Тайная жизнь

      Режим тренировок секса не предусматривал. Лионель до сих пор помнил, как тренер перед важными играми занудно читал им лекцию о пользе целибата, заставляя тогда ещё совсем юного Лионеля смущённо краснеть, а остальную команду над этим хихикать. Как школьниц. Так бывало на уроке биологии, стоило только произнести слово "член" и тут же раздавалось хихиканье. Школьницам, по мнению Лионеля, это ещё было простительно.       Воздержание Лионеля не напрягало. Однако, где-то на периферии сознание, смещённое, но не вытесненное окончательно подготовкой к игре и предматчевым мандражом, наливалось силой ожидание. Томное, но не томительное. Матч состоится вечером. Потом будет ночь на отдых в отеле. И, загадывать было страшно, но надеяться-то не запрещалось, на празднование результатов игры. Затем перелёт домой, а уж там...       - Никогда не понимал, зачем презервативы делают с разными вкусами, - беспардонно ввинтилось в сознание Лионеля, нагло вытаскивая его из уже почти нарисованной воображением сладко-возбуждающей фантазии и заставляя пожалеть о том, что согласился прогуляться по магазином с Неймаром. Глупая была идея.       Он озадаченно уставился на Неймара, пытаясь сообразить, требовала ли его реплика какой-либо реакции и уже почти решил оставить её без ответа, но Неймар смотрел выжидательно - в лицо Лионеля и заинтересованно - на пачку, которую тот вертел в руке.       - Для орального секса, - кое-как выдавил Лионель, начиная чувствовать себя то ли растлителем несовершеннолетних, коим Неймар, кстати, уже не был, то ли развратников-извращенцем.       - Зачем?       Удивление Неймара было настолько искренним, что Лионель совершенно неожиданно для себя выпалил:       - Тебе что, никогда не делали минет?       - Делали. Просто я не понимаю, как в этом процессе участвует презерватив.       - Знаешь, иногда хочется просто расслабиться и не думать о том, чтобы как-то оттянуть пиковый момент, - пояснил Лионель, забыв смутиться. Задумайся он хоть на секунду над происходящим диалогом - и сам бы поразился такому неслыханному феномену, - Да и для партнёрши новые вкусы - хоть какое-то разнообразие.       Неймар в ответ ухмыльнулся. В его глазах зажёгся странный, но довольно привычный огонёк. Похотливый, как показалось Лионелю. И это разом сбросило с его совести все сомнения о развращении товарища, мнимом, как оказалось. И вернуло изгнанное удивлением смущение. Лионель твёрдо пообещал себе, что в следующий раз за пополнением необходимых запасов контрацептивов он отправится в гордом одиночестве.       Неймар полез целоваться совершенно неожиданно. И абсолютно без повода.       Нет, они, конечно, сегодня выиграли. Они молодцы. Особенно Лионель.       И да, кажется, у него где-то на рёбрах и плечах точно осталось несколько синяков - результат попытки команды скопом или индивидуально показать Месси насколько же они его любили. Кажется, не вывернись он из загребущих рук, его ещё и облизали бы всего. Как-будто он вдруг попал в окружение целой стаи маленьких щеночков. Впрочем, его и так успели расцеловать куда попали - в щёки, в виски, в губы, в макушку и даже кто-то - Лионель в суматохе командной свалки не понял, кто именно - особо отличившийся даже шею ему обслюнявил. Хорошо хоть засосов не поставили. Хотя Антонелла вряд ли бы стала задавать вопросы. За годы отношений она уже привыкла, что Месси пытались потискать не только фанаты и сокомандники, но даже некоторые соперники.       То, что происходящее перешло все допустимые, малодопустимые и недопустимые границы, в которые могло вписаться поздравление с успешно забитым победным голом, Лионель осознал слишком поздно - когда Неймар попытался раздвинуть его губы своим языком. О том, что следовало что-то заподозрить гораздо раньше, например, когда Неймар только приблизил своё лицо к его, Лионель подумал только твёрдо отстраняя сокомандника. А ещё он подумал, что для поздравления с красивой игрой совершенно точно не нужно было ждать несколько часов и ухода из номера Лионеля остальных членов команды.       Гневно спрашивать "что ты делаешь?" было как-то глупо. Ведь и так понятно что. Поэтому Лионель выдал совершенно другое:       - Какого чёрта?       - Тебе не понравилось? - расстроенно, как-то уж слишком расстроенно, спросил Неймар.       - Причём тут... - удивился было Лионель, но тут же поправил сам себя:       - Нет.       И каким-то чудом успел проглотить вопрос "а должно было?", заметив какой болью налился взгляд Неймара.       Месси кое-кто называл гением футбола - и за глаза, и в глаза. Некоторые считали, что у него есть превосходное чувство игровых моментов. И что иногда на него прям снисходят озарения, буквально толкая его в безумные рывки, заставляя совершать почти гениальные обводки.       Да, такое с ним действительно бывало.       А вот в жизни озарения Лионеля почти никогда не накрывали. Зато сейчас, видимо, решив компенсировать годы простоя, казалось, свалились всей кучей.       - Неймар, я женат. И жену свою люблю, - твёрдо, но без агрессии постарался донести свою позицию Лионель.       - Понимаю, - совсем тихо и почти убито пробормотал Неймар, но тут же вскинулся:       - Я прошу тебя, Лео... всего один... всего один поцелуй!       - И всё? - скептически уточнил Лионель.       - Да. Один поцелуй! Тебе же это абсолютно ничего не будет стоить.       Лионель в этом совершенно не уверен, но Неймар выглядел таким расстроенным: глаза блестели и повлажнели, губы дрожали, а щёки непривычно и даже страшновато побледнели. Непривычно было видеть всегда позитивного и словно бы наполненного энергией через край парня таким почти раздавленным.       Лионель, внутренне содрогаясь, подумал, что наверное, это и в самом деле не станет такой уж огромной жертвой с его стороны. В конце-то концов, ну что плохого может случиться? Чем таким особенным отличается поцелуй мужчины от поцелуя женщины? Тем более, если припомнить, с Лионелем такое уже случалось - кто только его не целовал - и фанаты, и соперники. А Кун так и вовсе при каждом удобном и неудобном случае лез с поцелуями. Но к нему быстро все привыкали, как к неизбежному - существует же на свете закат, и, как бы человечество не старалось, сколько бы сил и ресурсов не потратило, а солнечный диск в положенное время всё равно скатиться за линию горизонта. Вот точно так же существовал Кун. И его друзья быстро привыкали к его манере выражать привязанность. Потому что отбиться от этого стихийного бедствия всё равно не получалось.       Вот только все эти поцелуи, имея под собой иногда разную основу - попытку разделить радость от победы, благодарность, дружескую привязанность, благоговение и даже почти религиозное поклонение, никогда не несли в себе эротического подтекста.       Подумав, что расстроенного его категоричным отказом, отстранённого и, наверняка начавшего дёргаться, нервничать и паниковать, а значит, ошибаться во время матчей Неймара, переносить будет труднее, чем позволить на минуту настолько интимный контакт, Лионель решился.       - Один поцелуй, - сказал он строго, мысленно матерясь, но старательно не позволяя словам вырваться наружу. Неймар был подавлен и расстроен. Нельзя вносить ещё больший раздрай в их и так полетевшие кувырком отношения.       Казалось, где-то в голове Неймара словно зажглись светодиоды - во всяком случае, глаза его моментально озарило светом ликования и торжества. Он улыбнулся так счастливо, как не улыбался даже на самых удачных матчах. А у Лионеля при виде этой улыбки на секунду ёкнуло сердце от предчувствия надвигающейся катастрофы. А он-то наивно решил, что армагеддон уже свершился и хуже не будет.       Неймар впился в его губы, как голодный хищник в желанную, и доставшуюся большим трудом добычу. От его напора Лионель совершенно растерялся. Вот уж так его точно ещё не целовали. Обхватив лицо Неймара ладонями, и, пытаясь хоть мысленно убедить себя, что это принесло ему уверенность, Лионель перехватил инициативу, заставляя Неймара сбросить обороты. Как ни странно - сработало. Неймар словно расслабился, позволяя Месси целовать себя медленно и размеренно. Лионель закрыл глаза. Ничего ужасного в поцелуе не было. Особенно, когда его перестали пытаться сожрать. Лионелю даже вспомнилось, как одна из фанаток внезапно поцеловала его. Хорошо хоть не на камеру. И свидетелей почти не было. При некоторой доле откровенности с самим собой, Лионель мог признать, что та девушка была хороша. Даже не столько внешностью - хотя ни к лицу, ни к фигуре претензий возникнуть не могло - было в ней что-то иного рода, то, что не позволило растерявшемуся Лионелю шарахнуться от неё прочь - в её глазах плескался огонь. Причём, не столько страсти, а сколько самой жизни.       Накопившееся нервное и сексуальное напряжение дало о себе знать, приятной волной прокатившись по телу. Мягкость губ и приятные воспоминания заставили Лионеля заблудиться в ощущениях и почти забыть о реальности. Он даже немного растерялся, когда наконец отстранился и открыл глаза. Он, совершенно бессовестным образом успел забыть, что целовал его именно Неймар.       Неймар выглядел так, как выглядят люди, находясь под действием лёгких психотропных стимуляторов. Глаза его словно затуманились, и, казалось бы, потеряли осмысленность. Губы покраснели, став ярче. Он тут же потянулся за ещё одним поцелуем, но Лионель отстранил его от себя, уперевшись ладонями в плечи.       - Один поцелуй, - строго напомнил Лионель.       - Почему? Почему ты отказываешься? Ведь нам может быть так хорошо вместе. Тебе даже не нужно ничего делать. Я сделаю всё сам. Тебе понравится. Я обещаю, Лео.       - Неймар, - вздохнул Лионель. Как объяснить другу невозможность происходящего? Для самого Месси всё было предельно ясно на каком-то моральном, этическом и интуитивном уровне, но именно это и мешало подобрать убедительные и правильные слова.       - Что, Лео, что? Я не сделаю ничего, что бы тебе не понравилось. Обещаю.       - Дело не в этом. Я хорошо к тебе отношусь. Ты это знаешь. Мы отличная команда на поле. И мне приятно твоё общество вне его. Но это всё, что я могу или когда-либо смогу тебе предложить. Иных чувств, кроме дружеских у меня к тебе нет. И никогда не будет.       - Но тебе же понравилось! Я чувствовал это.       - Физиология.       - Так я тебе предлагаю удовлетворить эту физиологическую потребность.       - И тебя самого это устроит? - ошарашенно переспросил Лионель.       Нет, он, конечно, был взрослым человеком. Мужчиной. И прекрасно знал, что секс не равен любви. Можно было переспать с женщиной, поддавшись сиюминутному порыву страсти. Или с пьяну. Или в погоне за новыми ощущениями. Это Лионель понимал. А вот секс без обязательств с членом собственной команды выходил далеко за рамки, обрамляющие его картину мира. Но если б это, опять же, было попыткой окунуться в новый опыт, получить новые впечатления, Лионель происходящее постарался в них вписать. Только вот на секс без обязательств это нисколечко не походило.       - Нет, Неймар, - сказал Лионель, не дождавшись ответа, - Ничего хорошего из этого не получится.       На тренировках Неймар старался ничем не выдать своего разочарования, но творящийся внутри него эмоциональный раздрай всё равно прорывался наружу, заставляя потерять концентрацию. Смотреть на то, как сокомандник то и дело оступался, врезался в препятствия и, как будто и вовсе спотыкался о собственные ноги, было почти физически больно.       И глупое, ничем не обоснованное чувство вины то и дело сжимало сердце.       Как бы странно это не было, но Лионелю казалось, что это именно он нёс ответственность за происходившие с Неймаром метаморфозы.       Конечно же Лионель умел говорить нет. И ему приходилось отказывать. В том числе и женщинам, возомнившим, что Месси - их истинная любовь. А для далеко не одной тысячи людей он вообще был недосягаемой мечтой. И к этому пришлось привыкнуть довольно быстро. Но одно дело знать про абстрактные любовные притязания таких же абстрактных поклонниц и поклонников, для которых сам Месси всего-лишь картинка на телеэкране, и совсем другое - видеть, какую боль принесло разбитое твоим отказом сердце хорошо знакомого человека.       Так продолжаться больше не могло. Лионелю необходимо было принять решение. Трудное. Болезненное.       От него требовали переступить не только через себя, но и через чувства дорогих его сердцу людей.       - Если ты сегодня будешь играть на достойном уровне, то после матча получишь не менее достойное вознаграждение.       И только Лионель Месси знал какого напряжения моральных сил и воли ему стоило решиться подойти к Неймару перед самым выходом на поле и шепнуть ему на ухо эти слова.       Лицо Неймара словно озарил отблеск заблудившейся звезды. А Лионеля в очередной раз посетило дурное предчувствие, от которого он уже привычно отмахнулся, словно от надоевшей мошки, лезущей прямо в глаза.       Что ж, Неймар неожиданно для всех умудрился превзойти самого себя.       Но, отчего-то довольным результатами матча Лионель не был. Возможно, он подспудно ожидал или даже желал того, чтобы Неймар не смог взять себя в руки, а значит, и выполнять обещание Лионелю не пришлось бы. Он корил себя за такие мысли. Но от угрызений совести они не исчезали.       Теперь в отеле чествовали Неймара. Но тот с нетерпением ждал, когда желанная для любого футболиста процедура закончится. Лионель прямо-таки физически ощущал его жадный взгляд, то и дело притягивающийся к нему, словно иголка к магниту. Оставалось только молиться, чтобы остальные члены команды этого не заметили. И иррационально надеяться, что воодушевлённая команда задержится у них в номере подольше. Он бы даже рассмеялся сам над собой, не будь он так напуган предстоящим - обычно Месси хотелось поскорей оказаться в тишине и, желательно, одиночестве, а сейчас он остервенело мечтал о продолжении командных посиделок.       Возмущённого бурчания со стороны Месси всё не доносилось и команда пользовалась редчайшей возможностью. Им казалось, что Месси сегодня необычайно благодушен и общителен - например, оттащил к себе в угол Пике и внимательно слушал его эмоциональные рассуждение. И стоило Пике замолчать, как Месси задавал ему очередной вопрос. Рассуждения Пике вновь набирали обороты.       То, что герой вечера уже откровенно зевал, заметили далеко не сразу, а заметив, смутились и дружной гурьбой потянулись к выходу, ободряюще хлопая Неймара по плечам. Лионель отчаянно посмотрел на поднявшегося с его кровати Пике, но хвататься за его руку было бы несусветной глупостью и совсем уж детским жестом. И выглядело бы крайне странно. Да и нельзя же вечно прятаться за Пике.       Неймар захлопнул дверь. Щелчок замка в тишине номера казался Лионелю громким, как пистолетный выстрел, и таким же жутким.       Обернувшись, Неймар улыбнулся. Плотоядно.       - Ты помнишь, что обещал?       - Помню, - твёрдо ответил Лионель и, помедлив спросил:       - А ты помнишь, что я говорил тебе раньше?       Улыбка Неймара чуть притухла, но совсем не исчезла.       - Что никогда не будешь испытывать ко мне ничего кроме дружбы?       - Именно, - кивнув, подтвердил Лионель.       Неймар пожал плечами.       - Меня это устроит.       Лионель закрыл глаза. Ему казалось, что он сделал всё, что было в его силах, чтобы исправить ситуацию, но она всё также катилась под откос, словно поезд, сошедший с рельсов на полной скорости. Погружённый в свои переживания и мучившие его предчувствия, Лионель не заметил, когда Неймар приблизился. И понял это только когда его губ коснулись чужие. Отталкивать друга он не стал, позволяя целовать себя и надеясь, что пелена похоти и нереализованного возбуждения скоро его захватит, отключив от осознания реальности. И ему просто станет всё равно, кто будет его партнёром в гонке за удовлетворением первобытного инстинкта. Ощущение чужих губ исчезло, но они тут же прижались к шее.       - Без засосов, - твёрдо сказал Лионель и открыл глаза.       Возбуждение, владевшее его телом было далеко от сексуального. Лионелю казалось, что его нервы натянули на футбольные ворота вместо сетки. И в них вот-вот влетит мяч, безжалостно сминая, а может даже разорвав их.       - Как скажешь, - покорно согласился Неймар.       - Чего ты хочешь? - уточнил Лионель, не совсем готовый услышать подробности, но неизвестность его, как и многих людей, пугала куда больше.       Неймар улыбнулся как-то хитро. И это совершенно не понравилось и так уже накрутившему себя Лионелю.       - Я же сегодня играл достойно. Ведь так?       - Так, - подтвердил Лионель, - Но ты должен понимать, что есть вещи, на которые я абсолютно точно пойти не готов.       - Хей, я же обещал тебе, что не сделаю ничего, что тебе бы не понравилось, - примирительно прошептал Неймар, по-собачьи преданно заглядывая Лионелю в глаза, - Просто расслабься.       С последним у Лионеля было сложно. Но он глубоко вдохнул и медленно выдохнул, стараясь последовать совету.       - Ложись.       Лионель послушался, растягиваясь на кровати и стараясь занять наиболее комфортное положение, а заодно и удобнее устроить настойчиво посылающую болевые сигналы ногу. И закрыл глаза, мысленно возвращаясь в подростковый возраст и вспоминая тех, чьи образы будили в нём сексуальное желание.       Влажные губы скользили по его шее, а жадные нервные пальцы задирали футболку, оглаживая кожу, щекоча рёбра. Наверное Неймару хотелось чтобы Лионель разделся, но сил на это, да и особого желания не было. И вообще лежать вот так, позволяя кому-то себя ласкать было чертовски непривычно. Лионель никогда не считал себя сексуальнораскованным человеком, не навешивал себе лавров суперлюбовника. Но всё же в постели он предпочитал брать инициативу в свои руки.       Сейчас ему не хотелось даже этого.       Чужие губы скользнули по животу, показавшемуся из-под задравшейся футболки. А потом о пах Лионеля что-то потёрлось, заставляя распахнуть глаза. Неймар, многообещающе улыбаясь, довольно потирался о него щекой. И Лионель вновь зажмурился. Накопившееся возбуждение и всё-таки включившаяся фантазия наконец дали плоды - кровь прилила к паху. Почувствовав, что его действия увенчались успехом, Неймар попытался стащить шорты.       - Ты так и не рассказал, что собрался делать, - напомнил Лионель, не спеша приподнимать бёдра и позволять содрать с него последний призрачный бастион защиты.       Неймар хмыкнул, упрямство Месси его всегда забавляло.       - Оральный секс, так кажется ты это назвал.       Лионель, наполовину перевернувшись на бок, потянулся к ящику прикроватной тумбочки. Рыться в ней не пришлось. Вещи он распаковывать поленился, и всякое мелкое, но нужное барахло лежало в специальном футляре поверх одежды в чемодане. Единственным, что он доверил отельной тумбочке была пачка презервативов со вкусами ассорти.       - Выбирай, - Лионель протянул открытую коробку Неймару.       - Зачем? - удивился тот.       - Либо так, либо никак, - поставил ультиматум Лионель.       Неймар недовольно закатил глаза, но вытянул из коробки оранжевый блестящий пакетик, Лионель сейчас не видел, но помнил, что на нём довольно карикатурно, совсем как на обёртках дешёвых леденцов, нарисован апельсин. Лионель некстати подумал, что было бы забавно узнать, что автор рисунков на карамельках и контрацептивах один и тот же.       Шорты он стянул сам, впрочем, полностью их снимать не стал, оставив на бёдрах.       Наглая ладонь тут же обернулась вокруг эрегированного ствола и прошлась вдоль него несколько раз. Неймар ловко разорвал упаковку, зажал кончик презерватива между губами и сделал то, что Лионель раньше видел только в порно - раскатал презерватив по члену ртом, заглатывая сразу и глубоко. Лионель только охнул, сам непоняв то ли от неожиданности, то ли от ощущения обволакивающей теплоты вокруг члена.       - Это долго не продлиться, - честно предупредил Лионель.       Вообще-то при регулярной личной жизни проблем с самоконтролем у него не было. Партнёрши в эгоизме его не обвиняли никогда. Однако, после долгого целибата сдерживаться совершенно не хотелось.       С Антонеллой у них сложился своеобразный ритуал: после возвращения Лионеля с очередной игры, первым, что он получал в постели был довольно быстрый минет, позволявший выплеснуть накопившееся напряжение и получить разрядку. А уж потом, после небольшого перерыва, который Лионель тратил с пользой на стимулирование особо чувствительных точек на теле своей женщины, он был готов для полноценного второго тайма - долгого, размеренного и с лихвой компенсирующего Антонелле старания, приложенные ею в первом.       Умений Неймару было не занимать. Не то чтобы Лионель был большим специалистом или знатоком - с Антонеллой они уже вышли на тот круг отношений, когда хорошо знаешь партнёра и умело этими знаниями пользуешься, приводя к нужным результатам. Может, конечно, кто-то любил гнаться за новыми впечатлениями, но Лионелю их и на поле хватало, а за его пределами он предпочитал уютную стабильность.       Как бы то ни было, но его опыт одной Антонеллой не ограничивался. И сейчас Лионель мог по достоинству оценить технику минета Неймара. Тот то старательно вылизывал головку, то скользил губами по стволу, пытаясь вобрать его как можно глубже, то позволял головке пошло оттопыривать его щёку.       За закрытыми веками Лионеля уже даже не мелькали образы фигуристых блондинок. Вместо них появились радужные круги, предвещая скорый финал. Удовольствие быстро скрутилось в тугую пружину и так же молниеносно распрямилось, выплеснувшись.       Выравнивая сбившееся дыхание, Лионель думал, что любил презервативы ещё и за возможность не думать о моменте, когда необходимо предупредить партнёршу о приближении оргазма, а можно просто расслабиться и погрузиться в экстаз.       Стащив презерватив с обмякшего члена, Лионель завязал его узлом и подумал, что надо бы отнести его в урну. Но всё же решил с этим подождать и пристроил на полу. И наконец посмотрел на Неймара. Парень тяжело и лихорадочно дышал. Припухшие губы были приоткрыты, а щёки и шею затопил румянец. Свободные штаны в паху топорщились, не скрывая, а скорее подчёркивая его возбуждение.       Сеанс орального секса был ещё не закончен.       И Сейчас Лионель в полной степени осознал, что ему предстояло сделать. Морально подготовиться к такому было невозможно. Во всяком случае, для него. Но и оттягивать момент он больше не мог. Лионель обещал Неймару вознаграждение. Слово придётся держать. Оставалось только надеяться, что это не будет так уж мерзко. И не продлиться долго.       Принимать сидячее положение, а то и переворачиваться вниз головой не хотелось.       - Встань вот тут, у кровати, - попросил Лионель, не узнав свой собственный голос, и второй раз потянулся за презервативами. Чуть покопавшись - бессознательно оттягивая момент и, поймав себя на этом, решительно вытащил тёмно-коричневый квадратик с рисунком, предположительно напоминающем плитку шоколада. Ничем иным по мнению Лионеля коричневый прямоугольник поделенный на квадраты быть не мог. Ну что ж, сладкое Месси любил. Но чёртова спортивная диета и грёбаный гастрит. "В презервативе хотя бы калорий нет", - с иронией подумал он, разрывая упаковку. Пытаться выпендриться Лионель не стал, по-простому надев презерватив рукой. Процедура в общем-то была довольно привычной, однако, ощущение чужого члена в руке - новым. И странным.       Синтетический ароматизатор - или что там добавляют в смазку - радостью гурмана явно не был. Но хотя бы позволял отвлечься. Брать глубоко Лионель не отваживался. Он цепко удерживал бёдра Неймара, не позволяя ему двигаться. Будет сложно объяснить спортивным врачам при каких обстоятельствах травмировалось горло. Ещё труднее это будет объяснить Антонелле.       Самым сложным оказалось не, как предполагал Лионель, вспомнить и воплотить приёмы, которые нравились ему самому, а контролировать зубы. В какой-то момент Лионель так погрузился в поиск решения этой проблемы, что абсолютно не заметил, как напрягся Неймар. Вернул Лионеля в реальность только громкий протяжный стон. Именно тогда он понял, что бёдра под его пальцами мелко трясутся, а член на языке пульсирует. Лионель отстранился. Свесившись с кровати, он подобрал свой презерватив, коротко глянул на часы и всё-таки поднялся.       - Я первый в душ, - непререкаемо заявил Лионель, проходя мимо довольно улыбающегося Неймара.       Стоя под приятно-тёплыми струями воды, тщательно смывая с себя хлопья одуряюще пахнущей мятой пены, Лионель старательно не думал о случившемся. На это у него совершенно не нашлось моральных сил.       Было кое-что другое о чём следовало подумать прямо сейчас. Обмануть Антонеллу не получится. Уж она-то знала его реакции после длительного отсутствия секса. И каким он бывал, когда секс произошёл недавно. "Прости, дорогая, не мог дождаться приезда домой, поэтому подрочил в душе сразу после матча". Бред! В это не поверит даже самая наивная девушка. Антонелла наивной была. В детстве. Но с тех пор у неё поднакопилось жизненного опыта. И развести её на подобные сказки не получится. Так что, придётся изобразить недотрогу. Ну и как Лионель будет объяснять ей своё нежелание близости? Если только сослаться на новые интенсивные тренировки, назначенные тренером. И действительно ими заняться. Лионель мученически застонал.       За всё в этой жизни нужно платить.       За сомнительное удовольствие - тоже.       Рабочее настроение Неймара заметно улучшилось. Сокомандники приятно удивлялись его вернувшемуся энтузиазму. Кое-кто пытался выяснить, что же такое творилось в жизни товарища, вызывая такие резкие перепады настроения, но на все вопросы Неймар отшучивался или и вовсе молча заговорщически улыбался. Лионеля его скрытность полностью устраивала - не хватало ещё чтобы по раздевалке, а потом и за её пределы расползлись слухи о нетрадиционной связи внутри команды. Обвинения в гомосексуализме и шумиху в прессе Лионель ещё как-нибудь бы пережил, если бы дело касалось только сексуальной ориентации. Но ведь шумиха в прессе потянет за собой цепную реакцию, сравнимую с волной, создаваемой упавшей костяшкой домино, погребая под собой всю тщательно выстроенную жизнь - карьеру, отношения с родственниками и любимой женщиной. И если перед спонсорами и тренерами ещё удастся оправдаться, в отношениях с семьёй всё рано или поздно тоже наладится - он их кровь, а это повязывает навечно, заставляя принимать таким, каков он есть - со всеми его ошибками, то Антонеллу он потеряет безвозвратно.       Наверное, думать об этом нужно было раньше.       Неймар, вроде бы не делая ничего публично, несколько раз украдкой пытался поцеловать его наедине. Наверное, он просто хотел небольшую порцию тепла и ласки или так демонстрировал свою привязанность. Однако, его старания привели к неожиданному результату - при приближении Неймара, особенно, если их общение происходило на виду у команды, Лионель заметно напрягался, подсознательно ожидая, что друг вытворит что-то двусмысленное, например, чмокнет в щёку, или, и того хуже - что-нибудь абсолютно недвусмысленное, например, полезет рукой Лионелю в шорты.       Неймар на напряжение, возникшее между ними, не обращал никакого внимания. А может и вовсе его не замечал. Он казался воодушевлённым и счастливым. И чем сильнее это проявлялось, тем хуже чувствовал себя Лионель.       Свою ошибку он, что было уж совсем нетипичным, осознал практически сразу.       Лионель слишком хотел сохранить команду боеспособной и целостной, ведь он уже знал, что "ПСЖ" вёл переговоры и с "Барселоной", и с самим Неймаром. Да, он, подспудно чувствуя себя чуть ли не жрецом, приносящим на алтарь служения великому божеству - хорошему рабочему настрою команды, великую жертву - собственное тело, принципы, даже чувства, предполагал, что делал всё ради сохранения хороших отношений с другом, его работоспособности, желания продолжать добиваться успехов.       С последними двумя он не прогадал.       А вот отношения изменились, приняв странный и даже жутковатый вид. Извращённый, по мнению Лионеля.       И как вернуть всё в ту нишу, которую они занимали до той проклятой ночи в отеле, он совершенно не представлял.       - Я же сегодня хорошо играл? - мурлыкнул Неймар, прижимаясь со спины и крепко обнимая Лионеля, как только дверь номера закрылась, отрезая их от любопытного внимания обывателей и болельщиков.       - Неймар, - Лионель высвободился из рук сокомандника и развернулся к нему лицом. Нарочито-холодный взгляд друг оставил без внимания, - Ты затащил меня в свой номер для этого?       - А что плохого? Разве ты не хочешь?       Вот именно - Лионель не хотел. Секс после матча, дающий возможность сбросить напряжение и мандраж, расслабиться и сжечь выплеснувшийся в кровь адреналин... Да, Лионель хотел всего этого - разрядки, оргазма, расслабления. Вот только не с Неймаром.       Любовь, как это часто бывает, ослепляет. Но и озарения у людей, захлёстнутых чувствами всё равно случались. Или это просто депрессивные мысли Лионеля наконец чётко отразились на его лице. Неймар наконец уловил перемену в настроении объекта своего обожания. И сам заметно погрустнел.       - Тебе же было хорошо. Тебе нравилось, - попытался он убедить то ли Лионеля, то ли самого себя.       Хорошо было. Нравилось - определённо нет.       Лионель не стал пытаться объяснить свои чувства, знал, что правильных слов он всё равно подобрать не сумеет. Он только вдохнул поглубже и на секунду прикрыл глаза.       - Тебе и сегодня понравится. Я обещаю.       Неймар многое умел и с энтузиазмом применял свои знания на практике, делая тело Лионеля буквально полигоном для испытания секс-оружия. И с ним, пожалуй, действительно было хорошо. Физически. Только вот включиться в процесс на принципиально ином, не физиологическом уровне, Лионель так и не смог. Он, находясь в собственном теле, получая ощущения от нервных рецепторов, всё равно как-будто оставался наблюдателем со стороны. Всё происходящее было слишком отчётливым. Даже похоть не застилала мозги. Хотя Лионель старательно пытался нагнать на себя её спасительную пелену.       - Я подготовлюсь для тебя, - шепнул Неймар куда-то в шею Лионелю и вытащил из-под подушки ярко-розовый тюбик.       Лионель старательно не думал о том, что и где вытворяли его пальцы, пытаясь сосредоточиться на том, как Неймар вылизывал его ключицы. Потом скользкие пальцы прошлись поверх презерватива, добавляя смазку.       Анальный секс Лионель не то чтобы не любил, просто не видел в нём особого смысла. Да и его партнёршам традиционное проникновение нравилось гораздо больше. Но это не значило, что подобный опыт у Лионеля отсутствовал.       Чувствуя, как его член скользит в чужом теле, Лионель закрыл глаза и подумал, что эта сексуальная практика особых отличий в исполнении мужчин и женщин не имела.       Оргазм, вопреки обыкновению, всё никак не накатывал - сдерживаться не приходилось. Зато Неймар старался с ещё большим энтузиазмом. Амплитуда его движений всё ускорялась, тело блестело от тонкой плёнки пота, голова его запрокинулась, выставив горло в беззащитном жесте. Стоны срывались с его губ частой чередой. Наверное, кому-то польстило бы такое откровенное удовольствие партнёра. Но Лионель не чувствовал даже этого. Он увидел, как Неймар сжал собственный член, начав быстро двигать рукой, и вновь закрыл глаза, позволяя физиологии взять верх над сознанием.       Лионелю вдруг показалось, что он больше совсем ничего не чувствовал - ни грусти, ни желания, ни вины, ни командного духа.       Он надеялся, что его внутреннее оцепенение разгонят струи душа. Но даже тёплой воде не удалось отогреть душу, будто скованную коркой льда.       Из чужого номера он выходил с тяжёлым, будто налитым свинцом сердцем. И пустотой, без спроса поселившейся в душе.