Тайны и загадки Парижа.

“Эмоции составляют почти всю нашу жизнь, вынуждая делать порой странные и необдуманные вещи. Но порой человек лишает себя эмоций не потому, что это опасно, а просто потому, что лишние переживания не нужны даже самым близким людям!„ В то утро четверо друзей поднялись к десяти часам, так как их караул был смещён на два часа позже и после завтрака стали неторопливо собираться, стараясь ничего не забыть. — Ну вот, как всегда - выругался д'Артаньян, ища кинжал. — Вечно его нет там где нужно - гасконец так увлёкся поиском нужной вещи, что задел локтем лежащий на тумбочке нож, отчего тот упал на пол, пройдясь острым лезвием по запястью молодого человека. — Друг мой вы в порядке? - по лестнице спустился Арамис, почти молниеносно оказавшись рядом с ним. — Вы ранены? — Пустяки, дорогой друг - со смехом отмахнулся гасконец, перевязывая руку. — Просто задел нож, вот и всё. — Стоит ли волноваться из-за такой мелочи? - спросил Портос, кладя руку на плечо Арамиса. — А разве вы не знаете, что любая, даже самая мелкая рана требует лечения? - Арамис с удивлением, приправленным страхом посмотрел на обоих товарищей, однако мушкетёры стояли на своём, уговаривая друга не волноваться. На занятиях Арамис был мрачен, в голове роились тревожные мысли, но мысль о том, что его забота не нужна самым близким и дорогим людям затмевала все остальные. Однако, молодой мушкетёр отбросил эту мысль, сосредоточившись на своём противнике. Жан был ловок и всё время норовил нанести удар, хоть и знал, что в какой-то мере они сильно похожи. Неожиданно, позади послышался звук удара и стоны в один миг все обернулись. Возле одного из небольших возвышений издавая хриплые стоны лежал мушкетёр с поистине бледным и поцарапанным лицом. — Жермен - Арамис резко спрятал шпагу в ножны и подбежал к нему. — Больно - простонал молодой человек, схватившись за плечо Арамиса. Следующие часа два с разрешения де Тревиля молодой мушкетёр провёл в кабинете лекаря, стараясь облегчить полученные Жерменом мелкие ранения и травмы. Однако, Арамис всё больше думал о том, что самые дорогие ему люди бегают от его заботы. Конечно он сильно волновался за здоровье и жизнь товарищей, ставших за годы жизни в Париже больше нежели просто друзьями. Но чем больше мушкетёры говорили, что справятся сами, не позволяя заботиться о себе во время болезней или ранений молодой человек всё более стал чувствовать себя ненужным, а излишнее волнение лишь подливало масла в огонь. — Арамис - кто-то неожиданно потряс его за плечо. — Арамис проснитесь. — А? - молодой мушкетёр резко поднял голову от рук. — Господин капитан? — Что-то случилось? — Нет, нет - де Тревиль показал отрицательный жест. — Я просто пришёл проведать вас и Жермена, ведь уже четверть седьмого. — Он в порядке, мой капитан - Арамис отдал в руки командира несколько исписанных листов. — Однако, я бы на его месте на несколько дней оставил физические нагрузки, чтобы не допустить повторного перелома рук и ключицы. — Ваши познания в медицине это конечно похвально, но... - де Тревиль смерил своего подопечного оценивающим взглядом. — Что с вами происходит? — Вы чем-то расстроены?