Верните мне мой 2013!

Звон в ушах. Соня пытается открыть глаза, но они плохо поддаются. Ужасно болит голова. Простонав в таком положении около минуты, всё же получилось слегка разлепить веки. Проморгавшись, Софронова поднимает голову. - "Твою мать!" - пронеслось в голове. Пространство вокруг не напоминало комнату в особняке, и даже старую, собственную комнату тоже. Голова всё еще раскалывается. Девушка осмотрелась: белые, пошкрябанные стены, провисший серый потолок, коричнево-медные койки. На двух из них лежали знакомые силуэты, а на соседней, свернувшись калачиком, посапывала незнакомая девушка. Босыми ногами пробежавшись по холодному полу, блондинка аккуратно коснулась лица подруги. Она повернула темную голову: Настя спала, никаких повреждений не видело. То же и с Аней. Шумно выдохнув, та слегка качнула Трофимову. - Эй, - прошептала Соня, убирая светлые волосы с лица. - Поднимайся, Ань, слышишь? - подруга резко одернула голову, от чего Софронова невольно отстранилась. - Поднимайся, мы в палате. - Ты бредишь? - недовольно прошипела блондинка, не до конца раскрыв серые глаза. - В какой еще... - она высоко подняла брови и, быстро оглядевшись по сторонам, вопросительно посмотрела на подругу, но та лишь пожала плечами. - Какого хрена?! Где мы?! - Тише! - шикнула Соня, указав на спящую незнакомую соседку. Трофимова понимающе кивнула. Прежде чем оглядеть комнату, Аня пару раз моргнула, чтобы убедиться, что это не сон и все происходт наяву. Подруги поднялись с ржавых коек. Кровати издали неприятный скрипучий звук, напоминающий мяуканье старого кота. Соня подошла к Насте, чуть потреся подругу. Афинская что-то промычала, перевернулась на другой бок. Аня возмущённо подняла брови, опустилась к ее уху и довольно громко сказала: - Доброе утро, Вьетнам! Соня шикнула на блондинку, тыкнув ее в бок. - Ты че, охренела? - Настя кое-как попыталась подняться с кровати, но тут же рухнула обратно, ощутив боль в мышцах. - Что происходит? Где мы? - девушка испугалась не на шутку. Тело охватила мелкая дрожь, мысли болезненно проносились в голове, страх сковывал школьницу. - Да не кричите вы так! - Софронова полушепотом "прикрикнула" на девушек. Те мгновенно стихли. - Насть, ты подралась с Тараканчикой, потом... - Да это я помню, - огрызнулась Афинская. -Я спросила, где мы? В дурке, что-ли? - Ага, - кивнула Аня. - Писец...

***

- Присаживайтесь, - низким звонким голосом сказал мужчина в халате. Он держал в руках записную книжку. Рядом, на столе лежали книги по психологии, а на стенах красовались жуткие плакаты с человеческим черепом в разрезе, и мозг крупным планом. Всё это нагнетало и так не самую лучшую обстановку. - Афинская... - Настя, - продолжила шатенка. Недоверчиво взглянув на доктора, она уселась на стул. - Хорошо, Анастасия, - тот что-то пролистал в бумагах. - Вы поступили к нам прямо из школы, верно? - девушка цокнула, но согласилась. - Отлично, Настенька, отлично. Давайте не будем создавать неприятную атмосферу. Вас не просто так направили на лечение в больницу, определенно, нужна психологическая помощь, которую мы с коллегами готовы оказать, - Настя попыталась огрызнуться, но пожилой мужчина остановил её. - Я не собираюсь вам ничего рассказывать, - сложив руки на груди, все же вставила та. - И всё же, вас не выпустят без справки о регулярном посещении психотерапевта.

***

Шатенка зашла в палату. Подруги, увидев это, немедленно подскочили со своих мест. - Ну что? Как всё прошло? Он вводил тебя в транс? Пытался подчинить своей воле? - почти без перерыва тороторила Аня, заглядывая в глаза подруги. Соня же осматривала руки Афинской на наличие следов от шприца. - Тебе что-нибудь вкалывали перед приёмом? Ты помнишь, как зашла и вышла из кабинета? В глазах мутнеет? - взволнованно-серьезно проговорила Софронова. Она вертела запястья и локти Насти. - Всё в порядке, он просто задал несколько идиотских вопросов и отпустил меня, - пытаясь успокоить блондинок, спокойно протянула девушка. В коридоре снова прозвучало цоканье медсестерских туфель. - Трофоминова Анна, пройдемте за мной, - Аня зло посмотрела на брюнетку, что только что искаверкала её фамилию и, перекинувшись взволнованными взглядами с подругами, направилась вслед за невысокой женщиной. Аня сглотнула, прежде чем присесть на стул. - Ну здравствуйте, Анна.

***

- Анько, ты в порядке? Тебя пытали? - Соня грозно посмотрела на психиатра позади подруги. - София, не расслабляйтесь, сейчас ваша очередь, - позади девушек показался молоденький специалист. Блондинка яростно зашипела, но в кабинет прошла.

***

В столовой было тихо. Были заметные различия от обычной столовой. Девушки и парни в чистой одежде смирно сидели за столами с пустым взглядом. О, чтобы ощутить весь этот ужас гнятущей пустоты, нужно лично побывать в этом месте. Подруги старались держаться вместе, ни на шаг не отходя друг от друга. Медленным и осторожным шагом, они все таки пробрались к самому углу столовой, параллельно ухватив свой обед: липкая жёлтая куча, которая должна была быть картофельным пюре, круглая смердящая котлета и самый мутный в их жизни компот. Всё молчат, подозрительно поглядывая на троицу новеньких. Вдруг, в помещение зашёл парень, лет восемнадцати. Он вальяжно проскользнул в дверной проход, осматривая столовую. Увидев девушек в углу, хитро улыбнулся. - Новые прекрасные лица, - протянул брюнет, сверкнув карими глазами. Он подсел рядом с Аней, даже не спрашивая на то разрешения. Рядом с блондинкой так же сидела Настя, а напротив - Соня. Софронова кинула на парня недоверчивый взгляд. - Александр, - парень протянул руку, но так и не дождавшись ответного жеста убрал её обратно. - В общем, девочки. Вы тут новенькие, так что так уж и быть, прощаю вашу дерзость. Впредь, будте вежливее со старшими, - брюнет самодовольно ухмыльнулся. - Примем к сведению, - раздраженно протянула Настя, ковыряясь в желтой массе на тарелке. - В конце концов, в ваших интересах подчиняться. Если хотите еще выйти отсюда целыми. - Это была угроза? - Соня зло покосилась на парня. - Воспринимай как хочешь, малышка. - Повтори-ка, - блондинка поджала губы. Невиданная наглость. Парень чуть привстал, Софронова сделала то же самое. - А ты плохо слышишь? - Читай по губам: "иди нахуй", - брюнет стукнул по столу, надвигаясь к девушке. Настя и Аня, тем временем, сильно напряглись. - Вот так ты, значит, репутацию зарабатываешь? Обстановка становилась всё более напряженной. В тихом помещении раздавалась хорошо слышная ругань. - Заткнись, Климов, - наконец выпалила девушка, что сидела на другом конце стола. Она заправила за ухо растрепанные рыжие волосы, обнажая зеленые глаза. - Ты его знаешь? - невзначай выпалила Трофимова, выглядывая из-за подруги. - Конечно. Этого придурка вся больница знает, - она будто специально провоцировала парня, что сейчас кипел от ненависти к длинноволосой нахалке. - Так, что это тут у нас? - наконец, у дверей появилась та самая медсестра. Она сложила руки на груди, осматривая происходящее. - Софронова, Афинская, Трофимова, снова какие-то потасовки? - на немые покачивания головой женщина лишь закатила глаза. - Заберите свои результаты, и по палатам! Подруги скоро подошли к брюнетке, выхватывая из рук белые бумаги. Сошлись на том, что прочитают содержимое подальше от посторонних. Выходя из столовой, за ними увязалась и та самая длинноволосая девушка. В след всем четверым Александр провел большим пальцем у горла. Довольно-таки однозначный жест. - Он всегда ведёт себя, как придурок? - прорычала Настя. - К сожалению, - печально выдохнула незнакомка. Подруги переглянулись, но ничего не сказали. - Кстати, тебя как зовут-то? - спросила Аня, когда они подошли к палате. Рыжеволосая сильно запыхалась от быстрой ходьбы. Видимо, она не привыкла к такому. - Я Лиза, Лиза Карланкина, - девушка вошла внутрь и почти сразу же плюхнулась на койку. Соня, Настя и Аня поступили аналогично. - Офигеть, - Софронова широко распахнула глаза, увидев свой диагноз. - Тут столько умных слов, прям как в учебнике физики! - Мда, у меня, оказывается, тревожность, - Аня произнесла это настолько ровным тоном, будто она такое каждый день узнавала. - Нарци... Нарциссизм, - шатенка мрачно уставилась в листок бумаги. - Это не правда! Эти придурки считают, что я самовлюблённая! Голубоглазая усмехнулась, решив не говорить ей, что так считает всё их окружение. Не рушить же хрупкую психику подруги, правда? - Сонь, а что у тебя? - спросила Аня. Блондинка отложила документ на тумбу, легла на кровать спиной и уставилась в белый, как лицо СлендерМена, потолок. - Паранойя, - вздохнула девушка. - Да, ты и впрямь частенько думаешь, что за тобой следят или типо того... Девушки таки продолжили бы смотреть в пустоту, увлечённые своими "умными" мыслями, если бы не печальный голос Лизы. - Ребят, нам пора, - зеленоглазая встала и направилась к выходу. - Что? Куда? - недовольно брякнула Настя, уткнувшись лицом в подушку. - У нас что-то вроде свободного времени.

***

Оказалось, что "свободным" временем называют несколько часов, когда пациенты сидят в общей комнате и занимаются своими делами под наблюдением медсестёр. На самом деле, женщинам было плевать, между собой они бурно обсуждали новый выпуск "Пусть говорят". - Лиз, а тут всегда так тихо? - спросила Соня, развалившись в кресле. - Всегда, а вы как думали? - соседка мило улыбнулась, не отрываясь от рисования. На холсте гуашью было изоброжено печальное синее море, гром, ливень и тонущий корабль. - Ну у нас-то дома вообще уби... Настя не дала договорить Ане, треснув ей подзатыльник. Та ойкнула, прикусив язык и непонимающе посмотрев на зеленоглазую. - У тебя мошка в волосах сидела, вот я и прихлопнула, можешь не благодарить, хотя стоило бы, - оскалилась Настя. - У нас очень много родственников с недавнего времени, - ответила Соня Лизе. Та кивнула, но ничего не ответила. За окном моросил дождик, иногда слышался треск грома. Аня выглянула в окно. Печально... Такая тоска на улице! Слякость, дождь, весна. На улице и впрямь было грязно. Прохожие, как и в любой другой вечер, шли куда-то. Занятые, увлечённые своими мыслями. Они не видели друг друга, не были знакомы, но все становились одной серой массой. Трофимова присмотрелась и заметила белую кошку, лениво растянувшиюся на лавке. А вон большая бурая собака, гоняющая голубей на детской площадке. Школьники быстрт бежали по домам, стараясь не намокнуть. Кто накрыл голову портфелем, кто взял яркий зонт. И впрямь, тоскливо на душе и одиноко. - Ань, ты чего? - Настя обеспокоенно коснулась плеча подруги. Блондинка вздрогнула, отведя взгляд от окна. - Ничего, просто грустно как-то и тревожно, - пожала плечами девушка. - Понимаю, - кивнула шатенка. Она приобняла подругу и та слегка улыбнулась. Всё таки, есть хоть что-то хорошее и светлое в осени. - Эх, сейчас бы домой, - грустно сказала Соня. - Ага, терпеть этих дебилов, - хмыкнула Афинская. - Разве ты по ним не скучаешь? - удивлённо спросила Софронова. - Ну, скучаю чуть-чуть, и что? - Настя смущённо уставилась на свои коленки, прикрыв краснеющее лицо тонкими руками. - Да я бы щас даже лучше на алгебре сидела, чем здесь! - заявила Трофимова. Настя и Соня отшатнулись от неё. - Фу, терпеть эту мумию! - гаркнула Соня, сморщив нос. Девушки дружно рассмеялись. Да, вроде, второй день, как они здесь, а уже так скучают, даже по школе...

***

Вечерело. За дверью еле слышны тихие разговоры и цоканье медсестринских туфель. В палате тоже было достаточно спокойно. Троица лежали, распластавшись на койках и переваривая поступившую информацию о расстройствах. Иногда в голове проскальзывали мысли о крипипасте, что так скоро стала им домом, о наставниках, вечно недовольных поведением подопечных. О Слендере, который, возможно сейчас ходит по кругу, приговаривая какие же всё-таки новенькие глупые и безалаберные. От всех этих мыслей невольно становилось еще грустнее. - А вы откуда? - прервала тягучее молчание Лиза. Она рассматривала узоры на потолке от каплей дождя, что шел на улице. Подруги не ожидали такого резкого вопроса, и немного помедлили с ответом. - Крыжопольские мы, - вздохнула Аня, лежа вниз головой с края кровати. Настя и Соня молча кивнули. - Крыжополь? Не слышала о таком... Видимо, маленький городок? - Можно и так сказать, - Софронова повернулась на другой бок, в сторону собеседников. - А я из Красноречивинска. Тоже маленький совсем городишка. - Давно ты тут торчишь? - протянула Афинская, устало вздыхая. - Около года, может, больше. Точно не знаю. - Ничего себе! - глаза шатенки округлились. Она подняла голову, так же как и подруги уставившись на Лизу. - И тебя никто не забирает?! - А кому меня забирать? - огорченно вздохнула девушка, опустив зеленые глаза. - Из родных только брат сводный и остался. А я ему к чертикам не сдалась. Внутри стало как-то пусто. Было так жаль эту добрую и смелую девушку. - А ты с чем лежишь? - поинтересовалась Трофимова. - Депрессия. - И как? Идешь на поправку? - Да какая уж там поправка... Были бы врачи хорошие - может, и стало бы лучше... Страшно это. Страшно, когда добрый и милый человек живет в четырех стенах, никому не нужный. Страшно, когда людям, которым правда нужна помощь, просто втирают в голову то, что им на самом деле-то и не нужно. Страшно, когда нет никого, кто мог бы придти и спасти... - Послушай, - отвлеклась от раздумий Соня. - Что за Александр Климов? Он кто вообще? - Сашка Климов? Он тут, чтобы от армии откосить. Повезло, что еще не с шизой положили. Там отделение...ух! - И всё? - хохотнула Софонова. Она то думала, что он реально имеет какую-то важность в этих кругах, а это обычный недосолдат! Лиза улыбнулась и кивнула. Остальные минут двадцать все молчали. Никто не решался заговорить, да и настроение было ни к черту. - Твою мать! - выпалила Афинская, падая головой на подушку. - Я так скучаю по тем придуркам! Карланкина вопросительно посмотрела на шатенку, а затем и на улыбающихся подруг. - Ага... Они, наверное, места себе не находят! - хмыкнула Трофимова. - Пф, конечно. Наверняка уже праздник устроили в честь нашей пропажи, - засмеялась Соня. - Но, я сдаваться не собираюсь! Я всё еще хочу приготовить что-нибудь с Джеком! - А потом поженитесь, - после этих слов Настя получила резкий тычок в бок. - Да шучу я! - Вы о ком? Расскажите? - Лиза всё еще недоумевала. - Есть у нас одни Архаровцы, - продолжила Соня. - Да. Один постоянно недовольный, зато смешной и умный! - в голову Афинской врезались фразы Тима. Его шутки и взгляд. Она чертовски скучает по его подколам. - А другой спокойный, как река. Зато поесть любит, - в памяти Сони проплыла улыбка Джека. Воспоминания о его заботе, о том, как мило проявляется румянец на его щеках. Как же хотелось сейчас снова встретиться с другом. - И третий. Стеснительный маляр, - Аня же вспомнила то, как смущается Хелен, как он робко улыбается и, за счет высокого роста нависает над блондинкой, как фонарный столб. - Это ваши парни? Вопрос поставился так неожиданно, что Софронова даже поперхнулась: - Да ну! Какие нафиг... Нет, короче! Завтра еще один день, рядом с психами и потенциальными убийцами. Но, чем же тогда он будет отличаться от дома в особняке? Думаю... Окружающими людьми.