Я ещё не вешаю тебя, тупица

Джерард смотрит в его глаза. Эти темные почти черные радужки, едва возможно различить зрачок. Сейчас офицер был готов поклясться, что нет в мире ничего более притягивающего взгляд, чем этот безрассудный очаровательный обладатель таких глаз. Фрэнк смотрел на него, выискивал в толпе зевак. В голове крутились, накладывались одни на другие неприятные мысли или яркие совместные моменты. Айеро словно не на этом самом проклятом месте, а там, в самом начале их совместной истории. И готов поклясться, что видит не взволнованное мертвенно-бледное лицо, а того скучающего Уэя на балу в окружении прекрасных дам в кружевных платьях. Их взгляды встречаются. После вечерний сад, сумерки и та безбожная непростительная близость которую они себе позволили… — Твою мать, Майки, я должен быть последним в твоём списке. Джерард, закатывая глаза и вздыхая максимально громко, смотрел в стену, пока служанка поправляла жабо его парадной рубашки. Солнце ярко светило сквозь приоткрытые окна, что только добавляло комичности сложившейся ситуации. — Не злись, ты мой старший брат, ты не можешь не присутствовать.– В дверном проеме показалась голова Майки. Его волосы были аккуратно прилизаны, а наряд — Джерард устало застонал — казался намного более удобным, нежели то темно-зеленое убожество, что сидит сейчас на старшем Уэе.– К тому же ты знаешь правила… Как бы ты не хотел этого, но невесту давно пора искать. Обычаи и все такое. — Я боец.– Парень встал и покрутится, чтобы осознать настолько он скован в движениях.– Девушки и тем более жены будут мешать мне в этом. — И все же жизнь коротка, Джерард.– Майки прошел в комнату, оглядывая брата. В руках он держал цветы и какую-то старую потрёпанную книгу на французском, как оказалось позже, какой-то любовный роман.– Тебе уже не восемнадцать и даже не двадцать. Ты знаешь матушку, не я тебя этим достану, так она. А бал…– Младший брат, ловко обойдя старшего и осмотрев со всех сторон, слащаво заулыбался, передав все, что принес, в его руки.– Ну, это лучшее место, чтобы познакомиться с прекрасной дамой. — И заработать смертельную скуку. — И порадоваться за меня. — Твоя правда. Воцарилось неловкое молчание, прерываемое разве что шелестом цветочных листьев. Майки неловко смотрел в стену, явно очень нервничал, а Джерард в свою очередь думал, что двадцать четыре это не такой уж и большой возраст, чтобы с пеной у рта искать себе жену. К тому же если она нужна только для того, чтобы все от тебя отстали. Уэй старший очень любил общество и не важно какое. С прекрасными девушками можно было обсуждать книги (хоть фанатом художественной литературы он не был) или несправедливость жизни. С парнями же можно поговорить на тему воинского чина или же про дворянскую честь. Но все это было не то. Он видел рядом с собой понимающего во всем человека, который может поддержать беседу на любую тему, которую он поднимет. Пройдя сквозь, казалось, несметное колличество девушек, Джерард так и не встретил ту единственную, после чего решил, что лучше уж посвятит себя родине как верного солдата. Хотя он лгал бы самому себе, если бы не упомянул ту прекрасную юную леди Линз. Тогда он понял, что не все люди схожих характеров сходятся. Кто-то из романтиков в одной единственной книжке на подобную тему, которую Уэй хоть как-то осилил, была цитата, очень запавшая в душу.

«Может не всем дано быть любимыми» В прочем размышления прервал голос матери из другой комнаты. — Майки, карета подъехала! Выходим!

***

— За молодоженов! — Крикнул Рей, один из лучших друзей Майки, хотя был ровесником сидящего рядом и скептически смотревшего на него Джерарда. Про Торо сказать он ничего не мог. Младший брат с самого детства заводил знакомства с разными странными людьми, однако этот тип с кудрявой головой видимо был ближе всех. Гости — на самом деле их собралось прилично, учитывая, что и у Майки, как было сказано раньше, так и у его жёнушки круг общения был довольно большой (это если не считать родню) — с криками и смехом поднялись со своих стульев (напоминавших скорее интерьер кукольного домика, который братья Уэй видели один раз, путешествуя с отцом в другую страну, нежели то, на чем действительно сможет сидеть человек) и стали чокаться бокалами, снова и снова повторяя сказанную Реем фразу. Джерард — вместе с ними. Как бы он к этому не относился, Майки всё-таки был его любимым младшим братом, а его жена — милая дворянка, прекрасно ему подходящая. Да, именно такое слово. Потому старший Уэй протянул свой бокал вместе со всеми остальными. — Джерард! — Парень словно вышел из транса и посмотрел на матушку, которая звала его с другого конца стола.– А ты не хочешь сказать свои пожелания? — Я думал между пожеланиями проходит немного времени.– Пока гости садились на свои места, Уэй всё-таки предпочел постоять.– На поболтать, как это обычно и бывает. — Странно, а я думал, что пожелания от близких родственников можно говорить когда угодно. Это был чей-то незнакомый голос. Прямо напротив Джерарда (как он только не заметил!) сидел юноша, примерно возраста Майки. Что сразу бросалось в глаза, так это его прикид. Шутник сидел в простой рубашке, которая не была застегнула на три верхние пуговицы. Конечно сзади на спинке стула располагался его жилет, но по сравнению со строгим дресс-кодом на службе выглядел незнакомец из рук вон плохо. Именно поэтому внимание слегка скучающего Уэя было приковано с той самой секунды. — Видимо ты никогда не был на свадьбах.– Джерард вскинул брови, следя как юноша начинает улыбаться.– Обожду своего часа, если мне позволят это сделать.– С этими словами Уэй сел на свое место. Незнакомец тут же потерял к нему всякий интерес, беседовать с какой-то дамой справа от него. За гулом мало что можно было различить, но тут кто угодно догадается, что это флирт. — Кто это? Не видел его раньше.– Уэй повернулся к сидящему рядом Рею, который только закончил долгую беседу о недавних странствиях. — Фрэнк? — Торо заулыбался во весь рот, смотря то на Майки, то на Джерарда, последний же пожалел, что проявил любопытство.– Не думал, что его тут кто-то не знает. Душа компании, так что про свадьбы ты погорячился. Вот только не особо его любят за вспыльчивый нрав и либеральные идеи, поэтому он еле сюда попал.– Последнее уже было сказано шепотом.– Дескать конституция, долой монархию. Может слышал что о таком. В прошлом тоже грезил службой, но не пошло как-то. Теперь, видишь, подался в литераторы. Стихи всякие пишет, читает да написывает по чем зря статьи в утренние газеты. Проблем навалом. Собственно так мы и познакомились. Поверь, этот парень найдет приключений, но, храни Господь, выберется живым из любой ситуации. Джерард ничего не ответил. Все эти тайные заговоры, юноши вроде того типа, сидящего на против, которые возомнили из себя вершителей судьб, не вызывали ничего, кроме, возможно, раздражения. Он и не пытался смотреть шире, не старался увидеть в этом что-то романтическое. По должности положено присягать в верности императору, зачем пытаться что-то поменять? Все это вздор. Может так и взрослеют?