Проклятое дитя Поттера

Стоило парню покинуть вагон поезда, он тут же оказался в крепких объятиях его любимого гриффиндорца. Лучший друг Джеймса Сириуса Поттера был огромным в свои неполные 17 гриффом, которого Поттер часто сравнивал с медведем: большой, немного неуклюжий, и до жути любит обниматься. Кристофер сжимал Поттера руками, говоря что-то о том, что скучал, а Джей смог только радостно посмеяться в ответ. И уже минуту спустя к ним подошли Амфисбена и Томас, которые, конечно, так же были рада встрече, однако показывали свои эмоции очень сдержано, так, как следовало вести аристократам. И вся эта веселая отправились к школе. Людей вокруг не было, поэтому Джей с удовольствием слышал как смущенно прикрывает рот его подружка, когда смеется с немного глупых шуток Криса. Дорога была недолгой, а уже около входа тот смеялся громче Джеймса, которого щекотал. На шум, создаваемый старшекурсниками тут же примчался Филч, который, конечно, не думая, что говорит, стал ругаться: -А Вы, Поттер, ведете себя абсолютно недостойно своего отца, позоря его фамилию. - под конец выплюнул мужчина, заставляя юношу нахмуриться. Парень просто прошел дальше, но для всех в этой компании день был испорчен: очень уж близки они были. Гул в большом зале остановился, стоило директору Снейпу пройти через распахнутые двери. Абсолютно все ученики замолчали, смотря на первогодок, которые завороженно оглядывались плавающие в воздухе свечи и большие флаги Слизерина, украшающие зал и знаменующие победу змей. Профессор Макгонагалл надевала на детей шляпу, а потом один из факультетов разрывался в аплодисментах, приветствуя юного волшебника. Джеймс, как бывший староста, проследил, чтобы маленькие змейки заняли место у стола Слизерина, послушал речь своего декана, а потом вышел. Ни аппетита, ни настроения не было, а со своим крестным он поговорит позже. Профессор Снейп был довольно близок к отцу Джея и был частым гостем в их доме. Конечно, сейчас Джеймс мог сказать с уверенностью, что рады Северусу были только сам Джеймс и Гарри. Мать каждый раз недовольно пыхтела на отца, а иногда это заканчивалось ссорой. Но Джеймс думал, что его мама и отец любили друг друга. И от этого становилось немного грустно: отца больше нет, дома жить было невыносимо, а мать так и видела в нем самом причину ее несбывшейся карьеры. Джиневра Поттер свои 38 лет была вдовой национального героя, матерью семнадцатилетнего слизеринца и домохозяйкой. Пожалуй, это все слова, которыми Джеймс мог описать свою мать. Выручай комната встретила парня теплым чаем, яркими языками пламени в камине и удобным креслом, где парень устраивался каждый раз, когда хотел уединения. Хогвартс понимал его, создавая покой. Однако ощущение надвигающейся беды, появившееся совсем недавно, не отпускало парня. Он снова и снова пытался прислушаться к себе, однако ничего не помогало. Он так и не понял, что именно держит его в напряжении. Усталость от переезда сделали свое дело, и юноша прикрыл глаза, проваливаясь в беспокойный сон. И уже через пелену сна он услышал тихое: -Интересно, а твоему отцу шли бы веснушки так же, как и тебе?