Никогда не предам, всегда буду любить

Первое, что видит перед собой Лютик, когда приходит в себя – это пол, частично запачканный кровью. В начале, он испугался – вдруг кровь его? Но потом, понял, что на нём ни царапины, кроме головы. На затылке всё же была засохшая кровь. Видимо так его и вырубили, а потом притащили сюда… Э? Сюда, это куда? Не похоже, что они хотели поговорить по душам… Чёрт, а где моя лютня? Куда лютню дели, сволочи? – уже начинал ругаться про себя Лютик. В голове лишь стоял один вопрос: «Где он?». Помещение частично напоминало тюрьму, но уж больно крови много было. Наверняка он сейчас в комнате для пыток. Пыток? Они что от меня вообще хотят? А они это кто? Как много вопросов и ни одного ответа! Просто отлично!– саркастично подумал бард. Судя по свету из маленького окна – уже было утро. Правда, кроме неба, Лютик ничего не видел. Он попытался встать, чтобы можно было хотя бы узнать в окне местность. Но обнаружил свои руки связанными, как и ноги. Это уже начинало пугать… Видимо, услышав какие-то звуки, дверь в комнату распахнулась, и туда вошли пару смотрителей и какой-то рыцарь с пожилым человеком, похоже, это был какой-то князь или царь, кто знает? - Когда он очнулся? – спросил рыцарь у двух смотрителей. - С часу назад, сэр. – Почтительно ответили те. Лжецы. – подумал про себя Лютик. - Хорошо, свободны. – Скомандовал рыцарь и те послушно встали с наружи комнаты. - Ваше превосходительство, вот тот, кто точно знает, где его искать. – Обращаясь к старику, сказал рыцарь. - Ну, раз он здесь, узнайте уже наконец его местоположение! И сразу же выдвигаемся! – скомандовал пожилой человек и поспешил выйти. - Эй ты, - обратился рыцарь, невежественным тоном, - знаешь, где сейчас находиться Геральт из Ривии? Да… мне бы тоже хотелось это знать. - Без малейшего понятия, где какой-то там Геральп и Мивии, тем более, даже не знаю, кто это. – Усмехаясь, продолжил врать бард. - Ты, совсем охамел врать мне? Все знают твои баллады о Геральте из Ривии! – разозлился тот и, схватив за рубашку, уж было собрался ударить барда, но почему-то остановился. В первый раз в жизни Лютик ненавидел то, что все знали его баллады. - Ну, посмотрим, как ты заговоришь через три дня. – Насмехаясь, сказал рыцарь, выходивший из комнаты. Дверь захлопнулась. Через три дня? Пф, я буду всё так же красноречив! Но если они сломают мою лютню, я на зло им, буду молчать… Хотя, я и так не знаю, где сейчас Геральт… В животе опять кольнуло острой болью. Но даже если бы он и знал, где сейчас ведьмак, то всё равно бы не сказал. Через три дня. Три дня, в течение которых Лютику приносили только стакан воды. - Ну, что? Уже готов сказать, где он? – уверенно спросил рыцарь. - Ещё чего? Может новую балладу? О скучном надзирателе? – Весело ответил бард. Немного помолчав, рыцарь присел на стул, который принёс с собой. - Ты, хоть осознаёшь в каком ты положении? – серьёзно спросил тот, глядя на Лютика. И не получив ответа, продолжил, – Теперь мне разрешено любым способом вытащить из тебя информацию. И не важно, как сильно ты пострадаешь… Сидящий сверлил взглядом немного испуганного Лютика. Всё же обстановка была удушающая, и тишина длилась несколько минут, а потом рыцарь встал и направился к двери. И это всё? Я ожидал худшего. Однако через несколько секунд рыцарь зашёл опять, но на этот раз в его руках было много вещей. Похоже, тот принёс верёвку, кинжалы и ещё что-то, но что это именно, бард не разглядел. - Не хочешь говорить? Придётся заставить! – весело произнёс мужчина. Разложив вещи на столе у стены около двери, он быстро оказался около Лютика и, подняв того за рубаху, со всей дури ударил в живот. Из-за этого удара всё помещение в глазах барда закружилось. Поэтому он повалился на пол. - Где же твоя ухмылка и красноречие? – весело спрашивал рыцарь. - Буду я ещё такому как ты улыбаться. Услышав это, мужчина ударил Лютика ещё раз, но уже ногой. Бард только охнул от боли и замолчал. - Будет лучше, если ты мне скажешь место сейчас, пока я не сломал тебе руку, которой ты обычно играешь или… не испортил твоё личико. Лютик лишь враждебно взглянул на мужчину. Какой же он идиот… я ведь и вправду не знаю где этот Геральт. Интересно, как долго заживает рука? Лютика совсем не волновало, что станет с ним. Всё заживает и проходит… всё, кроме душевных ран. Так что сейчас ему не была страшна даже смерть. - Всё ещё будешь сопротивляться? – спросил рыцарь. На это Лютик снова решил не отвечать. - Как знаешь… Мужчина достал не большой кинжал и, присев у лежавшего на полу барда, резким движением рассёк щёку Лютика. Кровь текла по щеке к подбородку и падала на пол. Но одного пореза рыцарю было мало, поэтому он, схватив Лютика, чтобы тот не дёргался, начал делать ещё порезы под первым. Бард пытался сдержать крик, единственное что вырвалось – это недовольное шипение. Перестав делать порезы, мужчина посмотрел на Лютика, в надежде увидеть испуганное лицо и готовность сказать всё, что знает. Однако он встретил лишь злой взгляд, как у дикого зверька, загнанного в ловушку. - Думаю, с тебя пока что хватит. Вернусь через три дня. – мужчина подумал, что простыми пытками трубадур вряд ли выдаст своего друга. Как только рыцарь вышел, Лютик сжался на полу от сильной невыносимой боли. Он прикусил нижнюю губу, чтобы не закричать изо всех сил от боли. В комнате было слышно, как капает его кровь на пол. Это сводило с ума, но больше всего барда волновало то, что такие ужасные люди зачем-то ищут Геральта. В голове проскочила мысль: «в порядке ли он?», которой Лютик усмехнулся. Я совсем идиот? Конечно же он в порядке. Самое смешное, что в такой ситуации я думаю о нём… Лютик подумал, что отключиться было бы здорово, но сознание почему-то не покидало его. Руки были связаны и ужасно болели. Хорошо, что хоть в комнате не холодно. Как и предполагал бард, его снова оставили одного на три дня и снова без еды.

***

За то время, что Лютик находился в той темнице, он сильно истощал и ослаб. Конечно, без еды было плохо, но то, что у него всё так же красовались красные полоски на лице, и текла кровь, было хуже. В комнату опять вошёл рыцарь. Но у Лютика не было сил ему злобно улыбнуться, поэтому он просто проводил действия мужчины взглядом. Что на этот раз? Снова будешь пытаться написать что-то на моём лице? – кажется, единственное, что он мог сделать в данной ситуации – саркастично думать. - Давай так, я не буду зря терять время и просто спрошу: где Геральт из Ривии? – кажется, тот был сильно раздражён. - Без понятия, – Лютику хватило сил лишь на то, чтобы наигранно пожать плечами. Цыкнув, мужчина подошёл и взял барда за руки. Конечно, Лютик не смог сопротивляться, однако рыцарь, не соответствуя ожиданиям барда, начал развязывать его руки. Лютик уж было подумал, что его отпускают. Но делал мужчина это для того, что взять одну из рук и сломать. Рыцарь схватил первую попавшуюся руку и положил себе на колено так, чтобы можно было сломать руку в районе локтя. - Где он? – не размениваясь словами, спросил мужчина. Лютик только и мог ответить, что не знает или ... соврать. - Хорошо, я скажу. - Отлично, где он? – отпуская руку барда, произнёс рыцарь. - Он в… в Нильфгаарде. – Лютик выдавил из себя первый попавшийся на ум город. Ничего не сказав, рыцарь собирался выйти из темницы, но замер в двери. - Если это ложь… я сломаю тебе руку, – кинул на последок мужчина. Лютик испуганно дёрнулся, когда дверь хлопнула. Ну хотя бы ненадолго оттяну неизбежное… С каждым днём становилось всё тяжелее и тяжелее. Через два дня дверь сильно ударилась о стену, и в комнату влетел рыцарь, давая знать, что он не в духе. Мужчина быстро, ни на секунду не останавливаясь, подошёл к Лютику и со всей силы заломил правую руку. Последнее что помнит бард это ужасный хруст, боль и свой, совсем не похожий на обычный, голос, вернее душераздирающий крик. Если бы Лютик не так много путешествовал с охотником, то никогда бы не заметил, что рыцарь не сломал ему руку, а вывихнул. Но это всё равно не облегчало ситуации. Лютик совсем не чувствовал её, да и вправить – мысль плохая. Спасибо, что хотя бы дали ему повязку для руки. Однако всё было так же плохо, стало даже хуже. Мужчина пришёл в следующий раз через шесть дней. За эти дни Лютик стал уже задыхаться в этих четырёх стенах. Стало страшно. Он начинал бояться, но не смерти, а того, что больше никогда не увидит лес, воду, еду или Геральта. Единственное что ему оставалось – это закрывать глаза и представлять то, что хотелось увидеть. Только так он мог спастись. Правда, иногда в голове всплывал тот день, когда ведьмак сказал ему убираться из своей жизни… Забавно! Он сказал, что хочет от меня наконец избавиться, и вышло так, что теперь я тут застрял, скорее всего на всю оставшуюся жизнь, которая, как мне кажется, заметно становится короче… Неужели моя жизнь всегда будет привязана к нему? И жизнь, и сердце… Лучше не думать об этом! Дверь снова распахнулась, и в комнату вошёл всё тот же мужчина…