Звезда пленительного счастья

Чонгук, наконец, добрался до дома. Как только он перешагнул порог своей квартиры, тут же бросил в коридоре все свои вещи и поплёлся в спальню. Чон обессилено рухнул на кровать, зарываясь лицом в подушку. Но не прошло и минуты, как он тут же соскочил, вспоминая, что его одежда мокрая после дождя. Чонгук поднялся с кровати одним рывком, ощупывая свою рубашку и джинсы, и понял, что они лишь слегка влажные. Неужели уже успели высохнуть? И почему я не заметил этого раньше? Погодите, который час? Чон за всё это время ни разу не посмотрел на часы. Чонгук бросил взгляд на электронные часы, что стояли на прикроватной тумбе – 17:21. Что? Из-за пасмурной погоды казалось, что уже глубокий вечер, однако с того момента, как он покинул агентство прошло всего около двух часов. Он отчётливо помнил, как крупные капли ударялись о его кожу, как намокала чёлка. Но одежда всё же осталась практически сухой. В голове не укладывается. Чон уже хотел позвонить Джину, и допросить его, но передумал, ведь откуда ему знать, что произошло с Чонгуком по дороге в кафе. - Да что со мной случилось? – продолжал задаваться вопросом Чон. – У нас ещё остались такие люди, которые помогают случайным прохожим? А может, я вообще сам дошёл, а потом отрубился, но чтобы я сильно не переживал, Джин сказал, что мне кто-то помог? Серьёзно, Джин, если ты хотел исправить ситуацию, боюсь тебя огорчить, ничего не вышло. Кажется, просьба Сокджина так и останется невыполненной. Чонгук бродил по комнате, всё ещё одетый в ту самую одежду, которая волшебным образом не намокла под дождём. Может, когда он покупал её, не прочитал на бирке мелкий шрифт, где говорилось о том, что рубашка и джинсы водонепроницаемые. - Бред какой-то, - отбросил эту мысль Чон, и глубоко вздохнул. – Надо принять душ. Иначе я так точно с ума сойду. Чонгук поплёлся в ванную, попутно достав из шкафа чистую одежду. Он никогда не обращал внимания, насколько в квартире было тихо. Чон передвигался практически бесшумно, но скрипящий пол выдавал его движения. Дойдя до нужной двери, он включил свет, и проходя внутрь, закрыл за её за собой. Положив чистую одежду на небольшую полку, Чонгук дотянулся до пуговиц на рубашке, начиная их медленно расстёгивать, оголяя верхнюю половину тела. Брюки было снять сложнее, ведь они всё ещё были влажными. Чон пару раз успел попсиховать, пока стягивал их с себя. Наконец, когда вся одежда была снята, включая боксёры и носки, Чонгук закинул всё в машинку, бросил капсулу и захлопнул дверцу. Его рука остановилась у кнопки включения. - Чёрт, совсем мозги поплыли. Он отворил дверцу и достал оттуда свою, всё ещё на подозрение, белоснежную рубашку. - Чуть не попрощался со своей единственной белой рубашкой. Гардероб Чонгука в основном состоял из худи тёмного цвета – удобно и практично; пары джинс и нескольких футболок. Он никогда не понимал, зачем накупать себе кучу вещей, половину из которых ты даже не наденешь. К тому же, на работе у него была униформа, и ему не надо было красоваться перед всеми своими новыми нарядами. Однако его полной противоположностью был Сокждин. Он всегда выглядел потрясающе в своих строгих костюмах. За неделю он может ни разу не повториться, и каждый день выглядеть совершенно иначе, чем в предыдущий. Но ему это шло: выглаженные рубашки, классические брюки, элегантные пиджаки, и уйма стильных пальто. Всё это в сочетании с его внешностью смотрелось на нём потрясающе. Он был похож на модель, только что сошедшего с подиума. Идеальные пропорции лица, прямой нос, пухлые губы, блестящие чёрные волосы, убранные в аккуратный пробор. Ну просто мечта любой девушки. - Неужели можно так одеваться, владея лишь одним кафе? А что если он занимается чем-то незаконным? Торгует наркотиками, разводит людей на деньги, или.. он – наёмный убийца? – Чон застывает на месте. – Боже мой, да что со мной не так? Может, это последствия после удара дверью? Чонгук подошёл к зеркалу, и одной рукой облокотился на раковину, другой – приподнял свою чёлку вверх. И то, что он увидел в зеркале, потрясло его. Чон не мог ничего понять. Он продолжал вглядываться в своё отражение, изучая каждый миллиметр своей кожи. Как только Чон прошёлся взглядом по всему своему телу, он со скрипом провёл ладонью по зеркалу. Затем оторвал её и медленно начал сжимать, наблюдая за тем, как на кисти вздуваются вены. Подождав, когда вся сила соберётся в кулаке, Чонгук размахнулся и ударил прямо перед собой. Зеркало приняло на себя весь удар, разлетаясь вдребезги. Чон осел на холодный кафель, поджимая голову к коленям. Его правая рука, что теперь была изрезана мелкими стёклышками, легонько дрожала, и алые капли падали на пол, оглушая Чонгука. Кажется, пришёл тот момент, когда он не знает что делать, кому рассказать, в его душе опустошение. Мир враз потерял все привычные краски. И, возможно, теперь никто не сможет дать ему ответы на все интересующие вопросы.

***

- Извини, не хотел этого делать, и ты знаешь, что я этого не люблю, - слышится из динамика, - однако.. Тэхен! Ты что себе позволяешь?! Какого чёрта ты вышел из агентства без охраны?! Хочешь, чтобы тебя живьём разорвали?! - Но, всё же хорошо.. – пытается сказать Ким. - Хорошо?! Ты считаешь, что это хорошо?! Тебе повезло, что менеджер быстро сориентировался, и пошёл за тобой! А если бы тебя кто-то узнал? - Но не узнал же. Всё закончилось благополучно. - Знаешь что, у тебя не так просто заключён контракт, чтобы ты смел ослушиваться каждого пункта в списке. - В том-то и дело, что не так просто, - вздыхает Тэхен. - Значит так, мне надоели твои выходки, - голос в трубке очень серьёзный. Если ты не собираешься меня слушать, то и я не буду. - К чему всё это? – недоумевает Тэхен, сильнее сжимая телефон в руке. - Увидишь. А пока это будет тайна, - последовала небольшая пауза. – Спокойной ночи, Тэхен. Пусть тебе снятся только хорошие сны. В трубке слышатся короткие гудки, но Ким не спешит убирать телефон. Его рука зависает в воздухе, и он продолжает держать телефон у своего уха. Его разум уже где-то не здесь, Ким мыслит слишком глубоко. Но кто знал, что ответ лежит прямо на поверхности.