Вне времени

      — Хм… Кто же я? — Девушка задумчиво уставилась в кружку, замечая несколько плавающих лепесточков чая. — Хотелось бы побесить тебя, ответив в твоём же духе, мол, чернь пред недостойным Богом, да только ты и так это знаешь. Превосходный Локи, который любит комплименты, но в душе ненавидит лесть за её лживую суть.       — Ты неплохо меня знаешь. — Она подняла голову встречая заинтересованный взгляд чистых голубых глаз мужчины.       — Ты любишь…       — Молчи! — Мгновенно перебил он её, и гримаса на мгновение исказила его идеальное лицо. Но лишь на короткое мгновение.       — И боишься. — Кивнула девушка. — Будущее не такое радужное, как ты думаешь. — Петра осушила чашку несколькими глотками и отставив её -поднялась, медленно приблизившись к камере, после чего села боком к Лафейсону и повернула к нему голову. Она довольно сильно устала от всего этого. Хотелось спокойной и мирной жизни, но она обещала, клялась себе прекратить всё это, предотвратить смерти, спасти. Взгляд глаза в глаза, и Локи поджимает свои губы.       — Вроде ребёнок, а взгляд совсем не такой. Война? Смерть близких? — В нём говорил чистый интерес, а ещё он был заинтригован, а потому едва удержал себя от того, чтобы не поёрзать. По её ироничному хмыку и горькой улыбке понял — всё вместе. — Насколько я знаю, так войн на этой территории не было. — Задумчиво протянул Локи. — А ложь я чувствую за версту. То, что ты знаешь меня и предполагаемое будущее… ты не от сюда. Не из этого времени, могу даже предположить, что не из этой вселенной.       — Я восхищаюсь твоим умом, силой и характером. Будучи Богом обмана, сумевши обмануть не только других, но и себя, свои чувства, свою суть. — Вспоминать не хотелось, но воспоминания всё время мелькали перед глазами.       — Насколько хорошо ты меня знаешь? — Недобрый огонь ледяного пламени вспыхнул в глазах Бога, но это ничуть не тронуло Паркер. Уж она-то чувствовала и похуже. На конце своей жизни, сколько испытаний она проводила, сколько раз страдала и испытывала боль. Такую никаким электрическим стулом не заменить. Чёртова регенерация. А уж сколько раз он пытался умереть, и какими способами, пока, наконец, не придумал универсальную пулю.       — Скажем так, я знаю, когда ты умрёшь навсегда. И во что превратится Тор, после твоей смерти. — То, что она совсем не дрогнула, ощутив его гнев — поразило. А слова, сказанные ею, задели в душе нечто непонятное.       Молчание затянулось. Локи смотрел в её глаза — пустые и слишком… просто слишком. Не бывает таких глаз у простых людей. Казалось, что она смотрит сквозь него.       — Он обосновал асгардцев на земле и беспробудно пил. У него был отвратительно большой пивной живот, и он старел на глазах, словно был человеком. Ночные кошмары сопровождали его каждый сон, и он жалел, что не спас тебя. Скажи, Локи, что мне делать? — Она сменила тему, чтобы и сбить Лафейсона с мысли, и отвлечь его, чтобы осознание слов достигло его немного позже. — Я любила человека, но он любил другого. Этот человек умер, и я следом за ним. Сейчас, будучи в этой жизни, я заново влюбляюсь в того же человека, но он любит другого. А у меня появилась метка. Так что мне делать?       — Ч-что? Я не знаю, у Богов метки нет. Мы свободны от такой судьбы.       — Свободны. — Горько усмехнулась девушка. — В той жизни все были свободны, однако никто не спешил признаваться. — Прикрыв веки, словно собираясь с мыслями и решаясь, она открыла глаза, и те были уже не такими пустыми, как раньше, казалось, что она в какой-то момент резко надела жизнерадостную маску, чем едва не напугала самого бога обмана. Мужчина поднялся следом за ней, слегка подойдя ближе к стеклу. — Так скажи же мне, почему ты позволяешь кому-то вроде Джейн — охмурить его? У тебя нет метки, Локи, вы Боги, так почему же ты не вершишь свою судьбу сам? Почему ты ждёшь? ЧЕГО ты ждёшь?       Кулаки сжались от вспыхнувшей ярости, но глаза его были холодны как лёд. Он смотрел в карие глаза Петры и не знал, что делать, что сказать. Впервые в своей жизни он не знал чего-то. Паркер же, тем временем направилась вон, по дороге подняв кружку и пустой пакет из-под печенья.       — Так… как же ты умерла? — Остановил её голос Лафейсона уже у двери на выход. Он отчётливо услышал, как она усмехнулась, выдохнув, и ощутил чужую горечь на языке. Девушка слегка повернулась, подняв взгляд на него. Решительный, полный боли, отчаянный взгляд заставил его отшатнутся.       — Я застрелилась.       Скрип закрываемой двери, и последующий за ним щёлк — отозвался эхом в, почти пустом, помещении. Это то, чего он боялся — отчаяние. Неужели и его это ждёт? Её шёпот, то, с какой уверенностью и маниакальностью горел её взгляд — она сходила с ума. Потеряв нечто важное — все мы страдаем, но…       Мужчина качнул головой. Что может знать эта смертная? Да разве сможет он что-либо изменить? Ярость так и клокотала в нём. А потом пришла рыжая девка, на которую он и спустил всю свою ярость. Чёртовы люди. Чёртов Мидгард.

***

      — Парень в бронированном костюме, а снять — кто ты без него?       — Э, гений, миллиардер, плейбой, филантроп. — Едва ли не сразу нашёлся ответом Энтони на выпад Стива. Наташа заценила.       — Ты не из тех, кто пойдет на жертву, ляжет на колючую проволоку и даст через себя пройти другу.       — А я эту проволоку вырежу.       — Умеет выкрутиться. Я знал простых ребят, которые в 10 раз тебя лучше… Ты ведь сражаешься только ради себя…брось прикидываться героем. — Продолжал нападки Капитан.       — Героем? Как ты? Ты лабораторный эксперимент, Роджерс и вся твоя особенная удаль — родом из пробирки. — Процедил Старк.       — Фьюри. — Паркер вошла в помещение, обратив на себя внимание. — Позовите Филлипа и начинайте эвакуацию.       Мужчина кивнул и вызвал помощника через передатчик. Петра тем временем направилась к себе в комнату, уже не слыша того, как Мстители продолжили распри. А спустя пару минут прогремели взрывы.       А дальше всё расплывалось перед глазами. Петра неслась по коридорам, помогая пострадавшим и пытаясь обезвредить захватчиков. Несколько мужчин уже были приклеены паутиной к потолку, когда Паркер услышала крик Тора. Такой громогласный крик ни с чем не спутаешь. Девушка кинулась вниз к камере и заметила лежащего на полу Коулсона.       — Фил! — Не смогла сдержать она крика. Фьюри же позвал его! Почему агент был здесь?! Первичный осмотр занял пару секунд времени. Мужчина дышал, но был тяжело ранен в бок. — О, слава Богу. — Выдохнув, она подняла Коулсона на руки и побежала к лазарету. Взгляды, которыми её провожали — можно было украшать стены до скончания времён.

***

      Убедившись, что Коулсон в безопасности и его жизни больше ничего не угрожает — Петра направилась переодеваться, а после и к самолёту. По рассказам Мстителей, она помнила, что они должны вскоре совершить несанкционированный вылет, и лучше бы ей быть рядом с ними, чтобы помочь в случае чего.       — Эй, вам сюда нельзя. — Услышала она голос одного из работников.       — Наоборот. Фьюри приказал нам вылететь тайно. Так что не мешай. — Петра выглянула из истребителя и обвела взглядом компашку.       — Я не стану брать ребёнка… — Не успел Роджерс договорить, когда его щит оказался в руках у девушки.       — Упс. — Она состроила виновато-удивлённое лицо, естественно наигранное. — Как же так, ребёнок забрал щит из рук самого Капитана Америки.       Клинт кашлянул в кулак, отвернув голову в сторону, явно сдерживая смех, падла. Наташа же преспокойно взошла на борт и села на сиденье второго пилота. Петра отодрала паутину и протянула щит обратно Роджерсу.       — Я могу за себя постоять, кэп. Спасибо за заботу. — После этого она присела на боковое сидение и пристегнулась.       — А как ты…       — Паутина. — Она стрельнула в противоположную стену, к которой и прилепилась эта жуть. — Радиоактивные пауки, знаете ли, очень больно кусаются. Так что в нашей компании не только мистер Беннер получил долю радиации. Или вы думали, что я просто гадалка?