Если наш роман игра - мы проиграли.

Я как пуля влетела в отделение больницы. У стойки сидела молодая девушка. Она тут же выскочила ко мне. — Чейз Хадсон! Где Чейз Хадсон? Его привезли сюда после аварии. — Вам звонили? Вы свидетель? — Я… — я сглотнула ком в горле. — Я его девушка. Мне звонил врач. — Вы его жена? — Нет. Просто девушка. — Я сомневаюсь, что вам можно. — Я прошу вас… Я не могу оставить его. — Ну… хорошо, я поговорю с доктором. Ждите здесь. Я тряслась, словно маленькая напуганная собачка. Лео обнял меня. — Не волнуйся ты так, успокойся. Все хорошо. Он жив. — Я не могу. Господи, я не должна была его отпускать. — Он был зол и упрям, ты бы не смогла его остановить. Ну, разве что, лечь перед машиной. К нам вернулась медсестра. Она кивнула мне. Я последовала за ней. Она дала мне накидку и я вошла в палату. Было две кровати. На одной лежал Чейз, он был в отключке. Не соседней лежал Мигель. Молча он смотрел на меня. Затем, он тихо прошептал. — Прости. — Что я говорила? Не садись за руль. Если бы последствия были хуже, я бы не пережила смерти Чейза. — Джен… — Мигель, как это произошло? Я медленно подошла к Чейзу и села на стул рядом с его кроватью. — Мы шутили и смеялись. Я отвлёкся от дороги. Чейз закричал, чтобы я крутил руль, потому что я нёсся по встречной полосе, нам на встречу ехала фура. Я резко вывернул руль вправо. Это было слишком резко. Я не смог справиться с управлением, мы слетели в дороги. Машина несколько раз перевернулась. Её уже не починить. В общем… нам повезло. В таких авариях редко выживают. Прости меня. — Кто вызвал скорую? — Я был ещё в сознании. Я успел выползти из машины и вызвать спасателей. Потом я отключился. — И какие у тебя травмы? — У меня множество ушибов, сотрясение и сломанная рука. — А Чейз? — Он пострадал больше. Он разбил головой боковое стекло. Стекло осыпалось. Он порезал руку и в лицо тоже прилетело. Ну, ты видишь. Думаю, сотрясение тоже не прошло стороной. Он потерял много крови. Дженифер, я идиот. Я взяла руку Чейза и прислонила к щеке. В палату вошёл врач. Он молча кивнул мне и Мигелю. — Здравствуйте. Ваш парень молодец. Боролся, как настоящий борец. — О чем вы? — Потерял слишком много крови, но не сдавался. Мы зашили ему раны на плече, голове и брови. Останутся шрамы, но они не будут сильно заметны. — Когда он очнётся? — Не могу сказать. Он очень слаб сейчас. — С ним все будет в порядке? — Безусловно. Через месяц он полностью реабилитируется. — Месяц? Он будет здесь месяц? — Нет, мы отпустим его из больницы сразу же, как только он начнёт чувствовать себя стабильно хорошо. Но ещё месяц могу быть мигрени, головокружение или ныть раны. Но это не так критично. Я выпишу лекарства. Вы не собираетесь домой? — Ещё нет. — Вам принести воды? — Если можно. — Конечно, сейчас. Врач вернулся через три минуты с бутылочкой воды. Я взяла ее и поблагодарила мужчину. Чейз лежал так же без сознания. Мигель уснул. Я сидела на стуле и уже дремала. Незаметно наступило утро. В кабинет вошла медсестра. Она поставила какую-то капельницу Чейзу и Мигелю и снова ушла. Хадсон пошевелил пальцем. Я проморгалась и уставилась на него. Он сморщился и очень медленно открыл глаза. Увидев меня, он едва заметно улыбнулся и снова закрыл глаза. — Привет. — едва прошептал он. На его глазах показались капельки слез. — Спокойно. Я рядом. Чейз сжал мою руку чуть крепче. — Спасибо, что ты рядом. Прости за все, что я сказал тебе перед тем, как уехал. — Я тоже много сказала. — Ты давно здесь? — Ну да. Хочешь пить? — Да. Я наклонила ему бутылку и парень сделал несколько глотков. — Я даже не знаю, что сказать… Как я выгляжу? — Ты выглядишь ужасно. — Не нравлюсь тебе таким? — Ты нравишься мне любым. Но я предпочитаю видеть тебя здоровым. Без швов и ссадин на лице. — Я наговорил ерунды. Все то, что я сказал в беседке… это бред. Я просто испугался, что снова могу потерять тебя. Можем мы забыть это? — Да. Конечно, да. — Вернём ту пару? — Почему ты спрашиваешь? Я люблю тебя. — И я тебя. — Вы звучите так забавно. Будто для вас это какой-то рутинный разговор. — Мигель… лежи и выздоравливай. Парень тихо хмыкнул. Я провела с Чейзом ещё некоторое время. В палату вошёл врач. — Снова здравствуйте. Чейз, может позвоним твоим родителям? — Да. Я сейчас позвоню. — Мы позвоним сами, если позволишь. — Конечно, хорошо. Мужчина кивнул и ушёл. Я провела рукой по волосам Чейза. Тот шустро чмокнул мою ладонь. Я рассказывала парню о том, что происходило на вечеринке, когда он уехал. Через полчаса в палату вылетели миссис и мистер Хадсон. Мама была в слезах, отец пытался скрыть эмоции, но выступившая вена на его лбу и сжатые в нитку губы выдавали его тревожность и состояние. — Чейз! Как ты? — его мама тут же подлетела к койке. Он взглянула на меня и выпрямилась. — Дженифер… детка, здравствуй! Прости меня, что мы встречаемся при таких обстоятельствах. Почему ты здесь? — Как же… не могла же я проигнорировать случившееся и просто сидеть дома. — Я думала ты держишь обиду на Чейза. Все это так ужасно. Я не знала, куда себя деть. Прости его. — Пожалуйста, давайте забудем это. Мы давно помирились. Все хорошо, я не таю обиды, мы все обсудили. — Правда? — Да. Вам не о чем волноваться. — Мама, мы снова вместе. Родители Чейза переглянулись. Они посмотрели на нас и улыбнулись. — Как ты? — словно ни в чем не бывало, спросил отец Чейза. — Все нормально. Я жив и это уже успех. — Как же так вышло? Я повернулась на Мигеля, тот даже не смотрел в нашу сторону. Я знала, что если Хадсоны узнают, что друг их сына был пьян за рулем и авария произошла по его вине, они взбесятся. Парню не дадут покоя. Бесспорно, они адекватные люди, достаточно рассудительные и справедливые, но они слишком любят своего сына, чтобы игнорировать факты. — М-м, не помню. Я ударился головой, поэтому даже не могу вспомнить. — Чейз пожал плечами. — Да я чувствую себя прекрасно. Не волнуйтесь. Уже скоро буду скакать как козлик. Сколько бы Чейз ни хвалился, ссадины на его лице и теле не давали убедиться в этом. Когда он менял позу, то сдерживал себя, чтобы не показать, что ему больно. Я то видела все его кривые улыбки и то, как он морщился. Родители ещё несколько минут молча постояли у койки сына, попрощались и ушли. Я все ещё сидела на стуле. Чейз посмотрел на меня. — Иди домой, леди. — Ты меня гонишь? — я улыбнулась. — Да. Тебе нужно отдохнуть. Ты здесь с самой ночи. Кстати, кто тебя привёз? — Лео. — Лео? — он хмыкнул себе под нос и нахмурился. — Ясненько. Ну, иди. Не волнуйся, здесь есть, кому за мной присмотреть. Я чмокнула парня и вышла из палаты. На улице я набрала номер Лео. Тот ответил спустя два гудка. — Привет. Как там Хадсон? — Привет, Лео. Ничего не сломано, но заработал порезы и ссадины. Ты можешь меня забрать, пожалуйста? — Конечно. Через десять минут буду. — Спасибо. Парень повесил трубку. Я ждала его на лавке рядом с больницей. Он подъехал и помахал мне. На пассажирском сиденьи сидела Эмили. Она мягко улыбнулась мне. — Привет. Дженифер, извини меня, за то что вчера повысила на тебя голос. — Ничего. Бывает. Я тоже хороша. — Извини, что снова начинаю, но… что решили с Хадсоном? — Да вместе мы. — Наконец-то. — А вот у меня вопрос к Лео. Что у вас с Чейзом? — В смысле? — Когда я сказала, что ты меня привёз, он нахмурился. Чем вызвано его недовольство? — Откуда мне знать, что у него на уме? — Признавайся. — Мы поругались на вечеринке. — Когда успели? Вы даже не пересекались. — Я просто заговорил о тебе, о том, что, возможно, ты была бы не против все начать заново. Он взбесился и сказал мне не лезть в ваши дела. Я разозлился и ответил, что больше никогда даже не спрошу о том, как там ваши отношения. Но, клянусь, Джен, я ценю вас, своих друзей и не могу игнорировать все случившееся. Извини, за то что я дал волю эмоциям. — Бывает. Уже все хорошо. Мой телефон завибрировал. Я ответила. — Да? — Привет, как ты? Меня кинуло в жар, а затем в холод. Я так рада слышать этот голос, но что-то меня тревожит. Например то, что я не звонила на этот номер с тех пор, как приехала в Клифтон. — Привет, Энтони. Я… не особо. Ты как? — У меня все ужасно. — Что случилось? — Ты ни разу не позвонила мне. Даже не написала. Как я должен себя чувствовать? — Черт, Энтони, прошу, прости меня. Тут столько всего навалилось. Я честно даже не успевала думать ни о чем другом. — Что там произошло? Снова Чейз? — Типа того. Он попал в больницу. — И что с ним? Идиотизм? — Он попал в аварию. Я очень переживала. Ты должен меня понять. — Да, я понимаю. Что вы с ним решили? — То есть? — Даже не говори, что вы не обсуждали ваши отношения. — Ну… мы вместе. — А я говорил. — сквозь трубку я слышала, как он улыбается. — Не улыбайся. Смущаешь. — Ах, я чего звонил то? Начальство хочет, чтобы ты вернулась на работу как можно скорее. Они выплатят тебе больничный полностью, но им нужно твоё присутствие. Там какой-то особенный клиент, с хорошим счетом. В течение трёх дней ты сможет вернуться? — Думаю да. — Хорошо. Позвонишь, я встречу тебя в аэропорту. — Хорошо. Спасибо. Я повестила трубку. — Кто там? — Энтони. Подруга криво улыбнулась. — Через три дня мне на работу. — А Чейз? — Пока что я не буду это обсуждать. Сперва мне нужно обдумать это с собой. Лео отвёз меня домой. Я сказала родителям, что через два дня уже улечу обратно в Нью-Йорк. Некоторые вещи я решила собрать уже сейчас. Один чемодан уже стоял в углу. Утром следующего дня я снова навестила Чейза в больнице. Он рассказывал мне о капельницах, таблетках и несмежных шутках Мигеля. Мой телефон провибрировал. Я посмотрела на экран. Входящий вызов от Эмили. Ответила. — Привет. Ты скоро уезжаешь, мы хотели позвать тебя в кафе. Сегодня в три. Пойдёшь? Посидим, как раньше. — Хорошо. — Прекрасно. Сказала Чейзу? — Нет ещё. — Нет? А когда скажешь? — Разберусь. Ладно, не могу говорить. Я скинула. — Кто там? — Эми. Пригласили в кафе. — Эх, как жаль, что я ещё торчу здесь. Хочу с вами. — Лечись, Чейз, тебе нужно придти в форму. — Да, я должен придти в форму до твоего отъезда. В моих планах было ещё съездить с тобой кое куда. — Куда? — Сюрприз. Думаю, через недельку мне станет намного лучше и мы с тобой скатаемся. Я не могу сказать ему сейчас. Это расстроит его. Но какая разница, сейчас или позже? Я положила руку на щеку Чейза и улыбнулась. Мне так не хочется его оставлять. — Ты чего, детка? — Люблю тебя. — Я тоже. Тебе не пора домой? Долго со мной возишься. — Да, скоро поеду. Ещё час в палате и я вышла на улицу. Вдохнув свежего воздуха, я пошла к машине. Сев внутрь, я завела ее и поехала оттуда. Завтра вечером у меня самолёт. Я все ещё ничего не сказала Чейзу. Скажу вечером. Позвоню перед сном. Нет. Съезжу после кафе. Лучше сказать это лично. По приезде домой я валялась в гостиной и у меня не было и малейшего желания вставать и делать что-то. Ехать в кафе хотелось меньше всего. Я набрала Эмили. — Да-да? — Привет. Может не пойдём в кафе? Десять секунд подруга просто молчала в трубку. — Не поняла. — Ну что? Я просто очень устала. — От чего? — Не знаю. Давайте соберёмся у меня? Посидим, можем на улице. Как хотите. Что угодно, только не на выход. — Хм… ладно, уговорила. Едем к тебе. — Я жду. И получаса не прошло, как мои друзья уже перешагнули порог моего дома. Мы сели на кухне. Ребята принесли с собой пирожные. Я налила нам чай. Мы общались и разговаривали о том, как снова будем скучать друг по другу. Дверь в коридоре хлопнула. Эмили, стоящая у разделочного стола, обернулась. — Родители пришли. — я отмахнулась. — Кстати, ты сказала Чейзу, что уезжаешь? — Эмили села обратно за стол. Я отвела взгляд, будто рассматриваю маникюр. — Так… — Тихо. Не надо мне читать лекции. Я вечером поеду и все ему расскажу. — Ты в курсе, что ты как то поздновато опомнилась? — Я знаю. Но я не представляю, как ему об этом сказать. Окей, я приду, сяду рядом с ним, и что я скажу? «Чейз, пока ты тут лежишь и приходишь в себя после того, как чуть не умер, я сваливаю в Нью-Йорк.» Так? — Дженифер… — Эмили! Я знаю, что поступаю нелогично и глупо. Но войди в положение. Я правда без понятия, как ему это преподнести. Её взгляд забегал. Она смотрела куда-то мимо меня и снова мне в глаза. — Не знала, как преподнести, поэтому решила свалить молчком? Я обернулась. В дверном проеме стоял Чейз. По телу пробежались мурашки. — Чейз… я собиралась сообщить. — Когда? Хотела отправить фотографию из самолета? Или, может, сразу бы скинула фотку из Нью-Йорка? Чего лишний раз меня оповещать? Я подскочила со стула и подошла к Чейзу. Он сделал шаг назад от меня. — Я думал у нас все хорошо, Джен. А ты так легкомысленно отнеслась к этому, будто уезжаешь на день… Спасибо, что хотя бы несколько дней помнила обо мне. — Что значит несколько дней? Я всегда помню о тебе! — Оно и видно. Парень вышел из дома и шумно хлопнул дверью. Я обернулась на ребят, те сидели с выпученными глазами. — Ребят, я… сейчас вернусь. Я выбежала из дома и побежала за Чейзом. Он уже вошёл в свой дом. Я открыла дверь и забежала следом. Парень стоял на кухне со стаканом воды в руке. Вода предательски выдавала, как сильно трясутся руки Хадсона. Я подошла ближе. Парень поставил стакан, облокотился на стол и сжал виски. — Вот… О’Нойл, веришь, нет, но я тебя даже видеть не хочу. И слышать. И даже чувствовать здесь твоё присутствие. — Чейз… — Ты просто скрывала, что уезжаешь. Я бы принял это спокойно. Я понимаю, что ты все равно уедешь в Нью-Йорк, но почему было так сложно сказать. Я в ярости. Я медленно подошла к парню сзади, положив руку ему на спину. Тот дёрнул плечом, скинув руку с себя. Я отстранилась. — Прости меня. Я все испортила. Чейз повернулся на меня. Он молча смотрел мне в глаза. Я снова сделала медленный шаг к нему. Положив свои руки на его щеки, я встала на цыпочки. Парень не двигался. Я чмокнула его в уголок губ. Рука Чейза проползла по моей спине и остановилась на лопатках. Он наклонился и нежно поцеловал меня в губы. Я обвила его руками. — Почему ты не в больнице? — Я узнал, что вы с ребятами сегодня собираетесь у тебя. Хотел сделать сюрприз и приехать. Едва отпросился у медсестры. С врачом долго разговаривал, чтобы отпустили. Обещал, что не буду нервничать и нагружать организм. А из-за тебя, получается, я соврал. Так, и во сколько у тебя самолет? — В шесть. — Понял. Ладно, иди к друзьям. — Не хочу. Пойдём в комнату? Чейз поднял бровь и улыбнулся. Его рука опустилась ниже моей талии. Он чмокнул меня в шею. — Нет, нет. Ты обещал врачам без физических нагрузок. — Но я обещал и не нервничать. — Вот. Одно обещание уже нарушил. Нельзя же нарушать все правила. Мы поднялись в комнату, Чейз лёг на кровать, закинув руки за голову. Я легла рядом и обняла его. Находиться с ним здесь и сейчас было просто прекрасно. Я не хотела улетать. Не хотела одна. Хочется с ним. Взять его с собой. Чтобы мы были вместе, там, в Нью-Йорке. — Ну и когда ты прилетишь снова? — Я не знаю. Совсем не знаю. Я провела по телу парня рукой. — Я люблю тебя. — прошептал Хадсон. — Я тебя тоже. Мы провели вместе весь вечер. Я ушла домой, только после одиннадцати. Мне пришлось извиниться перед друзьями за то, что я убежала и не вернулась. Они не обижались. Следующий день был очень тяжёлым для меня. Сборы, суета, мысли о работе, учебе и Чейзе. Как я могу просто уехать? Утром парень вернулся в больницу. В обед я заехала попрощаться. Оттуда отец меня забрал и повёз в аэропорт. Вся семья стояла в слезах, будто теперь мы прощаемся навсегда. — Вы чего? — Грустно. Мы так тебя любим. — Я вас тоже. Не грустите, это бессмысленно. — я улыбалась, но внутри все так сжималось. Я мельком оглядела толпу. Кинув взгляд на семью, я не смогла сдержать улыбку. — Вы самые лучшие. Ладно, я на регистрацию. Миранда все время смотрела на выход, будто кого-то ждала. Я пошла к стойке. — О, Чейз! — Миранда широко улыбнулась. Парень уверенно шёл в мою сторону. Я прикусила нижнюю губу. Знал бы он, как я сейчас рада его видеть. — Ты пришёл. Я думала, ты не сможешь. — Ага, ещё чего? Ты слишком хороша, чтобы не придти к тебе. Я должен был увидеть тебя последний раз. — Последний раз? — Ну, на ближайшее время. Теперь мы точно не увидимся в скором времени. — Спасибо, что пришёл. Чейз взял меня за руку и надел на неё кольцо. Я нахмурилась, глядя на него. Тот без эмоций поправил кольцо на моей руке и чмокнул меня. — Чейз, это… — Это чтобы на тебя не засматривались. Пусть знают, что не их ягодка. Меня передернуло. Я испугалась, что это могло быть более, чем подарком. — Оно прекрасно. — Как ты. Люблю тебя. Удачной дороги. Я обняла Чейза так крепко, как только могла. В самолёте я спала всю дорогу. Проходя по аэропорту, я смотрела себе под ноги. Прошло несколько часов, а на душе была ужасная тоска. Я вскинула голову и увидела Энтони. По щеке непроизвольно стекла слеза. Энтони улыбнулся и обвил меня руками. Я обняла его в ответ. Лишь сейчас я понимала, как сильно я скучала по нему. Я так люблю своих друзей. — Все хорошо? — Да. — Что это? — друг кивнул на руку. — Кольцо. — смущённо мурлыкнула я. — Вы… — Нет, просто подарок. Энтони кивнул и мы пошли к выходу. Он активно рассказывал о чем то, но я не могла его слышать. Мне было трудно не думать о Клифтоне, о том, что я снова там все оставила. Все. Всех. — Представляешь? Вот, что бы ты сделала на моем месте? — А? — О’Нойл. Я вижу, ты так рада мне, что даже не слушаешь. — Стой. Извини. Я… просто мысли о другом. Давай приедем домой и ты мне снова все расскажешь. Обещаю, я выслушаю. — Не дай бог, ты снова проворонишь мои слова. Окей, давай сначала ты расскажешь мне о том, как провела там время, а потом поговорим обо мне. Согласна? — Да. Извини за мой эгоизм. — Я не обижаюсь. Я рассказала Энтони обо всём, что было в городе. Тот выслушал и молча продолжил смотреть на дорогу, затем начал задавать вопросы. — Так… вы снова вместе? — Ага. — И он в больнице. Авария? — Верно. — И ты не можешь без него, это тебя убивает? — В точку! — Что сказать… надеюсь, он изменился. В любом случае, я не буду тебя отговаривать. Для меня важно, чтобы ты была счастлива с ним. Но пусть он только попробует тебя обидеть. — У нас все хорошо, Энтони, правда. — Я рад за тебя. Мы приехали домой. Энтони помог занести сумки в квартиру. Мы молчали, совсем не было идей, чтобы обсудить. — Когда ты выйдешь на работу? — Завтра. Думаю, стоит отвлечься от всего. Так тоскую уже. — Ладно. Займи себя чем нибудь. Если что, приходи в гости. — Хорошо, спасибо, что встретил. Мы с Энтони обнялись и он покинул мою квартиру. Весь день и вечер я лежала на кровати и листала каналы на телевизоре. Раза три я позвонила Чейзу. И мне этого не хватало. Мне мало. Я хочу к нему.