уверенно, чтобы не вызвать усмешек сочувствия со стороны обидчиков. -Парень, не лезь, куда не просят. Иди куда шёл.- Самый высокий и худощавый бросает это, даже не удосужившись обернуться и посмотреть на шатена, и это сильно злит последнего. Чувствуя себя, если не суперменом, то хотя бы бюджетным бетменом, Чонгук тут же наносит удар этому не одарённому умом человеку, сразу наблюдая, как тот падает. Нокаут. То, чего Чон явно не ожидал, но что стало удивительно приятной неожиданностью. Его Эго начало раздуваться. Уверенный взгляд плывущих куда-то глаз зацепился за следующую фигуру, что была значительно покрепче и уже что-то орала оглушённому собственным успехом Чонгуку. Он ввязался в драку. В такую нелепую и бессмысленную. Он даже не понимал, тех ли бьёт? Есть ли от этого толк? Он понимал лишь, что его кулаки слушаться совсем не желают, а вся дурь так и выходит в ходе этой потасовки. Когда же всё закончилось и все трое были на мокром асфальте, а Чонгук так и норовил присоединиться к ним, так как ноги не хотели слушаться, а головокружение лишь усилилось от нанесённых ударов, шатен оглядел присутствующих и услышал голос девушки, почувствовав её ладони на своём плече. -Спасибо! Спасибо большое! Ты в порядке? Боже! Твоя бровь!- Она громко тараторила всё это на одном дыхании, бурно жестикулируя и внимательно разглядывая лицо шатена. Чонгуку пришлось лишь отмахиваться, пока рыжая девушка не оглядела обидчиков и не вернулась к своему спутнику, который уже успел встать на ноги и лишь осматривал свои запачканные джинсы. -Пойдёмте отсюда. Быстрее. Чонгуку её слова казались крайне разумными. Им нечего здесь больше делать, если не хотят по новой отхватить. Она выскочила из переулка первая, обеспокоенно озираясь по сторонам, будто кого-то выискивая. -Вам ещё есть кого бояться?- Озвучил интересующий его вопрос Чонгук, на что парень, продолжая пытаться вытереть кровь со своей губы, отрицательно закивал. -Нет, я просто... у меня нет телефона, а вам нужно в больницу.- Теперь девушка смотрела на них, но волнения в её взгляде не поубавилось. -Как тебя зовут?- Чонгуку было не понятно, почему он до сих пор не знает имён тех, за кого только что чуть жизнь не отдал. -Ой! Извини! Я должна была поинтересоваться первой, ведь ты нас спас! Я Минхи! Кан Минхи!- Последовал поклон в девяносто градусов, а затем Минхи одарила их обоих широкой улыбкой. -А это...- Она указала на кучерявого юношу. -Мой брат, Кан Тэхён! А как тебя зовут? Чонгук оглядел худощавого паренька, имя которого сразу напомнило о былых временах и старом друге детства. Отогнав от себя ненужные сейчас мысли, он постарался улыбнуться. -Чон Чонгук.- Он повторил низкий поклон за девушкой, но столь резкое движение сказалось на его координации и дало в голову, заставив пожмуриться. Выпрямившись, он увидел чёрные круги перед глазами, которые уже через пару секунд рассеялись, оставляя после себя головную боль. -Извини за то, что доставили проблем... и спасибо. Большое спасибо.- Наконец голос подал и Тэхён. Он говорил значительно тише и без девчачьего восторга в голосе. Чонгук был готов возразить, не имя желания принимать благодарность, но вовремя одёрнул себя, выдавливая спокойную улыбку. -Всё в порядке. А теперь мне пора, и вам, как мне кажется, тоже, пока эти уроды не очухались.- Чонгук ещё раз оглядел их и, услышав ещё два искренних «спасибо», направился прочь. Вот так вечерок. Он хотел лишь напиться, а теперь идёт подвыпивший, избитый, замученный пешком домой, а в голове незнакомец с блондинистой копной волос, отдающих серебром. Отлично выбрался. Больше повторять в ближайшее время не будет. Надо дать зарасти хотя бы этим боевым ранениям. Как подметил Чон, его бровь неплохо кровоточила, так как он мог ощущать струйку крови, что текла между его глазом и виском прямиком к челюсти. Придётся обрабатывать и ходить с синяками да ссадинами. Но могло быть и хуже.

***

Неожиданности. Следующая неделя подарила Чонгуку ещё больше сюрпризов. Утро после его похождений выдалось действительно болезненным. Глаза кое-как удалось разлепить, всё лицо, как и правое предплечье, ныли, оповещая хозяина о повреждениях. Добравшись до зеркала в ванной, шатен был неприятно удивлён расползшимся на половину лица пятном запёкшейся крови. С трудом и болью, но всё же отмыв последствия драки со своей кожи, юноша почувствовал неожиданную головную боль, но, списав её на обычное похмелье, отлил и вернулся в кровать. Идти сегодня куда-либо он намерен не был. Он болеет и ему нужно отлежаться. Надо было лишь предупредить начальство об этом, но подобное проблемой не было. Напечатав короткое сообщение своему начальнику, Чон со спокойной душой прикрыл глаза, собираясь вздремнуть. И ему это даже удалось, правда ноющая боль, что отдавала от раны в брови в голову, не дала парню долго наслаждаться царствием Морфея. Остаток дня Чон Чонгук лежал, пялясь в потолок и силясь понять, стоит ли ему обращаться к врачу с до сих пор кровоточащей раной. Уже следующим днём он всё-таки направился в городскую больницу по причине того, что кровь останавливаться не спешила. В больнице его подлатали, не задавая лишних вопросов. Наложили швы на бровь, все ссадины обработали, осмотрели предплечье, после обработав ушиб мазью. Миловидная девушка рассказала шатену, что ему делать дальше и как ухаживать за ранами, сказала дату, когда придти на осмотр. Снятие швов будет после. Так и прошёл ещё один день без работы. Начальство дало одобрение на несколько выходных, узнав подробнее о причине столь неожиданного отсутствия. Остаток дня был проведён в кровати наедине с бутылочкой холодного пива, что прислонялась к голове каждый раз, как та начинала болеть. Так же прошли и последующие три дня. Лишь в субботу Чонгук собрал себя и свою волю в кулак и поднялся с постели, планируя прогуляться. Осмотрел своё отражение в зеркале, слегка поморщился от представшей перед ним картины, но, плюнув на собственный внешний вид, он оделся, направляясь в первую очередь в круглосуточный магазинчик неподалёку. Оказавшись в знакомом помещении, парень прошёл по уже отработанному маршруту, огибая полки с продовольственным товаром и оказываясь прямо напротив стеллажа с рамёном. Взяв сразу четыре разных, Чон направился на кассу, планируя там приобрести ещё и две сосиски, но. Произошло резкое и неожиданное «но». Он уже стоял на кассе в очереди прямо за пожилой женщиной, которая медлительно выкладывала все свои покупки, что явно были по объёму на ближайшие месяца три. Стоял на кассе и не думал ни о чём кроме еды, разглядывая перед собой различные сосиски, будь то в тесте, с сыром, без сыра, без теста. Он уже был уверен, что возьмёт без чего-либо. Но тут он услышал негромкое «извините, позвольте» с противоположной от старушки стороны. От неожиданности Чонгук слегка дёрнулся от протянутой перед ним руки, поворачиваясь лицом на голос и лишь на секунду теряясь, увидев перед собой симпатичное лицо. Затем взгляд быстро переходит на копну волос. Блондинистых, отдающих серебром волос. И тут шатен снова подвисает, не сразу понимая, почему сейчас испытывает столь странное чувство дежавю, но затем его окатывает воспоминаниями, будто ведром ледяной воды. Отчего-то нервно отведя взгляд и проследив за тем, как блондин хватает чупа-чупс с неизвестным вкусом, а затем быстро убирает руку, кажется, издавая тихий смешок, Чонгук спокойно прокашливается и пытается вернуть всё своё внимание женщине впереди, что уже оплачивает свои покупки. «Неужели это и правда возможно? Неужели действительно он?» - всё, что крутится в голове Чона, несмотря на все его попытки не думать о блондинистом юноше. Судьба? А может мозг Чонгука сломался и у этого парня просто такой же цвет волос, как и у того красавца из клуба? Затем женщина уже начинает складывать оплаченные товары в купленный пакет, а кассирша - молодая девушка - пробивает рамён Чонгука. Про сосиски последний чуть не позабыл напрочь, но в последний момент всё же в голове всё устаканилось и парень взял себя в руки, говоря девушке о желаемой пище. Та спокойно всё посчитала, включая пакет. Затем она мягко улыбнулась, принимая оплату и произнося заезженное «спасибо за покупку». Чонгуку далеко уходить не хочется. Как бы странно не было, но не хочется. Он выходит из магазинчика, откусывая добрый кусок от купленной сосиски, и только сейчас ему в голову приходит мысль о том, что неплохо было бы приобрести чего-нибудь попить. Возвращаться в магазин парень уже не собирается, поэтому придётся мучаться и кушать всухомятку. -Я уже говорил тебе, что не буду участвовать в этой ерунде. Прекрати настаивать.- Из магазина выплывает причина, по которой Чонгук до сих пор ошивается возле магазина, выходит, тихо хихикая и спотыкаясь о порожек. -Нет, я не боюсь, я просто не хочу... Да, от твоих постоянных попыток переубедить меня ничего не меняется, милый.- Юноша смеётся тихо, останавливается недалеко от Чона и упорно пытаясь одной рукой достать что-то из пакета. -Это я то вредный? Я вообще только что чуть не убился, чтоб ты знал... нет... просто пороги меня не любят. Всё, как буду дома, я напишу тебе. Пока.- Он сбрасывает, с улыбкой на лице запихивая айфон в карман светло-голубых джинс, всё же достаёт из пакета то, что ему необходимо, и этим оказывается обычная бутылка воды, которую вскоре открывают, и парень делает несколько жадных глотков. Чонгук находится в шаге от того, чтобы попросить у незнакомца отпить такой желанной сейчас жидкости, но понимает, насколько глупо будет выглядеть. Прямо за его спиной магазин, который он только что покинул, а он стоит и просит у прохожего его воду, на которую тот честно заработал. И вообще говорить с незнакомцами на улицах странно... даже если они такие красавчики. -Хочешь пить?- Чонгук дёргается. Чёрт. Чёрт. Чёрт. ЧЁРТ. Его раскрыли. Он идиот. Это фиаско. Самая глупая ситуация в его жизни. Он пялился. Пялился, как этот парень пьёт, и не посчитал это странным. А теперь тот тоже пялится. Стоит и внимательно следит, как Чонгук укладывается в гроб, погружает себя в яму и присыпает аккуратненько земелькой. Кажется, он начинает потеть. -Да нет, я просто ем.- Шатен переводит взгляд на палочку с сосиской в своих руках. Точнее... уже, кажется, без сосиски. Молодец, Чонгук, отныне ты заслуживаешь звания самого неловкого человека на этой планете. Объективно. -Ну... уже не ем. Спустя считанные секунды он слышит кажущиеся нервными смешки со стороны незнакомца, а затем видит бутылку, что оказывается заботливо протянута ему блондином. -Понятно. Сосиски здесь брать не буду.- Он улыбается беззаботно, а Чонгук окончательно путается, не понимая, может ли этот добрейшей души человек быть тем самым роковым красавцем из клуба. Сейчас на блондине не сковывающие движения, но хорошо сидящие на стройных ногах светлые джинсы, просторный свитер, больше похожий на женский и вообще домашний. Чонгуку он кажется милыйм. На парне из клуба же были чёрные брюки, правда непонятно, были ли они достаточно свободными, или сидели в облепку, подчёркивая каждый изгиб, а также рубашка с незамысловатыми полосками. Она хорошо сидела. Даже очень хорошо. У парня в клубе была идеальная на вид укладка, а у юношы перед ним обычные наскоро расчёсанные волосы, руки свободные от украшений в отличие от пальцев привлёкшего взор Чонгука человека. Он запутался. Но протянутую бутылку взял. Раз уж ему так настойчиво предлагают, то кто он такой, чтобы отказываться? Сделав три глотка, он отрывается от горлышка бутылки, возвращая её владельцу и стараясь выдавить непринуждённую улыбку. -Спасибо... я просто сам забыл купить воду, вот и пожалел.- Он дожидается, когда всё же сосуд с остатками воды окажется в руках блондина, а затем видит его еле ощутимые кивки. -Я так и подумал. Рад быть полезным. Меня Чимин зовут.- И он протягивает свою ладонь. У Чонгука сбои в системе по всем фронтам. Это так делается? Люди так просто знакомятся? Он только что узнал имя парня из клуба или это два разных молодых человека? -Чонгук.- Он пожимает чужую ладошку. Такую удивительно небольшую по сравнению с его собственной, и такую тёплую. Кажется, у Чона просто перестала циркулировать кровь. В таких ситуациях всё невозможное возможно. -Приятно познакомиться, Чонгук.- Так. Он назвал его имя. Это заставило Чонгука занервничать. Детская и глупая реакция. Ему двадцать три, он не должен так реагировать на подобные мелочи. -Взаимно.- Он до сих пор не знает возраст парня, но отчего-то он уверен на девяносто девять процентов в том, что он сам здесь выступает младшим. Если же это не так, ущипните его, и побольнее. -Я пойду. Больше не забывай про воду. Это важно.- Чимин снова расплывается в улыбке и подмигивает, наконец останавливая их рукопожатие и убирая руку. Кажется, оно было слишком долгим. Или же Чонгуку только кажется? Но сейчас это не важно. Он упускает Чимина, понимая, что есть угроза того, что они больше никогда не встретятся. Но шатен не может ничего с этим сделать. Он способен лишь стоять смотреть, как спина прелестного молодого человека отдаляется, и надеяться на ещё одну случайную встречу, в ходе которой у Чона будет возможность узнать его номер. По возвращении домой он смотрит в зеркало и не понимает, как Чимину этому было не страшно разговаривать с таким уродом? Чонгук сейчас больше всего напоминает какого-то хулигана с района, который только недавно участвовал в разборках, а теперь пожинает плоды собственной тупости.

***

Сложности. Проходит ещё неделя. Чонгук успевает побывать в больнице два раза, снять швы, помучаться от синеющего и причиняющего приличную боль синяка, что неспешно расползся по его предплечью, а также умудряется выйти на работу, каждый божий день таская на себе маску, чтобы скрыть хотя бы часть увечий, нанесённых обидчиками, и не пугать клиентов. О Чимине он так и продолжал вспоминать, но после их встречи в магазине тот словно сквозь землю провалился, оставляя после себя лишь приятные воспоминания и целую кучу вопросов. Шатен так и не смог определить, являлся ли красавчик из клуба и Чимин одним человеком. Он не был уверен, был ли цвет волос единственным, что связывало их, или же они были почти идентичны. Воспоминания с того вечера хоть и были, но были, откровенно говоря, расплывчатыми. Чонгук вообще удивлялся, как смог опьянеть от такого небольшого для него количества алкоголя, а также, как ему удалось так чётко запомнить этот блонд, отливающий серебром. В очередной день на работе, что был четвергом, Чонгук ждал клиентку - молодую девушку девятнадцати лет отроду, что уже в третий раз посещает его, продолжая набивать татуировки на своей левой руке. На тату именно в этом месте её вдохновил сам Чонгук, продемонстрировав невзначай собственные руки, а точнее правую, от пальцев и до самого плеча заполненную разнообразными рисунками, значение которых было известно лишь самому Чону. Для тату мастера его кожа была достаточно чистой. Возможно, отчасти даже слишком. Но ему не было интересно набивать бессмысленные изображения по всему своему телу в случайном порядке. Ему нужно, чтобы всё было логично и имело закономерность. Именно поэтому его рука постепенно заполнялась чернилами, начиная от кисти. Пока что больше ему, пожалуй, изображать было нечего. Раздался негромкий стук в деревянную дверь и в проёме появилась она. Девушка улыбнулась, тихо поинтересовавшись «можно?», на что Чонгук ответил лишь одобрительным кивком, вставая со стула и хватая новые перчатки, надевая на свои руки. -Всё делала, как вы и говорили. Как обычно. Всё в порядке. Сегодня мы будем набивать фразу или цветок?- Она проходит, усаживаясь в специальное кресло, а Чонгук натягивает на себя снятую на время перерыва маску. -Удобнее будет начать с цветка, так что так мы и поступим.- Она согласно кивает, а юноша принимается за работу. На ювелирную вырисовку замысловато стилизованного цветка Чонгуку потребовалось чуть меньше двух часов, за которые они с девушкой успели оба слегка подустать, но шатен был благодарен ей за её болтливость, ибо им не было скучно, уж точно. Она рассказала и о парне, что давно запал в душу. «Но он такой мудак» - прозвучало после перечисления всех его плюсов. Это заставило Чонгук рассмеяться. «Я собиралась придти ещё на прошлой неделе, но мне сказали, что вы до следующей не принимаете. Всё в порядке?» - Чону оставалось лишь ответить, что он слегка приболел, поэтому не мог работать. Не всем стоило делиться с малознакомыми, хоть и милыми, девушками. Но работа была выполнена, все разговоры закончены, а клиент с мастером довольны. Это Чонгуку нравилось больше всего. Обоюдное счастье. Она восторженно хихикнула, глянув на работу. «И всё же вы лучший мастер. Хоть я к другим и не ходила, но вы точно лучший. Спасибо.» Возможно, ради этого Чонгук и работал. Ради этой неподдельной радости его клиентов и их полной удовлетворённости его работой. Он испытывал от этого особое удовольствие. Договорившись с ней о следующем приёме, шатен тепло попрощался с миловидной леди, одаривая её широкой улыбкой, что недоступна была взору красивых глаз клиентки из-за маски, всё ещё нацепленной на лицо мастера. Остаток для прошёл за работой. Сначала европейской внешности мужчина, что знал корейский на уровне «Здравствуйте, меня зовут Аарон», затем две школьницы, что только-только выпустились из школы и решили украсить свои запястья парными татуировками. Чонгук не сильно любил парные тату. Он относился к числу тех скептиков, что недоверчиво говорили «рассоритесь, а татуировка вам на всю жизнь», не считая такое проявление своей привязанности обязательным. Но слово клиента - закон. Ему платят деньги за его работу, а не за недовольство. Всё же попытавшись образумить девочек, Чонгук набил им маленькие парные тату, и, будучи вполне даже довольным своей работой, отправил восвояси. Затем была женщина в возрасте, что пришла с просьбой изобразить на предплечье лицо её покойного мужа, который разбился в автокатастрофе уже полгода тому назад. Чонгук не задавал больше вопросов, изучил фото, поработал над эскизом и, когда женщина сказала, что довольна, они обсудили дату и время следующей встречи, когда мастер и начнёт наносить изображение на кожу женщины. В самом конце рабочего дня, когда клиенты закончились, к шатену заглянул Юнги - начальник и по совместительству друг Чонгука. -Ты закончил?- Копна блондинистых волос возникает в дверном проёме. Спокойное выражение лица, опрятная одежда и идеальная укладка. Мин Юнги по хозяйски проходит в Чонгуков обитель, почёсывая шею и даже не планируя дожидаться ответа на поставленный ранее вопрос. -Я хотел поговорить с тобой. -Говори.- Чонгук стягивает с себя маску, слыша хлопок закрытой начальником двери, а затем поворачивается на стуле, устраиваясь удобнее и встречаясь взглядом со взглядом Мина. -Помнишь, я упоминал того парня из бара?- Блондин хватает стоящий неподалёку стул, пододвигая его и, умостившись на нём, складывает ногу на ногу. -Того, который собирался посетить нас. Я договорился с ним о дате и времени, надеюсь, ты будешь свободен. -Во сколько?- Чонгук откровенно не понимал, почему тот новый знакомый его начальника не мог сам позвонить и записаться к нему, а решил договориться именно через Юнги. Хотя, возможно, были тонкости, о которых Чонгуку, как обычному работнику, знать было необязательно. Да и он не сильно интересовался. -В воскресенье в одиннадцать утра.- Стоп. Шатену сейчас послышалось, или его начальник действительно хочет заставить Чона работать в его законный выходной? -Хён, ты серьёзно?- Недоумение младшего так и читается на его лице, и, кажется, подобный расклад нисколько не беспокоит Мина, а даже наоборот, заставляет его растянуть губы в мягкой улыбке. -Ему нужно срочно, Чонгук, а свободен он только в воскресенье. Зато стоимость увеличивается в два раза, так что не отказывайся, работа с ним будет нам полезна.- Младший фыркает. Будто у него есть выбор. Всё равно с Юнги придётся согласиться и отработать, даже если это воскресенье, поэтому выражать недовольство нет смысла. С другой стороны, у него всё равно не было никаких планов на эти выходные. -Вот и договорились. Выглядишь действительно паршиво. Весь день в маске сидишь? -А что мне ещё остаётся? Я же не хочу распугать клиентов.- Мин на это одобрительно кивает, начиная настукивать по стулу неизвестный Чонгуку ритм своими пальцами. -Верно мыслишь. Может после твоей работы в воскресенье посидим в баре? Ты, я, Намджун, Сокджин-хён?- Так. Это уже кажется Чонгуку интереснее, и он даже слегка выпрямляет спину, заинтересованно хмыкая. -Можно, я не занят.- Они не собирались вместе уже, кажется, целую вечность, и именно поэтому шатен был лишь рад вновь встретиться со своими хёнами спустя время. -Тогда я спрошу у них, а затем напишу тебе и договоримся по времени.- Он поднимается на ноги, возвращая стул на его прежнее место и после брезгливо отряхивая руки. -Ты хоть бы пыль тут протёр, чистюля. -Хэй! Здесь чисто, я через день пыль везде протираю, иначе же заразу занести можно!- Юнги смеётся на детские возмущения младшего и после негромкого «до завтра» захлопывает за собой дверь. Вот так всегда. Не дожидается ответа и уходит. Возможно, Чонгук даже немного отвык от манеры общения своего начальника. А по хорошему, ему бы тоже уходить. Это действительно происходит. Проведя солнечное воскресное утро в компании непонятного молчаливого «специального» клиента, подосланного Юнги, и не обмолвившись с ним ни единым лишним словом, Чонгук созвонился с Мином, уточняя у того, все ли планы в силе, и точно ли ему там будут рады. Шатен с нетерпением ждал встречу со своими хёнами, потому, закончив работу, незамедлительно направился пешком в сторону обговоренного заранее бара. Они встречались там не впервые. Раньше Чонгук бы сказал, что это похоже на традицию - встречаться каждый месяц в одном и том же клубе, в котором когда-то барменом работала девушка Намджуна, которая сейчас уже не крутится в этой сфере и давненько не его девушка вовсе. Связано ли как-то их расставание с приостановлением регулярных походов в это приятное заведение? Чон не уверен. На подобное решение повлияло много факторов, включая занятость всех из их скромной компании. Намджун - вечно занятой бизнесмен с беспрерывно растущей компанией. Юнги - такой же бизнесмен, открывающий салон за салоном по всему Сеулу, а также постепенно смещающий и уничтожающий другие некогда перспективные компании, предоставляющие те же услуги. Но вот на Сокджине и Чонгуке система давала сбой. Чонгук работал второй год на собственного друга в одном из его салонов и был, хоть и достаточно успешным, но всё ещё рядовым работником. Сокджин же пошёл ещё дальше. Где он только не работал. Его уже стабильная должность официанта в небезызвестном ресторане совмещалась с периодической подработкой на кухне там же, а также с его главным увлечением - участием и игрой в абсолютно разнообразных спектаклях. Он давно хотел стать актёром, но в какой-то момент своей жизни, когда не преуспел в, как он говорил, «молодости», понял, что ему будет проще в тишине и спокойствии. Всё же «старость то не за горами». -Чонгук!- Парень видит знакомые фигуры, поднимающиеся из-за стола ему навстречу, встречается взглядами с глазами, переполненными счастьем. Его здесь действительно рады видеть. -Наконец-то!- Сокджин выговаривает это с шутливо-обиженной интонацией, по-дружески приобнимая младшенького и мягко постукивая по его спине своей рукой. Затем к объятиям с подошедшим парнем присоединяется и Намджун. Его ладонь так же мимолётно, но куда более крепко проходится по Чоновой спине, а улыбка украшает губы. Чонгук особенно рад его видеть. Если с Сокджином они пересекались как-то не так давно в магазине, то Джуна Чон видел последний раз лишь пару месяцев назад, и этого было более чем достаточно, чтобы соскучиться. -Садитесь уже. Чонгук, пьёшь?- Юнги с улыбкой на губах смотрит на то, как его друзья все приземляются на мягкие диванчики, удобнее устраиваясь. -Я бы соджу выпил... или просто пиво... не знаю.- Младший неуверенно хмурит брови и мнёт собственные пальцы, всё же делая свой выбор. -Наверное, всё же пиво. -Я тоже буду пиво и больше ничего. Напиваться же мы не планируем, я надеюсь?- Намджун обводит присутствующих взглядом. Чонгуку кажется, что за время, пока они не виделись, старший ещё больше похорошел. Такой красивый и взрослый. -Кстати, Чонгук, что с лицом?- Их взгляды сталкиваются. Чонгуку не хочется даже напрягаться, чтобы вспомнить тот вечер. -Да так, столкнулся с одними...- Продолжать он не собирается. Заминается на секунду, ожидая, что вопрос будет закрыт уже после такого неоднозначного ответа. -Да Чонгук у нас решил рыцарем заделаться. Детей каких-то от моральных уродов защитил.- Встревает Юнги. Чонгук бы возмутился в другой раз обязательно, но сейчас... может оно и к лучшему. Если Мину хочется, то пускай рассказывает. -Супермен наш. Сколько их было то?- К разговору подключается Сокджин, заинтересованно подаваясь вперёд, опираясь локтями о стол. -Трое. И до супермена мне очень далеко, чтобы ты знал, хён.- Чонгук хмыкает, улыбаясь в ответ на улыбку Джина. Ему уже здесь нравится. По-домашнему комфортно, хотя они далеко не дома. -Говорите, что заказать. Вам, как старикам, сидеть положено. -Правильно, сходи.- Юнги с улыбкой наблюдает за поднимающимся младшим. -Всем пиво?- Он уточняет, дожидается кивков от всех присутствующих и кивает сам. А Чонгук направляется делать заказ. Два часа пролетают незаметно за оживлёнными беседами в приятной компании, Чон пьёт, как и все его хёны, только пиво, которое обычно так просто не срубает крепкие организмы молодых людей, потому младший чувствует лишь лёгкое опьянение, которое вовсе не мешает ему свободно рассуждать на насущные за их столом темы. -Но её юбка была действительно короткой... неужели нельзя найти одежду нормального размера и длины?- Намджун агрессивно рассказывает о девушке, что работает на него уже второй год и впервые решилась на супер откровенный наряд, состоящий из минимального количества тряпья. -Она просто хотела произвести на тебя впечатление, идиот.- Юнги тихо посмеивается, делая жадные глотки пивного напитка. -Повышения она хотела. Вот и всё. Аж раздражает. Как быть спокойным и честным боссом, когда на тебя работают столь нечестные и беспокойные люди?- Намджун тоже присоединяется к распитию успокаивающего его пива, разминая затем собственную шею и прочищая горло. -Относись ко всему спокойнее, Намджун-а... Что им ещё остаётся, если ты непреклонен при её честной и упорной работе?- Сокджин встревает в диалог голосом, пропитанным иронией и щепоткой сарказма. Он уже не пьёт. Сидит, наблюдает, да пальцами по столу время от времени постукивает. Чонгуку же обсуждение пышногрудых, худощавых и миловидных девиц кажется чересчур скучным. Он сидит молча, вырисовывая ручкой, что постоянно болтается в его рюкзаке, на салфетке приходящие в голову узоры, которые по итогу, не исключено, пойдут в ход при работе над новыми эскизами. Юнги пододвигается ближе, Чонгук чувствует, как его нетяжёлая голова укладывается на его плечо, значит, Мин уже выпил достаточно, чтобы вести себя подобным образом. Чон улыбается, а старший внимательно следит за возникающими на мягкой салфетке рисунками. -Красиво... Ты фотографируешь ещё?- Голос старшего тихий и умиротворённый, не знай Чонгук Мина достаточно близко, сказал бы, что тому на сегодня пить хватит. Но это ещё далеко не предел. -Особо нечего фотографировать, но при случае да, фотографирую. А ты?- Чонгук устраивается поудобнее, а Юнги всё же убирает свою голову с чужого плеча. -Иногда... согласен, фотографировать вообще нечего. Пролетает ещё час, и парни наконец решают, что было бы неплохо уже расходится, всё же завтра понедельник, у всех работа. Быстро обсудив деньги, оставленные в баре всего за один вечер и в шутку повозмущавшись, все вместе вывалились из заведения. Все всё ещё твёрдо стояли на ногах, все, кроме Намджуна. Тот выпил, вероятно, чуть больше, нежели остальные, потому его слегка пошатывало и он был чересчур весел. Хотя может он выпил и намного больше. -Нужно вызвать такси... Намджун, стой ровно.- Юнги смеется и достаёт из кармана свой телефон. Пока он вызывает машину, Намджун облокачивается о Чонгука, приобнимая его за шею. -Хён, ты сегодня оторваться решил?- Чонгука заставляет улыбаться такое состояние старшего, оттого он и забавляется, переглядываясь с таким же смеющимся Сокджином. -Устал просто, да и по вам соскучился, давно встретиться хотел.- Джун треплет младшенького по мягким каштановым волосам, пока тот старается увернуться от крепко вцепившихся в него рук. -Ну перестань... ну хён...- Чонгук морщится наигранно, отпихивая от себя Намджуна и пару раз игриво щипая его за бока. Прилипчивым тот становится когда выпьет, хоть стой, хоть падай. Но Чонгуку тут падать не хочется. Асфальт слишком грязный для него. -Ждать минут 10-15. Намджун, не лезь к ребёнку. Ребёнок, не лезь к Намджуну. Осталось не долго терпеть общество друг друга, мальчики.- Мин тоже до сиз пор весёлый, но свежий воздух отрезвляет, оттого он ещё более спокойный теперь, чем был до этого. Сокджин говорил за вечер меньше всех. Это настораживало Чона. Это было нетипично и даже странно для старшего, но Юнги и Намджун игнорировали подобное поведение, поэтому шатен тоже старался не акцентировать на этом своё внимание. Ну а что? Разное бывает, разве нет? Может у него настроения нет. По прибытию домой сил у Чонгука отчего-то не было, и именно из-за этого он сразу пошёл в спальню, по пути стягивая с себя одежду и сразу забираясь на кровать, быстро засыпая.