Чудо

- Как думаешь, Роберта сказала правду? Люсиль сидела на краю кровати и перебирала длинными пальчиками тёмные пряди волос, прикидывая в уме, что с ними можно сделать. Нет, у её ног сидел не Элиотт. К своим волосам он никого не подпускал лет с тринадцати. И оно было видно. - Ауч, - внизу пискнула Хлои, хлопнув девушку по рукам, - О чём бы ты сейчас не думала, этих волос и так не много. - Прости, - усмехнулась Люсиль и чмокнула девушку в макушку, - Так что ты думаешь, Демори? Элиотт сидел на подоконнике, докуривая свою сигарету и молча наблюдая за девочками. Сидел и пытался вспомнить, в какой момент постоянным гостем его квартиры стала не только Люсиль, с которой вместе под стол пешком ходили, но и милашка Хлои. И не смог. Она как-то вписалась, словно наконец заполнила недостающую часть их небольшого пазла из двух человек. Да и что тут скажешь? Если она любит его Люсиль, значит он будет любить и её. Всё просто. - Предсказания бабушки всегда сбываются. Она даже назначение Макрона в 2017 предсказала, - пожал плечами Демори, замечая нехитрые манипуляции с волосами Хлои. Кажется, Люсиль хотела заплести ей французскую косичку. Она тогда позвонила своему лучшему букмекеру, - Люсиль закатила глаза и взглянула на Эла, - А ты поверил и проиграл ей две сотни. Плохой пример. В конце концов Демори покрутил сигарету у лица, и, так и не докурив, потушил окурок об пепельницу и выбросил в окно. Осуждающий взгляд от девушек не заставил себя ждать. Ну да, вот такая вот он свинья, загрязняет экологию. Иногда быть буддистом тяжело! Он потом обязательно отработает. - А что я могу тебе сказать, Лис? Эти прозвища они получили ещё в детстве. Роберта называла их Эльф и Лиса. Элиотта из-за чуть острых кончиков ушей в детстве. А Люсиль, банально, из-за имени. Но прилипли они к ним уже на всю жизнь. - Этот твой птенчик, ты же его… - Лука, - Элиотт мгновенно поспешил исправить подругу. Словно так мог называть его только он один. В общем-то, так и было, - Его зовут Лука. - Дальше можешь уже не спрашивать, Лю, - тихо рассмеялась Хлои, подмигнув Демори. У него прям руки чесались показать ей средний палец, но хватит из него буддистских грехов на сегодня. Так что ему осталось только вздохнуть, принимая проигрыш. Элиотт быстро спрыгнул со своего места и упал рядом с Хлои, привалившись спиной к краю кровати. Мыслей было куча. Как и вопросов. Зато ответов - по нулям. Они оба знали об одном и том же. И оба молчали. И Элиотт в жизни бы не стал обвинять птенчика за то, что тот молчит. Ну или просто делает вид, что ничего не понял. Всё ты понял, маленький. По глазам видел. И по тому, как шарахаешься, как от огня. Глупые карты всё только усложнили. Нужно было соврать, что Шут - это финансовое благополучие, а Влюблённые - скорый минет. Демори почему-то не сомневался, что тот бы поверил, как бы не старался держать незаинтересованное лицо. Да он бы так уверовал, что стянул бы с Элиотта штаны прям там, возле расклада. Вселенная бы не простила… От мысли об этом Элиотт чуть поёжился. Да, он был одним из тех, кто, даже кончая, мимолётом думает о том, что на него с небес смотрит прабабушка Гретта. Выросли бы вы в такой семье, вряд ли бы сейчас ухохатывались. Элиотту вот было не до смеха. Теперь так совсем. - Куда вы хоть намылились? - спросил Демори, пытаясь хоть как-то отвлечься от мысли о всех тех разах, когда финал ему обломала прабабушка Гретта. Он поджал колени к груди и положил на них голову, теперь полностью сосредоточившись на рассматривании Хлои. Она была красивой, и даже гей Элиотт мог это признать. Глаза ведь у него есть. Так ещё и не просто глаза, а набитый взгляд художника. Красивое он мог бы отыскать даже в морге. Демори вдруг подумалось, что в такую Хлои он вполне мог бы влюбиться, будь всё иначе. В такую шебутную, весёлую, совершенно неуклюжую и красивую. Упрямую, нежную и любящую. А ещё больше, любящую всегда побеждать. Она была, как… Ну же, дурак, договаривай. Как птенчик, да? - Какая-то девчонка устраивает в их школе вечеринку в честь хэллоуина. Слава всем высшим силам, Люсиль вырвала Элиотта из охапки этих портящих ауру мыслей, и, на этот раз, он намерился полностью вникнуть в этот разговор. Вечеринка. В школе. Хлои. Птенчик! - Погоди, а ты разве не в одной школе с птенчиком учишься? Ну да Элиотт, ты прям вник...по самые яйца! - Мы тебе об этом пять минут назад говорили, - взмахнула рукой Люсиль, второй не выпуская косичку, - Но ты же у нас богема, нахер тебе простых смертных слушать! - Попрошу не выражаться в этот доме, уважаемая. Это цитадель… - Мне вот щас пойти и достать все нычки твоей травы? - Вопрос снят, - сдулся Элиотт, понимая, что проиграет всухую. Ну да! Он только начал свой путь и обвинять его в чём-то было очень не красиво. - А не поздновато для хэллоуина? - переспросил Демори, решив уточнить, - Неделя почти прошла. - Когда директор уехал тогда и хэллоуин, - пожала плечами Хлои, мол, ничего не поделаешь. Вдруг Элиотт заметил на себе взгляд Люсиль, который, он знал с детства, обычно не сулил ничего хорошего. Такое чувство, что вы лягушка, которую сейчас дети препарируют стёклышком. - Ты можешь куда-то убрать свои глаза… - как-то загнанно спросил Эл, вот ещё только от кровати не отползая. Уже хотелось сбежать. Как задницей чувствовал…. - У Хлои завалялся её билетик +1, - и тут Люсиль заулыбалась. И это было ещё хуже, чем взгляд. Теперь деваться ему было некуда. Проще сдохнуть. - А куда подевалось твоё желание нарядиться шлюхой-ведьмой? - попытался съязвить Демори, но ничего не получилось. Его подруга была настроена более, чем решительно. - Такое количество детей может вызвать у меня приступ эпилепсии, - фыркнула Люсиль, - А ты будешь как рыба в воде. И Элиотту очень сильно хотелось бы сказать, что он долго сопротивлялся и не соглашался. Но это было бы ложью. Даже не так. Это было бы конкретным таким пиздежом. Таким шансом мог не воспользоваться только конченный. А он не конченный. Буддист. Но не конченный.

***

Кем бы ни была эта Дафни, девчонкой она оказалась талантливой. Это Элиотт понял, едва успев переступить порог класса, который остальные называли студией. Если учесть, что они находились в школе, а украшать всё это приходилось либо тайком в учебное время, либо вечером, пробираясь мимо охраны, то её точно стоило похвалить. Это был, конечно, не Диснейленд, но на неплохую комнату страха тянуло на твёрдую четвёрочку. Всё вокруг было затянуто паутиной, в больших мисках был разлит ярко алый пунш, а из света - только свечи. Общую атмосферу портила только одна единственная вещь. Совершенно безобразное граффити, от которого у Элиотта едва не случился тот самый припадок, о котором говорила Люсиль. Да кто же так обращается с искусством, нелюди?! Даже смотреть на это было больно, так что Демори поспешил быстро переключить внимание на что-то другое. А “чего-то другого” тут, слава богу, было в избытке. Вы когда - нибудь видели десяток подростков, которые пытаются оригинально разодеться на хэллоуин? Вот и Элиотт очень давно не видел. Так что такое изобилие персонажей и безобразия цветов тут же ударили ему в глаза. Почти, что до боли. - Кто-то заказывал Эдварда Каллена? Элиотту даже не нужно было поворачиваться. Голос, доносящийся снизу, принадлежал птенчику, и пусть он всохнет на этом месте, если это не так. Ладно, разбрасываться такими мыслями, особенно если ты внук Роберты, не стоит. Но вот примерно на столько Демори был уверен в своей правоте. На такие слова птенчика он только рассмеялся. Вот же сравнения. Ни дать, ни взять. Прав ведь. Все эти мысли пронеслись в его голове разом за секунду, потому что уже на вторую он развернулся к птенчику лицом, опуская глаза и голову вниз. Специально. Дразня. И сработало безотказно. Птенчик в момент выровнялся, даже чуть привстав на носочки, чтобы казаться выше. Порядок, малыш. Тебя и так видно. Только тебя, вообще-то… Выглядел птенчик приблизительно так, как Элиотт представлял себе его внутренний мир. На нём была какая-то глупая футболка в бело-оранжевую полоску, синие укороченные джинсы, такие же синие кеды, и выкрашенная в рыжий прядь волос. Только спустя секунд десять до Элиотта дошло, кем сегодня был птенчик. - Да ты шутишь, - не удержался от смеха Демори, прикрыв рот рукой, - Финес?* Это твоё альтер-эго, что ли? На такую реакцию птенчик только нахмурился, и Элиотту тут же захотелось погладить его по волосам, которые сегодня выглядели ещё более безобразно, чем до этого. Ещё немного, и оттуда вполне могла вылететь семья птиц. И никто бы даже не удивился. Даже для шевелюры Демори это было слишком. - Только не говори, что обиделся, - мягко добавил Элиотт, даже не заметив, как Хлои ускользнула куда-то в сторону девочки с синими волосами. А она была прелестной. Надо бы обязательно с ней познакомиться. Вот сразу после того, как вернёт расположение птенчика. Ну же, маленький. Не ершись. Самому ведь не просто. - На херню не обижаются. И правда. Сказал, как отрезал. Посерьёзнел сразу, словно не семнадцать, а тридцать, не меньше. Ну не усложняй, птенчик. - Если идти по этой теории, то твоё альтер-эго - вампир метросексуал? И сам тут же рассмеялся. И рассмеялся так, словно стадо гиен шипят на свою жертву. Или голодные чайки кидаются на рыбу. Ну что за милый мальчик? Элиотт только плечами пожал. Он и сам прекрасно знал, как сейчас выглядит. Кожаная куртка, рваные, где можно и нельзя, джинсы, подрисованные скулы и упаковка с клыками в кармане. Цеплять их на свои зубы он отказался напрочь, но на всякий случай решил прихватить. Мало ли, какие у птенчика фетиши были. А они у него, похоже, и правда были. Потому что глаз отвести не мог, словно новогодний подарок глазами разворачивал. Хотя никто не был бы против рук, торопить мальчишку не хотелось. Пусть вдоволь насмотрится. Но пауза немножко затянулась и Эл невольно почувствовал себя коробкой от порно фильма. Надо было выручать птенчика, а то слюна сейчас по подбородку потечёт. - Не сочти грубым, но я бы с тобой лучше потанцевал, чем поговорил, - предложил Демори, щёлкнув прямо у птенчика перед носом. Красивым. Чисто французским. Революционным таким. - Ты хоть представляешь, как мы будем смотреться? - нахмурился птенчик, и Элиотт на мгновение задумался, а существует ли у этого сучёныша другая эмоция? - Эдвард Каллен и Финес из мультика? - Я не Эдвард, - настала очередь Демори возмущаться. Тоже ещё сравнение...оскорбление какое-то, - Как мы будем смотреться? А ты иди за мной и посмотрим.

***

Ну, похоже он и правда смог переубедить птенчика, потому что шла уже третья песня подряд, и они танцевали. С самой первой секунды самой первой песни птенчик отчётливо дал понять, кто блять здесь ведёт. Он смешно потянулся вперёд, снова привстал на носочки, осторожно приобнимая Элиотта за талию. И вся осторожность закончилась на половине второй песни. Элиотт чувствовал тепло его ладони даже сквозь кожаную ткань своей куртки. До звёздочек захотелось ближе. Ярче. Кожа к коже. И птенчик, словно почувствовал. А может бабуля правда права? Может правда почувствовал? Он нырнул рукой под белую футболку, прижимая ладонь к голой коже. И Элиотта словно молнией шарахнуло. Кровь кипела в венах, в ушах звенело так, словно кто-то врубил этот звук на полную в колонках. В один момент, он словно выключился. С этой секунды он не видел больше никого. Птенчик, хотя теперь называть его так было сложно. Это был Лука. Он был горячий, податливый, растекался в руках Демори, словно желе. Словно нажми посильнее, и он раствориться в воздухе. В какой-то момент Элиотту пришлось придерживать Лу за бёдра, чтобы обоим не сорвало крышу окончательно. Хотелось его всего. Всего и сразу, на меньшее Демори не был согласен. И знаете что? Элиотт в рот ебал такие вот танцы! Наклонился и мазнул языком по нижней губе. Тут же приоткрытый рот Луки вырубил все предохранители в сознании и теле Элиотта. Прости вселенная. Прости Будда. Но этим вечером мальчик целым домой не вернётся. А там Эл отработает...