Пока ты не умрёшь...

— Оголись передо мной. Повторила приказ девушка, не убирая руку с лица. Большим пальцем она провела по моим губам и остановилась на щеке. Дрожь в теле все никак не удавалось унять. Страх парализовал тело. — Госпожа, Людмила. — вмешалась Саманта, главная даже не взглянула на неё. — Сейчас самое пекло, а она вампир. Это нельзя отложить до сумерек? — Сейчас, она будет более уязвима. В случае чего, мы сможем с ней справится. В сумерках она наоборот будет намного опаснее. Не правда ли, Сейра? — Правда. — с придыханием произнесла я и кое-как взяв себя в руки продолжила. — Я могу сейчас оголится, но мне потребуется выпить кровь, чтобы никто не пострадал. Вы можете предоставить мне сейчас кровь? Подойдёт любая свежая. Будь то животное, или прокаженный. Нужно два кувшина. — Ты слышала её, Саманта? Принеси кувшины крови. — скосив на неё взгляд, приказала хранительница. — Если все-таки ты истинная госпожа Смерть, то я с почтением выполню твои три просьбы. А если окажешься самозванкой… — Не окажусь. Ненавязчиво убираю руку со своего лица и спускаюсь обратно. Подбираю какую-то палку и черчу на земле большой круг и несколько знаков на нем. Когда я закончила с печатью подошла Саманта с полными кувшин и крови. Беру кувшин и захожу в круг. Ставлю наземь посудину и начинаю раздеваться. Женщины запричитали и стали ворчать на своих детей и мужей, чтобы те отвернулись. Аккуратно складываю рубашку с юбкой и передаю их Саманта. Остаюсь в белье. Та молча принимает вещи. Вынимаю из сапога пронзатель и резанув по руке, кровь бежит с пореза, по коже, вниз и крупными каплями падает на очерченный круг. Он начинает мерцать. Все пропадает через секунду. — Никто не должен подходить к кругу. Ни на шаг! — выкрикиваю на всю деревню. — Мы услышали твоё предупреждение. Никто не посмеет подойти к истинной госпоже Смерти. — произнесла мне в ответ Людмила, закинула ногу на ногу и откинувшись на спинку своего импровизированного трона. Хмыкаю и судорожно выдохнув, выливаю на себя кувшин крови. Все охают. — Nascitur luna, filia noctis. Mater chaos orat ut filiam suam in veram formam convertat. Regiones esse combustivae. Конец фразы был произнесен шепотом. И в этот момент начался процесс обращения в давно позабытую мной форму истинной госпожи Смерти. Я упала на землю закрыв лицо руками. Тело словно охватило огнём. Аура пульсациями распространялась по всем присутствующим. Каждая клеточка тела, кожи, внутренности — все горело адскими пламенем. Глаза застилали слезы, из горла вырвался хриплый рык. Кровь, стекавшая по телу, капала на землю и лентами обвивали меня, заключая в кокон из кровавых лоскутов. Солнце скрылось за грозовыми тучами. Где-то недалеко загромыхало, кроме запаха крови, окружающего меня, просачивался аромат предстоящей грозы. Я не видела — чувствовала — как преображаюсь. Кожа местами покрывалась чешуйками, местами перьями, а где-то мехом. Из лопаток, разрывая плоть и кожу, распахивались крылья. Пряди волос, которые я видела перед глазами стали белеть и удлинятся. Пряди с чёлки, уже стелились по земле, не прекращай расти. Через некоторое время тело перестало пылать и кровавые ленты растворились. Я с облегчением поднялась и потянулась. Было чертовски приятно ощущать, как давно забытая мощь течёт в этом теле. Я посмотрела на окружающих меня ведьм и шаманов. Детей не было. Ни одного. Перевела взгляд на старшую ведьму. Она все ещё сидела на своём троне, но уже не в доминирующей позе. Напряжённость была в каждой частичке её тела. Людмила поднимается с места и идёт ко мне. Она дрожит. Глаза мечутся по моему облику. — Я почтенно приветствую Вас, госпожа Смерть. Нижайше прошу простить моё недоверие к Вам. — произнесла девушка упав на оба колена и склонив голову передо мной. Все ахнули. — Вы можете наказать меня, госпожа. Но прежде чем вы вынесете мне приговор, прошу выслушать мои слова… Девушку трясло. Страх сковывающий её, стал передаваться другим. Последовал её примеру, они упали на колени и склонили головы. — Говори. — мой голос был глухим, как после долгого молчания. — До Вас, госпожа, приходила ещё одна вампирша. Говорила, что именно она является госпожой Смертью. Я также как и Вас попросила её показать настоящий облик, она отказалась и прокляла меня одной из своих бабочек. Сказала, что я буду едина с деревом на седьмые сутки, если не отдам ей жемчужину прозрения… — Ты сказала, прокляла бабочкой? — нахмурилась я. Людмила кивнула. Цыкаю. Делаю к ней шаг, как понимаю, что двигаться было непривычно тяжело. Смотрю в стороны, взгляд цепляется за огромные двухметровые крылья. Потягиваюсь ими вверх, а после в стороны. Слышен хруст хрящиков. Кожа соединяющая скелет чуть рвётся. На месте ранок появляются перья. Чёрные как непроглядная тьма. Делаю несколько шагов, слышится шорох, оборачиваюсь. Белоснежные, как снег, волосы плелись по земле, а посмотрев на тень, едва сдерживаюсь, чтобы не закатить глаза. Рога. Хмурюсь и решаю вернуться в свой прежний облик. Но меня останавливают. — Госпожа Смерть! Из толпы кто-то выкрикивает. По голосу это ребёнок. Мальчик. Кто-то из рядом склонившихся взрослых, спешат склонить непоседливое дитя к земле. Повернувшись туда, где издался зов, развожу руки в стороны и говорю: — Говори, дитя. Я слушаю. — мальчик все-таки встаёт и смотря мне в глаза молит: — Госпожа Смерть. Прошу, спасите маму! Я выполню любую вашу просьбу, только спасите её. Умоляю! — Демьян! Нет! — вскрикивает Людмила. — Успокойтесь! — не удерживаюсь я, громко рыкнув. Оба замолкли. Мальчик упал на колени, не склонив больше голову, а Людмила только и смотрела на сына. Вздохнув, подзываю мальчика пальцами. Он сглатывает и на не гнувшихся ногах подходит ко мне. Старшая ведьма дрожит ещё сильнее, на её глазах выступили слезы. — Не убивайте ребёнка. Прошу… — Что угрожает твоей маме, дитя? — игнорирую слова матери ребёнка. Последний вдохнув побольше воздуха говорит: — Злая тётя прокляла маму на то, что она станет едина с праотцом дубом. У нас все старшие ведьмы становятся едины с дедушкой, но только когда они умирают. Не когда они молоды. — Что ты можешь мне предложить, дитя? — Себя. В любом виде. Стану ли я вашим донором или пищей, неважно. Спасите мою маму. Прошу… Малец встаёт на оба колена и прикладывать кулак к сердцу, смотря мне в глаза. Давно позабытая клятва Ноктис. ~ Как интересно. Сколько же тайн скрывает этот малец? Я принимаю его клятву, положив два пальца ему на каштановые волосы и едва касаясь лица провела ими вниз. Его золотые глаза моментально окрасились в рыжий, но сохранили свое сияние. Деревня зашепталась. Людмила заплакала. — Я вылечу её, а ты станешь моим донором. Однако… — мальчик поднял на меня свои рыжие глаза, — Я заберу тебя только когда тебе исполнится шестнадцать. Не позже. Старшая ведьма смотрит мокрыми глазами то на меня, то на сына. И прикрыв рот руками, беззвучно плачет от облегчения. — Сейчас мне восемь, значит через столько же лет ты придёшь за мной? — посчитав на пальцах спрашивает Демьян. Согласно киваю. — Говоришь… — поднялась я с корточек и направилась к древу, — тебя прокляла вампирша с бабочками? — Да. — София… — Да. — Кто бы сомневался… Вспорхнув на крыльях к огромному стволу, я приложила к нему руку. В сознании сразу стали слышаться множество голосов. Множество из них женские и лишь несколько мужских. «Ты их всех пожрало?» — едва слышно выдыхаю в кору. — Есть два варианта снятия проклятия. — повернувшись к ведьме произнесла я. Она внимательно смотрела на меня. — Первый. Сжечь сам дуб и тем самым выпустив из его оков других ведьм. Второй. Поджечь твою и его главную души. Связь между вами разорвётся и ты будешь свободна. Толпа загудела. Я с помощью крыльев слетела вниз и мягко приземлились на землю. Главная ведьма задумчиво посмотрела на дуб, на толпу и на сына. Поднимает на меня безмолвный вопрос, мотаю отрицательно головой, она вновь погружается в раздумья. Минута, пять, десять, двадцать. Она поднимает на меня глаза и говорит твёрдо и уверенно. — Сожги дуб. Лучше быть временно без защиты, чем всю жизнь. Мы вырастим новое древо. Подвергать опасности ковен я не хочу… Спаси нас. — У меня есть одна личная просьба и два приказа от его Величества Алана. — произнесла я, напоминая зачем я сюда явилась. — Слушаю. Всё чем сможем, тем поможем. — ответила Людмила, обнимая своего сына. Вздыхаю. — Я хочу чтобы вы помогли мне переродится. Это моя личная просьба. — Ч… Что? Испуганный шаг назад и шокированные глаза смотрят в мои, спокойные. — Сынок, иди пока погуляй… — Демьян смотрит на мать, после на меня и снова на мать. Кивает и уходит. — Госпожа… Почему Вы решили переродиться? Это один из самых сложных переселения душ и требует огромнейшее количество маны. — Знаю. Однако мне необходимо новое тело. Сосуд. Эта оболочка скоро исчерпает свой лимит. — показываю рукой на себя и смотрю в глаза Людмилы. Женщина прикусывает губу и изучает меня взглядом. К этому моменту я уже вернулась в свой «человеческий» облик и меня слегка подташнивало. Место на лопатках, где были крылья, теперь разорвало и кровоточит. Рога исчезли, а длинные волосы все также лежали на земле. Беру их в руку, режу их когтями и поджигаю. Сразу запахло паленым. Морщу нос. — Хорошо. Мы вам поможем. Я, так понимаю, нужно и время, и найти новый сосуд? — Сосудом займетесь вы. Как только найдёте сообщите мне через вашего сына. — Есть ли какие-то предпочтения или пожелания к будущему телу? — Чтобы была сильной, как физически, так и духовно. А также обладала хотя бы небольшим запасом магических сил. — Хорошо. Мы учтём ваше желание. Ещё что-то? — Людмила смотрит мне в глаза, хоть и склонила голову. ~ Смелая. — Ещё два приказа от Алана. Сейчас или позже? — Сейчас. — Его Величество Алан Орхон, желает заключить взаимовыгодные сделки. Одна из которых: торговля вашими эликсирами и тканью на золото, серебро и медь. А также ингредиенты и рабочую силу. Ещё несколько предложений в сумке. — Это одно предложение. Мы согласны. — не раздумывая согласилась ведьма. — Второе предложение? — Создание нового мира. Без людей. — Поясните? — непонимающе наклонилась голову старшая. — Из фолианта я знаю, что это схоже с перемещением. Необходимо собрать определённое количество во человек в одном месте и при помощи магического круга и рун переместить на конкретные координаты. Верно? — И да, и нет. Это в теории. На практике все иначе. Это касается телепортации. А создание чего-то нового. С нуля… Я никогда с таким не сталкивалась. Это необходимо обсудить с ковеном. — прикусив губу и нахмурившись, ответила жрица. — В теории. Это возможно сделать? — В теории-то все возможно, а на практике… не уверена, что что-то получится. — Тогда обсудите этот вопрос с ковеном, а я займусь дубом. У вас уже есть семя? — Да. Небольшой росток. Саманта! Принеси семя дуба. — Мне нужно около часа. Максимум два. И я сразу отправлюсь обратно. В случае чего, скажите Демьяну связаться со мной. Он уже скорее всего разобрался со связью. — Хорошо. Поднимаю взгляд на крону дуба. Солнечный свет так красиво просачивался через шелестящую листву, что я почувствовала себя вновь живой. Подавив глубокий вздох, поднимаюсь к дубу, захватив рукой сосуд с кровью. Без какого либо стеснения и правил приличия, отпиваю с горла. Жидкость каплями бежит по губам, подбородку, вниз, к груди. Понимаю, что я до сих пор без одежды. Мысленно проклиная свою забывчивость. Щелк. Щелчок пальцами и на мне лёгкое коричневое платье до колена. Посмотрев на ноги — сапоги чуть выше середины колена. Едва заметно киваю сама себе и подхожу к дубу. Ставлю кувшин недалеко от себя и сажусь сама, скрестив ноги перед собой. Вытягиваю вперёд руки и закрываю глаза. С закрытыми глазами начинаешь «видеть» намного больше не же ли с открытыми. Чувства обостряются, восприятие становится острее. Пульсациями раскрываю ауру, она волнами проходит по всей округе в радиусе нескольких километров. Люди. Мелкие звери. Насекомые. Растения. Каждая частичка воздуха была прочувствована мной. В глубине дуба ощущались жемчужины душ прошлых жрецов. Десятки… Сотни жемчужин самых разных размеров, цвета и аур. Из-под ресниц непроизвольно сбежала слеза. Объяснение ей я найти не могла. Была ли это жалость или сочувствие к этим людям, я не знала. Вдохнув поглубже, концентрирую ауру в кончиках пальцев, представляя её в виде нити и заключительный раз пульсацией выпуска ауру — запоминая где находятся жемчужины душ. — Госпожа Смерть, я принесла семя дуба. Что делать? От неожиданных слов Саманты едва не повредила аурой одну из душ. Сжав зубы шиплю: — Во-первых, не говорить под руку. Во-вторых, как только дуб исчезнет живо посади семя. Секунда промедления будет стоить вашим предкам жизни, как и мне. Она кивает и я продолжаю. Нитями опутываю последнюю жемчужину и немного тяну на себя, они сдвигаются своих мест без какой-либо трудности. — Начни отсчёт с трех до нуля и сади росток в землю. — Хорошо. «Три». Нити крепче сжимают жемчужины душ. «Два». Напрягаю мышцы руки, чтобы за доли секунд вернуть души на свои места. «Один». Дёргаю аурой на себя, посылая волну. Колебания заставляют жемчужины подпрыгнуть со своих мест и как бы взлететь. Древо в этот момент исчезло и на его месте теперь была пустота. Саманта спешно посадила в землю росток нового древа и присылала его землёй. Всё произошло за несколько секунд. «Ноль». Вновь посылаю колебания к жемчужинам и они, дернувшись, приземляются в свои, «гнезда». По спине пробегает холодок. ~ Получилось… Они и я живы… Слава первородной… Открываю глаза и все плывёт. Морщусь и аурой проверяю на наличие ошибки. Души на месте, древо стремительно растёт. Проклятие связывающее Людмилу и их прародителя развеяно. Пытаюсь встать, но едва не падаю набок. Меня ловят детские руки и прижимают головой к груди. — Демьян? — Да, госпожа. — Почему? — недоумеваю, почему он тут оказался. — Вы одобрили связь донора и реципиента. Я чувствую, что Вам плохо. Отдохните… — Не могу. Нужно идти. Меня ждут. — отстраняюсь от мальчишки. Он цыкает и растегнув рукав рубахи, протягивает оголенную кожу руки. — Тогда, вам стоит отведать крови. — Твоя мать будет против. — Не будет. Я Ваш донор. Вы имеет полное право на мою кровь, а я имею право умереть за Вас защищая. Ешьте. — последнее слово приказ. — Такой маленький, а уже такой взрослый. Хмыкаю с горькой улыбкой. Беру его руку и подношу к губам, веду ими до изгиба, где кожа намного нежнее. Кусаю. Клыки прокалывают кожу, кровь тонкими струйками брызгает в рот. Жмурится от боли. Сделав несколько глотков, понимаю — достаточно. Его мутит. Вытаскиваю клыки из кожи и пару раз провожу языком по ранкам. Они затягиваются на глазах. Демьян хмурит тёмные брови и смотрит то на меня, то на место укуса. — Можете… — хрипит он, но прокашлявшись, как взрослый, продолжает, — Можете выпить ещё. — Могу, но не стану. Ты ещё живой мне нужен. Спасибо за угощение. Я вернусь через несколько дней. Уже с официальным визитом. — Будем ждать Вас, госпожа. — кивает он и совсем тихо добавляет: «я буду ждать Вас…» От его детской преданности я улыбнулась сама себе. Треплю его по голове, ероша каштановые волосы. Он забавно краснеет и дует щеки, бурча что-то на подобии: «я уже не маленький». Киваю ему и отчитавшись Саманте о проделанной работе, телепортируюсь в гостиницу, где меня ждал неприятный сюрприз. Вся моя комната была перевернута вверх дном. Вещи раскиданы и порваны. Сумки выпотрошены. — София, стерва! Чтобы тебя сожрали твои же бабочки! Проклинаю вампиршу. Прикусываю губу, лихорадочно соображая, где теперь безопасно отсидеться месяц. — В гостинице больше небезопасно. Здесь уже была София и её отпрыски. Рядом находятся территория охотников. В столице небезопасно, раз Бартли побывала тут, то Филипп уже в курсе моего возвращения. Крысы Джозефа уже должны были доложить о произошедшем Алану. Черт! В порту ещё не все утих… Точно! Порт! Быстро собираю разбросанные вещи, изменяю внешность. И телепортируюсь в порт, в тот же переулок. Солнце близилось к горизонту. Воздух в порту всегда был с солёными вкусом моря и рыбы. На этот раз тошноты и головокружение нет. Кровь донора творит чудеса. Осматриваюсь. Мешки с мусором и тухнувшей едой, грязь, крысы и трое человек. Точнее два вампира и человек. Кален и Эдвард стояли в тени с каким-то парнем. Парни завидев меня, склонили головы в приветствии, а человек за ними, сделал маленький шаг назад. — Мы ждали Вас, госпожа. Как вы и приказывали, мы нашли Эрика Ирхона. Ждём дальнейший указаний. — В гостиницу вернутся не получится. Там Бартли младшая. — Эдвард вздрогнул. — Кален, можешь найти нам гостиницу? — Хорошо… — кивает парень и хочет уже уходить, как его останавливает голос человека позади. — Вы можете побыть у меня в доме. Там есть несколько тайных комнат и ходов, для быстрого отхода в случае опасности. Всё они ведут за пределы порта. — парень поправляет рукава винной рубашки и смотрит на меня — Эрик, да? — парень кивает, — Хорошо. Мы поживём какое-то время у тебя, после выполнения задания ты пойдёшь с нами. — заключила я. — Возражений нет… — И останешься с нами навсегда. В порт больше не получится вернуться. По крайней мере, несколько десятилетий точно. — Хорошо. Я согласен. — кивает парень. — Провести вас? Смотрю на вампиров, они согласно кивают. Подхожу к ним и прошу Эрика представить любую из комнат его дома. Беру его за руку и опустив ладонь параллельно земле, создаю небольшой телепортационный круг и мы вчетвером переносимся в гостиную его дома.