Ничего общего

      Северус любил Лили Эванс. Любил всем сердцем. Он был готов ради нее на все . Даже заботитья об отпрыске этого урода Джеймса. Да уж, у Гарри, несомненно, были мамины глаза, но в основном он был полной копией отца. Его взъерошенные волосы, черты лица, характер -особенно характер! Черт, мелкий поганец даже очки носил те же! Несмотря на все это Снейп поклялся защищать мальца.       Гарри Поттер был невыносим. Он постоянно впутывался в различные истории — «находился в эпицентре взрыва». С виду скромный и застенчивый мальчуган был тем еще сорванцом. На первом курсе обучения в Хогвартсе он, конечно, не сразу показал свою тягу к приключениям, дерзость, отвагу и смелость. Но Снейп с самого начала знал, что дурная кровь даст о себе знать, и он не ошибся. Уже на втором курсе мальчишка с его шайкой, состоящей из всезнайки Грейнджер и рыжего недоразумения Уизли, были замечены за расхищением запасов зельевара для изготовления оборотного зелья. Снейп горел желанием доложить об этом директору, заодно упомянув свое пророчество на счет того, каким несносным окажется отрок Поттера старшего. Но любопытство профессора взяло над ним верх. Ему было интересно, что же эти маленькие проказники замышляют на этот раз. Конечно, он заверял себя, что таким образом, заботясь о безопасности Гарри, он выполняет клятву. Внушал себе, что так он избегает лишнего внимания со стороны остальных профессоров и возможного отчисления мальчишки и его драгоценных друзей. Северус с трудом терпел товарищей «Выжившего мальчика», но осознавал, что Гарри нужна семья, которой Снейп, к великому сожалению, стать не мог, поэтому, на данный момент, кучерявая девчонка и рыжий оборванец — самые дорогие для Гарри люди.       Года все шли, а Поттер становился более дерзким и смелым. И по отношению к зельевару он был особенно резок. Еще бы, ведь склочный профессор не давал расслабиться Гриффиндорцам ни на секунду. Мало того, помимо учебной тяготы, Северус Снейп создавал помехи в планах Поттера и его команды. Он с подозрением относился к мальчику и его друзьям , что в общем-то было вполне взаимно. Северусу не было дело до того, как к нему относится этот глупый Поттеровский отпрыск, по крайней мере, ему так казалось до некоторых пор. Он осозновал, что часто ведет себя несправедливо в отношении главного гриффиндорца, но успокаивал себя, что это лишь мера безопасности, ради сохранности секрета о связи приближенного к Темному Лорду Пожирателя смерти и нежеланного кристража.       Турнир 3-х волшебников изрядно потрепал нервы Северуса. Во-первых, что-то не давало покоя зельевару, когда он смотрел на прибывшего в Хогвартс нового преподавателя по ЗОТИ - Алластера Грюма. Мурашки бежали по коже даже у Снейпа, когда тот, словно змея, высовывал свой язык и шевелил невпопад механическим глазом. Казалось, что он уже не тот Грюм, которого все знали. Вторая причина беспокойства заключалась в том, что несносный Гриффиндорец был подвержен опасности больше чем обычно. Мерлин! И как его вообще угораздило попасть на эти состязания?! Везение мальчишки порой заставляло задуматься над тем, как скучно живет даже сам Темный Лорд. Так же из головы не выходили ужасные мысли, которые заимели тенденцию плодиться в голове Снейпа еще в начале учебного года, на момент обучения Поттера на 4-м курсе. По началу эти мысли были весьма безобидны - всего лишь размышления на счёт положительных черт маленького хулигана. Ведь несмотря на способность наживать проблемы на свою задницу и нежелание обратится за помощью ко взрослым опытным магам, Гарри Поттер поражал Северуса своим мужеством и фирменной гриффиндорской отвагой. Нужно отдать должное, и признать, что помимо глупости и полной безответственности, чтобы бросить вызов Василиску (еще и на втором курсе обучения!), нужно иметь, как минимум, нехилую силу духа. А чтобы победить эту смертоносную махину, и вовсе потребуется смекалистость и всё возможное везение! Хотя для мальчика, который уже на первом курсе смог второй раз в жизни столкнуться с Вол Де Мортом и не погибнуть — это все, наверное, обычное дело...       После инцидента с Сириусом Блеком Снейп стал замечать, что, смотря на Гарри и думая о нем, он уже не так сильно раздражался. Он все реже вспоминал о негодяе Джеймсе и его сходстве сыном. А сейчас, во время борьбы за кубок огня, зельевар и вовсе ловил себя на мысли о том, что Поттер младший намного приятнее своего отца. Он начал испытывать к мальчику некую симпатию и его это немного пугало...

***

      Когда личность Псевдо-Грюма была раскрыта, Снейп корил себя за недогадливость, а что важнее, за беспочвенные обвинения Поттера и его компании. Он должен был сразу догадаться, что под обликом Алластера скрывался этот мерзкий выродок Крауч. Удивительно, что он не придал значения странным выходкам лже-профессора и не смог объяснить его змеиные повадки. Слава Мерлину, что в дело вмешалось невероятное везение мальчика-который-выжил и Гарри почти не пострадал. Однако прискорбно, что без жертв не обошлось.       Бедняга Диггори, погиб смертью храбрых; его смерть стала поводом для обвинений и без того разбитого гриффиндорца. Снейп заметил, что Гарри скорбел по Седрику не меньше чем отец погибшего. Уже позже он узнал из вездесущих шепотков, что его несносный подросток был влюблен в покойного красавца с Хаффлпафа. Сердце Снейпа ныло от боли, когда он думал об этом. Он ведь как никто другой знал, каково это потерять свою любовь, видеть ее бездыханное тело и каждую ночь просыпаться в слезах и поту. С каждым днем Снейп все больше проникался «счастливой» жизнью Поттера. Он перестал видеть в нем только Джеймса, и все чаще замечал в мальчике отголоски его матери.

***

      На пятом курсе у юного Поттера «шалили нервишки». Снейп списал это на переходный возраст, но позже оказалось, что пубертат тут далеко не при чем. Все дело было в шраме. А точнее, в том, кто подарил его Гарри. Темный Лорд, сам того не понимая, вторгался в сознание молодого мага. Осознав всю опасность ситуации, Снейп немедленно взялся за обучение мальчишки азам защиты сознания.       Уроки оклюменции оказались испытанием не только для Гарри, но и для зельевара тоже. Ведь на тот момент блокировать мысли о том, что Поттер младший возмужал и из милого невинного ребенка превратился в невероятно красивого и неопытного парня, было практически невозможно. Каждый раз, когда в голову Северуса приходили эти мысли, он чувствовал себя грязно. Старый сварливый профессор зельеварения, который, вероятно, начинает заглядываться на своего студента, который, ко всему прочему, является ребенком его почившей возлюбленной... мороз по коже, как не посмотри...       Да, Северусу Снейпу было не по себе от того, что с ним творится, но он ничего не мог с собой поделать. Гарри все больше напоминал ему Лили Эванс, а 5 лет скрытой заботы о мальчугане в конец растопили его старое ледяное сердце. Казалось, что чувства Северуса, растут в геометрической прогрессии, а встречи с Поттером на индивидуальных занятиях по оклюменции послужили катализатором. Но случилось «чудо» и, впервые в жизни, Снейп был благодарен дерзости мальчишки. Паршивец из-за своей подростковой заносчивости и неумения совладать с эмоциями решил отомстить профессору за его нападки в сторону отца. Он проник в сознание зельевара. Поттер младший вскрыл старые раны и обнажил слабые места своего преподавателя, чем напомнил последнему, почему не стоит забываться. «Гарри — сын Джеймса, а яблоко от яблони недалеко падает.» ,- на некоторое время эта мысль вернула Снейпа на землю и заставила забыть о своих растущих неправильных чувствах. Лили никогда бы так не поступила. Между ними нет ничего общего.