Тайны и загадки Парижа.

Палачи - люди нанятые исполнять приговоры высшей власти. Они бывают грубы и несправедливы, иной раз не слушая возмущений со стороны народа. Но что делать, если палач один из твоих друзей? Многие задавались этим вопросом, но почти во всех странах, во всех городах и провинциях люди зло проклинали имена тех, кто так или иначе относился к палаческой династии. Об этой злостной несправедливости думал и служил исключительно Его Величеству королю Франции палач Джакольд. Как и все палачи он распоряжался всем процессом казни, руководил самыми разнообразными пытками и экзекуциями, сам проводил их, но отличный от других палачей казнил только по приказу своего короля и никому более не подчинялся. Вот и сейчас мужчина шёл от площади Трогуарского креста, где казнил преступников из Королевской тюрьмы. Его верхняя одежда была сплошь в кровавых пятнах, на лице не было ни тени плохих эмоций, а за спиной неизменно висел длинный топор со слегка изогнутым лезвием. Предейдя на противоположную сторону улицы он вдруг заметил де Тревиля беседующего с несущим караул мушкетёром. — Здравствуй Рене - окликнул он друга, подойдя ближе и подняв вверх руку. — Здравствуйте господин де Тревиль. — Добрый день, сударь - капитан мушкетёров приподнял шляпу в знак уважения, вместе с тем приветствуя пришедшего. — Джакольд - извинившись перед капитаном Арамис крепко обнял старшего друга. — Я думал, что ты занят. — Казней нынче немного - ответил палач, глядя мушкетёру в глаза. — Но на полученные сегодня деньги я проживу целый год - он постучал по тугому кошельку на поясе. — А у вас забот по горло, как я вижу — Так и есть, но всё же это лучше, чем просто ничего не делать весь день! - отозвался Арамис, улыбнувшись другу. Они обменялись ещё парой фраз и вскоре мужчина удалился вниз по улице Добрых детей. — Всё в порядке? - спросил де Тревиль, положив руку на плечо своего подопечного. — Вы чем-то обеспокоены? — Капитан, почему люди так рьяно проклинают имена палачей? - тихо спросил молодой человек, глядя куда-то в землю. — Ведь палач не более чем лицо, приводящее в исполнение вынесенный королём приговор и считать их убийцами можно лишь тогда, когда палач не служит ни одной из сторон власти и казнит только по своей собственной воле! — Поймите Арамис, вы не сможете в одиночку изменить этот мир! - сказал де Тревиль. — Вы изменили мнение о Джакольде и он стал вам другом, но другим людям зачастую очень сложно изменить своё отношение к тем, кто наводит страх на весь город! Весь оставшийся день молодой мушкетёр думал о словах капитана. Да, Джакольд палач, и с честью служит королю и Франции и он никому бы не позволил назвать своего друга безжалостным убийцей. Ближе к девяти часам Арамис пришёл трактир "Золотая борона", надеясь за разговором с друзьями снять напряжение. — Вот такая история, друзья мои - Арамис опустил голову. — Я не представляю, как так можно и тем более не представляю, что делать дальше. — Джакольд достоин уважения - сказал Портос. — Благороден, справедлив, честен, отважен. — Я удивляюсь Арамис - сказал д'Артаньян, отставляя стакан с вином. — Как вы подружились с палачом, если по сей год это дело считается проклятым? — Он спас мне жизнь - ответил мушкетёр. — Когда один день я был на крепости Аррас меня ранили и загнали в крайний бастион, а сверх всего перечисленного придавили мне руку тяжёлым камнем. Джакольд оказался там очень вовремя, помог вытащить руку, перевязал раны и помог добраться до города. — Конечно опасаться такой дружбы надо, но только когда палач живёт сам по себе и казнит по своему умыслу? - объяснил Атос, делая очередной глоток вина. Мушкетёры сидели так несколько часов, весело смеясь, распевая песни и пугая посетителей трактира и лишь под полночь расплатившись с трактирщиком ушли домой.