небо в алмазах

глава 12. В тот день, когда я впервые взяла в руки снайперскую винтовку, мой строгий наставник, бывший военный, сказал, что отныне я не имею права на ошибку. Никогда и ни при каких условиях. Даже если это будет стоить мне жизни. Или жизни близкого мне человека. В любом случае я должна довести дело до конца. Он говорил, что для наемника не должно существовать определенных эмоций: жалости, гнева, страха, сочувствия. "Забудь, кто ты. Забудь все, что было. Никогда не сомневайся в своих поступках и не хватайся за прошлое," - говорил он мне, когда я начинала сомневаться. Тогда мне казалось, что это слишком легко. Хотя подростки всегда воспринимают все проще. Сейчас же, прокручивая все учения и советы моего наставника, я совершенно по-другому их воспринимаю. Нахожу в них больше смысла. Жаль, что он не смог увидеть моего триумфа. И даже уже не узнает, что я своего добилась. Убив один раз, ты уже не можешь остановиться. Стирается грань реальности. Одно дело смотреть на убийство, другое – убивать собственными руками. И делать это осознанно. Ты понимаешь, что человеческая жизнь ничего не значит для тебя, но твоя собственная становится тонкой нитью, которую не хочется выпускать из рук. И ты отлично знаешь, что никакие Боги не простят тебе твоих грехов. И даже сердечное раскаянье не откроет дорогу в рай. Мои родители словно пошутили надо мной, назвав меня Лис. Это имя из скандинавских библейских сказаний. И означает оно "божья клятва". Но что я могла пообещать Всевышнему, выстилая себе дорогу в ад телами убитых? Будучи немного скептиком, я никогда не ломала себе голову по этому поводу. По сути, я могла называть себя хоть Джессикой, хоть Джульеттой, хоть Чупакаброй. Но мое имя было единственным, что осталось у меня. И я дорожила им. Отряд Монтенегро вернулся только через два дня поздно вечером, когда их уже никто и не ждал. Они весь лагерь на уши подняли своим прибытием. По выстрелам в воздух и довольным крикам стало понятно, что поездка была более чем успешная. И что у них есть, чем похвастать. Мне хотелось узнать подробности, но Феликс быстро ушел в сторону. И мне показалось, что он не в самом лучшем расположении духа. Самого Вааса я не нашла: ни его криков, ни матов. Ни даже его бездыханного тела. Пока я следила за разгрузкой пленников, ко мне подошел мужчина. -Лис, нужно позвонить Хойту и сказать о нашем улове. Семь пленников. Пять девушек, двое парней, - спокойно сказал мужчина, с которым мне уже приходилось общаться ранее. Но имени я его не могла вспомнить. -Где я возьму телефон? -Придется съездить к вышке. Оттуда можно позвонить. Она в пяти минутах езды. -А разве у Вааса не было мобильного? -Я не в курсе. -Ладно. Надев поверх борцовки темно-синюю толстовку, я пошла к машинам. Квадрацикл стоял в самом углу помещения, но сейчас, если честно, у меня не было желания куда-то ехать. Просто хотелось упасть и лежать. И спать. Мне позволили расслабиться, что крайне негативно отразилось на моем настрое. Но дело есть дело. Пришлось себя пересилить. Прежде чем выехать на дорогу, я накинула капюшон на голову. А потом нажала на газ и быстро поехала вперед. Но фары от квадроцикла не особо сильно освещали дорогу, поэтому пришлось немного притормозить и ехать спокойнее, ибо ломать машину и идти обратно пешком я не горела желанием. У вышки никого не было, внутри тоже. К моему счастью, телефон работал исправно, поэтому я быстро набрала знакомый номер. Но ответили мне не сразу. -Это Лис. Монтенегро поймал семь человек. Пять девушек. -Пять? Они нормальные? – мне показалось, что Хойт говорил сонным голосом и не до конца понимал, что вообще происходит. -Вроде да. Хотя одна на любителя: у нее дреды и пирсинг на лице. Но две блондинки и брюнетка очаровательны. Смазливенькие такие. И ухоженные. -Тогда на троих уже есть покупатель. Завтра я с ним приеду. Передай этому варвару, чтобы не трогал их, - Хойт замолк, - и пусть подготовит документы всех ребятишек, попробуем выкуп получить. -Будет сделано. Ну вот, одна проблема решена. Теперь можно было и возвращаться. Проезжая заброшенную базу, я увидела стоящий автомобиль. Внедорожник точно был из нашего лагеря. Пришлось оставить свой квадроцикл рядом с дорогой, чтобы можно было быстро выехать, не совершая дополнительных маневров. К моему счастью, я быстро учусь на своих косяках. Что-то мне подсказывало, что я пришла зря: свет в окошке не горел, дверь была открыта и внутри царила сплошная темнота и тишина. Ваас лежал на диване. Он был один, что меня чуточку удивило. А как же очаровательные пленницы? Как же его похотливая натура? Как же снятие стресса после охоты? Внутри ангара было много забытых вещей. По углам валялись коробки, а на стене темной краской было написано милое пожелание: "Гори в аду". Мужчина даже пальцем не пошевелил, когда я наступила на что-то хрустящее и нарушила гробовую тишину. Ваас лежал с закрытыми глазами, но его грудная клетка плавно поднималась и опускалась, поэтому проверять наличие пульса я не собиралась: слишком много ему почестей. -Я смотрю, ты без меня жить не можешь, - тихо проговорил Ваас, и на его губах появилась ухмылка. -У нас с тобой духовная связь, если ты не забыл. В ответ он молча поманил меня рукой к себе. -Нет, – я скрестила руки на груди, – здесь можешь развлекаться со своими бабами. Их теперь много. Та, что с дредами твоя. На остальных даже не зарься, Хойт за ними утром приедет с покупателем. -Ты знала, что твой брат тебя хорошенько наебал? -С чего ты решил? – такое заявление меня насторожило. Монтенегро никогда не врал, хотя его речи редко можно было назвать адекватными. -В нашем гребанном мире вся информация стоит денег. Этот маленький пиздюк заставил меня потратить свое драгоценное время. -У меня нет наличных, как ты прекрасно знаешь. -Можешь оплатить натурой. Да и сексуальное рабство еще никто не отменял. Вздохнув, я направилась к дивану, запихав руки в толстовку. Нет, мне ничего не стоило перекинуть ногу, сесть на Вааса и внимательно посмотреть ему в глаза. Спорить с ним было бессмысленно. -Я слушаю. Сначала информация, потом оплата,– сказала я, не изменив выражения лица. Если он не затащил меня в кровать за все это время, то и сейчас этого не сделает. А вот повыебываться может, куда ж без этого? -Хорошо, – Ваас ухмыльнулся, положив руки за голову. – Начнем с того, что я, как единственный здравомыслящий здесь человек, догадался, что совпадений так просто не бывает. Пробил его по базе. И знаешь что? Не, ты только послушай! Он ебнул своего папочку, мамочку и даже собачку. А потом быстренько съебал, когда понял, что дело плохо. А к кому съебал? Правильно! К своей сестричке, которая его пожалела и приласкала. И можешь не отнекиваться, я уже знаю все. Если бы ты не запихала его обратно в клетку, я бы тебе все кости переломал. -Слова в нашем мире ничего не стоят, – я попыталась передразнить голос Вааса. – Где доказательства? -У меня в штанах. -Не смешно. -Неужели все твои мысли сводятся к физиологическим потребностям? – Монтенегро ухмыльнулся еще шире. - В кармане лежит распечатанное дело. И когда он все это успевает? Если сказанное Ваасом окажется правдой, я лично сниму кожу с Майка. Заставлю его расплатиться за вранье. Запихнув руку в правый карман штанов Вааса, я вытащила помятые листы. Пришлось аккуратненько их развернуть и приступить к чтению. На первой странице было краткое досье на Майка Майера: где живет, работает, семейное положение, образование и еще много ненужной информации. Следующая страница была прямиком из базы полиции. Он был дважды пойман за продажу наркотиков подросткам, но его каждый раз отмазывал отец. Потом он убил человека в клубе, но его оправдали. Благодаря адвокатам папочки, естественно. А потом он совершил убийство семьи. Фотография не особо удивила. Двое трупов, валяющихся на полу в огромной луже крови. Десятки ножевых ранений. Кровавое месиво вместо собачки. Когда я дочитала, Монтенегро уже лежал с довольной ухмылкой на все лицо. Он всегда радовался чужим косякам. А мои косяки приводили его в полный восторг. -Ты читал это? Единственной наследницей миллиардного состояния семьи Майер является исчезнувшая Лис Майер, о которой на данный момент ничего не известно. Если наследница не объявится в течение месяца, все будет передано в благотворительные фонды – дочитав до конца, я поняла, что в моей жизни началось что-то интересное. – У меня теперь есть куча денег. Охуенное чувство. -И куда ты будешь тратить такое состояние здесь, на острове? А? -Выкуплю себя из твоего сексуально рабства, – сложив бумаги, я запихала их в задний карман своих штанов и довольно улыбнулась. -Знаешь, почему ты еще жива? - Ваас резко сменил тему. -С тобой все хорошо? - взгляд пирата мне не нравился. -Знаешь, почему до сих пор я не вышиб тебе мозги? Монтенегро славился своими речами, но они никогда еще не касались меня лично. Он вытащил одну руку из-под головы и взял пистолет, что лежал в складках одеяла. И я не удивилась, когда он направил его на меня, прямо в голову. Но сейчас я не была уверена, что он просто угрожает. Что-то было не так. -Завтра сам будешь объяснять Хойту, почему мои мозги размазаны по стене, - я медленно вытащила руки из карманов. Он сжал зубы. Его рука напряглась. -Даже блядь сейчас в твоих глазах нет ебанного страха! Тебе не страшно, а? -Я устала. И мне осточертели твои игры. Я возвращаюсь в лагерь. Последовало несколько выстрелов. Но я была готова к этому. Если бы я не среагировала, оттолкнув руку мужчины, то настал бы мне пиздец. Мои мозги действительно могли украсить стены этого ангара. Тут же последовала жуткая боль в ладони. Пуля прошла насквозь. Спрыгнув с дивана, я быстро отошла в сторону согнувшись, прижимая к себе простреленную руку из которой медленно вытекала кровь. Монтенегро же спокойно сидел на диване, рассматривая свой пистолет, как ни в чем не бывало. Я достала свое оружие, направив его в мужчину. Он встретил мой жест с ухмылкой. -Ну же, стреляй, - Ваас резко встал. - СТРЕЛЯЙ БЛЯДЬ! НУ ЧТО ТЫ МЕДЛИШЬ? ТЫ НЕ СМОЖЕШЬ ЭТОГО СДЕЛАТЬ! НЕ СМОЖЕШЬ! НИКОГДА. -Смогу, - прошипела я в ответ. Боль в руке накатила с новой силой, стоило мне пошевелить пальцами. Я начала шагать спиной к выходу. И я была готова выстрелить в Вааса. Конечно, сначала бы я сделала предупредительный в ногу. Так бы я смогла выиграть время, чтобы добежать до машины. А в лагере уже мне будет легче найти укрытие. Что бы он доказал себе, убив меня? С чего такая резкая смена настроения? Его заскоки стали обходиться мне слишком дорого. Прежнее чувство безопасности исчезло. У Вааса зашипела рация. Он стал ее доставать, и я воспользовалась этим, чтобы добежать к автомобилю. Я поняла, что ехать будет пиздец как трудно, ибо любое движение пальцами простреленной руки приносило настоящую боль, а одной рукой машиной управлять почти невозможно. Но другого варианта у меня не было. К тому же Монтенегро уже выходил из здания. Надавив на газ, я поехала вперед, оставляя за собой столб пыли. Когда я оказалась в лагере, ко мне тут же подбежал кто-то из пиратов, что до этого стоял на посту. Это был мужчина чуть за сорок с темными глазами. Он помог мне спрыгнуть с квадроцикла. Возможно, он из-за обилия крови решил, что мне нужна срочная помощь. Сзади раздался скрежет колес. Монтенегро не собирался заканчивать на этом, к моему великому сожалению. -Не трогай меня! - крикнула я, когда он перехватил меня у мужчины и потащил куда-то. -Ей нужно рану обработать, Ваас! - закричал пират сзади. -Заткни ебало, я сам знаю, - огрызнулся он, продолжая держать меня мертвой хваткой. Ваас притащил меня в наш домик, кинул на кровать и стал ходить рядом, иногда касаясь своего ирокеза. -Ты ненормальный, - сказала я, когда снова встретилась с ним взглядом. - Больной на голову! Слышишь меня?! К своему удивлению произнесла я это более чем спокойно, даже голос не дрогнул. Стянув с себя испачканную толстовку, я тяжело вздохнула, посмотрев на трясущуюся окровавленную ладонь. Ваас творил хуйню. Он понимал, что творит хуйню. Но свою вину он не признает даже под пытками. Монтенегро остановился рядом со мной. Буквально проходит несколько секунд, он разворачивается и со всей силы бьет стену, от которой отлетают кусочки дерева. Я вздрагиваю из-за неожиданности и закрываю глаза. Мало ему перебинтованных рук? Он захотел сломать себе все пальцы? -Что с тобой происходит? - открыв глаза, я увидела лицо мужчины рядом со своим. – Если я тебя чем-то не устраиваю, я уеду, чтобы не раздражать тебя своим присутствием. Забирать мою жизнь ты не имеешь права. Сморозила глупость и еле сдержалась, чтобы не засмеяться. Я сама забираю жизнь людей, так какого черта я запрещаю делать это Ваасу? -Джейсон жопу рвал за своих друзей, - Ваас ухмыльнулся и чуть прищурил глаза, - даже за девку, что была готова отсосать каждому здесь, на острове, лишь бы спасти свою шкуру. Ты можешь представить? А ты меня бесишь. Бесишь, потому что смогла волшебным образом сделать из себя нечто стоящее, находясь одна. Одна, понимаешь? Никто не заставлял тебя! Даже я, блядь, убил впервые ради ебанной сестры! - он взял меня за плечи и больно сжал их. -И ради этого ты решил меня подстрелить?! Ты кретин! - я взяла его лицо в свои руки, притягивая к себе, оставляя на щеке слой кровь. - Ради тебя, уебка неблагодарного, я на коленях ползала перед Хойтом, чтобы он дал мне шанс. Ломала себе кости, терпела унижения. Если бы я знала, что тебе нравятся сопливые барышни, то и пальцем бы не пошевелила. Сидела бы, ныла и ждала, пока меня передадут в твои руки. Но нет, я тешила себе пустыми иллюзиями. Вот чем я жила все это время! У меня было миллион возможностей съебать с этого гребанного острова, начать новую жизнь. Но нет, блядь, я сидела и ждала чуда. Тренировалась до потери сознания, чтобы быть равной тебе. И что? Что я получила?! Закончив речь, я оттолкнула Вааса от себя и быстро встала. -Искал мои слабости? Приближал к себе, чтобы потом окончательно добить? Браво, ты смог доказать мне, что я полная дура! Психопат, наркоман, садист. И если бы я не познакомилась с ним много лет назад, он бы не произвел на меня никакого впечатления сейчас. Может быть, я бы даже испытывала к нему лишь стойкое отвращение. Но когда проходишь с человеком жизненные препятствия плечо к плечу, начинаешь по-другому его воспринимать. -Ты определись уже, - я снова нарушила тишину. - Либо ты меня убиваешь, либо отпускаешь к Хойту, либо я продолжаю работать с тобой. Мне будет проще принять твое однозначное решение. Я не стану растирать сопли по лицу и уговаривать тебя. Мужик ты, вот и принимай решение. Но только не надо начинать новую игру. Сняв с себя ремень с оружием и красную повязку, я кинула все это на пол. Чтобы он не предпринял, я была готова спокойно принять его решение. Даже пулю в лоб. В моей жизни было слишком много неопределенностей. Я хотела конкретики. Монтенегро достал пачку сигарет, закурил, пустил дым через нос. -Такое чувство, что меня только что хорошенько отымели, - он усмехнулся, посмотрев на меня. - Спасал сопливую дуру, а вернулась баба с яйцами. Увы, симпатичная и слишком адекватная. -Разочарован? -Пиздец как, - он кинул сигарету на пол и потушил ее ногой. Потом он встал, чтобы вытащить из шкафа коробку с медикаментами. В эту злосчастную ночь мы с Ваасом впервые напились вместе, чтобы отметить мое "преображение в его глазах".