Простите, Мистер Старк

Выслушай меня – Я – пепел на ветру, Пыль и пепел на ветру.

      Титан – не самая красивая планета, на которой хотелось бы побывать на досуге. Остервенелые ледяные ветры в верхних слоях атмосферы гоняли тяжёлые облака, которые накрыли жёлто-оранжевое небо словно пушистым серым пледом. Повсюду валялись куски металла и обломки бывших построек. Сейчас Титан не был похож на то, что показал героям Танос – на зеленеющую планету с развивающейся цивилизацией. Сейчас же это была мёртвая планета по вине фиолетового тирана.       После сокрушающего проигрыша, угрюмо молчаливые герои собирались в одну кучку. Питер помогал Железному Человеку подняться с металлического обломка, на который тот опёрся, когда Танос проткнул его собственным мечом. Какая ирония: меч Старк сделал для убийства Таноса, но сам же был им ранен.       Квилл поддерживал еле идущую Мантис, которой сильно досталось, даже несмотря на то, что Человек-Паук смягчил её падение.       Все герои неважно чувствовали себя. Каждый получил свою порцию синяков и ран. Все ясно понимали, что последует после ухода Таноса с предпоследним камнем времени.       — Что-то надвигается, — сказала Мантис, обеспокоенно глядя на членов разгромленной команды, пока над ними небо озаряли вспышки молнии, раскалывая его на части.       Ничего не понимающие герои осматривались по сторонам, пока вдруг Старк не увидел, как какие-то частички, словно пепел, исходили от Мантис. Вскоре это заметили и остальные, а ничего не понимающая Мантис превратилась в пепел, развеваясь на холодном ветру.       Ошеломлённый этим, Звёздный Лорд в панике смотрел на других, пока его взгляд не остановился на рассыпающемся Драксе.       — Квилл? — с ноткой страха в голосе обратился боец к своему капитану, не понимая, что происходит.       Прошла секунда-другая, и Дракс понял, что умирает. Он последний раз взглянул на Питера с гримасой разочарования, после чего растворился. Парень с горестным вздохом посмотрел на Тони, который обеспокоенно смотрел на него.       — Ты чего, Квилл? — спросил Железный Человек, глядя растерянному Стражу в глаза.       — Господи... — единственное, что он тихо успел обронить, прежде чем превратиться в пепел и позволить ветру унести себя.       Старк повернул голову к окликнувшему его Доктору Стрэнджу, в надежде, что чародей объяснит ему хоть что-нибудь из того, что здесь только что произошло. Он в подступающей панике разглядывал мужчину, который, в свою очередь, обречённо смотрел на Железного Человека.       — По-другому не могло быть, — сказал маг и спустя несколько тихих мгновений исчез.       — Мистер Старк! — позвал мужчину Человек-Паук, и он медленно обернулся к мальчишке. — Мне что-то плохо...       Он, шатаясь, делал мелкие шажочки к Старку, надеясь, что он ему чем-нибудь поможет. Что он избавит его от этого внезапного неприятного чувства. Чувства чего-то необратимого.       — Всё нормально, — ответил Тони, но беспокойство за новопосвящённого Мстителя из глаз никуда не делось.       — Со мной что-то творится, — продолжал говорить Питер, всё яснее чувствуя неизбежное. — Что-то проис...       Не успел мальчишка договорить, как ноги подкосились, и он упал бы, если бы не Старк, во время его подхвативший. Питер схватился за спину мужчины, сжимая его костюм. Чувство неминуемого уже сильнее било в голову. Открыв глаза, он увидел, как его руки разлетаются на ветру, словно пепел.       — Я ведь не умру? — голосом, на грани слёз, проговорил юноша под успокаивающий шёпот Тони. — Я ведь правда не умру?! Ну пожалуйста... Я не хочу, я не хочу!       Парень ёрзал на плече у Старка, из-за чего мужчина больше не смог держаться на ногах и рухнул на колени, укладывая молодого Мстителя на землю. Он смотрел на медленно рассыпающегося Паркера, а в глазах стояли слёзы. Он внезапно вспомнил, что говорил Питеру тогда, на крыше, когда отчитывал за то, что мальчонка не послушал его. Вспомнил, как не прав был на его счёт и даже если ему удалось всё это обставить некой проверкой, сам Тони не ожидал такого от ребёнка.       Питер, увидев мокрые глаза своего наставника, хотел положить руку ему на плечо, но не успел, так как холодный ветер унёс её с собой.       — Простите... — прошептал он, чувствуя, как неминуемая смерть забирает его к остальным героям.       Его глаза, некогда с горечью поражения и скорбью, что подвёл своего наставника, сделались безжизненными, и Старк успел уловить в них секундную агонию боли, которая бесследно прошлась по всему телу, но оставила свой отпечаток в глазах у ребёнка. Питер исчез, а руки мужчины, лежавшие на плече у героя, упали на землю. Тони сжал оставшийся от мальчишки пепел вперемешку с сухой землёй, сжимая вместе с тем и кулак до побеления костяшек.       Он сел, всё не отрывая взгляда от своей руки, в которой только что держал прах Паркера, понимая, что всех этих жертв можно было бы избежать, если бы не Доктор Стрэндж, который взамен на жизнь Старка отдал фиолетовому безумцу камень времени.       Небула что-то тихо проговорила, но мужчина уже не слышал её. Он был в каком-то своём мире, не веря, что всё это случилось. Он прикрыл рот руками, поддерживая отяжелевшую от усталости и скорби голову, оплакивая умерших товарищей. Он вдруг снова вспомнил, что был в ответе за мальчишку Паркера, но не смог его защитить ни навороченный костюм Старка, ни сам Старк.       Питер умер, и виноват в этом был один лишь Тони.

***

      Где-то в глубине астрального мира появилась новая душа. Такая чистая и невинная, подстать всем распылившимся героям. Маленький огонёк разгорелся пламенем, вскоре преобразовавшись в посмертный образ Питера Паркера. Он оглядывался по сторонам, не понимая, что происходит. Мальчишка видел Титан, видел сидящую в горчи Небулу и держащегося за голову Мистера Старка. При попытке подойти к нему, юноша понял, что больше не имеет ничего общего с миром своего наставника, что не может пойти по земле, как раньше делал это.       Его душа подлетела к Старку со спины. Питер видел, как мужчина был убит горем, в большей степени по нему самому, потому что Старк нёс ответственность за мальчонку, но не смог уберечь его. У Тони тоже есть сердце, которое он скрывает за килограммами железа и навороченными технологиями, что рождаются у него в голове. Но он и правда верил в этого ребёнка, иначе бы не доверил ему спасение не только Земли, но и всей Вселенной.       Паркер положил свои руки на плечи матёрому мужчине, которые со временем осели под грузом тяжкой ответственности. Стоило юноше прикоснуться к наставнику, как он сразу почувствовал всю бурю эмоций, которая в данный момент бушевала у мужчины в голове. Он также видел сожаления на счёт своей собственной смерти. Слышал вопросы Старку самому себе: «Почему я такой невнимательный?» «Пустил этого ребёнка на тот чёртов корабль».       Питер был подростком, который никогда не думал о смерти, не думал о том, кто будет с ним в этот момент и какова будет его участь. Он не думал о своём будущем, кому и чему посвятит его. Он жил в настоящем, в том, что было в данный момент. Именно здесь и именно сейчас. Эта смерть застала бы его в расплох, если бы не паучье чутьё, которое сразу подсказало Питеру о том, что его конец близок, как и половины Вселенной. Он почувствовал свою смерть за несколько минут до её наступления, и в тот момент ему правда хотелось перестать быть Человеком-Пауком. Потому что так безобразно чувствовать, что ты вот-вот умрёшь, превратишься в пепел, рассыпишься, и тебя не станет, словно вообще не было на этом свете. И жить ты будешь только в фотографиях и в памяти людей, которым был дорог.

— Мёртвые не нуждаются в слёзах, — выдохнув, бросил Паркер, присаживаясь рядом со своим наставником, наслаждаясь последними секундами рядом со своим любимым героем. Потому что паучье чутьё, чёрт бы его побрал, подсказывало юноше, что скоро его конец настанет насовсем.

      — Сынок... — тихо, осипшим голосом прошептал Стак, повернув голову в сторону, где сидел Питер, — но что, если в слезах нуждаюсь я?