Плохой

Ривер осторожно обрабатывает свежий шов на спине Доктора. Он дергается, шипит и извивается, не переставая твердить, что это «царапина» и «не стоит так возиться». Когда смоченный лекарством ватный диск в очередной раз касается поврежденного участка, инопланетянин стискивает зубы и закатывает глаза. - Знаю, приятного мало. - Очень мало, - голос у Доктора уставший, можно даже сказать болезненный. Ривер помогает ему накинуть рубашку. - Тебе не стоило так делать. Серьезно. - Не критикуй меня. - Ты подверг свою жизнь опасности! Нельзя так делать! - Не указывай мне! – вяло огрызается он и падает на кровать, отвернувшись от Сонг. Ривер убирает медикаменты, достает из шкафа плед, укрывает надувшегося Доктора и присаживается рядом. Пришелец упорно делает вид, что уже заснул, не желая обсуждать ситуацию, но женщина, конечно же, не верит в это. Она отводит в сторону длинную челку и, погладив Доктора по щеке, целует его. - Спасибо. И пока он продолжает изображать сон, подхватывает испорченные вещи и уходит из комнаты. Оказавшись в консольной, женщина расправляет пиджак и качает головой: мало того, что кровь в приличном количестве успела впитаться в ткань, окрасив твид некрасивыми бардовыми пятнами, так еще и порез оказался несколько больше, чем хотелось бы Ривер. - Мне с первого взгляда не понравился этот пиджак, - приятный голос разливается по помещению консольной. Сонг отрывает взгляд от испорченной вещи и смотрит на мерцающую голограмму. - Да, мне тоже. - Тогда почему ты не рада? Необходимость самой выбросить этот ужас в черную дыру отпала сама собой. Секси склоняет голову и улыбается. Ривер ее настроя не разделяет. - Я должна радоваться?! Доктор чуть не погиб! – и тихо добавляет: - Из-за меня. Лицо голограммы озаряется понимаем происходящего. Она сначала улыбается еще шире, прикрыв лицо рукой, а потом уже в открытую смеется. - О, маленькая глупая девчонка! Разве ты должна об этом волноваться? - Разве нет? Доктор чуть не погиб из-за меня. - Нет! Это он внушил тебе такую глупость? - Это очевидно. - Кому? Лично мне очевидно совершенно другое: ты чуть не погибла из-за него. Секси ходит вокруг консоли, проводя кончиками пальцев по кнопкам и рычажкам, и выглядит настолько спокойной, что Ривер начинает это злить. Не она ли твердила, что сделает все, чтобы спасти своего Доктора из заточения? И для чего? Чтобы он пострадал так глупо? - Конечно, нет! – немного возмущенно отзывается голограмма. - Я ничего не говорила… - Телепатический интерфейс. Симбиотическая связь с пилотом. Я чувствую тебя, вижу твои мысли так же, как и мысли Доктора. И вижу, что ты не права! - Ривер только открыла рот, чтобы возразить: - Не вздумай спорить со старшими! Женщина падает на кресло и комкает в руках рубашку и пиджак. - Ты же сказала, что существуешь везде и сразу. Скажи, он будет в порядке? - С ним всегда все в порядке. Он король порядка! Только не говори, что я сдала тебе его прозвище. - У Доктора серьезное ранение. И он потерял много крови. - Доктор живуч. Если он смог выбраться из Библиотеки, думаешь, ему больший вред принесет какой-то порез? - Какой-то?! Он ужасный! Шрам останется… - Шрамы только украшают мужчину. Доктор это знает не хуже меня. Но он будет злиться и ворчать. Не потому, что ему пришлось тебя защищать, а потому, что сам понимает свою вину. И ему придется признать ошибку. А он этого не любит! - Это я – ошибка? - В некотором роде. То, что он таскает тебя в самые опасные места – ошибка! - Я сама просила. - Что-то он не особо прислушивался раньше к чужому мнению, только перед тобой пляшет… - получилось немного ревниво, но по выражению лица Секси можно судить, что она не злится ни грамма, разве что на Доктора, как на свое неразумное дитя, которое опять провинилось. – Ривер, дорогая, ты что, плачешь? - Переволновалась, - честно признается женщина. Секси качает головой. - Ох, глупый мальчишка. Я обязательно поговорю с ним по этому поводу! - Чтобы он не брал меня с собой? - Чтобы ты не ревела! Из-за него же? Да! А он обещал, что не заставит тебя плакать. Или еще не обещал… Эти времена, они такие сложные! Я всегда в них путаюсь! Выбрось ты эти лохмотья! Они тебе не нужны. - Но… - словно в знак протеста Ривер сильнее прижимает к себе окровавленные вещи, и ТАРДИС начинает злиться. Голограмма мерцает, как и освещение в консольной, выражая не очень дружелюбный настрой машины времени. - Иди уже отсюда! Нечего здесь ошиваться! Поговорим, как успокоишься! От громкого крика Секси Ривер подскакивает с места, бросив вещи на пол, и убегает вглубь коридора. Свет сразу стабилизируется, и голограмма, решив, что на сегодня воспитательных мер достаточно, исчезает. До комнаты Доктора Сонг добегает почти на автомате. Нервы и так на пределе, а крик ТАРДИС сделал только хуже, и теперь сдержать истерику становится еще сложнее. Прям как тогда, во время первой встречи с Доктором. Женщина тормозит перед его дверью, переводит дыхание и утирает слезы, и лишь после этого тихо входит в комнату. Доктор спит – на этот раз по-настоящему – вытянувшись на животе и обняв подушку. Ривер внимательно рассматривает расслабленное лицо, отметив, насколько пришелец бледен, после чего обходит кровать и присаживает на свободный край. На тумбочке валяется ее дневник и его записная книжка, брошенные второпях сразу по прибытии в ТАРДИС, и последние записи сделать никто из них еще не успел. Сонг открывает блокнот и вычеркивает одну строчку. Остается еще одно место для посещения. Если она хоть что-то понимает в медицине, то Доктор в его состоянии неделю, как минимум, никуда не сунется, и люди могут устроить что-нибудь действительно серьезное. Например, направить на место последней встречи серьезный отряд. О, это будет очень, очень плохо… Немного подумав над этим, Ривер убирает ручку и записную книжку обратно и аккуратно устраивается на постели рядом с Доктором, на самом краешке, оставив огромное расстояние между ними. Но так все равно становится спокойнее, и женщина вскоре засыпает, не успев толком обдумать слова ТАРДИС и разработать план следующего похода «на Землю».