Озеро

      Туман рассеялся. Ослепляющий свет исчез. Только нежно-голубые цветы все так же приятно освещали пространство вокруг озера. Было тихо. Вэй Ин лежал на прохладном ханьфу, чувствуя спиной горячий торс Ванцзи и сильные руки, крепко обнимавшие Старейшину Илина. Никто не сказал ни слова. С тех пор как они проснулись после, по видимому непродолжительного, сна заклинатели молча слушали размеренное дыхание друг друга, словно боясь разрушить эту тонкую нить, соединившую их пару часов назад.       Было неловко, особенно Вэй Ину. Теперь в голове крутилось еще больше мыслей о Лань Чжане. Почему он поддался ему? Почему позволил всему произойти? Почему так нежно целовал? Не в силах больше выносить в одиночку съедающих изнутри вопросов, на которые не находилось ответа, ВэйУсянь тихо произнес:       — Лань Чжань, почему ты меня не остановил? — он почувствовал, как тело заклинателя напряглось, руки сильнее сжали талию, но внезапно хватка ослабла, а Лань Чжань отпустил его, приняв сидячее положение.       — Вэй Ин, ты сожалеешь? — голос его звучал неуверенно, а взглядом Нефрит избегал встречи с юношей, который обернулся к нему.        — А ты? — спросил заклинатель, внезапно для себя понимая, что боится услышать ответ.        — Нет.       Услышав это короткое слово, Вэй Ин расслабил напряженное от волнения тело и облегченно выдохнул.       — Я тоже не сожалею, Лань Чжань. Вот уж не думал, что ты не против такого, а то я уж начал чувствовать себя совратителем. Представь себе, что бы со мной сделал Лань Цижень за такое! — Вэй Усянь растянул губы в улыбке, глаза блестели прежним задором.       Настроение беззаботной веселости прервал спокойный и серьезный тон Лань Ванцзи:       — Вэй Ин, твои слова… — мужчина запнулся, глядя на недоуменное выражение лица Старейшины и уточнил. — О том, что ты меня любишь, были просто шуткой?       Вэй Усянь впал в ступор. Лицо предательски залилось краской, когда память начала подкидывать подробности прошлой ночи. Ему было ужасно неловко от сказанных им тогда слов, особенно потому что он не совсем понимал, как умудрился раскрыть свои, такие сокровенные и даже не вполне им осознаваемые, чувства Лань Чжаню. Сейчас самым страшным для него казалось услышать реакцию Нефрита на эти слова. Что если он его отвергнет? Смерит таким же презрительным взглядом, как тогда в юношестве. Может свести все это к помутнению рассудка? Кстати о помутнении… Что вообще произошло? Вэй Ин, конечно, предполагал, что испытывает какие-то чувства к Лань Ванцзи, но не до такой же степени, чтобы сорваться!       — Лань Чжань, ты… ты понял, что произошло? Сдается мне вся обстановка была очень странной. Я был немного не в себе… Ты же почувствовал чье-то присутствие, я вот вроде слышал голоса, — Вэй Ин начал сбивчиво выдавать свои мысли, стараясь отвести внимание от напряженной темы.        — Был не в себе…. Я понял, — Лань Чжань посмотрел на юношу. В светлых глазах помимо привычной холодности плескалось, кажется, что-то еще… разочарование? Но почему?       Лань Ванцзи встал на ноги, подняв свой ханьфу, надевая его и направляясь к узкому проходу.       — Подожди, Лань Чжань, я хотел сказать… — Старейшина уж было поднялся, чтобы остановить Второго Нефрита, как вдруг вода в озере начала бурлить.       Заклинатели обернулись, напряженно переглянулись и замерли. Лань Ванцзи взялся за рукоять Биченя. Внезапно столб воды поднялся в воздух, приобретая очертания женской фигуры. Показалось миловидное лицо девушки, верхняя часть была человеческой, покрытой полупрозрачной чешуей, а нижняя так и оставалась жидкостью. Ноги, или по крайней мере то, что могло ими быть, уходили в воду. Длинные прозрачные волосы струились по худым плечам девушки, создавая еле слышимые звуки течения воды.       — Какие же вы, мальчики, странные, — голос был похож на журчание ручейка. Совершенно не чувствовалось опасности, и оба заклинателя приблизились к озеру.  — Ты дух этого места? Мы тебя, наверное, потревожили, прими наши глубочайшие извинения, — Вэй Ин одарил девушку своей коронной доброжелательной улыбкой.  — Да не то чтобы потревожили, я даже рада была, очень уж вы мне понравились, мальчики. Только вот, смотрела я на ваше выяснение отношений и недоумевала. Вроде и не глупенькие, а ведете себя не пойми как. Заклинатели переглянулись, немного смутившись, но Вэй Ин вдруг решительно выступил вперед и спросил:  — Что ты сделала с нами? Не похоже, что здесь обошлось без твоей помощи.  — Как сказать… в целом, да. Я приложила к этому руку. Как давно я не видела такой страсти, ха-ха-ха-хаа, — звонко рассмеявшись, она добавила, — Но без вас у меня бы ничего не вышло.  — Что ты имеешь в виду? — вмешался в разговор Второй Нефрит.  — Ты еще спрашиваешь? Это же очевидно. Я про чувства, которые вы испытываете друг к другу. Без них, к сожалению, я бессильна. А мне уже так давно не удавалось получить любовную энергию, — она грустно выдохнула, опустив черные глаза, обрамленные редкими белыми ресницами. Заклинателям стало ясно, что этот дух озера поглощает энергию людей, заставляя их вступать в интимную близость. Только один вопрос не давал им обоим покоя. Вэй Ин нерешительно начал:  — Про какие чувства ты говоришь? Дух вскинула голову из-за чего волосы прожурчали громче, чем обычно, и улыбнулась.  — Все-таки глупенькие вы, я про взаимные чувства говорю, вза-им-ны-е, — выделяя каждый слог произнесла девушка, — и слепой заметит, как вас тянет друг к другу. Пришлось потратить больше сил, чтобы сделать ваш первый раз безболезненным, но это того стоило, ха-хаа-ха! Заклинатели посмотрели друг на друга. Никто не мог отвести взгляд. В воздухе повисла тишина, прерываемая только звуками стекающей воды. Увидев это, девушка мило улыбнулась и исчезла, незаметно погрузившись в холодные воды озера, слегка всколыхнув водную гладь, отчего цветки на ней закачались.  — Вэй Ин… — Нефрит нерешительно нарушил тишину, но запнулся, не в силах продолжить.  — Лань Чжань, ты меня любишь? — казалось, сердце сейчас остановится. Хотелось поскорее услышать ответ.  — Я люблю тебя, Вэй Ин, — серьезно, как будто давал клятву навеки, произнес Лань Ванцзи, смотря в серые глаза, которые сейчас лучились еле сдерживаемым счастьем. — Всегда любил. Вэй Усянь больше не смог терпеть. Он подбежал и приник всем телом к Лань Чжаню, оставляя на его губах нежный поцелуй, и прошептал:  — Больше не оставляй меня одного, гэгэ.