Правда всегда одна

— Значит, ты знала Кенни?       Адриана кивнула. — Да. И все же, не так хорошо, как хотелось бы.       Бенджамин Питерсон коротко кивнул. — Никто не знал. Даже мы. По его лицу было видно, что ему было, что скрывать.       Адриана посерьезнела. У нее работа. Она пришла сюда не для того, чтобы ностальгировать о прошлом. — Расскажите поподробнее, что произошло на задании.       Агент поджал губы. Детектив поспешно добавила: — Я понимаю, что Вам не хочется об этом вспоминать. Но это ради безопасности других. Чем быстрее мы найдем этого человека, тем лучше.       Он усмехнулся. — Девочка моя, я с уверенностью могу тебе сказать, что это был не я. — Хорошо, — она решила пойти напролом. — Тогда покажите мне Ваш пистолет и назовите количество пуль.       Бенджамин пожал плечами и вернулся из спальни с увесистой картонной коробкой. — Здесь вся информация, связанная с той операцией. Там же пистолет и пули. Можешь убедиться.       Адриана растерянно посмотрела на него, но, тем не менее, открыла коробку и начала изучать материал. В любом предмете может крыться самая неожиданная зацепка.       Она проверила черный лаковые пистолет — то, что интересовало ее прежде всего. Он был разряжен и аккуратно лежал под бумагой и одеждой. Даже если предположить, что он знал к нему заявятся из полиции, он бы не успел разложить все вещи — тем более пули 0 так аккуратно и четко в этой коробке.       Адриана развязала документ с деталями операции и начала листать. Здесь же были фотографии места и всех членов команды. Ее взгляд остановился на знакомом лице. Почему он никому ничего не сказал? Почему бросил? Даже если он агент, это не дает ему права скрывать правду от родных. Они должны были знать обо всем этом. Тем более, Леви. Он точно не заслужил этого.       Она закрыла папку с файлами. Ничего такого цепляющего глаз там не было. — Где Вы были в ночи двадцать восьмого сентября, третьего и восьмого октября? — Так четко… — Именно в эти дни произошли убийства.       Бенджамин тяжело вздохнул, задумавшись. — Я так конкретно не помню, скажу Вам честно. — Хорошо, проще: Вы выходили из дома в эти дни в районе восьми-половины десятого?       Он отрицательно покачала головой. — Простите. Я не могу вспомнить. — Тогда мне придется смотреть камеры и спрашивать дежурного. А Вас я хочу попросить рассказать мне поподробнее о Ваших коллегах и о той операции. Что там произошло?       Мужчина грустно усмехнулся. — Что именно ты хочешь услышать? — Как можно больше. Я должна докопаться до правды. — Правда всегда одна. И нынешняя состоит в том, что ее нет, — ответил он слегка раздраженно. — Это была ловушка, хотя мы и знали, на что шли. Мы оказались в здании и по нам начали палить. — Там разве не взрыв произошел? — с сомнением уточнила детектив.       Он изумился. — Значит, так говорят в официальной версии? Им просто не хватило смелости заявить, что нас всех расстреляли. Это было бы позором. — Потому что вашу группу считали лучшей? — Именно.       Адриана нахмурилась. На что только не готова пойти страна, чтобы не замарать свою честь. — По официальной версии также говорят, будто погибли все или пропали без вести. Но это не так.       Она насторожилась. — Что Вы имеете в виду? — Выжили я и Оливер Тейлор. С остальными не знаю, что случилось. Может, они тоже выбрались и сейчас живут где-то, но ни мне, ни ему ничего неизвестно. — Как вам удалось выжить? — Банально и трусливо. Мы просто сбежали, почти сразу же.       Адриана изумилась. И это и есть тот самый элитный агент, лучший из лучших? А Флаган их так раскрутил, что теперь она даже испытала некое разочарование. — К Вам не заглядывали никакие подозрительные личности? Ничего у Вас не просили, не спрашивали? — Нет, никто, — он отрицательно покачал головой. — Только моя старая соседка иногда заглядывает ко мне чай попить. Ей уже скоро семьдесят.       Адриана едва не рассмеялась. Вряд ли старушка украдет пистолет у сорокалетнего мужчины и будет носиться по городу и убивать людей? Тем более, у преступника был мужской голос. — А что Вы можете сказать об Оливере? Вы часто связываетесь? — Не то, чтобы очень. Иногда созванивался, но с тех пор мы не виделись.       Она тут же все поняла. Он винит себя за то, что произошло с его напарниками. Возможно, останься он там, все было бы иначе. Может быть, им бы даже удалось спасти кого-то еще. Но Адриана знает не понаслышке — когда людьми движет страх, они перестают доверять сердцу и разуму, и срабатывает естественный инстинкт самосохранения.       Она отложила блокнот в сторону. Большее вопросов по этому делу у нее не было. — Мистер Питерсон. — М? — Расскажите мне побольше о Кенни.       На лице бывшего агента промелькнула улыбка. — Кенни, значит? Он был лучшим из нас. Несмотря на то, что опыт у нас был примерно на одном уровне, Кенни отличался от всех. Как будто все эти навыки были у него в крови. С ним очень легко было найти общий язык. И все же…       Адриана напряглась. — Порой нас казалось, что ему было, что скрывать. Никто из нас почти ничего не знал о его личной жизни. — А его родные — о его работе. Для меня было сюрпризом, когда я увидела его в списках агентов. — Если честно, я не думал, что его запишут как «пропавший без вести». Именно у него были наибольшие шансы на выживание. — Вы думаете, он не погиб?       Бенджамин сложил руки в замок. — Ты знаешь… «Пропавший без вести» — очень относительный статус. Человек может быть жив, а может быть мертв. Но я не думаю, что Кенни мертв. Я скорее поверю, что он прячется ото всех на другом конце Земли, чем в то, что он погиб на этой операции.       Адриана не стала спорить. В конце концов, он знал его лучше по этой части, чем кто-либо другой. — А ты, должно быть, его дочь? — Оу, нет, — детектив усмехнулась. — Я друг их семьи. Мы все сами почти как семья.       Бенджамин улыбнулся. — Это здорово, когда есть семья. — И грустно, когда ее нет, — добавила она. — Все мои близкие умерли, когда я еще была подростком. — Мои соболезнования. — Не стоит, — Адриана ободряюще улыбнулась. — Когда-то давно Кенни сказал мне, что сожалениями мертвых не вернуть и что лучше отпустить это все. Поэтому я отпустила. ///       Адриана проверила камеры. В эти дни Бенджамин никуда особо не выходил — только в парикмахерскую и за продуктами. Она исключила очередного человека из списка подозреваемых.       Отчитавшись о результате Эрвину и Леви, она уединилась в маленькой кофейне напротив ее дома. Адриана ощутила острую нужду побыть наедине со своими мыслями.       Она соврала насчет последнего — некоторые смерти она не смогла отпустить. По крайней мере, смерть своего младшего брата точно. Ей так и не удалось простить себя за то, что с ним случилось. Ведь Джил погиб именно из-за нее. — Эй, красавица, иди-ка сюда.       Адриана даже крикнуть не успела. Четверо парней примерно восемнадцати лет окружили ее, прижимая к стенке. Она много слышала об изнасилованиях на улицах, но не думала, что когда-то станет жертвой этого. — Что вам нужно? — как можно спокойнее спросила она.       Один из них усмехнулся. — А ты сама как думаешь, а?       Ее рюкзак отшвырнули куда-то в сторону. Адриана хотела позвать на помощь, но, увидев в руках у одного нож, а у другого — дешевый пистолет, тут же передумала. Если она и сама попытается что-то сделать, ее тоже пристрелят. Какая им разница, кого на улицах подбирать?       Она вжалась в стену — он был слишком близко к ее лицу. От него несло сигаретами и какими-то химикатами. Судя по всему, они что-то приняли, причем не так давно.       Второй дотронулся до ее колена и начал быстро подниматься к застежке джинс. Адриану прошиб холодный пот. Даже если бы она могла, ей все равно не удалось бы сказать ни слова.       Она также понимала, что на помощь никто не придет. Леви остался на дополнительные занятия, а у Джила тоже какие-то кружки. Если она хочет выбраться, придется делать это самой.       Откуда-то со стороны прилетел тяжелый камень и попал одному из парней по голове. Тот моментально разозлился. — Эй, кто это сделал?       На лице Адрианы застыл дикий ужас. — Джил?! Что ты здесь делаешь? Уходи. Сейчас же!       Но брат даже не сдвинулся с места. — Не трогайте мою сестру! — он набрал в руку еще камней. — Джил, остановись! — крикнула Адриана и в панике посмотрела на парня с пистолетом. — Прошу, пожалуйста, не надо. Не трогайте его. Я все улажу.       Но ее как будто не слышали. — Пацан, слыхал? Убирайся, пока я еще даю тебе шанс. — Ни за что!       В груди резко кольнуло. Она вырвалась из-под опеки троих бандитов и набросилась на главаря в надежде отобрать пистолет. — Уймись, сука! — он отпихнул ее в сторону ударом в живот. Остальные тут же схватили ее. — Нет! Джил!       Раздался выстрел.       Адриана забыла, как дышать. В глазах отражался немой ужас. Тело не двигалось.       Главарь убрал пистолет и раздраженно посмотрел на нее. — Я передумал, — из свежей царапины на лице текла кровь. Он смахнул ее. — Делайте с ней, что хотите.       Последовало несколько ударов. Возможно, они собирались избить ее до полубессознательного состояния, и только потом изнасиловать.       Но Адриана уже не чувствовала ничего. Ей хотелось умереть. — Андре!       Услышав знакомый голос, она хотела поднять голову, но очередной удар пришелся как раз по щеке. — Эй, а ты чего здесь…       Договорить он не смог. Буквально через пару минут все бандиты лежали на земле. — Андре…       Она подняла голову, посмотрела на мертвое тело своего брата и тихо всхлипнула, прижимая ближе к своему другу.       Она помнила, как через несколько минут подъехала «Скорая» и полицейские. Как Леви держал ее за руку и не отпускал. Как настоял на том, что поедет в больницу вместе с ней.       В тот день ей показалось, что часть ее мира рухнула снова, после смерти родителей. Если бы Леви не спас ее в тот день, она трудом представляла, что было бы с ней сейчас. Умерла бы там? Или стала бы просто очередной жертвой изнасилования?       Адриана не хотела об этом думать, но мысли сами лезли к ней в голову. Почему сейчас? Почему так внезапно? Почему она вынуждена все время терять свою семью? Адриана устала от этого. Почему все это происходит с ней?       Она приняла таблетку и запила ее остатками горячего шоколада. Может, хоть это поможет успокоить ее нервы.       Адриана расплатилась и вышла из кафе. По крайней мере, теперь она больше не одна. С ней был Леви. И больше он ее не бросит.