Я заполучил своё, сестричка

Почему всё самое странное и из ряда вон выходящее всегда происходит именно в нашей семье? Отец с пятнадцатью детьми и ещё одним, о котором постоянно забывают многие. Что в этом такого притягательного судьбе? Честно, понятия не имею, но я живу именно в этой семье. Я один из трёх самых старших. Двумя другими являются мои сёстры - Россия и Беларусь. Честно, первая меня дико бесит. Чем? Да своим наглым поведением ещё с детства. Я помню эту противную высокую девчонку с необычной болезнью - гетерохромией. Да, эти два разных глаза всегда были её, кажись, одним из самых красивых черт столь милого на первый взгляд лица. Именно их подчёркивали почти белые короткие волосы, отливающие на солнце некой золотизной и всегда находившиеся в каком-то своеобразном беспорядке. Тонкие конечности были постоянно, сколько себя помню, изувечены ранами и синяками. Это всё из-за её природной неуклюжести и наших ссор. О да, мы так беспощадно дрались, пока нас кто-то из родственников наконец не отрывал друг от друга силой. Честно, другим обычно было сложно подумать, что эта хилая на вид девчонка настолько сильная в драке. Хех, это всё именно из-за наших поединков. Забавно и трудно осознавать, но я всё же горжусь Россой. Все эти годы терпеть и не пискнуть от боли. Достойно. Правда это время продолжалось лишь до двенадцати лет. Потом отец решил нас всех развезти по своим землям, чтобы мы остепенились именно там. Больше я никого из них не видел. Даже Россию. И вот настоящее время. Союз всё же собрал нас всех вместе. Ну как собрал, собирает. Сегодня именно тот день, когда мы должны встретиться в фамильном доме. Уже многие приехали и бурно обсуждают прошедшие года. Да, я тоже рад с многими встретиться, что почти всех удивило. Да, я, вредный и противный Украина, рад встрече семьи спустя долгих девять лет. Хотя честно, больше всего я ждал именно нашу четвёрку. Беларусь с Казахстаном уже приехали, и сейчас мы ждали последнюю. Почему я даже не удивлён, что именно Россия снова опаздывает. Это у неё с детства. Усмехнувшись собственным мыслям, я только услышал радостный голос Белки, стоящей у окна: - она наконец-то приехала! Мы с Казахстаном подскочили к окну, во все глаза ища ту, про кого кричала сестра. Да, и правда, она приехала. Из белого невзрачного автомобиля вышла Россия и мигом накинулась обнимать отца, встречающего свою правоприемницу у входа. Как жаль, что я не сконцентрировался нормально, ведь толком не смог рассмотреть её. Волнение застелило в тот момент мои глаза белой пеленой. И именно из неё меня вывела Беларусь, схватившая за руку и потянувшая встречать опаздавшую сестрицу. Я конечно же поспешил за ней. Вот он, долгожданный момент. Двери гостевого зала открываются, и в помещение входит Россия. Чёрт, лучше бы я, в текучем состоянии от всяких красоток, в этот момент отвернулся. Как же противно осознавать, что она довольно хороша. Сформировавшаяся фигура, прикрытая белой обтягивающей блузой и строгими удлинёнными брюками, привлекала кажись всё внимание. Ну а как оторваться от этой тонкой талии, выделяющейся груди, округлых бёдер и плавных лебединых рук? Осознав свои мысли, я всё же обратил внимание на верх сие прекрасного тела. Мягкие блондинистые волосы, стекающие струями с плеч, острое слегка круглое лицо, идеальный аккуратный нос, расплывшиеся в улыбке тонкие губы, чуть покусанные от волнения, а ещё глаза. Ох, эти сияющие разные глаза, как никогда выражающие искреннюю радость. Чтоб мне захлебнуться, но я правда засмотрелся на свою же сестру. А ведь и правда надо было девушку завести, прежде чем встречаться здесь. Нет, надо это подавить, как бы глупо не звучало. Чем угодно, хоть беспричинным гневом и безразличием, но подавить. - сестрёнка! Беларусь кинулась к России, крепко обняв. Хах, та в свою очередь, точно не была особо удивлена, но явно счастлива. Высокая сестрица сильнее улыбнулась, крепко обняв одну из самых любимых среди родственниц. - мы уж тебя заждались. Я понимаю русская зима суровая, но не на столько же. Тут к прибывшей подошёл улыбчивый Казахстан, еле сдерживающийся, чтобы не расправить от радости золотистые крылья. Как они счастливо втроём смотрятся, но пора и мне показать себя. - даже сегодня опоздала. Ничего не меняется. Произошло то, чего я так не хотел видеть. Её взгляд пал на меня, и улыбка сразу стала другой. Не такой весёлой, а даже слегка холодной. Скорее всего это именно из-за моего обращения к ней в последний месяц перед отъездом. Постоянные побои между нами из-за моего сильного нежелания разъежаться, скрываемое дикой агрессией. Даже попрощался с ней лишь скрестив руки и демонстративно отвернувшись с гордой осанкой, весь из себя показывая полное безразличие, а-ля "мне без тебя только лучше будет". Тогда она смотрела с такой грустью и обидой, что неприятным отпечатком осталось в моей памяти. И сейчас снова этот взгляд. Я его не вынесу. - так, мы здесь жить снова будем? Все вместе под одной крышей? Даже русский голос прекрасен и мелодичен, улучшенный спустя года. Он меня парализовал окончательно. А ты лишь отвернулась к Беларуси с Казахстаном, умело скрыв эмоции и проигнорировав меня. Те это заметили, но не сказали и слова Кажись знали, что так скорее всего и будет. - да. Давай я помогу тебе разобрать вещи. Белка, как и раньше, развеяла эту атмосферу. Вот они с Россией ушли, а нас с Казахстаном оставили вместе. Брат пытался меня поддержать, но я сказал, что всё в порядке. Снова вру. Прошёл вечер и ночь. Сон был тревожный и прерывистый, но вполне хватило для сбора нужной энергии перед новым днём. На подгибающихся от сна ногах, я спустился в столовую. Честно, будто в детство попал. Проснулись лишь мы вчетвером, как раньше. Беларусь показывала свои кулинарные навыки, а Россия с Казахстаном что-то обсуждали. И, проклятие, ты вновь зацепила моё внимание. Взъерошенные волнистые волосы, которые ты явно пыталась причесать, широкая длинная тельняшка прикрывала изящное тело, а из под неё видны чёрные велосипедки. И снова босая на холодном полу, дурёха. - доброе утро всем. О боже, да кто меня толкнул обратить на себя внимание даже столь банальной фразой, а не просто тихо зайти и сесть за стол. Казахстан с улыбкой поприветствовал меня, а Россия кивнула, даже не посмотрев на меня. Обижаешь, сестра. - Укр, ты вовремя. Я как раз блинчики испекла с джемом! Беларусь с гордой моськой поставила перед нами четыре тарелки с аккуратными небольшими стопками блинчиков, заправленных сверху джемом. - ох, Белк, вот так и знала, что именно с этого дня и полетит моя диета от твоих блинчиков. Россия подняла брови и улыбнулась, упиваясь видом блинов. Твои глаза так сверкают при виде еды. Мучаешь себя голодом, дорогуша? - твою фигуру это не испортит. Твою мать, что я только что сморозил. Только поняв, что это сказано вслух, я распахнул глаза и стыдливо осмотрел присутствующих. Их удивление и словами не описать, а Беларусь так вообще выглядела довольной. Быстро что-то пробурчав, я уткнулся носом в тарелку, краснея от позора. Ты лишь усмехнулась. Не знаю, нервный или смущённый это смешок, но всё равно стыдно. Да ну к чёрту мой длинный язык. День. Мы ходили по парку, обсуждая всякие вещи. Ну скорее они обсуждали, а я лишь иногда подавал голос. Ну нафиг ещё раз что-нибудь ляпнуть. Я же со стыда сгорю. Лучше просто буду слушать. Особенно сейчас, ведь говоришь ты, а твой голос бесподобен. - да, представляете. Ну я частенько гуляю с Америкой. Он мне и цветы пару раз дарил, а недавно так вообще в кино пригласил! Не думала, что он не только себя любит. - неужели? Может он тебе ещё предложит встречаться. Будет интересно на это глянуть. - а я бы не особо доверял этому англоязычному. Вы помните, как он с Францией обошёлся, хоть она и его мать? Да хоть с Российской Империей. - ой, не приплетай деда. Да и не собираюсь я с ним встречаться. Даже Китай надёжнее, да и общаюсь я с ним столько же. Даже Япония ревновать начала и ушла в компанию Южной Кореи и рядом лежащих островов. Все трое посмеялись, а мне лишь злостно. Не хочу признавать, что завидую даже Америке. А он молчал ведь во время наших гуляний, что подкатывает к моей сестре. Вот подлец. - Укр, ты в порядке? Тут меня из неприятных мыслей вывел уже полюбившийся мне голос сестрицы. Стоп, это Россия? Я только сейчас понял, что она сама позвала меня. Да, это она вопросительно смотрит на меня, а потом уже только Беларусь с Казахстаном. И опять мой язык заплетается, не желая даже оправдание придумать. - да-да, в порядке. Я вновь отвёл взгляд куда-то в сторону, втянув голову в плечи. О нет, это звучало как-то агрессивно. Да твою налево, надо срочно учиться совладать с собой. Прошло ровным счётом три недели. Я скоро подохну от своих же эмоций. Да, говорить более менее научился, но поведение всё ещё выдаёт внутренний бардак. Замечают, как минутами пялюсь на неё, говорю что-то не в попад, злюсь из-за ничего. Это какой-то Ад. Я даже на полном серьёзе начал проводить больше времени с Канадой, пытаясь влюбиться в него, но постоянно ловил себя на мысли о России. Молчу о том случае день назад, когда в очередном порыве гнева я направился в ванную, чтобы сполоснуть перед раковиной раздражённость холодной водой. Только тяну ладонь к ручке двери, как та сама открывается, и мы сталкиваемся лицом к лицу. Я уж хотел наорать от души на этого человека, но разжмурил глаза и увидел Россию. Вода всё ещё стекала каплями по влажным волосам и гладкой коже, а полотенце, прикрывающее тело, при столкновении немного спало, обнажая почти всю грудь. И ты заметила, что я открыто таращусь на тебя, ведь мигом поспешила поправить предательский кусок ткани, после недовольно глянув прямо мне в глаза. - Украина, не торопись так, снесёшь ведь. И таращиться так на женскую фигуру неприлично. Я уж хотел было возразить, но ты мигом зашагала к своей комнате, а вскоре и вовсе скрылась за плотной дверью. Судьба снова надо мной стебётся, выстроив такой случай. Сейчас же я лежу на своей кровати и переписываюсь с Польшей, наконец-то забыв о своей проблеме. И тут мою идилию прерывает вошедшая Беларусь. - Укр, ты пойдёшь с нами в кафе? Мы всей семьёй туда идём - да, конечно, но чуть позже. Мне надо дела кое-какие закончить. - хорошо. Прихватишь тогда с собой Россию? Она просто спит сейчас, а будить не хочется. Я обрадовался, услышав данное предложение, но и одновременно готов был страдальчески взвыть, ведь мне снова о ней напомнили. И согласился. Да, от части я всё же придурок, но ведь надо начинать улучшать отношения, так ведь? Так вот это замечательный случай, ведь мы останемся с ней наедине. Лишь она и я. Прекрасная возможность. Беларусь довольно что-то пролепетала и ушла, оставив меня одного перебирать свои запутанные мысли. Наконец работа окончена, а значит можно идти в кафе. Но я не слышал никаких звуков снаружи, значит Россия ещё спит. И да, я не ошибся, ведь уже через пару минут стоял в её комнате около её кровати. Ты спишь, обняв одеяло одной рукой и одновременно закинув на него ногу, при этом умудряясь обнять даже подушку. И тут сработала моя извращённая личность, отметив твою одежду, состоявшую лишь из лёгенькой майки, не закрывающей даже лопатки, и коротких шортиков, почти открывающих упругие ягодицы. Судьба снова совращает меня, давая глазам смотреть на такое. И, чёрт с ним, я поддамся. Мои руки уже не слушали мозг и тянулись откровенно полапать всё твоё тело. Я и не сопротивляюсь, не давая себе рассчёта даже в том, что можешь в любой момент проснуться. Вот наконец дотрагиваюсь до твоей талии, чуть приоткрытой столь бесполезной майкой. Руки начинают блуждать по спине и всем местам, кроме самых интимных. Я ещё не на столько спятел. И, Господи, какое это наслаждение, заставляющее терять контроль чуть ли не полностью. Теперь появилась мысль вообще отыметь сестрёнку на этой самой кровати. Именно на этой мысли меня будто током ударило, а до мозга наконец дошло невнятное бормотание явно просыпающейся русской. В панике убрав от твоего тела руки, я собрал мозг в кучу. - Росс, просыпайся. Наша семья уже в кафе, поэтому нам тоже поторапливаться надо. Ты всё же проснулась и вытянула полумесяцем спину, словно кошка при подтягивания, после чего махнула мне рукой. Кажись ты ещё не знаешь, кто тебя разбудил. - да-да, встаю. Скоро приду. Это заставило меня усмехнуться и всё же выйти из комнаты, дабы начать собираться самому. Спустя какое-то время мы уже шли через парк к нужному кафе. Как же приятно в этот момент на душе, ведь мы с тобой впервые нормально говорим обо всяких житейских случаях и даже смеёмся местами. Это так успокаивает и одновременно заставляет чувствовать себя самым счастливым на Земле. Точнее заставляло, пока твой телефон не завибрировал, что означало пришедшее сообщение. Ты бегло читаешь текст и отвечаешь, после чего явно довольная идёшь дальше. Меня это лишь настораживает. - кто это был? - да так, Америка звал в гости на ночь. - и ты согласилась? - конечно. Почему бы и нет. Всё моё прекрасное настроение улетучилось, словно его и не существовало. Почему именно на ночь? Нельзя хоть вечером побродить? К тому же США так просто бы не пригласил. Вдруг напоит Россу и изнасилует? Стоп-стоп, откуда такие мысли. Вот не говорите, что я ещё и ревную свою сестру. Ох, только этого не хватало. - а когда пойдёшь к нему? - тебе зачем? - просто интересно. - через дней пять. Как раз выходные, а значит и выпить можно. У меня есть пять дней. Будто игра какая-то, честное слово, только в этой игре у тебя лишь один ничтожный шанс, который так легко упустить из-за любой мелочи. Нет, я не должен так рисковать. Плевать на здравомыслие, я уже смирился с тем, что Россия просто обязана быть моей, даже если она об этом не узнает. Мне просто надо знать, что она свободна, и никто ею официально не владеет. Я уже похожу на диктатора, да и хрен с ним, лишь бы не сало*. Прошли те пять дней. Недавно в новостях сказали, что США по неведомым причинам получил ранения и оказался в больнице. Вау, я ничего не сделал, а судьба просто помогла мне. Честно, похоже на какой-то типичный роман из книги или фанфик из очередного сайта. Да, дикий бред. Итак, Россия конечно расстроилась, но именно я был рядом, чтобы поддержать. Я успел, и горжусь этим. И вот вечер. Сейчас бы моя любимая сестра могла трахаться с Америкой, но нет, она мирно спит на моих коленях. Бедняжка, не выдержала до конца фильма и уснула, хотя так желала увидеть конец. Ну ладно, завтра ей расскажу, а пока могу насладиться столь прекрасным моментом и погладить эту белокурую макушку. Итак, мы живём вместе целый месяц. Все решили это отметить внезапной вечеринкой, чтобы набухаться в хлам. Ай-яй, сестричка, ведь это именно твоя идея напиться до отвала, бесстыдница эдакая. Ну и пусть, может это мне только на руку. Может, ведь мы уже все сидим в каком-то ночном клубе и отрываемся кто как может. Меня даже споить немного успели и вывести на танцпол, но всё же не до белого шума перед глазами. Хотя мозг слегка работает, но алкоголь ударил и по нему, намного ослабив сдержанность. Теперь мне вовсе не стыдно в открытую пялиться на задницу и грудь высокой сестрицы, что нехило так выделяются из-за узких джинс и облегающей футболки. Да, если я выпью ещё немного спиртного, мне даже не будет и капельки стыдно за то, что по пьяне смело подойду к тебе и прямо перед всеми поцелую прямо в губы, одновременно схватившись за твой зад. И, боже, от этих мыслей рука сама потянулась к бутылке, наполовину заполненной водкой. И вот я уже навернул всё оставшееся в сосуде залпом. В горле и рёбрах вновь пронёсся жар, полностью ослабляя рассудок. Теперь я точно бессовестный в край, ведь серьёзно иду к своей России и увожу её в сторону, прислоняя к стене. Как хорошо, что алкоголь ударил и по твоим мозгам, что подметилось пьяным румянцем. Сколько ты выпила, голубушка? Небось больше меня, ведь, как выяснилось на днях, ты в этом мастер. И вот смотришь на меня затуманенными глазами, ожидая следующих действий с моей стороны. И, поздравляю, не зря ждала. Мои губы жадно впиваются в твои, а сам прижимаю тебя к стене, прикрыв глаза. Начинаю бессовестно изучать твой ротик, переплетая то и дело наши языки. Ох, ты не сопротивляешься? Мне только на руку. В прямом смысле слова, ведь тут же нагло лапаю твою грудь сквозь футболку, даже успев нащупать лифчик. Боже, как же это всё сейчас мешает, но я тебя не раздену здесь, ведь это опозорит тебя сильнее. Радуйся этому. Глухо прорычав от досады, второй рукой жёстко хватаю за ягодицу, чем выталкиваю из тебя некий стон. Ах, как песня для ушей. Хочется услышать больше такого, поэтому начинаю интенсивно сжимать и разжимать сквозь джинсы упругую плоть, и ты правда больше вздыхаешь, чуть закинув голову. Это забавно, но не бойся, ведь самое интересное только впереди. Вновь жадно целую, при этом начав нащупывать твою грудь. Хах, ещё больше томных вдохов, но уже в поцелуй. Сестричка, ты слишком извращённая, как и я. И вот наконец приспустил сквозь футболку чашечку лифчика и нашёл уже твёрдый сосок. Начинаю ласкать эту бусинку, наблюдая за твоими отключёнными от нашего мира глазами. А тебе это нравится, даже очень. Ух, как мне этого мало, но я просто не могу полностью опозорить тебя и отыметь прямо здесь. Слишком много народу, а все коридоры и укромные местечки заняты другими извращенцами. В этом тебе тоже повезло, дорогая. Повезло как никогда. Прошло ещё пару дней. Я закрылся у себя и почти не выхожу, только если ночью или когда никого в доме нет. Слишком стыдно, ведь только наши отношения с тобой начали улучшаться, как о моём поступка в баре узнали несколько человек, даже ты. Я готов провалиться под землю, лишь бы все забыли про это, как про страшный сон, но такого точно не будет. И вот снова ночь. Тайком пробираюсь к лестнице через комнаты братьев и сестёр, после чего тихо спускаюсь на кухню. Да, есть-то хочется, поэтому приходится принимать такие меры. Прокрадываюсь к холодильнику, открываю его и созерцаю прекрасную картину кучи еды, от которой аж слюнки текут. Неважно, что почти всё сырое, главное хоть что-то съесть. Уже собираюсь взять что-нибудь, как всё тело содрогается от ласкового голоса прямо за моей спиной. Тот благозвучный голос, который я так не хотел слышать. - Укр, ты вышел. Наконец-то, я уже волноваться начала. Нехотя поворачиваюсь и стыдливо опускаю глаза, не желая смотреть тебе в лицо. Я успел уловить этот обеспокоенный взгляд, полный волнения за меня. Глупая. - ты всё ещё стыдишься произошедшего той ночью? Брось, с каждым бывает по пьяне. Ты же не специально. Твои нежные ладони ложатся на мои плечи, заставляя вновь слегка вздрогнуть. О нет, дорогая, я специально. Я желал этого, поэтому меня не оправдаешь алкоголем. - ну-ну, не молчи. Давай ты поешь и посидим вместе, хорошо? Честно, меня это предложение дико пугало, но всё же манило, словно ещё один крохотный шанс. Я не мог не согласиться, поэтому неуверенно кивнул. Вот мы с тобой сидим у тебя и болтаем о всяком. Этим вечером Многие ушли на вечеринку европейцев, а другие просто решили сходить к своим друзьям. Я просто отказался идти, а Россия не захотела меня бросать одного. Как это мило с твоей стороны. И вот сейчас всё же выпиваем по рюмке водки чисто из твоего желания. Ты, оказывается, та ещё суккубша, раз сподвигла меня вновь затуманить разум, хоть и не на столько. Но не смотря на рюмку, ты смогла развязать мои руки и язык, исследуя мои действия. Какой тебя чёрт дёрнул на то, чтобы усесться ко мне на колени, всё ещё пристально наблюдая за моим поведением. Думаешь не замечаю этого, сестричка? Да ты сама себе подписываешь приговор на изнасилование, начиная елозить своими ягодицами. Всё же выпиваем чуть больше, сильнее туманя здравый смысл. Теперь меняешь позу и раздвигаешь ноги, для устойчивости положив руки на область паха. Россиюшка, ты доигралась, и за это я обязан тебя наказать. Как в тот раз затягиваю в поцелуй, без каких либо ограничений исследуя твоё тело. Вдруг резко для тебя укладываю под себя, становясь в доминирующей позе. Ты кажись и не против, ведь даже не сопротивляешься. Мне снова в этом везёт. Уже не церемонясь срываю с тебя ту самую майку, начиная целовать ключицы и переходя ниже к груди. Ты извиваешься в моих руках, дразня меня этим, бесстыдница. Дохожу до одного из сосков, начиная старательно его ласкать. А тебе и нравится, вовсе не скрываешь этого. Мне такое по душе. Это занятие поднадоело, поэтому возвращаюсь к шее, начиная вновь целовать те места, одновременно покусывая, да ещё и стягивая с тебя шортики и начиная ласково гладить внутреннюю часть бедра. Оставив несколько засосов на ключицах, перехожу к самому заветному и стягиваю тонкие трусики. Ты явно смущена, ведь отвела взгляд и вжала голову в плечи, но я на это не обращаю внимания и раздвигаю твои ножки, начиная изучать половые губки, нарочно задевая клитор, чем явно приношу тебе приятные ощущения. Томно вздыхаешь, всё же посмотрев на то, что вытворяю с твоим телом. Усмехнувшись, ввожу в тебя два пальца, начиная потихоньку ими двигать. О-хо-хо, да ты уже закинула голову и выгнулась кошкой, а ведь я даже ничего не начал особо делать. Всё же вынимаю оба пальца и мягко провожу по зоне клитора, извлекая из твоих уст возбуждённый вздох. Просто дразню тебя, но всё же пощажу. Ты уже устала ждать, ведь сама подвинулась ближе и начала тереться о мой пах. Так и быть, прекращу твои мучения. Вновь тебя поцеловал, а тем временем освободился от ненужного белья и осторожно вошёл в тебя. Ты в конце концов девственница, а значит надо быть аккуратнее, чтобы не испортить заранее. Ты вцепилась в мою спину ноготками, а сама зажмурилась, явно не ожидавшая такого захода. Извини, но надо привыкать, поэтому начинаю медленно двигаться в тебе. Это явно доставляет жуткий дискомфорт, но не бойся, скоро будет приятно. Набираю темп, терпя твои ноготки, впившиеся мне в лопатки до крови, и вскоре ты взвизгнула, а я почувствовал тёплую жидкость внутри тебя. Теперь, сестрица, ты не можешь похвастаться девственностью. Усмехнувшись своим мыслям, целую тебя в нос, подобрав языком появившиеся слёзки, и начинаю вновь набирать темп. Ты всё ещё подрагиваешь и сжимаешься, вскрикивая от боли, но вскоре начинаешь стонать от удовольствия, выгнув спину. Вот-вот, почти разряд, но я не могу позволить излиться в тебя, поэтому пачкаю саму постель. Выдыхаю и устало ложусь рядом, а ты с усилием поворачиваешься ко мне, уткнувшись личиком в мою грудную клетку. Я лишь усмехаюсь и обнимаю тебя, прижимая к себе. - я заполучил своё, сестричка. Не представляешь, как я стремился к этому последнее время. - представляю, братик. Ты не умеешь скрывать, как пялишься на меня влюблёнными глазами.