чабрец и можжевельник

Всю неделю Тсуна, в каком бы ни была состоянии, после заданий сидела за школой, сидела и наблюдала бои. Всё это, конечно, глупый фарс, дешёвый спектакль, но следить не переставала. Девушка была измотана за последние дни безумным количеством миссий. Что-то странное творилось на границе миров и вот-вот грозило обернуться проблемой. Ее интуиция не затыкалась и изводила все сильнее и сильнее, а бессонные ночи из-за драк Хранителей докидывали пару йен в копилку нервозности. Радовало только то, что сегодня последний бой, и после этого нужно будет пережить гнев Емицу и спрятать брата и мать, а потом уже можно будет отдохнуть. Надо будет выбраться семьей на пикник, пожарить зефира на костре, дать фамильярам понежиться в горной воде, в конце концов. Экзорцистка тряхнула головой и отогнала мысли, сейчас ей стоит быть сосредоточенной. Занзас уверенно отражает удары, и доведенными до автоматизма движениями выпускает столбы огня. Кирито рефлекторно уклоняется и автоматически нападает. Словно битва роботов, только вот вариец плавный и отточенный опытом, а вот его соперник как Гола Моска в человеческом теле. Теперь Скайрини понимает, о чем говорила Тсуна, и хмурится, ему все это очень не нравится. Только сейчас он пробует на зуб парня и понимает, что это вовсе не он, а пустая кукла. Это понимает и остальной отряд, по лицам, что расположены боком к мечнице не очень разобрать эмоции, но души довольно красноречивы. Пламя омывает стены здания, коптит барьер. Лемонграсс застилает все в округе, в нем мешается чабрец, и Тсуна прикрывает глаза под усталые ассоциации с домом, с Широ. Но резко распахивает глаза. Чабрец? Откуда? Бок Скайрини обдает огнем Савады, но не Кирито, а Тсуны. Это пламя он узнает, даже если на девушке капюшон. Экзорцистка отталкивает волной силы оба Неба и принимает удар клыков на лезвие меча. Вурдалак зашипел и попытался напасть, но был разрублен одним ударом. Земля школьного двора затрещала, а воздух наполнился запахом гнили. Вокруг зоны зрителей, куда были откинуты противники, Натс возвел стену огня, сжигая опасные миазмы в барьере. — Онна, приведи клоуна, братьев, и Фуджимото. — Мечница крикнула даме, которая кивнула и рассыпалась свежим снегом. — Мелкая, что за херня? — Занзас красноречиво выразил свое отношение к ситуации, как только подруга появилась на закрытой территории. — Пиздец. Там, — Она указала пальцем за спину. — врата в дом родной Маммоны да Бельфегора, хотите прогуляться? — Твою мать. Как?! — Вайпер подлетела к барьеру и начала вглядываться в расплывчатое отражение двора. Бэл нервно дернулся и безумно рассмеялся, чувствуя знакомую ауру. — Астарот. — Савада словно выплюнула имя и машинально провела рукой по плечу. — Там сейчас миазмов больше, чем смолы на тонкой земле. — Она потянулась к рюкзаку и достала бутылки. — Пейте, может хоть выживете. — Незнакомка для всех, кроме Варии да Тумана с Облаком, раздала святую воду людям. — Да кто ты такая?! — Хаято вскипел и бросился чуть ли не с кулаками. — Ваш единственный билетик не сдохнуть тут. — В такт словам, экзорцистка скинула ткань с головы, и игнорируя удивленное повторение своего имени продолжила. — Леви, Кея держите щит, я забираю Натса, вам помогут Солнышки, поддерживая силы. Мукуро, пойдешь со мной за грань, но как только наглотаешься скверны, реинкарнируй или вали к Луссу. Бэл, Маммона, идем. Онна скоро приведет клоуна и остальных, нам нужно только сдержать врата. — Экзорцистка удобнее перехватила меч и двинулась к пламенной грани. — Не подохни там. — Занзас беззлобно ухмыльнулся и оглянул мафиози, из своих застывшим на месте увидел только Грозу, варийцы узнали прелесть руководства Тсуны еще в первый день знакомства. — Ну и чего встали? Выполнять! — Главное, не выходите за барьер, если не хочется умереть от чумы. — Она кивнула Хибари, и тот вместе с А-Таном сменили льва, выпуская группу во двор. Глядя на беснующихся демонов, со стороны послышалось неровное куфуфуканье и шишишиканье. А делать нечего, только выживать. Они встали стеной, не пропуская нечисть дальше, отрезая единственный путь во внешний мир, закрывая на школьном дворе. Гулей и вурдалаков было столько, что все сливалось в одну буро-коричневую мешанину. Тсуна уже не видела своих и рубила наотмашь, словно мясник. От вони и гнили слезились глаза, а резкий чабрец резал рецепторы, но это не заставило потерять концентрацию. Хлесткий удар пламени, слетевший с острия меча, осветил часть поля боя и Савада с остальной бравой компанией поняли, что неплохо оттеснили противника. Только все их усилия были как пытаться заткнуть открытый кран руками — бесполезны, пока открыты врата. Бедро полоснуло когтями и рану сразу начали разъедать миазмы, от чего экзорцистка сдавленно захрипела и воткнула нож, пробивая тело гуля. В рыке и шипении она даже не заметила, как кто-то зовет её, пока что-то синее не полыхнуло рядом. Звук выстрелов слился с общей битвой, а второй меч знатно ослабил напор на одну Саваду. Бон и Конекомару встали со стороны Маммоны, а Рензо и Изумо подхватили Бельфегора. Морияма вывела полуживого Мукуро, который явно заразился скверной в порыве помочь своему Небу. С подкреплением они быстро сдвинулись к самим вратам и уже тупо добивали всё, что оттуда вылазит. — Плохие новости. — Самаэль серьезно посмотрел на Тсуну, вырывая ее из битвы. — Я не могу их уничтожить своими силами. Врата были открыты братом, и он долго к этому готовился. — Что нужно? — Экзорцистка метнула нож за спину ректора, протыкая сердце вурдалака. — У них четыре опоры, нужно разрушить все, тогда я смогу закрыть. Правда, даже так не факт. — Фауст дернул девушку за руку, уводя из-под когтистой лапы. — Поняла. — Она извернулась в руках и крикнула почти на ухо демону, от чего тот злобно зыркнул. — Онна, уводи всех! Натс, хватай за шкирку Шака и прикрывай нас. Девушка буквально на спине проскользила под барьер, попутно отбиваясь. Она быстро подскочила к рюкзаку, рваными движениями выдергивая кусок материи, залила рану водой, отчего края плоти зашипели и перетянула ногу своеобразным бинтом. Когда Тсуна обернулась, то увидела Юкио со своим отрядом. Да, поганец успел ухватить себе класс Рина, сестра, конечно, хотела настучать в Ватикан, типа два сына сатаны, да как же так, просто чтоб забрать себе подростков, но даже она не такая подлая. К тому же её ребята постоянно в Италии и выдергивать туда этих было бы просто неправильно. На братьях спешно стягивались крупные раны, а вот Бон и Рензо получили пару серьезных тычков и на них не заживает как на собаке, поэтому Морияма быстро облила парней, а Ни стал выращивать алоэ и чертополох. — Что дальше, зверёк? — Хибари прищурился, усиливая плотность пламени в месте, куда начали давить демоны. — Закроем эту огромную жесть, разровняем землю, приведем двор в порядок, посадим цветочки, лишь бы грозный ГДК не устроил камикорос… — Савада бубнила под нос обливая меч водой и пуская по рунам пламя. — Главное чтоб цветочки не на могилку, а с землей не сравняли наши трупы. — Очень смешно. — Занзас встал напротив экзорцистки и сложил руки на груди. — Я не шучу. Сейчас ты — Она указала пальцем в солнечное сплетение парня, а ее голос стал жестким. — я, — Палец направился в сторону самой девушки. — и эти двое — Ладонь раскрылась и кисть уже указывала в сторону братьев Окумура. — Будем закрывать врата в ад. — Что это значит? — Аркобалено скрыл глаза в полях шляпы. — Что вместо того, чтобы пиздеть мог бы помочь Луссурии. — Мечница хлестко огрызнулась и перевела взгляд на Реборна. — Думаешь, раз радуга на грани миров, тебе не грозят миазмы и прогулка по зазеркалью? Так вот, разочарую: те, кого врата забрали, не возвращаются. Никогда. — Слова явно не из учебника, пропитанные темным опытом, что аж Юкио вспыхнул праведным гневом. — Что делаем? — Босс наёмников опустил свою тёплую ладонь на напряжённое плечо подруги и та немного укоротила поводок внутреннему берсерку. — Зань, ты же знаешь, что придурок Вонголы запечатал и тебя? — Девушка обернулась, упираясь глазами в глаза Скайрини и дождалась кивка. — Плюс подморозка задницы в глыбе льда, плюс нераскрытый потенциал… — К чему клонишь? Не время обходительности. — Парень сощурил глаза и склонил голову на бок. — К тому, что будет больно. — Экзорцистка позволила мечу выскользнуть из хватки и врезаться в землю, а ее ладонь засияла очень прозрачным небом. Девушка прижала пустой рукой затылок Занзаса, сталкивая их лбами и погрузила пальцы, а после и всю кисть, охваченную сиянием, в грудную клетку друга. Тяжелый текст ложился в пространстве и забивал уши, хотя Савада шептала. Вариец захрипел и его ноги чуть подкосились, а пламя начало прорываться, окутывая ладони. По щеке Тсуны скатилась тонкая слеза, а рука соскользнула с затылка на шею позволяя обессиленно повиснуть, когда на лбу Занзаса раскрылся лепесток яростного пламени. Меньше секунды экзорцистка восстанавливала дыхание и скидывала остатки льда Прорыва Точки Нуля с себя и друга. Как сквозь воду донеслось громогласное «врой» и они оба отмерли. — А так можно было? — Вариец ощутил полную силу своего огня, даже десятая часть которого была мощнее прежней. — Ты могла сразу так сделать? — Девушка устало мотнула головой из стороны в сторону под взглядом всех собравшихся. — Так. — Она на вновь твердых ногах подошла к старшему из братьев и положила руку на плечо. — Потеряешь контроль, Ватикан скажет прирезать тебя, но без полной силы пламени мы не справимся. — Сестра проникновенно смотрела в синие глаза Рина. В ответ оба брата серьезно кивнули, Юкио понимал, что хоть и гораздо лучше контролирует демоническую часть, у него нет проводника, как Курикара и при использовании пламени на полную шанс забыться в воле пламени высок. — Бэл, Маммона, ставьте барьер. — Глаза мечницы блеснули, показывая, что она говорит именно о силах Геенны. — Заня, Рин, Юки, нам нужно разбить опоры. Онна, иди к Натсу и смени Самаэля. — Есть! — Удивительно единогласно отозвались все присутствующие и удар ауры выбил весь дух. Зелено-фиолетовый барьер вспыхнул, пожираемый жестким пламенем. Плотная, почти черная стена с отблесками красного и синего встала нерушимым стражем под жутким взглядом Каваллини и чуть подрагивающими от темных искр пальчиками Вайпер. Но хоть грань и была плотной, также она была почти прозрачной, и теперь хорошо видно то кладбище, с которого вернулись экзорцисты. Тсуна глубоко вдохнула и скинула все ментальные блоки, ее Небо разгорелось, как новогодняя ель, застилая все пространство и окутывая Гармонией. Два парня тоже набрали воздуха, и их клыки с ушами удлинились, а зрачки рассыпались, костер адского пламени полыхнул с небывалой силой. Вариец только усмехнулся и выдернул меч рядом с собой, передавая хозяйке, и пробудил свои истинные силы вытаскивая любимое оружие. Тсуна и Юкио серьёзно глянули друг другу в глаза, а после с ухмылкой стукнулись предплечьями на удачу, что нужна как никогда. Дрим тима по спасению Ассии покинула безопасную зону. Девушка жестом указала каждую цель. Два мечника и два стрелка понеслись к центру нечистой силы, набирая скорость. Два пламени Неба, два пламени сатаны, сошлись в идеальном балансе нанося разрушительные удары по острым краям портала. Зеркальное полотно между мирами, заполненное головами нечисти, со скрежетом пошло трещинами. Волна оранжевого с синим с громким треском прокатилась по двору, следом за которой последовал удар дезориентирующий и в пространстве и во времени. Врата рассыпались, оставляя за собой разбитую землю. На передышку было не более пары секунд, и все выбравшиеся демоны обратились против них. Поле тварей Короля Гниения еще предстоит вычистить, а силы на исходе и даже фамильяры уже слабеют. Именно в этот момент Тсуна четко почувствовала запах чабреца и гнили, незабываемый. Плечо заломило от воспоминаний, а она была не в силах так быстро развернуться. — Живучая сука! — Рык Астарота отвлек абсолютно всех и даже его приспешники замерли от гнева хозяина. Самаэль сбил удар брата волной временных искажений и прикрыл Саваду. Теперь стало не только опасно, но и страшно. Два короля Геенны сошлись в схватке. Волны пространственных искажений резонировали с силами разложения. Хлесткие удары рвали землю, а аура сдавливала горло. Демоны жаждали смерти друг друга. Натс выдернул девушку из-под рук демонов и отскочил ближе к барьеру. Тсуна благодарно улыбнулась и послала фамильяров вытаскивать остальных из зоны поражения. Она еле поднялась, а под задравшимся рукавом виднелись черные пятна. Конечно, девушка тут же одернула ткань, но Хибари заметил и пристально посмотрел в глаза сквозь барьер. Онна вывела Рина почти за шкирку, подмораживая тому хвост, чтоб пришел в себя и не палил во все стороны. Натс же выволок почти вырубившегося Занзаса, который явно наглотался миазмов и заразился. Юкио выбрался сам, а рядом хромал чёрный пес с перебитыми лапами. — Нужно укрыться от них. — Экзорцистка захрипела, но быстро, хоть и с трудом, восстановила голос. Ее легкие жгла чума и пламя боролось, но она слишком долго находилась рядом с вратами. — И быстро. У Неба минут сорок до развития сепсиса, где-то час до септического шока. — Онна быстро осматривала Скайрини и глянула на Луссурию, который хотел уже выйти за грань — Попадешь сюда, на воздух, у тебя будет даже меньше времени. — Дама истинно ледяным взглядом скользнула по Солнцу и остальным варийцам, что напряглись, словно доберман перед добычей. — Перестань пугать их. — Тсуна окинула взглядом обессиленно потерявших сознание Занзаса и Рина и неровным шагом приблизилась к Юкио. — Ставим границу, Онна заморозит, ненадолго, но хватит, чтоб этим двум пропетушиться. Брат кивнул и синее пламя полыхнуло в метре от линии примерного поля боя демонов. Ближе подходить было просто опасно, они дрались нечеловеческими силами и даже нефилим не мог долго стоять рядом с двумя королями геенны. Адский огонь начал потрескивать небесными искрами и формировать стену вокруг Самаэля и Астарота. Снизу вверх светлели и кристаллизовались языки синего, плавно замерзая. Плотный, словно хрустальный, ледяной костер скрыл королей от беззащитных перед ними граждан. Юкио отошел к брату и за ним двинулись все фамильяры. Вокруг демонов знакомой лазурью затрещал огонь, и Савада кинула сразу две гранаты на полянку. Святая вода орошала измученную землю и очищала тяжелый воздух под грубые текста, диктуемые Тсуной с той стороны безопасной зоны и подхватываемые Боном и Конекомару изнутри. Казалось, даже стало светлее и удушающий туман постепенно таял вместе с трупами нечисти, что шипя сгорали под воздействием сил. Сразу после короткого кивка Барьер упал и Солнце бросилось к своему боссу, спешно выжигая миазмы из организма варийца. Тсуна уже улыбнулась и хотела снять блок для лечения Солнцем, как поняла что уже и вдоха сделать не может, легкие сдавило и плевра наполнилась жидкостью. По шее тянулись черные линии, а перед глазами поплыло. Ноги подкосились и она уже не чувствовала, как Мукуро подхватил ее, только спешно отозвала Онну, чтоб остатки сил передать Натсу. Из рта Девушки потекла светло алая струйка крови чертя тонкую линию по щеке запрокинутой головы. Морияма вскрикнула и подбежала к сенсею, осматривая. — Печать нужно снять, иначе нельзя вылечить. — Растерянная блондинка спешно осматривала руки на предмет знака. — Как это сделать? — Стальной голос Хибари только напугал экзорцистку и та чуть не подпрыгнула. — Либо текст, созданный человеком, что ставил печать, либо сжигать демоническим пламенем. — К концу Шиеми почти шептала, ведь выжечь печать сейчас равно смерти в состоянии Савады. — либо переливание демонической крови — Она поняла, что это тоже сейчас для подруги сродни билету в загробный мир и оглянулась. — О боже! — Что такое? — Рокудо взволнованно прижал Небо ближе и только надеялся, что в случае этой взбалмошной девчонки всегда так и он не потеряет свой дом, только приобретя его. — Онна исчезла. Фамильяр пропадает, когда у хозяина не остается жизненных сил. — Не особо стрессоустойчивая Морияма уже почти плакала. — Что же нам делать, Юкио-сан?! — Отойти и не нервничать. — Окумура спокойно встал позади распереживавшейся девушки и устало ей полуулыбнулся. — Что? — И Туман, и Облако почти синхронно подняли взгляд на экзорциста и хлопнули глазами. Хибари на одних рефлексах успел отскочить, когда увидел льва. Зверь на скорости прыгнул на Рокудо, на руках которого безвольно висела хозяйка. Туман несколько метров пролетел кубарем под крики Хибари. Животное опасно встав над девушкой, что сейчас казалась хрупкой сломанной куклой, клыками разорвало повязку на ноге, обнажая черные края раны, и слишком темная, зараженная кровь хлынула на траву. Хранители Тсуны тревожно наблюдали за движениями зверя, пытаясь успокоить себя тем, что он точно не навредит и знает как спасти их Небо. Фамильяр вылизывал все повреждения, полученные в бою, и его пружинистая грива искрилась чистым огнем Гармонии, он уперся лбом и отдал все свое пламя, обращаясь львенком и сворачиваясь на животе. Экзорцистка рвано вдохнула и захрипела, откашливая багровую жидкость из легких.