Шлюха для Мин Юнги

— Подъем! — прокричал охранник, — сегодня закрытая вечеринка, поэтому работают все и по максимуму, — выйдя из комнаты, он направился по остальным комнатам.       На часах было уже 7 вечера, Миса даже не заметила, как отрубилась и проспала весь день. К ней подошла Лин и, мягко погладив по голове, проговорила: — Милая, просыпайся, сегодня все выходят, мне очень жаль, но надо вставать. — Но я не знаю, что делать, — открыв глаза, проговорила Миса. — Мы должны будем выйти на сцену и танцевать, а потом, кто тебя выберет, поведет в VIP комнату, ты должна будешь обслужить его. Будет проще, если ты выпьешь перед этим, — Лина протянула стакан с чем-то прозрачным и странно пахнущим. — О, Господи, что это? — все внутренности словно жгло огнем, Миса тщетно пыталась схватить побольше воздуха. — Тебе лучше не знать, — Лин улыбнулась и, схватив Мису за руку, повела в гримерку.        Она помогла нанести макияж, оставалось лишь спуститься вниз и убить все то светлое, что осталось. На самом деле, в борделе был лифт, но он предназначался лишь для VIP клиентов и директора.       Миса спускалась по лестнице, окольцовывающей всё здание борделя изнутри, проводя кончиками пальцев по стальным перилам, она, как и прежде, ощущала холод и пронизывающую насквозь пустоту. Смиренно вышагивая по ступеням, шаг за шагом, словно вынося себе приговор, она ощущала себя абсолютно опустившийся. Эта лестница описывала ее жизнь. По-прямой, вниз.       Все ниже и ниже, на самое дно. На теле ее было кружевное белье королевско-розового цвета, бордовая шелковая накидка, так заманчиво переливающаяся при каждом движении ее тела, но лишь отчасти скрывающая ее наготу, и перламутрово-розовый поводок сковывающий ее тончайшую шею.       Это конец или лишь начало конца.       Преодолев то расстояние, что отделяло ее от падения, она вышла в зал, который был выполнен в темных тонах и полностью оправдывал свое предназначение.Барная стойка из тёмного дерева была натерта до блеска и, если очень постараться, то можно было увидеть свое отражение.       В противоположной стороне стояла сцена оснащенная затейливой декорацией из металла и шелка. У ее подножия стояло множество кресел с маленькими столиками.       «Пахнет развратом и дорогим виски», — подумала про себя Миса. —Так, с минуты на минуту подойдут клиенты, кошечки, на подиум! — скомандовал и жестом указал на сцену один из администраторов этого заведения. — Музыку, и приглушить свет — хлопнув в ладоши, он удалился с зала. — Пойдем. Не переживай, я по началу тоже не особо двигалась, но потом Сандра научила, — Лин была особой болтливой, но безобидной и даже милой. — Хорошо, — все, что ответила Миса и направилась к сцене.       Это был ее первый танец, раньше она лишь изредка танцевала перед зеркалом в своей комнате, где её единственным зрителем был потрепанный временем мишка.       Как и говорил администратор, гости постепенно заполняли пространство, а рабочий персонал суетился возле столов.       Девушки и юноши в разных секциях, они как и всегда извивались около шестов, пытаясь получить побольше чаевых, и, надо заметить, что у них это хорошо получалось. Миса же стояла в самом конце и, когда подошла ее очередь, все замерли.       Она скинула шпильки, и в этот момент заиграла песня: Emily Browning «Sweet dreams».       Миса двигалась отрывисто, с примесью раздражения и желания, дыхание ее было прерывистым и томным. Она объединяла в себе и ангела, и дьявола во плоти.       Хосок — партнер Юнги, сидящий за ближайшим к сцене столом, был весьма безучастным и тоскливым, пока не вышла она. Его глаза заблестели, губы приоткрылись, а расслабленное тело чуть напряглось. Юнги, наблюдавший за всем этим со стороны, напрягся. Ему не нравилось, как ее пожирают глазами и вот-вот готовы пустить на нее слюни. Он быстро посмотрел на сцену и обомлел.       Легкий шелк накидки больше не скрывал ее тело, Миса чуть выгнула спину и повела бедрами. Юнги оставалось лишь жадно ловить каждое движение. Закинув голову назад, девушка стала ласкать ладонями живот и бока.       Со стороны зала послышались крики и пошлые комментарии. Ее плавные движения срывались на резкие и снова замедляли свой ход. Она двигалась то невинно и грациозно, то вновь изгибалась, заставляя предвкушать большее. Жажда завладеть ею опьяняла не хуже дорого бурбона. Хосок уже точно знал, кого он закажет в VIP комнату сегодня ночью.       А Юнги злится. Его бесит реакция на новенькую, и не менее раздражает тот факт, что она заполнила все его мысли.       Миса чувствовала эти скользящие, легкие, невидимые прикосновения больших карих глаз. Она заметила его еще в начале танца. Он сидел за баром и внимательно наблюдал. Миса старалась отвести взгляд в глубь зала, но глаза словно передавали ее, она не видела никого, кроме Юнги, и не было места, где она могла бы укрыться от этого взгляда.