Сегодня на ужин ШИППовник и стекло

— Так, Дазай, ты говорил что расскажешь что-то о своём прошлом? — С интересом спросили вы делая глоток сверкающей, почти кроваво алой жидкости, конечно, вы немногое, но всё же что-то знали о горьком прошлом Осаму, однако вам было интересно услышать это от первых уст.  — Ты уверен что готов ей всё рассказать? — - Поинтересовался Чуя, всё ещё смотря на вас с явным презрением и недоверием.  — Конечно, почему бы и нет! — Оживлённо кивал головой тот. — Всё же иногда и прошлое интересно вспомнить! Вспомнить любимые места, занятия, старых… Друзей…  — Боже, ну начинааается — Накахара заметно стал более раздражённым. — Сколько раз на этой неделе я говорил тебе мол «всё же хорошооо» «главное что у тебя и другие друзья остались» и тому подобное? Господи, как дитя малое, честно, Осаму!  — Я не думаю что это так поддерживают в трудные моменты, Чуя… — вы подумали как будет лучше обратиться к голубоглазому парню — Накахара-сан…? — неуверенно произнесли вы, на что Чуя лишь недовольно фыркнул. Вскоре, когда во взгляде Дазая опять засверкал радостный огонёк вы налили себе ещё немного чая чтобы приготовиться к рассказу шатена. Но перед этим вы ещё какое-то время говорили обо всё и сразу.  — Кстати, Дазай, Чуя, а как так вышло что вы женаты? — Спросили вы то, что вас, да и всех читателей данного произведения интересовало с самого начала.  — Ах это! — Осаму воскликнул с радостью — Это самая лучшая часть истории! Но о всё по порядку — Ну вот, вы поняли что ответ так и не получите преждевременно, это наказание за то додзинси что вы читали на прошлой неделе?  — Ладно, тогда рассказывай с самого начала — согласились вы, всё же вы хотите услышать все подробности в их логическом порядке как никак.  — Всё началось 19 июня 1909-го года. На свет родился маленький мальчик, Дазай Осаму — Начал рассказ шатен, конечно же, дата рождения была названа именно настоящего писателя, по этому возраст 22 года, и дата рождения не вязались с годом в котором вы живёте. — Я рос в не особо благополучной семье, обо мне, по факту заботился только лишь отец. — Осаму вздохнул. — Я рос и заводил друзей, учился на отлично, но чем старше я становился — тем труднее мне было получать от этого всего удовольствие. Моя единственная радость — были прогулки до глубокой ночи после школы, из-за чего меня знали под кличкой «Бродячий пёс», столько времени я проводил снаружи дома. И вот… Когда мне исполнилось… — Шатен задумался. — Кажется 11 лет, мой отец умер. Он покончил с собой из-за переутомления, скандалов и просто из-за самого факта что моя мать использовала его ради денег и собственной выгоды. Я всё видел, я слышал выстрел, видел кровь, безжизненное тело… — Дазай на время остановил свой рассказ чтобы перевести дух, всё это вас шокировало, даа уж, наешьтесь вы сегодня стекла по самое не хочу.  — Дазай… — Чуя помрачнел и в его взгляде начало проявляться сожаление. — Ты можешь не рассказывать дальше если тебе тяжело это вспоминать. В ответ на эти слова Осаму лишь пошатал головой и продолжил сделав большой глоток чая.  — Всё в порядке — Неуверенно улыбнулся тот.