Любимый козёл

— Я тебя ненавижу, мразь! Козёл! Уйди нахуй из нашей жизни! Омега подлетает к перилам балкона и пытается попасть светильником альфе в глаз. Хоть его альфой назвать язык не повернётся — внизу стоит обычный кабель. — Тэ, можно мы поговорим? Прошу успокойся! — уклоняясь от вещей, кричит Чон, понимая, что долго он так не протянет. Итак, это семейство Чон. Точнее, было семейство Чон. Все знали их как примерную семейную пару с двумя детьми — альфой Кёнсу и омежкой Юджи. Брат и сестра в тот день были у бабушки и, к счастью, не видели, что происходило и какие нехорошие слова кричали их родители. И к счастью, до сих пор дети не узнали тех ужасов, что были, хоть и прошло пять лет. Завтра эти два ангелочка пойдут в четвёртый класс, поэтому они носятся по всей квартире как угорелые. И каждые пять минут спрашивают папу — придёт ли отец? — Вот чем быстрее вы соберётесь к бабушке, тем быстрее я поеду на работу и уточню у папы. Целуя своих ангелочков в макушку, Ким со скоростью света бежит в комнату для поисков своего галстука. — Юджи, зайка, ты не видела мой галстук? — В шкафу, вторая полка сверху, в левом углу. — Спасибо. Тэ берет в руки галстук и пытается как можно аккуратней его завязать. Юджи была его личным спасителем, после его развода с Чоном, та стала более сдержанной и взрослой. Всегда помогала по домашним делам и вполне могла бы уже жить одна, только ей ещё 10 и отпустит её Тэ не скоро. Тэхен видит в отражении, что за ним наблюдает его солнце и делает вид, что у него никак не получается завязать этот чёртов галстук. Девочка обречённо вздыхает и идёт к папе, прося его присесть на стул. Конечно, Ким умел завязывать галстук, но он знает как Ю любит это делать, поэтому пытается радовать даже такими мелочами. Малышка потуже затягивает и отходит чуть дальше, оценивая свою работу. Старший тоже смотрит через зеркало — все как обычно идеально. — Спасибо, солнце, беги обуваться. — омега чмокает ребёнка и идёт за своим пиджаком в зал.

***

Время 9:20, у Тэхена осталось 10 минут, чтобы успеть добраться до верхнего этажа, зайти к директору, оповестить, что их дети у бабушки и что он заебался, и завтра утром их забирает Чонгук. По дороге от лифта до кабинета Чона он улыбается всем подряд и желает доброго утра. Все знают, что секретарь Ким — самый милейший омега в этом здании. Все так думают, кроме господина Чона, ведь только он знает эту капризную омегу, который сейчас вошёл без разрешения и, чуть ли не в лицо, кинул ему очень важные бумаги. — Я слишком устал. Ты в курсе, что завтра ты поедешь за детьми к своей маме, а после мы пойдём в школу на первый звонок.—Тэ садится рядом и смотрит в упор. — Я так и знал, что ты все скинешь на меня. — альфа лишь бурчит, но на самом деле даже рад увидеть маму и побыть побольше с детьми. — У меня просто феерически болит голова. — Ты вчера слишком перебрал. — Кто бы говорил. Я думал, ты отрубился прямо на этом столе. — Я вообще-то тут и спал, пока тебя забирал твой любимый Шэ Ли. Честно, Чонгуку противно говорить его имя — этот ушлепок лез к Тэхену ещё когда они были женаты, но как только они разошлись, тот резко почувствовал силы. Гук даже сейчас хочет стереть его в порошок, хоть и не имеет права. — Кстати, как он там? — Неплохо, хотели начать вместе жить, но Юджи разревелась, пришлось успокаивать весь вечер, а Кёнсу вообще сказал, что если это случится, то он соберёт вещи и переедет к тебе. По комнате раздаётся смех Чонгука, который сейчас как никогда горд за детей. — Это не смешно! Как мы с ним поженимся, если дети так против? А здесь вот уже не до смеха. — Вы собираетесь пожениться? — Возможно. Честно, Гуку даже немного обидно, он сделал ему предложение ещё в старшей школе, но согласие тот ему дал только, когда эти двое закончили институт и начинали свой бизнес. Обидно, что с каким-то уебком он, всего за год отношений, согласился на свадьбу. — Если хочешь, можешь отдать мне детей и валить с этим недо-альфой куда угодно. — Я не ты, детей не бросаю. — Я их никогда не бросал. — Считай, ты их бросил, когда переспал с той шмарой. И ответа здесь не найти, возможно Тэ прав. Хотя нет, тут он полностью прав. Омега громко вздыхает, кладёт подбородок на свою руку и подъезжает на стуле ближе. — Может расскажешь, почему ты так поступил в тот день? — Боюсь, если скажу, ты мне точно этого не простишь. Эти слова он слышит каждый раз и они его начинают неимоверно бесить, потому он резко встаёт и направляется к выходу из кабинета, напоследок крикнув: — Кстати, мы с Шэ Ли хотим поехать на отдых, потому планирую оставить детей тебе на недельку перед банкетом. Спасибо что согласился! Дверь громко хлопает, пока Гук закидывает голову назад, отталкивается ногами от пола и едет на стуле к огромному окну. Он смотрит через него вниз на город и людей, похожих на муравьёв.

***

— Малышка, если папа будет забывать вас кормить, то можешь назло не готовить на него порцию.—Тэхен в попыхах поправляет на дочке шарфик и вручает в руки любимую куклу, целует в лоб и пододвигается на корточках к Кенсу.— А ты можешь за это папочку бить - я разрешаю.— Тэ тоже шарит рукой по чужой одежде, пытаясь убрать несуществующие складки, также целует в лоб и уже встаёт на ноги.— Все слушайте папу, люблю вас. У Тэхена такой вид, будто он сейчас заплачет, хоть и улетает всего на неделю. Шэ стоит чуть дальше позади, ведь он знает, что с ним прощаться никто не хочет, а ещё все знают, что у Чонгука нервы не железные и бьёт он больно. Дети всему кивают и совсем не выглядят расстроенными, ведь эту неделю проведут вместе с отцом. Посылая папе воздушный поцелуй — того за руку тащит Ли на посадку — малышка прыгает на руки отца. — Ну что же, едем домой? Всего секунду назад Чонгука бесила вся эта ситуация, но сейчас, когда дочка на руках и сын под боком, эта неделя выглядит не такой уж плохой. — Да. Девочка скачет на руках от радости, а мальчик берет за руку отца и они покидают аэропорт.

***

Девять часов вечера, а Тэхен лежит распаренный после душа на постели и листает фотографии, где Чонгук и их дети катаются на аттракционах в парке развлечений. Матрас рядом прогибается и талию обвивают нелюбимые руки, совсем не родные, но омега улыбается. — Чем занят? Альфа чмокает его в висок и тоже начинает смотреть в телефон. — Чонгук прислал фотографии, как они гуляли. Смотри какие милашки! Он начинает листать фотографии заново, комментируя почти каждую: — Глянь, какие они хорошенькие! — Ага, слушай, Тэхен, ты же видишь как им хорошо с Чонгуком. Может, они будут с ним жить? — Что? — Ну знаешь, они его сильно любят и им в радость вместе быть. И, может, нам пора начать вместе жить, без твоих детей, чтобы… — Ты хочешь отдать моих детей? — На время! Ким со всей силы толкает альфу подальше от себя, от чего тот падает на пол. Омега хватает подушку в руки и идет на выход из комнаты. — Сегодня посплю в зале. Теперь настроение говно и Тэ понимает, что в выборе альфы он, походу, снова конкретно проебался.

***

— Это был самый важный контракт за всю историю нашей компании, поэтому сегодня пьём, как в последний раз! Это уже, вроде, тост 20 и он мало чем отличается от предыдущего, но всем не до этого. Эти пару месяцев все работали сверхурочно и нормально выспаться мечтали все. Сейчас же все напьются до беспамятства и отоспятся за все те дни. Чонгук бы тоже веселился, если бы Тэхен не пришёл вместе с Шэ и они сейчас не ворковали в паре метрах от него. Портить веселье дракой не хотелось, потому он принял разумное решение пойти в кабинет покурить. Только в конце он успевает заметить, что какая-то из сотрудниц берет Тэ под локоть и уводит в другую часть офиса. — Зачем ты меня сюда привела, Мина? — Мистер Ким, позвольте я завяжу вам глаза. Это сюрприз. Девушка становится на носочки и завязывает красной тканью глаза своего босса. Она берет его под руку, ведя обратно ко всем и стараясь сделать так, чтобы тот не ударился. Чонгук выходит из кабинета очень вовремя — все сотрудники уже закончили помогать Шэ Ли и теперь весь их офис украшен свечами, лепестками роз и воздушными шарами. Каждый сотрудник стоит с улыбкой на лице, а многие девушки даже начали пищать от умиления, но все замолкают, как только в проёме появляется Тэхен. Чонгук не знает, может он мазохист, но он остаётся посмотреть, как сейчас его бывший муж будет кричать радостно "да" и целовать своего любимого жениха. Кима ставят прямо перед альфой, который уже стоит на одном колене и начинает своих сопливую речь про любовь до гроба и т.д. и т.п. На словах о том, что ему приятно будет делить свою фамилию с таким прекрасным омегой, он пытается не улыбаться, ведь знает, что Тэ чужую фамилию не возьмёт, он даже отказался брать Чон, а тут стремная фамилия Шэ, без вариантов. И когда наступает самый ответственный момент и ему снимают ткань с глаз, никто не видит счастливой улыбки на устах и никто не слышит заветное "да". Видно только горькие слезы и грустное нет. После чего он разворачивается и убегает. Чонгук несется следом, но не успевает угнаться за ним, поэтому объезжает весь город в поисках омеги. Мозг сейчас совсем не работает и идей почти нет, кроме… Чонгук резко разворачивается на пустынной дороге и едет в сторону старых многоэтажек. Там их бывшая квартира — это то место, куда он чаще всего сбегал от проблем. Он часто приходил, одевал старую толстовку Чонгука, включал дораму, делал чай, ложился и представлял, что они до сих пор живут здесь, что они ещё не закончили университет и единственные проблемы — это счёт за свет, ведь Тэ часто засыпал с включённым телевизором и светом. А Чонгук тогда слишком поздно возвращался с подработки. Примерно в таком виде он и встречает омегу в зале, только без чая и дорам, он просто лежит и смотрит в чёрный экран, но все также в его толстовке, что приятно. Он садится напротив возле окна, приоткрывает его и достаёт сигарету. Курить он начал после развода и никак не может бросить, да и не видит смысла. — Почему сбежал? У Тэхена мурашки по всему телу от этого голоса. Он не собирается отвечать. В тишине слышно лишь неровное дыхание обоих. Первым ее прервал Ким. — Скажи, пожалуйста, что тогда произошло, мне уже так плохо! С каждым днем я все чаще думаю, что был плохим мужем. Я ведь тебя уже простил давным давно, но пока ты не скажешь, я не смогу тебе верить. Я приму все, что ты скажешь и не сделаю ничего плохого! — Даже детей не заберёшь? — Что? Ким отвёл взгляд от экрана прямо в чёрный глаза бывшего мужа. Тот обречённо вздохнул и растрепал свои идеально уложенные волосы. — В тот день я был под дозой. У Кима мурашки пробежались по всему телу. Он ненавидит наркоманов, его тошнит от них, ведь в его семье Отец убил папу из-за них. Из-за этого, сука, конченого порошка — своего любимого человека. Так что, таких людей он не переваривает и ограждается от них любыми способами. Будь то самый лучший друг, родственник или даже "муж". — Я до сих пор помню, как мы говорили на эту тему и ты чётко сказал, что не важно кем и чем я буду. Если буду принимать, то не увижу ни тебя ни детей, ни в этой жизни, ни в следующей. В тот день хотел последний раз принять и втайне от тебя начать лечиться, но эта сука Минджэ решил, что будет круто добавить мне чуть больше дозировки и притащить какую-то бабу. Что же произойдёт? Идиот конченый, я его чуть не придушил голыми руками и еле отмазался от тюрьмы! Жалел каждый день, что не слушал тебя и влез в это дерьмо! — сигарета летит в окно, а Чонгук пытается разглядеть лицо омеги. — Жалел что потерял вас, самых любимых и дорогих мне людей,и теперь не знаю, как мне стоит поступить. Чонгук встаёт с грязного стула и подходит ближе к дивану, становясь на коленях. Сейчас он не чувствует себя униженным, он знает что так надо. Это слишком мелкая плата за то, что он сделал. Он накрывает чужие ладони, лежавшие около лица своими и на них медленно скатываются чужие слезы. Альфа прижимает чужие руки к своим сухим губам и пытается успокоить Кима. — Ты же больше не принимаешь? Голос дрожит и омега сейчас начнёт рыдать взахлеб. — Нет. Тэхен лежит и ничего не отвечает, ему безумно страшно. Но чужие руки начинают выбираться из захвата и приходится отпустить их. Его лицо хватают за щеки и тянут на себя, целуя такие родные губы. Чонгук мечтал об этом, буквально грезил только этим, но думал, что такого больше никогда не будет. Он рад что ошибся. Поцелуй не страстный, но и не наполнен любовью всего мира. Он самый простой, с привкусом солёных слез. — Это твой последний шанс ты понял? — Предельно. Но в этот раз, ты — Чон Тэхен. — Я подумаю. Он валит альфу рядом с собой и они, как и раньше, просто вместе лежат, забыв обо всех проблемах.