Если наш роман игра - мы проиграли.

Мы оказались у Кэт спустя полтора часа дороги. Войдя в дом, нас встречали весёлые родственники. Кэт, ее муж Алек и сын Шон с улыбками забирали сумки из наших рук. Я давно не видела этих людей, но мне они очень нравились, поэтому встрече с ними я была очень рада. Шон очень изменился с нашей последней встречи. Он сменил причёску и стал заметно выше. Я улыбнулась ему, он улыбнулся в ответ. — Сынок, помоги девочкам расположиться в комнате. Парень взял сумки и понёс их в дальнюю комнату. Оставив их на полу, он развёл руками. — Вот, ваша комната. — Спасибо… Ты так изменился. Так повзрослел. — Спасибо. Не могу сказать того же, ты не изменилась. Но это хорошо. Я имею ввиду, что ты как всегда, выглядишь отлично. Я посмеялась. — Сколько тебе? Я забыла. — Шестнадцать. — Ого. Понятно. Родители позвали всех за стол. Мы помыли руки и пошли на кухню. Все общались, рассказывали друг другу о жизни и просто наслаждались компанией. — Ух ты, Дженифер, красивый браслет. Родители подарили? — Парень. — улыбнулась мама. — Отличный подарок. — Кэт улыбнулась ещё шире. Мы пообедали и все разбились на группы. Взрослые общались между собой, а мы сидели втроём. Шон встал с места и прошёлся по комнате. — Скукота. Может, пойдём гулять? — Я за. — поддержала я. — А я останусь дома. Устала. Миранда ушла в комнату. Мы с Шоном сказали, что пошли гулять. Шон жил в очень маленьком городке. Здесь все знали друг друга. И куда бы ты ни шёл — ты встретишь друзей или знакомых. Точно так же случилось и у нас. Мы с кузеном шли по парку. К нам подошли трое парней. Все пожали друг другу руки. — Кто это? — спросил один из них, указывая на меня. — Моя кузена Дженифер. Дженни, это мои друзья: Чарли, Ной и Джеймс. — Очень приятно. — И нам. — в голос протянули парни. — Думаю, мы знакомы. — сказал один из них и сделал шаг вперёд. Я подняла на него взгляд и мои глаза стали шире. — Джеймс? Вау, ты… так изменился. Ого. Я тебя даже не узнала. Брюнет с кудрявыми волосами смотрел на меня, довольно улыбаясь. — Рад тебя видеть. — протянул он. — Взаимно. Ребята присоединились к нашей компании. Они шутили и что-то рассказывали. Так приятно было оказаться в такой атмосфере, словно я вернулась на лет пять назад, когда все общались на таком релаксе. Меня отвлёк сигнал телефона. Я зашла в социальную сеть и посмотрела сообщение от Эми. Она отправила мне запись со страницы Стефани. Запись состояла из фото и подписи к ней. На фото рыжая обнимала Чейза, прижавшись всем телом. А подпись была совсем не однозначной. «Сквозь время и сложности, ты все-таки снова оказался рядом» Меня бросило в холод. Я тут же набрала номер Чейза. Он долго не брал трубку. По моему лицу все уже прочитали, что я в яркости и растерянности. — Алло? — расслабленный голос моего парня заставил меня вскипеть ещё сильнее. — Ты совсем страх потерял, Хадсон? — Детка? — Я тебе не детка. Значит, я только за порог, а ты уже обжимаешься с этой… — Дженифер! Успокойся. Ты о чем? — Хочешь сказать, за соцсетями своей любимой Стефани ты не следишь? Она выложила фото с тобой и прикрепила тупую романтическую цитату. Это нормально при живой мне? — Я не видел, но я скажу, чтобы удалила. — Знаешь что, пока она живет в твоём доме я не могу быть спокойна. — Понимаю. Но она скоро уедет. — Надеюсь уедет она, а не я. — Джен… Я скинула вызов. Руки тряслись, голос тоже. Я обернулась и заметила, что ребята смотрят на меня. — У меня просто… парень. Они лишь улыбнулись и продолжили разговоры о своём. Я оглянулась по сторонам и заметила качели. Пройдя к ним, я села и легонько оттолкнулась от земли. С негромким скрипом я качалась, думая обо всем, что происходит. Стефани… двуличная и такая гадкая. Казалось бы, мы все выяснили в кафе, но она продолжает подкидывать ужасные сюрпризы. Неужели такие люди существуют и их ни капли не грызёт совесть? Я набрала номер Эмили. — Да? — Привет. — на выдохе сказала я. — Дженни, ну что с настроением? Это из-за Хадсона, да? — Да… хотя, не совсем. Подруга эта его, сомнительная. — Я следила за ними. Она трется вокруг него, но он каждый раз ее отталкивает и делает замечание. По лицу видео, что он не в восторге от этого. — Где ты следила? — Я была в магазине, а они шли куда-то в сторону торгового. — Они гулять ходят… боже. — Мда, он стоило мне говорить… — Почему? Я должна знать правду. — Да… Только не придумывай себе ничего сама, хорошо? Просто шли и все. Не сидеть же им дома. — Тоже верно. Как у вас с Лео? — Завтра едем в цветочный приют. — Правда? Поздравляю, хоть кто-то согласился на эту скукотищу. — Вообще-то, это интересно. — Да, я была там с тобой. Интересного ничего не заметила. — Зря ты так. Сама что делаешь? — Гуляю с кузеном. Скучно. — Понятно. Не скучай, пусть развлекает. Кстати, когда приедешь, сходим куда-нибудь? — Обязательно. Мы с подругой обсудили ещё пару тем и отключились. Ко мне подошёл Шон. Он протянул мне руку. Я положила свою в его и поднялась с качели. — Леди, вы скучаете? — Немного. — Что насчёт кафе? Или куда-то ещё может? — Не хочу. — Эй, Джен, хватит грустить. Мы видимся раз в тысячу лет. И я не хочу запомнить свою двоюродную сестру такой разбитой. — Раньше, когда мы приезжали к вам, ещё когда мы с тобой были совсем детьми, мы ходили в заброшенный дом, помнишь? — Конечно. Сложно забыть, как я пугал тебя лягушками. — Они были мертвые и ты кидал их в меня. — Мимо тебя! Просто, чтобы ты смешно отмахивалась. — Обхохочешься. Так вот… пошли туда? — Что? — парень перестал улыбаться. — Я там не был с тех пор, как ты приезжала последний раз. Там делать нечего, все стены обвалились и пол прогнил, я уверен. — Ну хотя бы посмотрим. Я там провела половину детства. — Да что там делать? Давай, лучше, в кафе. Посидим, пообщаемся. — Испугался, что ли? — Чего? Пф, а пошли! Я улыбнулась и мы двинулись в знакомом направлении. На улице смеркалось. Через двадцать минут мы оказались у двухэтажного заброшенного дома. Здесь не было ни дверей, ни окон. Просто пустые проёмы. — Мда, он такой… — Разбитый. Я пошла дальше. — Куда ты? — Посмотреть, сильно ли изменился изнутри. — Дженифер, ну не ходи! У меня очень плохое предчувствие. Лучше не стоит. — Чего ты так боишься? Я стояла уже перед входом в дом и ждала, пока парень решится. — Я не боюсь. Просто рисковать бессмысленно. Там ничего интересного. — Ладно, тогда подожди здесь, я посмотрю и вернусь. — Ну уж нет, я тебя не пущу одну. Шон быстро подошёл и мы вместе вошли в строение. Я прошла по знакомым дощечкам и оказалась в другой комнате. Скорее всего, это могла быть кухня. Я стояла на месте, разглядывая каждую стену и каждую прогнившую картину на ней. — Столько воспоминаний. — Очень странно, что тебе проносит радость этот жуткий дом. Мы замолчали. Я услышала звуки на втором этаже. Резко повернувшись на Шона, я расширила глаза. — Слышал? — Здесь кто-то есть. Пошли отсюда. — Давай поднимемся. — Зачем? — Посмотрим. Вдруг это какое-то животное. — Ага, а оно откусит тебе что нибудь. Заканчивай геройствовать, нужно идти. Я вышла с комнаты и оказалась в холле. Переводя взгляд с Шона на лестницу, я улыбнулась. — Даже не вздумай. — Ладно. Можешь не ходить, я сейчас вернусь. Я медленно шла к лестнице, ожидая, пока он передумает. — Черт с тобой. Мы поднялись на второй этаж. Пол скрипел под ногами. До этого я слышала грохот, но сейчас его не было. Я чувствовала, что на этаже есть ещё кто-то. Я уже хотела зайти в последнюю непроверенную комнату, но меня отвлёк Шон. — Ладно, никого тут нет. Идём? — Ой, ладно, уговорил. Едва я сделала шаг, сзади кто-то схватил меня за плечи. Раздался громкий рык. Я закричала из последних сил и махнула ногой назад. Развернувшись, я выбросила вперёд кулак, чтобы отвлечь того, кто схватил меня. — Ай! Оу-у-у. — псевдо-обидчик взвыл от боли и повалился на пол. Я отскочила в сторону и прикрыла рот рукой, как от сильного удивления. Перед нами был наш друг. — Джеймс? Господи, что ты хотел? — Я хотел вас напугать. Услышал, что вы сюда собираетесь, вот и добрался первее и затаился, хотел подшутить. — Ну и придурок. Как я вообще дружу с тобой? Меня уже раздражает этот дом, я жду вас на улице. — Шон скрылся на первом этаже. — Вставай, шутник. — я протянула руку парню. — Ты чуть не оставила меня без… Где ты научилась так защищаться? — Хочешь жить — умей пинать в пах. Сама научилась. Извини, что ударила, я не хотела. Кто знал, что тут ты? Брюнет тихо посмеялся. — Жесть, Дженифер, ты так изменилась. Когда последний раз ты сюда приезжала? — Я не помню. Очень много лет назад. Изменилась? Шон сказал, что я такая и осталась. — Нет. Очень поменялась. И внешне, и фигура. Отлично выглядишь. — Спасибо. Идём на улицу. Шон ждёт. — Постой. — Джеймс взял меня за руку и слегка подтянул к себе. — Ты всегда была мне приятна. А сейчас я просто в восторге от тебя. Может, завтра погуляем вдвоём? Я могу прокатить тебя на мотоцикле. — Джеймс. — я отдернула руку. — Мне приятно, но мой парень не одобрит. Извини. — Точно. Извини меня, я забыл, что ты не свободна. Все понимаю. Пошли тогда. Джеймс спустился и вышел на улицу. Я шла к выходу. Резко прогнившая дощечка под моей ногой проломилась и моя нога провалилась в щель. Из моего рта раздался душераздирающий крик. Парни тут же бросились мне на помощь. Я кричала и пыталась схватиться за кого-либо. Сейчас мне было действительно страшно. — Дженифер, спокойно. Я пыталась взять себя в руки, но никак не получалось. — Боже мой, как больно! Парни вытянули мою ногу и вынесли меня на улицу. Я опустила глаза и увидела кровь, ручьём бегущую из ноги. — Ты проткнула ногу сучком. Нужно чем то перевязать. — взволнованно говорил Шон. Не долго думая, Джеймс снял с себя белую футболку, оставшись с голым верхом, и обматал ей мою ногу. Мои голубые джинсы давно стали бордовыми, а кровавое пятно на футболке Джеймса становилось больше с каждой секундой. Шон подхватил меня на руки и быстрым шагом понёс куда-то. Я до последнего пыталась держаться в сознании. Но через пять минут я отключилась. Очнувшись в комнате, я резко села на кровати. Ко мне тут же подбежал Джеймс. — Ты как? Как чувствуешь себя? Я попыталась пошевелить ногой. Больно. Рваная рана дает о себе знать. — Ужасно болит нога. Прекрасно. Вспомнила детство, называется. Едва не умерла. — Все хорошо. Не волнуйся. Раз ты в порядке, я могу идти домой. Я посмотрела в окно. На улице было темно. — Сколько времени? — Час ночи. — Почему ты здесь? Время позднее. — Я хотел убедиться, что с тобой все в порядке. Я только хотела возмутиться, но передумала и лишь улыбнулась. — Доброй ночи. — Доброй ночи, Дженифер. — парень чмокнул меня в лоб, пальцем аккуратно провёл по ноге и ушёл. Я посмотрела на ногу. Место было перевязано бинтом. Он немного пропитался кровью и в одном месте было видно красное пятнышко. Мне становилось жутко, вспоминая то, как пол ушёл из-под ног. Я дотянулась до телефона и сфотографировала ногу. Отправила фото Чейзу. Я знала, что он не спит. И оказалась права. Через пять минут он прочёл мое сообщение. Сперва он что-то долго печатал, затем перестал. Я сидела и минут десять смотрела, как он набирает сообщение. В итоге ничего не дождалась. Вместо слов поддержки или тревожного: «Что случилось? Ты в порядке?», я получила наглое: «Я занят, напишу позже». Во мне вскипела ярость. Хотелось швырнуть телефон в стену и больше никогда не писать парню. Мне хотелось его услышать. Я набрала номер. Он скинул. Набрала снова. Опять скинул. Что он себе позволяет? Я отключила телефон и отложила в сторону. Выключив лампу, я отвернулась к стене, пытаясь заснуть. Бессонница. Попытки заснуть оказались провальными. Я пролежала до рассвета. Когда взошло солнце, я включила телефон, в надежде, что он написал. Наивно. Он был в сети совсем недавно, но так и не написал. Я отключила телефон окончательно и убрала подальше. Из глаз медленно потекли слезы. Что с ним происходит? Это не мой Чейз. Это не тот милый и заботливый парниша, в которого я влюбилась. Наступило утро. Люди в доме начали постепенно просыпаться. Я отвернулась к стене. Каждый, кто проходил мимо, заглядывал ко мне и смотрел на мое состояние. Я отвернулась, чтобы никто не видел моих слез. Мама с папой зашли в комнату на цыпочках и подошли ко мне. — Она спит со вчерашнего вечера. — Джеймс сказал, что она просыпалась. — Может, разбудим ее? — Не нужно. Ей нужны силы, пусть спит. — ответила мама. — Ладно. Тогда, оставим записку? — Напиши. Отец быстро написал что-то на листе бумаги и оставил его на прикроватной тумбе. Я притворялась спящей и не подавала виду, что слышу их. — Идём. Они ушли. Я по прежнему не могла прекратить плакать. Сейчас я чувствовал себя одинокой и никому не нужной. Все куда-то ушли, Чейз не интересуется мной. Что происходил с моей жизнью? Дверь снова приоткрылась. Кто-то медленно вошёл в комнату и подошёл к кровати. Я усердно делала спящий вид. — Я знаю, что ты не спишь. — прошептал Шон. — Ладно, рассекретил. — Что случилось? — В смысле? — В прямом. Какой таз слез ты тут льёшь? Всю ночь ревела? — Шон, я… Чейз даже не поинтересовался моим самочувствием. — Давай, я останусь. Родители собрались в театр. Ну, все вместе. Решили, что у тебя проблемы и тебе лучше отлежаться. — Нет, езжай. Не пропускай из-за меня. — Тебе плохо. Я не хочу, чтобы ты грустила. — Шон, я настаиваю. Я все равно сейчас буду спать. — Смотри мне, будешь плакать… — Я поняла. Уже заканчиваю. — Люблю тебя, сестрёнка. Я улыбнулась. Шон ушёл. Я попила воды. Кто-то поднимался по лестнице. Я отчётливо слышала шаги, но не могла определить, чьи это. Дверь открылась очень медленно. В комнату заглянул Джеймс. — Привет. — Салют. Ты как? — Нормально. Ты как тут оказался? — Зашёл через дверь. Шон сказал, что ты тут одна и плачешь. — Нет, я не плачу. После этих слов по щеке предательски скатилась слеза. — Вот черт. — Эй, котёнок, ты чего? Джеймс подошёл к кровати и сел рядом. Я быстро вытерла слезу с щеки и попыталась успокоиться. Бессонная ночь и безразличие Чейза сильно ударили по моему эмоциональному состоянию. Как бы я хотела, но не могла успокоиться. — Да что это со мной… Я растирала слезы по лицу, словно пыталась избавиться от грустных мыслей. Джеймс приобнял меня за плечо и прижал к себе. — Когда ты расстраиваешься, я не могу так спокойно сидеть рядом. Пожалуйста, не думай о плохом. Я перевела взгляд на телефон. Он был отключён и я не знала, написал ли мне Хадсон. — И даже не думай об этом дураке. Не хочет — пусть не пишет. Это его проблемы, что он ведёт себя, как мудак. — Не говори так, он же мой парень. — Поэтому ему плевать на твоё состояние? — Нет… Подожди, откуда ты знаешь? — Шон сказал. — Ну, братик… все разболтает. — Он не хотел, я едва вытянул из него. Так что, вини меня, я слишком любопытный. Парень улыбнулся мне и вышел из комнаты. Я села на кровати. Спустив ноги на пол, я попыталась встать. У меня получилось. Я сделала пару шагов и удержалась за стол. При нагрузке на повреждённую ногу, рана начинала ныть. Двигаться и ходить я могла, но с передышками. Я стояла у окна, держась за стол, когда Джеймс вернулся с чаем и шоколадкой. — Забавно, каждый раз у меня что-то случается с ногой. — То есть? — У меня была своя команда черлидеров там, в Клифтоне. И перед важным матчем, где мы могли зарекомендовать себя, как лучшая черлидерская группа, меня уронили. Я повредила ногу и не смогла выступать. Мою команду украла одна стерва. — Дженифер, я уверен, что ты приобрела больше, чем потеряла. — Я не знаю. Это сложно. Я потратила на это почти все своё время. Я развернулась и пошла к кровати, медленными шагами. На половине пути я запнулась об свою же ногу, резко наступив на раненую ногу, я вскрикнула от режущей боли и не смогла удержать равновесие. В самый последний момент Джеймс успел поймать меня. Он поставил меня на ноги, все ещё удерживая. Рукой он прижал меня к себе. Я тяжело дышала, Джеймс опустил взгляд с моих глаз на мои губы. Его взгляд слишком долго был на моих губах. — Дженифер, я… — он замолчал. — Будь осторожна. Он отстранится и помог мне сесть на кровать. Его настроение сменилось очень резко. Он перестал улыбаться и о чём-то задумался. Я взяла стакан и сделала глоток. Вкус напомнил что-то из детства. И запаха был до боли знакомый. — Ух ты, я уже такой пробовала. Не могу вспомнить, где. — У меня дома. — Да? — Угу. Моя мама всегда нам его наливала. — Я помню. Поверить не могу, что прошло столько лет. Все было будто совсем недавно. — Да. Ты так часто сюда приезжала. А потом резко перестала. Почему? — Не знаю. Поменялись интересы. Я начала отдаваться с головой в спорт. Перестало хватать времени на поездки. А что интересного у вас было? — Я ждал тебя каждый сезон. — Джеймс опустил взгляд, водя пальцем по стакану. — Писал тебе в соцсетях, а ты не отвечала. Я понял, что общение с простыми мальчишками тебе больше не интересно. Решил, что глупо навязываться и просто перестал напоминать о себе. Мне стало стыдно за то, что я игнорировала его сообщения. Я даже ничего не отвечала. — Я злился, ужасно злился. А потом подумал, что это глупо. Тебе ведь все равно. Так? — он поднял взгляд и посмотрел с ухмылкой. — Джеймс, просто… — Не стоит оправдываться, Джен. Ты переросла это. Ты тогда уже стала считать себя взрослой крутой девочкой. А мы… мелюзга. — У нас разница всего два года. — У вас с Шоном два, со мной один. Но тем не менее, я оказался в стороне. — Ты не оказался в стороне. Извини меня за игнор. Это был ужасный период, из-за черлидинга и моих успехов в нем, моя самооценка взлетела до небес. Тогда я оттолкнула от себя многих. Прости. — Да и черт с этим. Самое смешное и обидное в этой ситуации это то, что когда ты покинула нашу компанию, мои чувства к тебе не покинули меня. Лишь из-за этого я мучился. — Чувства? — Угу. Я был влюблён в тебя. — Воу. Ого. — Потом, спустя два года я смог окончательно забыть тебя. Правда. Пусть это звучит слишком грубо и некрасиво, но я даже забыл о том, что ты существуешь. — Оно же к лучшему. — Забыл ровно до того момента, пока не увидел тебя снова. Вчера, когда я тебя увидел, за пару секунд до того, как Шон представил тебя, перед глазами пролетело все наше детство. Все наши секреты и тайны. Я сразу вспомнил, как ты меня называла, какой чай ты любишь и какой твой любимый цвет. — я приподняла бровь. — Джейми. — прошептала я. — Именно. Только тебе я разрешал себя так называть. — Я поступил, как настоящий баклан, когда вчера похвалил твоё лицо и фигуру. Нет, они действительно хороши, но… В первую очередь я должен был сказать отдельно о твоих глазах. Такие красивые и… одновременно загадочные. И голос. Этот нежный голос я готов слушать всегда. Я чуть не сошёл с ума, когда ты поранила ногу, от мысли о том, что тебе больно, внутри все разрывалось. И было плохо от того, что я не мог помочь. Только сейчас я понимаю, что… я люблю тебя, Дженифер. Я молчала, уставившись в одну точку. Мои руки предательски тряслись, выдавая волнение. Я пыталась подобрать подходящие слова. — Джейми, я… Я не успела договорить, как мягкие губы Джеймса оказались поверх моих. Он нежно поцеловал меня и отстранился. — Прости меня за такую наглость. Ты — предел моих мечтаний, Дженни, и я сомневаюсь, что мог бы любить кого-то так же долго, как тебя. — Ого. Ну вы даёте. Оставляешь их на несколько часов одних, а они уже репетируют свадебную речь. — Шон прошёл в комнату и кинул кофту на стул. — Ты давно здесь? — Не то, чтобы давно, но поцелуй ваш видел. Я зажмурила глаза, мне стало очень стыдно. — Не волнуйся, сестренка, это между вами. Я могила. Тема с признанием Джейми быстро замялась. Шон начал рассказывать о том, как скучно в театре. Он вернулся раньше остальных, потому что они поехали в магазин. Я участвовала в разговорах, но думала лишь об одном. Как быть и что делать дальше.