Любили так, как получалось.

Шел очередной съемочный день, рабочий процесс, каждый был занят своим делом, вдруг Марию начинает шатать, и она падает на пол прямо с реквизитом в руках. У всех паника, женщину уложили на диван, слава Богу сегодня их команду консультировал настоящий врач, он помог привести Марию в чувства. Куликова очнулась, вокруг полно народу, все начинают звать ее, шумят, она сама ничего не поймет, в голове происходит бедлам. - Так, тишина, – услышала знакомый голос, - сейчас все идут работать, не переживают, я отвезу нашу Машу домой, – сказал Максим. С горем пополам им удалось добраться до дома Марии, куда после их прибытия приехал знакомый доктор Максима – Иван Николаевич Корнеев. Выяснилось, что у Марии анемия. Женщина была вся бледная, в последнее время действительно слабо себя чувствовала. Понижен уровень гемоглобина в крови, в этом она сама призналась, но до обморока еще не доходило. Доктор прописал пить железо, посоветовал, что лучше принимать в пищу, в общем, провел консультацию. - Мария Григорьевна, а сейчас нужно будет сделать укол, чтобы организм начал побыстрее восстанавливаться, – сказал доктор. Как только женщина услышала эти слова, она сжала мужскую ладонь, которая все это время была рядом. Мария, лежавшая на боку, вдруг резко перевернулась на спину, и попятилась назад, поджав колени. - Нет! Не надо! – словно ребенок произнесла женщина. - Мань, ты чего? – Максим был удивлен, - Да выйду я, не переживай. - Макс, нет! Макс! – она смотрела на него влажными глазами, будто моля о помощи. - Иван Николаевич, оставьте нас, пожалуйста, – доктор вышел из комнаты. - Мань, боишься чтоли? Ну так же быстрее поможет, ты чего? Маш? – он встал на колени перед кроватью, взял ее ладонь, и начал покрывать поцелуями. - Я боюсь, – еле шепнула Куликова, и посмотрела ему в глаза. - Не боись. Тебе же самой потом легче станет. Давай сейчас сделаем укол, и ты спокойно ляжешь спать. Отговорки не принимаются. Все, – Максим вышел, и попросил доктора в любом случае сделать укол. Это для ее же блага. Иван Николаевич сделал укол, и уже собирался уезжать. - Ладно, Максим Викторович, поеду я. Главное следите, чтобы принимала витамины, мяса в рацион побольше. Если что – звоните. Максим вошел в комнату, и увидел, как женщина, повернувшись спиной, поджала колени. - Манюнь, ну ты чего? – ласково спросил Аверин, и присел на кровать. Он попытался развернуть Марию лицом к себе, но женщина сама поднялась, и переместилась поближе к мужчине, точнее к нему на колени, и начала тихонько плакать, уткнувшись в шею. Он ничего не стал говорить. Он понял Марию. Эта глупышка просто боится укола. Максим прижимал ее ближе к себе и чувствовал, как она дрожит. Она была была словно беззащитный ребенок, нуждающийся в защите и поддержке. Он гладил ее по волосам, целовал макушку, пытаясь успокоить. Таким гражданина Аверина точно никто не видел. - Тише, моя хорошая, все хорошо, – шептал хриплый голос, - Манечка моя, ну хватит. Спустя несколько ее дыхание стало ровным. - Ну чего ты? Тараканов тоже боишься? – Максим пытался развеселить ее, - хочешь кушать? Хочешь пить? – поинтересовался мужчина. Мария лишь кивнула несколько раз. Через полчаса на кухне стоял вкуснейший аромат лука и жареной картошки. Максим нарезал салат, хлеб, колбасу, и они вместе начали скорее ужинать, чем обедать. Мужчина сам убрал со стола, потом напоил Марию чаем, уложил ее в кровать, и приказал ждать его. Сам Максим уехал, но через пару часов вернулся. Аверин привез с собой три пакета с продуктами. Он накупил фруктов, сладостей, витаминов, овощей, мяса, да чего он там только не купил… - Маш, короче, отдохни пару дней. Я постараюсь отмазать тебя, - сказал мужчина. - Макс, спасибо тебе огромное, конечно. Но я представляю какой дурдом начнется... Наступила неловкая тишина. - Маш, прости меня за вчера, пожалуйста. Я не должен был, – мужчина правда чувствовал вину. Он подошел сзади, расположив ладони на ее плечах. - Макс, поезжай домой. Спасибо тебе за все, – отстраняясь, ответила блондинка. - Там я сок гранатовый купил. Пей его больше. Тебе полезно будет. Пока. . . Следующие два дня Аверин тоже приезжал, звонил чуть ли не каждый час, вел график принятия витаминов, следил за состоянием подопечной. Мария была удивлена. Он нисколько не изменился с тех пор. Все такой же заботливый и чуткий Максим. Сегодня съемки первого поцелуя с доктором Брагиным. До этого снимали сцены их диалогов, обошлось без проишествий. Они общались только по работе, их инцидент был забыт на недолгое время. - Маш, можно?- Аверин постучался в гримерку Куликовой. - Да, заходи. - Что там с губой? У нас сегодня поцелуйчик, между прочим, - в шуточной форме спросил Максим. - Да вроде все хорошо, – немного со стеснением ответила Мария. - А вот щека моя до сих пор горит! - Как ты чувствуешь себя?– своим хриплым, но бесконечно обаятельным голосом тихо произнес Максим, подошел к ней сзади и приобнял. - Да нормально все, пойдем в кадр. Макс, только давай без преувеличений, хорошо? Все-таки крупный план, мы же не 18+ снимаем. - Вот так? - спросил Максим и тихонько поцеловал ее прямо в губы, уловив блаженный взгляд. - Да, - кокетливо произнесла Маша, вырвалась из его плена и пошла на площадку. Камера. Мотор. «По-моему лучше быть мужиком в юбке, чем бабой в штанах.» Когда Нарочинская уже сидела на коленях у Брагина, его руки были расположены между ее ногами. Каждый помнит этот момент из серии. Маша прижалась к нему, чтобы полностью не сесть на Максима, а мужчина тем временем специально приподнял свои руки. Маша напряглась. Он почувствовал это, но руки не убрал. Она пыталась пальцем ткнуть его в плечо, пока они целовались, но ей нужно было играть роль. «Двери надо закрывать.» Маша смотрит в его глаза и пытается нажать на его плечи, чтобы он прекратил свои действия. Те самые искра, буря, безумие. Снова поцелуй, Марина зашарила руками по его спине, они начинают страстно целовать друг друга, Брагин поднимает Нарочинскую, а уже Максим жадно хватает ее за бедра, и прижимает к себе вплотную. По сюжету сцена полностью снята. Но господин Аверин решил забить на сценарий, и включил импровизацию, а режиссер его даже не пытается остановить. Ай, да Аверин! Ай, да артист! Он углубляет поцелуй, и направляется к кровати. Женщина не осознает как себя вести, все происходило слишком быстро. Он аккуратно кладет ее на кровать, в последний раз страстно целует ее, и снова глаза в глаза. Она чувствует его дыхание на своих губах, руки на бедрах, и что-то невероятное внизу живота. Это продолжается сотую долю секунды, - Стоп! Молодцы, ребят! Пока переодевайтесь, Миллер и Павловец, на площадку! – они услышали команду Юлии Владимировны. Мария забежала в гримерку, посмотрела в зеркало, и поняла, что ее щеки горят. Что это было? Зачем он это сделал? Как ей на это реагировать? . . Смена завершилась, актеры разъезжались по домам. - Мань, пойдем в парке погуляем? На днях там с Кирой были, воздух сумашедший. Погнали с нами? – весело спросил Максим, заходя в гримерку. Мария посмотрела на него округлившимися глазами, а у него был такой непосредственный взгляд, как будто вообще ничего не было. Играть вздумал. - Ну что ж, Максим Викторович, а погнали! - задорно произнесла Куликова, вдруг Максиму позвонили. - Ало, здравствуй, Оль! Поезжай, конечно. Справимся! Приготовь нам мясо, как человека тебя прошу! Все, до встречи! Я на карту тебе сейчас скину, не переживай, - мужчина положил трубку.