Леди для Тома Реддла

Волан-де-Морт планировал проведение какой-нибудь масштабной акции, мелкий разбой – это же совсем не так привлекательно. Он жаждал представления, да такого, чтобы у всех дух захватило. Его имя давно не сходило с уст обитателей Англии и заголовков крупнейших мировых газет, но не хватало какой-то новой грандиозной истории. Он плавно вел тонкими пальцами по телу любимой змеи, наслаждаясь ощущениями от плотной, гладкой чешуи. Змея была зеленой, теплой и кроткой, позволяла хозяину любые прикосновения. - Можно захватить Министерство Магии. Думаю, это было бы крас-с-сиво, правда, С-с-северус-с? – директорская при Северусе Снейпе приняла совершенно новый облик. Исчезли дребезжащие вертлявые штуковины, которые так любил Дамблдор, тяжелые портьеры завесили портреты бывших руководителей школы (они, обиженные таким обращением, убежали в другие рамы), книжные шкафы наполнились изданиями по Темной магии, и сама атмосфера из странной и дающей надежду превратилась в зловещую, внушающую тревогу. - Новый министр Магии – Ваш ставленник, - напомнил Снейп. - Ах, да, Пий Толстоватый! Запамятовал, профессор, - Волан-де-Морт убрал руку со змеи, нервным движением сложил большой и указательный пальцы у переносицы. - Что ж, «Хогвартс» тоже в наших руках, но здесь рано раскрывать карты. Мне нужно что-то еще. - Роули и Руквуд вчера постарались над торговым центром близ Нортгемптона. - Мне уже претит образ маньяка, который уничтожает все живое, это слишком примитивно, Снейп. Нужно всех удивить. Сделать изящный ход. Без-пяти-минут-директор наколдовал два кубка и наполнил их водой. - Благодарю, - Волан-де-Морт отставил один из кубков ближе к себе, но не сделал ни глотка. Некий образ возник в водной глади и тут же исчез. Лорд вспомнил, что по прошествии получаса необходимо будет вернуться в класс и провести урок для шестого курса. Браун будет облизывать Уизли на задней парте, Малфой мерзко хихикать, привлекая тем самым внимание Панси Паркинсон, а Грейнджер… Тут же пришла странная мысль, которую Лорд сразу отмел. Правда затем что-то снова зарябило на водной поверхности, и темный волшебник словно оказался в прошлом. - Андромеда, ты особенно очаровательна сегодня! Андромеда Блэк в блестящем платье с кринолином – настоящая звезда на Рождественской встрече в маноре у Трэверсов. - Полноте, мой лорд, - она его ничуть не опасается, такая уверенная, с большущими карими глазами. У нее и волосы блестят, она вся блестит, затмевая даже блики в своих длинных бриллиантовых сережках. Полные губы, цветом как кожица молодого персика, манят Волан-де-Морта так, что он не может сдержаться. - Позволь, - он закрывает глаза и касается своими губами ее. Буквально чувствует затылком торжествующий взгляд Сигнуса Блэка, но какая разница? Она пахнет терпкостью ежевики и пудрой, губы – ледяные, восхитительно кислые после цитрусовых драже. - Северус, мне нужна Темная Леди. - Прошу прощения? – реакция Снейпа моментально дала понять, что эта идея – то, что надо. - То, что я женюсь, сломает картину мира большинства. Ты хороший шпион и отлично скрываешь свои чувства, но сейчас, когда я озвучил эту мысль…, видел бы ты свое лицо! - Что ж, Вы правы, мой лорд, я поражен, - не стал ничего отрицать профессор Снейп. - Зачем это нужно? - Может быть, обретя величие, хочется разделить его? – спросил Волан-де-Морт, смахивая кубок с водой со стола. Не из-за неуклюжести, а нарочно. На персидском ковре образовалась кривая лужа. – А может быть, мне необходим подобающий имидж. Или развлечение? Кто ожидает от Лорда Волан-де-Морта чего-то настолько человеческого? – короткая пауза. - Впрочем, кто знает ответ на этот вопрос? Тебе точно стоит знать только одно: в Рождество я представлю свою жену ближнему кругу.

***

Гермиона уже не знала куда ей девать сами собой сжавшиеся кулаки. Большой и дружной компанией, одним пригожим субботним утром, они двигались в Хогсмид, и все бы было ничего, если бы Лаванда так откровенно и без всякого стеснения не всасывалась в Рона Уизли прямо перед ее лицом. Мало того, что это было просто неприятно на вид, и ее раздирала ревность, так появилось еще и щемящее чувство жалости к себе из-за того, что она как девушка никого не заинтересовала. Гарри и Джинни весело трещали о новой тактике по квиддичу, Невилл и маленькая когтевранка Полумна Лавгуд спорили об удобрениях, Гермиона вынуждена была погружаться в свою обиду все больше. - Здорово, ребята! – Гермиона чуть не врезалась в Тонкс, молодую авроршу, которая подошла неожиданно и очень близко. - Привет, Тонкс, какими судьбами? – Гарри Поттер взял инициативу на себя. - Да я сегодня на очереди охранять вас, - радостно сообщила аврор. - Это просто замечательно! – Гарри был искренен. - А еще знаете, мать в последнее время сама не своя, она хочет, чтобы я ушла из Аврората. Мы поссорились, поэтому беру больше смен, - поделилась Тонкс. – И из Ордена, - последнее она сказала совсем тихо. - И я никак в толк не возьму, что ей в этом! Она против любой из сторон и хочет, чтобы я тоже сохраняла нейтралитет. Мать что-то недоговаривает, а мне это совсем не нравится! Тонкс была словоохотлива и эмоциональна, под конец речи ее обычно нежно-фиолетового цвета волосы вспыхнули красным. - Не хочешь с нами в «Три метлы»? – предложила Джинни. – Расскажешь подробнее? Аврор слегка призадумалась, но затем ответила отрицательно. - Мне нельзя. Извините, что вылила на вас все это так, поговорим позже, - она заметила, что издалека ее подзывает начальник, помахала на прощание рукой и исчезла также быстро, как появилась. - Что это было? - возмутилась Лаванда. - Это Тонкс, любимая, она всегда такая, - Рон заправил белую прядь волос подруги за ее ушко. - А кто ее мать? - Андромеда Тонкс, в девичестве Блэк, сестра матери Малфоя и Беллатрисы Лестрейндж, - на последних словах Гарри посмотрел на Невилла извиняющимся взглядом. Беллатриса однажды, когда Невиллу был всего лишь год, до полусмерти запытала его родителей. Они так и не оправились с того раза. - Пойдемте в «Мадам Паддифут» - Лаванда быстро потеряла интерес к разговору о незнакомцах. - Я в книжный, - Гермиона больше не могла терпеть все это. Она затянула потуже шарф и быстрым шагом направилась в сторону «Книжного магазина Вайта». Вдогонку она услышала вопрос Рона: - Что это с ней? Ответа же не последовало. «Почему они носятся с ней как с писаной торбой?» - сердилась про себя Гермиона Грейнджер. «Она даже не из нашей компании, и не переживала то, через что прошли мы!» Мистер Вайт, владелец книжного магазина, был того типа людей, про которых говорят только самые теплые слова и отзываются самыми добрыми эпитетами. Кем бы не был человек, который к нему обратился, у мистера Вайта всегда находилась для него лишняя минутка и дельный совет. - Здравствуй, крошка! – Гермиону мистер Вайт любил по-особенному, она напоминала ему дочь, с которой они были разлучены много лет. - Мистер Вайт! – девушка обняла пожилого мужчину. - Давненько не заходила, Гермиона, - притворно проворчал он. – Я нынче не избалован вниманием, только ты и заходишь, ты, да профессор Мракс. - Профессор Мракс? – поразилась гриффиндорка. - Да, я помешан на книгах, - из-за книжной полки собственной персоной возник Волан-де-Морт. – Здравствуйте, мисс Грейнджер. - Здравствуйте, сэр, - Гермиона засмущалась против своей воли. - Решили присмотреть себе новичка в домашнюю библиотеку? – вежливо поинтересовался Мракс. - О, ну домашняя библиотека – это громко сказано для чемодана в гриффиндорской спальне, - пошутила Гермиона. – Просто возьму «Толкование мифов о вечной молодости». - Любопытный выбор, - протянул Том, удивленный подобными предпочтениями. - Это действительно интересная тема! – отбрила Грейнджер. - Что ж, - Волан-де-Морт откинул мешавшую прядь волос набок, - я согласен с этим. Берите свою книгу, не задерживаю Вас больше. Друзья, наверное, заждались. Через секунду он наблюдал метаморфозы, как из воинственной безмятежности Гермиона переоделась в сердитую отрешенность. Том предположил, что это связано с друзьями. - Вы поссорились? - Нет, - слишком резко. - Напротив есть «Чайный пакетик Розы Ли». Составите мне компанию за чашкой чая? Гермионе захотелось немедленно крикнуть «Да!!», но это было бы стыдно. Откуда вообще это взялось? Все оттого, что она видела в нем сначала мужчину, а только потом профессора и подозрительную личность. Пользоваться его манерами, чтобы подольше не встречаться с друзьями – весьма эгоистично. Надо было отказаться. Но, рассудив, что отказывать преподавателю все равно невежливо, она выдержала паузу и утвердительно кивнула. Рефлексию по поводу своей первичной реакции Гермиона решила оставить на потом. Мистер Вайт пробил Гермионе книгу и, получив причитающуюся за них сумму, завернул ее в бумагу, не забыв добавить милую закладку с бабочками, которые служили эмблемой магазину. - Не забывай думать правильно, - напутствовал он девушку, - там, где нет материи, еще нет судьбы, лишь ты сама ее творец. - Спасибо! До свидания, мистер Вайт, - гриффиндорку распирало от какой-то первобытной радости, которую она сама еще не могла признать. Вайт загадочно подмигнул и трансгрессировал от прилавка в подсобное помещение. Гермиона гнала прочь мысль о том, что у нее свидание с преподавателем. Красивым и мужественным преподавателем. Умным, начитанным, таким джентльменом! Он просто пожалел ее, потому что подумал, что она рассорилась с друзьями. Чай и эклеры, заказанные профессором Мраксом, растаяли внутри Гермионы. Ее миссия - воспользоваться моментом и выведать у него любую информацию… За две недели, что новый профессор вел у них уроки, она успела заметить, что он имеет безупречные манеры, безупречно владеет волшебной палочкой, безупречно произносит заклинания и вообще все делает безупречно. Рон приговаривал, что «Мракс такой идеальный, что аж жуть!». Гарри это настораживало, Гермиону тоже, но также она думала о том, что этот мужчина обладает всеми качествами, которыми она наделила своего воображаемого будущего мужа. Правда тут она частенько запутывалась: иногда предполагался в этом качестве Рон Уизли, иногда тот самый некто воображаемый. - Мисс Грейнджер, мне известно, что Вы и Ваши друзья проверяете «на вшивость» все новые лица, с которыми имеете дело. Это и правильно. Просто я бы не хотел никакой слежки за собой, поэтому сейчас даю Вам возможность спросить у меня все, что душе угодно. «Так вот сразу, внезапно?» - полная растерянность, практически эти слова у нее на лбу. - Могу дать Вам время подумать, - смилостивился Том. – Чаю можно? Чернявая официантка с узким лицом и гигантским бюстом, гремя золотыми безвкусными браслетами, подошла к их столику. - Повторить? Тот же? Матэ? - Пожалуйста, - улыбался Том Мракс тоже безупречно. Слегка растягивал рот в две стороны, обнажал ровный ряд белоснежных зубов. - Минуточку, - официантка, Мэри, судя по криво прикрепленному бейджику, кокетливо послала Тому воздушный поцелуй. - На какой Вы стороне? – выпалила Гермиона. - Я думал, Вы менее предсказуемая. - Как видите – нет. - На своей. Я не являюсь Пожирателем Смерти и не состою в Ордене Феникса. - Вы знаете про него! Мэри аккуратно просунула поднос с чайником и свежими чашками между собеседниками, и залихватски крутанув бедрами, удалилась. - Я много чего знаю. - То есть, сэр, Вы придерживаетесь нейтралитета? - Мисс Грейнджер, Гермиона, я могу наедине называть Вас так? - Да. - Тогда я – Том. Гермиона, я просто странник, путешествую, собираю знания и изучаю новые ритуалы. - Почему я должна Вам верить? - Ну Метки у меня нет, а о моем членстве в Ордене тебе узнать легче легкого. - Верно, сэр… Том, я чувствую себя такой глупой. Просто все это неожиданно. - Ты просто растерялась. Не думаю, что этим можно судить о твоих умственных способностях, на занятиях ты показываешь себя лучше всех. Он опять это сделал. Опять смутил ее. Гермиона с силой стиснула края чашки. - И где Вы… ты был? Я имею в виду, в каких странах? - Путешествовал по Южной Америке, Мексике, потом перебрался в Албанию, посетил Грецию, заглянул в Марокко. В последней искал чародея, сведущего в концепции родовых ритуалов. Хотел издать свое пособие по прибытию в Англию. Но это страна консервативная, а родовые ритуалы – по большей части темная магия, поэтому тут я остался без шансов. Северус – мой давний хороший знакомый, очень вовремя обмолвился, что без присмотра осталась одна ставка в «Хогвартсе», а вести Защиту было моей глупой детской мечтой. - Ты не боишься проклятья? - Нет. Расскажи мне о родителях. - Моих? – Гермиона вскинула брови. - Да, кто они? - Стоматологи, поэтому меня мучает совесть, когда я ем сахарных мышек, - девушка немного развеселилась от своего ответа. – Но вообще они очень любящие и заботливые, всегда и во всем меня поддерживали. Мне очень грустно, что сейчас наши отношения стали напряженными из-за того, что мне приходится скрывать события нашего мира. А почему именно родовые ритуалы? Волан-де-Морт негромко хохотнул, но ответил на вопрос. - Давным-давно избранных за их заслуги наградили даром магии. Так появились волшебники. Дар этот передавался следующим поколениям веками, знания, умения, возможности приумножались. У каждого рода были свои особенные наработки, они хранились под строжайшим секретом, потому что только это давало им силу и власть над остальными, маглорожденными и не владеющими магией вообще. Такова аристократия и поныне. Важно понимать, что это не только про вещи, которые записаны в толстых свитках и изучаются сызмальства в древних, сотни раз ремонтированных манорах, это то, что вписано в генетический код. Поэтому истинные чистокровные всегда будут возвышены. И они это прекрасно осознают. Но если, к примеру, я, проведу ритуалы нескольких чистокровных родов, сосредоточу в себе их тайные знания, передам их сыну, мой род, даже разбавленный маггловской кровью моего папаши, возвысится над теми, кому уже пора на пенсию. Только это не так уж просто. - Ты? - К примеру. Не обязательно я. - Том, это звучит ужасно подозрительно. - Может быть. Тебе никогда не хотелось обрести могущество? Гермиона скривилась в отвращении и даже как будто отпрянула от волшебника. - Нет! - Ну хорошо, - профессор Мракс рассмеялся долгим раскатистым смехом, словно никогда не слышал ничего смешнее. – Уже пора обратно, я провожу тебя до школы, Гермиона.