Бэт-Паук

Любовь — очень многогранное понятие. Любовь бывает родительской, дружеской, бывает страстной, извращённой. Братской. Тим не то, чтобы любил Дэмиана. Наверное, правильнее будет сказать, что Тим вынужденно терпел его. У них вооруженный нейтралитет, холодная война. Но стоит начать понимать кого-то, как ты начинаешь любить его. И с этим ничего нельзя сделать. Стоит тебе узнать человека, понять его мотивы, что им движет, узнать его интересы, его мысли, ты привязываешься к человеку. Тим и Дэмиан не были близки, но смерть последнего сильно ударила по каждому из семьи. Тим не был исключением. Тим устало откинулся на спинку стула. Заняться было нечем. Но ему нужно было занять чем-то мозг. Совсем недавно они «отметили» годовщину смерти Дэмиана. Все сейчас пытались занять себя чем-то. Все с головой ушли в «работу». Все, кроме Петры. Судя по тому, что знал Тим, Девушка-Паук не появлялась в Нью-Йорке больше обычного. Хотя Тим прекрасно знал, что Петра, выросшая в чисто мужской компании, обычно тоже загрузила бы себя делами. Тим нахмурился, притянув к себе ноутбук. Что-то было не так. И он выяснит, что именно.

***

Петра просыпалась по-разному. Ее будили Альфред, Мэй, Дик, Джейсон, Брюс, Тим (что странно, учитывая его «любовь» к бодрствованию), будильник, сигнал тревоги, Тессаракт, Деликатес, Защитники, Титус, Пенниуотер (который кот, а не Альфред), Голиаф и Дэмиан. Тот вообще вставал рано, так что, если Петра не реагировала на будильник, то он стягивал с нее одеяло. Но никто и никогда не будил ее поцелуем. Это сработало мгновенно: Петра распахнула глаза, удивлённо глядя на нарушителя ее сна, нависшего сверху. Дэмиан — вот же наглец! — смотрел ей в глаза, не скрывая усмешки. Петра замахнулась для удара, но он перехватил ее руку, прижав к кровати. Подумать только, ее — Девушку-Паука, героиню Нью-Йорка, лидера Защитников, дочь Бэтмена! — целовал, не давая пошевелиться, Дэмиан Уэйн. Тот самый, что как-то раз пытался убить ее, был Робином, сыном Бэтмена и, официально, мертвецом. И, черт возьми, как целовал… Тук-тук-тук. Петра инстинктивно попыталась отстраниться, но — хей — кто бы ей позволил? Дэмиан только продолжил настойчиво целовать ее, одной рукой скользнув под ее майку. — Кхм-кхм. Дэмиан, прорычав пару крепких арабских ругательств, отстранился от пунцовой Петры, недовольно смотря на того, кто посмел прервать их. — Я вам не помешал? — развернув обёртку шоколадной конфеты, невинно спросил Бен. — Нет, что ты… — Да. Уйди. — Заткнись, — толкнув Дэмиана, прошипела Петра, неловко пригладив волосы. — Ты так быстро управился? Тебя не засекли? Проблемы? Что сказала Мадам Паутина? — Да. Нет. Нет. Вы идиоты, — ответил Бен. Петра недоуменно посмотрела на него, сведя брови к переносице. — Ты уверен, что Мадам Паутина сказала именно это? — уточнила девушка. — Это если кратко, — пояснил Райли. — Если длинно, то Мадам не собирается помогать таким идиотам, как вы, и говорить об очевидном. А ещё, будь вы актерами, то были бы ее любимым телесериалом. — … Чего?! Но Бена уже и след простыл. Только занавески на кухне слегка трепыхали из-за открытого окна. — На чем мы остановились, пока нас так грубо не прервали? — обняв Петру со спины, спросил Дэмиан, наклонившись к ее шее. — Грубо, это когда растаскивают в разные стороны, — буркнула Петра. — Тебя не волнуют слова провидицы? И вообще, с чего ты взял, что тебе можно, кхм, так себя вести? — О словах подумаем чуть позже, — уложив ее на спину и вновь нависнув сверху, сказал Дэмиан, медленно покрывая поцелуями ключицы девушки. — Мы год спим в одной кровати. Я все это время вел себя даже не как джентльмен, а как евнух. А раз ты, наконец-то, в курсе, что состоишь в отношениях, то я сам себе и разрешил. Или ты против? — издевательски ухмыльнувшись, спросил он, прикусив мочку уха. Ну… Они же пара, верно? Так что, в принципе, Петра не против…