Всего семнадцать

Сару колотит от страха. От неизвестности, от ужаса, от диких мыслей. Что теперь будет? Как смотреть в глаза друзьям и родителям? Что будет со всеми планами на жизнь? Полетят к чёртовой матери? Ну почему, почему именно сейчас, когда на носу поступление, экзамены, когда жизнь бурлит, выбрасывая наружу свои юношиские мечты, когда впереди столько возможностей и целей?        Шатенка судорожно провела бледными дрожащими пальчиками по лбу, убирая капельки пота, стараясь взять себя в руки. Что делать? Девушка перевела взгляд на стол, где виднелся тест с двумя полосками. Твою мать. Твою мать, как так? Почему она была так глупа, когда спала с парнем не предохраняясь? Что было у неё в голове в этот самый момент? Охваченная страстью, Сара вообще и не могла подумать, что может возникнуть такая нелепая ситуация.        Поистине нелепая. И как теперь быть?        В первую очередь нужно поговорить с кем-нибудь, кто сможет дать ей цельный совет. Выбор, естественно, пал на Адель, ведь Сара с рыжеволосой были очень близки. Девушка позвонила подруге, договариваясь о встрече в их любимой закусочной, где они постоянно собирались большой компанией, болтали обо всем на свете и пили любимые шоколадные милкшейки, размышляя о том, что будет с каждым из них, когда они разъедутся из Сентфора. И если раньше шатенка была твёрдо уверена, что все будет отлично и они не порвут свою связь друг с другом, то сейчас в её головы были совсем не очень радужные мысли.                                    — Малышка, что случилось? — обеспокоенная Адель вытирала горькие слезы с щёк Сары, которые ручьём текли прямиком на кожаную юбку девушки, — эй, успокойся. Я рядом.        Она действительно всегда была рядом. Поддерживала, помогала, давала советы и никогда не упрекала Сару за те или иные действия. Но это был случай и ряда вон выходящий. Шатенка боялась, что после сказанного от неё отвернется даже лучшая подруга, презирая её за такую оплошность. Чёрт, ну почему она думала не головой, а другим местом?        — Адель, я беременна, — набравшись воздуха в лёгкие, девушка выдавил из себя слова, отворачиваясь от рыжеволосой, с ужасом ожидая, что скажет ей подруга. Моринг замерла, сверкая глазами и с нежностью рассматривая заплаканное лицо Сары, которая чуть ли не теряла сознание от действительности.        — Сара, — девушка подсела ближе, мягко обнимая О`Нил за плечи, — боже, малышка! Отец — Вишня?        Конечно Адель знала, что Вишня. Рыжеволосая просто не могла сопоставить услышанное в голове. Единственный разумный вариант, который она могла предложить Саре — аборт. Но от услышанного сердце шатенки забилось чаще, а ладошки вспотели, только представляя сам процесс.        — Но тебе всего семнадцать! — Моринг массировала раскаленные виски, стараясь не нервничать. Голова раскалывалась от такой откровенности, но нельзя было показывать Саре, что ей самой очень страшно за неё. О`Нил лишь прикрыла глазки, отпуская ситуацию и пытаясь настроиться на болезненный разговор.        — Тебе нужно поговорить с Вишней, — Сара понимающе кивнула, хотя, на самом деле, будь её воля, она ни слова бы не сказала парню о своей беременности. Что он ответит ей на это? «Прости, Сара, в мои планы на жизнь никак не входит ребёнок»  — О`Нил прокручивала эту фразу в голове, словно кассету, представляя, как её говорит Вишня. Да и в её планы пока не входил этот ребёнок, тем более от такого ненадёжного парня, у которого в его двадцать пять в голове ветер. Но девушка просто не могла себе представить, как лишает ребёнка от любимого человека шанса на жизнь. Нет, она оставит его в любом случае. И пусть все будут считать её сумасшедшей, она не сдастся и докажет в первую очередь себе, что самостоятельно вырастит этого ребёнка и сама встанет на ноги. Оставшись с проблемой один на один, нельзя терять бдительность. И Сара знала, что не потеряет.                                    — Клянусь тебе, так все и было! — в казино Драконов было слишком душно и людно. Сара поморщилась, снуя между членами банды и пробираясь к компании из четырёх человек, которые сидели около барной стойки и выпивали. Вишня о чем-то яро беседовал с Аароном, временами смеясь и опрокидывая очередную порцию бурбона. Сара хмыкнула, заглядываясь на всю эту картину и ловя себя на мысли, что выбрала не самое лучшее время для разговоров. Стараясь незаметно уйти, девушка услышала, как кто-то выкрикнул её имя, и мысленно выругалась, поворачиваясь на источник звука.        — Какими судьбами, принцесса? — Вишня притянул к себе шатенку, оставляя на её щеке сладкий поцелуй, от которого тело покрылось мурашками. Усадив девушку на коленки, он потянулся к бокалу, наливая в него шампанское и протягивая О`Нил. Глаза сразу же округлились.        «Твою мать, что же сказать?»        — Нет, спасибо, я не очень хорошо чувствую себя.        Вишня пожал плечами, утыкаясь своим носом в шею Сары, и она готова поклясться, что мечтает остановить время и продлить этот момент. Мужская рука скользнула по бедру девушки, мягко поглаживая нежную кожу через слой кожаной ткани. Чёрт, и как сейчас сообщить такую новость? Нужно уходить, пока не поздно.        — Я, наверное пойду, мне что-то нехорошо. — Сара машет рукой Аарону, Майклу и Бурому на прощание, поворачиваясь к Вишне, который с любопытством рассматривает девушку.        «Черт, он догадывается о чем-то.»        — Что случилось?        «Ну, я беременна от тебя, не поступлю в колледж, останусь матерью-одиночкой и, в общем — то, сломаю себе жизнь» , но девушка вымолвила из себя тихое ничего и, вырвавшись из крепкой хватки Вишни, выбежала из казино, в надежде на то, что парень не побежит за ней.        Глупая.        — Сара, твою мать, — парень резко разворачивает к себе шатенку, вглядываясь в заплаканные глаза, — что произошло?        Почему сейчас, в самый ответственный момент, кровь внутри бурлит, перекрывая поток воздуха и не давая Саре сказать и слова. Обеспокоенный Вишня притягивает к себе девушку, целуя в макушку.        — Принцесса, я же волнуюсь, — он переходит на шёпот, стараясь держать планку и не срываться от ужасного чувства. Почему она плачет? Что её гложет? Может быть он виновник её слёз? Черт, да это невозможно. Он же нигде не провинился. Скорее всего...        — Я беременна, Вишня, — О`Нил выжидает паузу, боясь продолжать, — от тебя.        В эту секунду мир буквально рушится. Беременна. От тебя. Вишня хватается за голову, громко вздыхая и пиная алюминиевую банку из-под пива, которая с грохотом отлетает в противоположную сторону. Сара непроизвольно вздрагивает, инстинктивно делая пару шагов назад, боясь встретиться глазами с парнем. В голове так и всплывает фраза Адель:        «Но тебе всего семнадцать!»        Вишня молча садится на тротуар, доставая из пачки сигарету и подкуривает её, лопая ментоловую кнопку. Постепенно сладкий дым, проникающий в лёгкие обволакивает все тело, расслабляя. Боже, какой придурок. Трахаться со школьницей без защиты, зная, что от этого бывают дети. Вишня, тебе же двадцать пять! Какого черта ты не думал о последствиях?        Идиот.        — Если тебе интересно моё мнение, то ребёнка я оставлю, — Сара развернулась к парню спиной, чувствую, как он испепеляет её своими голубыми глазами, — прости.        Не дожидаясь ответа, шатенка срывается с места, стремительным шагом направляясь домой. Всё именно так, как она себе и представляла, но черт, как же больно. Невыносимо больно. Сердце предательски пропускало через себя удары, пульсацией отдавая в голову, которая, к слову, и без того была туманная. На ватных ногах девушка залетела в дом, минуя родителей, которые о чем-то оживленно разговаривали. Твою мать, родители. Как же им все рассказать? Закрыв за собой дверь, Сара повалилась на кровать, не в силах больше сдерживать эмоции, которые вырывались из неё, разрывая глотку от громких криков. Благо, родители были слишком увлечены беседой, чтобы обращать внимания на звуки, которые шли со второго этажа. Какую злую шутку сыграла с ней судьба. Сара уже представила лицо мамы, когда она сообщит ей эту новость. Все надежды, которые они возлагали на единственную дочь полетели в тартарары. С ребёнком на руках, одна, в семнадцать лет, шикарно, ничего не скажешь. Под натиском собственных мыслей, Сара провалилась в сон, тихо сопя и сжимаясь в маленький беззащитный клубочек.                                    Тихий июньский вечер нарушал свое умиротворение лишь иногда поднимающимся тёплым ветром, который проходил сквозь хрупкое тело девушки. Очередная ночь с Вишней дарила чувство окрыленности, но Сара мысленно била себя по щекам, отрезвляя сознание, чтобы окончательно не затуманить глаза и не впустить в свою жизнь парня. Она знала, что он её не любит. Она знала, что эти отношения обречены. Вишня не был тем парнем, с которым можно было так, с головой в омут. И в свои семнадцать Сара это понимала. Понимала, но никак не могла порвать эти недоотношения.        — Ты быстро убежала, красотка, — Вишня докуривал сигарету, опираясь об дверной косяк в казино, куда Сара пришла выпить и снять напряжение.        Она хмыкнула.        — А ты быстро ретировался, Вишня. Ты сюда летел, что-ли? — он ухмыляется, берет бокал с бурбоном и опрокидывает его, очевидно, проделывает это за ночь уже далеко не в первый раз. Сара закусывает губу, заказывает себе бокал шампанского и отворачивается от парня, проводя рукой по затёкшей шее, с болью откидывая голову.        — Летел, — он опускает свои холодные пальцы на горячую шею, мягко массирует её, — думал, раз ты сбежала, то придётся удовлетворять свои потребности иными способами.        — Или иными девушками, — Сара еле шепчет, но Вишня слышит боль в её фразе и усмехается.        — Не заполняй себе голову лишней ерундой, принцесса.        Она поворачивается к нему, вглядываясь в два лазурных омута. Надменная фирменная улыбка сразу же появляется на лице парня, когда он видит, как Сара испепеляет его своим взглядом, полным ненависти. Её бесит что он принадлежит не только ей. Её бесит, но она ничего не может сделать с этим.        — Да я как-то вообще не думаю об этом. — Она строит равнодушную гримасу, выпивая свою порцию алкоголя. — Ты — не мой, я — не твоя и нас это вполне устраивает. — Сара пожимает плечами, пока кудрявый молчит, вызывая тем самым в шатенке только ещё больше ярости. — Пройдусь.        Она встаёт с барного стула и изучает взглядом казино, где всюду снующие игроки мельтешат словно муравьи. Покусывая мягкие губки, Сара подобно хищнику выслеживает жертву, чтобы успокоить свой буйный нрав и забыть этот чёртов разговор.        Этого чёртова Вишню.        — Ты пройдёшься только со мной и только до моего кабинета. — Кудрявый дракон резко тянет на себя шатенку и ведёт её подальше из зала. Щеки вспыхивают алым пламенем от такого напора, но девушка не собирается сдаваться.        — Ты, наверное, не услышал меня. Я не твоя собственность, Вишня.        Он впечатывает её в стенку, прижимаясь всем своим телом к хрупкому телу Сары. Она морщиться, рваное дыхание выдаёт её страх, но парень лишь медленно наклоняется и приближается к лицу шатенки.        — Не-а, — просевший голос сводит с ума, — моя.                                    Сара проснулась разбитой. Тошнота подкрадывалась к горлу, но холодная вода притупила это чувство, вызывая рой мурашек на контрасте горячего тела, которое, к слову, жутко ломило. Прислушавшись, шатенка слышит лишь раздражающий звук воды, который она сразу же прерывает, спускаясь на кухню.        «Детка, мы уехали в Балтимор по делам. Будем завтра.» — размашистый почерк раздваивался в глазах.        Балтимор.        Сара вздыхает и достаёт из холодильника молоко, параллельно насыпая в тарелку мюсли. Мутит. Выкидывает содержимое в мусорку, раздражённо вздыхает и бежит в свою комнату. Она не может тут оставаться. Этот город сведёт с ума.        Скидывая в чемодан вещи, Сара достаёт свои сбережения, пересчитывая купюры. На первое время хватит. Девушка обводит комнату глазами и присаживается на мягкую кровать, проводя по белой простыне тонкими пальчиками. Единственное, что осталось сделать — предупредить Адель. Она обязана знать. Она не заслуживает угнетать себя мыслями о том, что могло произойти с её лучшей подругой. Мир рушится и сейчас эпицентром главной стихии была сама шатенка, которая в очередной раз вляпалась в очередное дерьмо. Тяжёлый вздох, тонкая ручка и белый лист бумаги с парой строк — последнее, что оставляет после себя О`Нил в родительском доме. Дверь захлопывается и Сара бежит квартал за кварталом, чтобы в последний раз поговорить со своей рыжеволосой крошкой. В последний раз. В последний раз…        Дверь открывает Люк и на его лице замирает удивление. Саре некогда объяснять. Она проходит в дом и бегает глазами по огромному особняку в поисках подруги. Когда Адель спускается вниз, шатенка кидается к ней в объятья, давая свободу эмоциям.        — Малышка, что случилось? — она слышит, как голос Моринг переплетается с животным страхом. Сара поднимает свои глаза, полные слез и тихо шепчет:        — Я уезжаю, Адель. Я уезжаю в Балтимор. Тут невыносимо оставаться.        Она не выдерживает такой удар. Две плачущие девушки стоят посреди коридора, обнимая друг друга в последний раз. Когда Сара разрывает объятья, она качает головой, не выдерживая боль, которая кровоточит, давя на глубокие раны.        — Поезд через пару часов, — Сара стоит у выхода, — я тебя люблю, Адель.        Рыжеволосая падает на колени, закрывая лицо ладонями. Нужно что-то сделать. Нужно что-то предпринять. Нельзя отпускать её одну. И в голову не приходит ничего лучше, чем дать шанс дракону все исправить.                                    Настроение ни к чёрту. Вишня выкурил уже две пачки сигарет, пока Драконы что-то яро обсуждали, никак не приходя к общему решению.        «Я беременна, Вишня. От тебя.»        Нет-нет-нет. Пусть это будет очередной бредовый сон. Пусть это будет неправда. Иллюзия. Бред! В двадцать пять пора уже думать головой, а не головкой.        Только какого хрена эта девчонка настолько срывала крышу? Абсурд.        Скрип железной двери выводит из равновесия. Рыжая макушка сверкнула, быстро проникая в логово под пристальным взглядом драконов. Аарон шипит, но Вишня прерывает его, понимая, что Адель пришла не просто так.        Она пришла с вестями. И не с самыми приятными.        — Если ты её любишь, то знай… — Короткое сообщение заставляет парня напрячься. Значит, времени мало. — Она уезжает в Балтимор через пару часов.        Адель уходит, бросив взгляд разочарования.        «Если ты её любишь.»        А любишь ли ты? Готов променять свою беззаботную жизнь и стать загнанной в клетку птицей? Воля. Вот что по-настоящему любил Вишня. Быть независимым. Разве что-то может быть сладостнее этого?        «Если ты её любишь.» - опять проносится у него в голове. И он принимает решение. Правильное решение.                                    Когда-то Сара стояла на перроне Балтиморского вокзала и считала, что все её приключение остаются в этом городе. Но Сентфор подарил шатенке не меньше эмоций и воспоминаний. Одно она забирает с собой. Воспоминание от любимого мужчины.        Поток холодного воздуха заставляет О`Нил посильнее укутаться в свое пальто, выпуская из лёгких пар. Она хмурит брови, вглядываясь в лица прохожих. По сравнению с шатенкой они кажутся не такими унылыми, как есть на самом деле. Всё со своими проблемами, со своими заботами, и никому нет дела до этой семнадцатилетней девчонки, в которой бушует ураган чувств. Кажется, что в этом мире неоткуда ждать помощи и поддержки. Поэтому нужно быть сильной и идти вперёд, не опуская руки.        — Он не придёт, Сара.        Дрожь от приближающего поезда прошлась по всему телу, отрезвляя рассудок О`Нил. Она кинула последний раз свой, наполненный горечью, взгляд на платформу, заходя внутрь вагона и оставляя после себя только шлейф духов. Сентфор остаётся позади.        И в нем она оставляет всю свою боль.