Верните мне мой 2013!

— И как я, по твоему, должен это сделать? — пожал плечами Тим, насмешливо смотря на Софронову. — Не волнуйся, сейчас я тебе покажу, — Соня грозно направилась к парню, попутно встряхнув рукавами черной толстовки. Маски не отставал, и уже встал со стула, как длинные руки усадили его обратно. — Какого, — не он успел договорить, как обладатель «отсутствующего страха», а точнее, Хелен, заставил друга остаться на месте. Аня, тем временем, снова схватила подругу за локти, так же пытаясь утихомерить пыл блондинки. — Вас двоих точно нельзя оставлять наедине! — воскликнула Афинская, которая наблюдала за происходящем вместе с Найрасом. Когда суп был успешно съеден, а посуда помыта на столько, на сколько это возможно, девушки решили отправиться обратно в комнату. Они почти все время сидели там, так как не все были рады приходу новых лиц. До сих пор. Соня остановилась, и задумчиво посмотрела вбок. — Он кости ест? — спросила Софронова, прерывая тишину. Она смотрела на Смайл-дога. — Без понятия, — ответила Трофимова, прекрасно зная, что вопрос был адресован явно не ей. — Сейчас, значит, и проверим, — Соня достала из кастрюли кость, на которой все еще осталось пару кусочков мяса. — Эй! — пес откликнулся на её голос, и, увидев подзывающие жесты направился к девушке. — Будешь? — она достала лакомство из-за спины, и, показала его псу, попутно сгинаясь в коленях, что бы быть на его уровне. Жуткое существо сначала вопросительно оглядело всех присутствующих, а затем начала нюхать предмет в руках Софроновой. — Ну, — не выдержала та, протягивая кость еще ближе. Собака медленно обнюхала её еще раз, и только потом, ухватив лакомство зубами, отправилась обратно. Все остальные молча стояли на своих местах с лицами, а-ля «ты серьезно?». Блондинка встала, отряхивая руки, и недоумевающе посмотрела на друзей. Они еще раз переглянулись и отправились в привычном направлении. — Сегодня в двенадцать ночи, — прозвучал звонкий голос Джеффа. Брюнет указал на «наставников» девочек. — у выхода. Переоденьтесь. — он кинул на присутствующих уставший взгляд и отправился на диван, игнорируя обреченные вздохи товарищей. До двенадцати оставался час, из-за чего подруги спешно направились в комнату. Хорошенько заперев за собой дверь, Настя шумно выдохнула и нервно зашагала по комнате. Она трясла кистями рук, пытаясь снять напряжение, от чего кости начали болезненно похрустывать. — Успокойся, — вздохнула Трофимова, наблюдая за терзаниями подруги, на что та лишь возмущенно посмотрела на неё, и продолжила ходьбу. — Не получится. Как-никак первая охота, — протянула Софронова, всматриваясь в окно. — Ясен пень, она волнуется. Настя проигнорировала дальнейший диалог. У неё в голове сейчас творилась целая катастрофа. Сможет ли она убить? Вдруг оплошает? Испугается крови? Выдаст? Умрет? Подведёт? А сможет ли вообще отнять жизнь у человека? Как она сможет убить? Чем? Вопросы роились в голове, раскалывая её на части. Это будто из кастрюли медленно выливается горячая каша, как в миску набирается слишком много воды, это слишком сложно. — Эй, — совсем рядом послышались голоса девочек. Блондинки обеспокоенно оглядели подругу и быстро подошли к ней. Аня, хоть и не была любительницей объятий, всё же крепко обхватила Афинскую руками, как и Софронова.  — Мы справимся, — хором повторили девушки, сжимая шатенку еще сильней. — Как бы тяжело не было бы, — прошептала она, расплываясь в теплой улыбке. У неё есть друзья, и пока они живы, никакая угроза не страшна. — Да и вообще, мне кажется, бояться нечего, — Софронова ободряюще улыбнулась.

***

— Твою девизию, я сейчас сдохну, — прошипела блондинка, еле переплетая ноги от усталости. Мало того, что они шли уже второй час, так еще и по непролазным дебрям. Безглазый только хмыкнул на заявление девушки. Соня злобно зыркнула на него, ударившись макушкой о ветку. Блондинке казалось, что буквально пара шагов и ноги сами откажут идти дальше. Но несмотря на сильную усталость, она продолжала идти, понимая важность первого убийства. Наконец, чуть раздвинув ветви куста, школьница увидела немолодого мужчину явно в нетрезвом состоянии. Соня скривилась. — Он моя первая жертва? Ты серьёзно? — презрительно прошептала девушка. Она покосилась на «напарника», надеясь, что тот сейчас развернётся и пойдёт дальше, но этого не произошло. — В чём проблема? Представь, что делаешь доброе дело, избавляя мир от пьяниц, — пожал плечами маньяк. Софронова усмехнулась и двинулась к жертве. Словно просто проходя мимо, она крепко схватила новенький, ещё не запачканный кровью, топор, за острие. — Хей, а тебе не гово… Договорить мужчина не смог — рукоять ударила прямо по затылку. Он болезненно замычал, а девушка дрожащими руками вытащила пистолет из кобуры, прострелив обе ноги. Взмах топора — и лезвие отсекло полулысую голову. Еще несколько минут, и из тела был вырван позвоночник. Блондинка на этом хотела закончить, но заметила полупустую бутылку спиртного, и тот час же содержимое было вылито на труп. Треск искр, и пьяница уже горел, освещая запачканные кровью куртку и толстовку. — А позвоночник то зачем? — протянул Джек, скептически оглядывая горящий труп. — Сделаю себе плеть и устрою тоталитаризм.

***

— Кiт, ты маму мав? Мав! А тату мав? Мав! А брата мав? Мав! — напевала Настя, каждый раз с ехидной улыбкой смотря на спутника, ожидая увидеть его реакцию. — Ты заткнешься сегодня, нет?! — прошипел Тим, пробираясь через ветки деревьев. — Ой, да ладно тебе, — шатенка закатила глаза, продолжая напевать раздражающую мелодию, но уже чуть тише. Луна уже ярко светила высоко на синем, почти черном небе, а ночные птицы периодически перекликивались, перелетая с дерева на дерево. Ветер с каждой минутой становился холоднее, и потому Настя вздрогнула от мороза, нахлынувшего её тело. Для неё всегда было важным красиво выглядеть, и убийство не стало исключением: Черное пышное платьице, чуть касающееся колен, украшенное рюшами, черные капроновые колготки и аккуратные темные туфли. Или, типичный стиль «Готическая Лолита», он очень нравился Афинской. Спустя продолжительное количество времени они наконец-таки набрели на человека. Мужчина нервно оглядывался по сторонам, лихорадочно нащупывая что-то в кармане. Заметив девушку, одну, в платье, он расплылся в животной улыбке и оставил «поиски», потерев руки друг о друга. Афинская замерла, трясущимися руками заводя оружие. Она шумного сглотнула, сильно зажмурив глаза и подалась вперед. Рычащий звук бензопилы содрогнул воздух. Несколько мгновений, и парень, а точнее две его части оказались на земле. Черное платье забрызгано кровью. — Неплохо, — донесся из кустов безразличный голос Тима. — Еще бы, — шумно выдохнула Настя.

***

Путь сопровождался молчанием. Аня всю дорогу мысленно подготавливала себя к предстоящему убийству, а Хелен просто стеснялся заговорить первым. Шорох листьев заставлял невольно содрогаться, и каждый раз Трофимова нервно оглядывалась. Вообще, лес она не очень любит. Всему виной непролазные тропы и насекомые, которых она тщательно остерегалась. Отис периодически поглядывал на девушку, будто что-то выглядывал в её глазах, страх или… Вдруг быстрые шаги заставили убийц развернуться. Из-за колышущихся листьев виднелась высокая угловатая фигура. Парень ткнул локтем в бок блондинки, кивком указывая в сторону человека. — Да поняла я, — прошипела девушка, подкрадываясь к дереву. За ним стояла женщина, нет, девушка. Растрепанные черные волосы чуть развивало по ветру, черная грязная куртка и синевато-серая короткая юбка. На ногах высокие сапоги и характерные колготки в широкую сетку. Видимо, неподалеку была трасса, что естественно для подобной одежды. — Че, потерялась? — прочавкала брюнетка, сбрасывая пепел с сигареты. — Ты, типа, новенькая или что? — эти слова взбесили блондинку не на шутку. Она выглядела далеко не как представительница древнейшей профессии, на что указывали мешковатая кофта и джинсы. Трофимова подошла ближе, протягивая руку к креплению с ножом. Куртизанка не обратила на это внимания, делая еще одну затяжку. Но не успела она вытащить сигарету изо рта, как острый предмет проткнул живот. Та прохрипела, ухватившись рукой за кофту блондинки. Удар, еще, и еще, и девушка уже лежала на земле, издав последний вздох. — Ты всё? — поинтересовался из кустов Отис, пробираясь к напарнице. — Еще нет, — спокойно протянула Аня, доставая из кармана толстую иголку и каток прочных нитей. Криво, косо, но у брюнетки, через несколько минут уже были зашиты глаза и рот. Хелен весьма удивился подобному садистскому порыву, но ничего говорить не стал. Трофимова же, с чувством выполненного долга отряхнула руки и положила оружия на свои места. — Неожиданно, — все же выдавил из себя парень на обратном пути. Аня лишь победно улыбнулась.

***

Небо уже заливалось светлыми оттенками, а утреннее раздражающее пение птиц набирало обороты. Когда солнце стабильно светило, компании все же встретились. Девушки молчали, многозначительно переглядываясь между собой. Видимо, они обсудят все в комнате. А вот парни уже во всю обсуждали уровень садизма своих подопечных. Только увидев Софронову, Аня недоумевающе подняла брови, рассматривая предмет в руках подруги, а Хелен, поморщив нос, скептически оглядывал девушку. — Не спрашивай, — вздохнул Найрас, увидев взгляды ребят. Только девушки вошли в особняк, как на них накинулись куча людей с распросами о первых впечатлениях. Подруги старались отмахнуться, но толпа давила на них не только морально. — Угомонитесь, — лениво выкрикнул Джефф, продолжая сидеть на диване, — на собрании всё и узнаете. — и ребята всё же отстали от девочек, возбужденно обсуждая предстоящее собрание и новых членов их «семьи».

***

Настя плюхнулась на кровать, забираясь пальцами в темные волосы. Софронова молча вглядывалась в окно, теребя в руках «сувенир», а Аня уставилась в пустоту. Они пробыли в молчании около получаса, после чего Афинская решила заговорить. — Я разрезала его пополам, — обреченно и резко проговорила Настя. Она дрожащими руками поглаживала заляпанное кровавыми следами черное платье. — Поверить не могу… Я… Убила… — в глазах заблестел страх, а зрачки нервно двигались по комнате. — Мы все, — отрезала Трофимова, оглядывая окровавленные руки. — убийцы, — глаза расширились, и она, тяжело дыша устремила взгляд прямо на подругу. — Мы знали, на что идем. Та молча согласилась, передернувшись от воспоминаний о хрипящем и хлюпающем трупе. Но на сколько бы они не были отвратительными, она бы повторила эти действия. Снова. — Что это, — прохрипела Аня, еще раз разглядывая грязно-кровавый человеческий позвоночник в руках подруги. — Я хотела оставить его себе, — пожала плечами Соня, пытаясь скрыть тревогу в голосе. На сколько бы она не пыталась, было видно, что сейчас в ней кипит куча эмоций. Они втроем теперь безжалостные психопаты-убийцы. Их соседи — точно такие же, абсолютные психи. И как бы они сейчас не боялись — это их судьба. Их выбор. Их крипипаста.