5 раз, когда Питер притворялся, что болен

      — Нет… Нет-нет-нет! — в панике бормотал подросток, глядя на своё помятое отражение в зеркале над раковиной.       С утра Питер проснулся с ощущением, будто не спал всю ночь, а ещё с неприятной ломотой во всём теле, свербением в носу и раздражающей сухостью в горле.       Всё это было очень некстати, потому что именно сегодня они с мистером Старком должны были пойти на очень крутую научную выставку, привезённую из Японии всего на неделю, куда для Тони было выделено два специальных пригласительных: для него и для его тащущегося от всего научного стажёра. По крайней мере, такова была официальная версия. На самом же деле Тони сам достал пригласительные сразу же, как только стало известно о предстоящей выставке — благо, с его связями сделать это было нетрудно, — решив, что Паучку должно понравиться. И не прогадал. Питер был просто в восторге и с того момента, как только узнал, то есть, оставшиеся три дня до выставки, носился по башне, болтая без умолку.       — Новейшие разработки, которые ещё даже не поступили в продажу! — тараторил он. — Проекты гениальнейших учёных мира!       — Эй, а я думал, что это я гениальнейший учёный мира! — нарочито обиженно восклицал Старк, но не мог сдержать улыбку при виде азарта и неподдельного восхищения в глазах Питера.       Словом, все эти дни Питер провёл в радостном, волнительном предвкушении, буквально не имея возможности думать ни о чём другом и сгорая от нетерпения. И вот теперь, вместо целого дня в научно-техническом раю, проведённого с Тони Старком, Питеру придётся… Ну уж нет.       — Питер, у тебя там всё в порядке, дорогой? — из-за двери послышался голос Мэй.       Питер как можно тише прочистил горло и, постаравшись придать голосу бодрости, крикнул в ответ:       — Всё отлично!       — Просто спросила. Ну, тогда я ушла, — сообщила Мэй. — Не опоздай к Мистеру Старку! Хорошо повеселитесь на этом вашем фестивале для учёных!       — Научной выставке. Люблю тебя! — попрощался Питер.       — И я тебя, родной. Позвони, когда всё закончится.       Входная дверь захлопнулась с громким стуком, и Питер устало опёрся руками на раковину. Такое развитие событий было ему совсем не по душе. Он слишком долго ждал этой выставки, и не позволит какой-то дурацкой простуде всё испортить. Как он вообще умудрился заболеть? Впрочем, уже не важно. Питер был уверен, что с его способностью к регенерации, к завтрашнему дню он уже полностью восстановится. Нужно было только немного ускорить этот процесс, чтобы успеть выздороветь уже до начала выставки, а ещё лучше до того, как мистер Старк заподозрит, что с ним что-то не так.       С этими мыслями Питер рванул на кухню и принялся торопливо рыскать по шкафчикам в поисках аптечки. Найдя её на самой верхней полке и улыбнувшись старой привычке Мэй убирать лекарства как можно дальше от глаз, а главное, рук ребёнка, Питер выудил оттуда коробочку парацетамола. Он не был точно уверен в том, была ли у него температура, но помнил, что, когда он раньше болел, тётя часто давала ему именно эти таблетки.       Пить всего одну, как тогда, бесполезно, рассудил Питер. У него слишком быстрый метаболизм, лекарство просто не успеет подействовать. Поэтому он выдавил из блистера на ладонь сразу четыре таблетки для верности, а остальные сунул в карман толстовки, которую напялил с утра, потому что чувствовал лёгкий озноб. Хуже точно быть не должно.       — Так, теперь нужно что-нибудь от горла, — пробормотал он себе под нос, перерывая содержимое жестяной коробки и пытаясь найти что-нибудь подходящее. Ничего. Придётся зайти в аптеку по пути в «Старк Индастриз».       Питер убрал аптечку на место, постаравшись сложить всё так, как было. Не хватало ещё, чтобы Мэй заметила, что он что-то там искал, сразу начнётся ненужное беспокойство. А он ведь даже не болен. Так, немного вымотался, но это же поправимо. Скоро всё будет в полном порядке. У него всё под контролем.       «Главное, почаще себе это повторять», — подумал про себя Питер.       Поразмыслив ещё немного, он выдвинул несколько ящиков и, найдя в одном из них упаковку бумажных платочков, бросил её к себе в рюкзак вместе с телефоном и наушниками. Просто на всякий случай.       Костюм он брать с собой не стал. Не потому что у него слегка кружилась голова, и он боялся ненароком сорваться со своей паутины. Просто сегодня он был ему не нужен. Они же на выставку идут, а не на очередную миссию. Только поэтому, а не потому что все его мышцы стали ныть ещё сильнее, чем после пробуждения, Питер решил ехать к башне, где его должен был ждать Тони, на автобусе. Благо, один как раз останавливался всего в квартале от дома Питера и шёл почти до самой башни. Даром, что ехать было около сорока минут. Времени было ещё много. Они с Тони договорились встретиться около десяти.       Перекинув рюкзак через одно плечо, натянув на голову капюшон и захватив с собой оставленный для него на столе сэндвич, Питер вышел из квартиры, закрывая дверь на оба замка и, по привычке, пару раз дёргая ручку.       Выйдя из дома, Питер поёжился. На улице ему показалось, что воздух был слишком прохладным для конца мая. Впрочем, может быть, всё дело в том, что сейчас было только 8:30 утра.       Идя в сторону остановки, он не забыл завернуть в ближайшую аптеку. Милая девушка-фармацевт встретила его приветливой улыбкой, и на вопрос, что он ищет, Питер ответил, кашлянув:       — У вас есть что-нибудь… что-нибудь от боли в горле?       — Попробуйте «Сепакол», — посоветовала она. — Он облегчает боль в горле и смягчает кашель.       — Дайте, пожалуйста, пять упаковок, — попросил Питер, протягивая девушке двадцатидолларовую купюру. Действовать нужно было наверняка.       Слегка удивлённая, фармацевт положила ему в пакет пять упаковок лекарства от боли в горле, и, забрав сдачу и вежливо попрощавшись, Питер поспешил к выходу, раскрывая первую упаковку прямо на ходу и отправляя в рот сразу два леденца со вкусом лесных ягод.       Автобус, к счастью, подошёл достаточно быстро. Пройдя в конец салона, Питер плюхнулся на сиденье у окна и почувствовал, как у него начали слипаться глаза. Если на улице было прохладно, то в душном автобусе, наоборот, невыносимо жарко, так что все конечности наливались усталостью и начинало клонить в сон.       «Нужно больше спать по ночам», — сказал себе Питер, задумчиво доставая из упаковки ещё один леденец.       Как ни боролся Питер с сонливостью, по пути, глядя на однотипный городской пейзаж за окном, он всё-таки задремал и чуть не проехал нужную остановку, но, вовремя спохватившись, выбежал из автобуса буквально в последний момент. К тому времени почти вся коробка леденцов была съедена, а бумажные платочки использованы. Но желаемое облегчение не наступало. Наоборот, голова как будто была тяжелее, становилось ощутимо жарче, так что Питеру пришлось снять толстовку и нести её в руках, горло периодически скрёб неприятный сухой кашель. Всё это заставляло Питера нервничать. Ему никак сейчас нельзя было всё испортить.       — Дурацкий метаболизм! — сердито пробормотал он и с этими словами выдавил себе на ладонь ещё один кругляшок парацетамола, молясь всем богам, чтобы это ему помогло.       На входе в башню, как всегда в те редкие дни, когда он появлялся тут через дверь, а не через окно, его поприветствовала П.Я.Т.Н.И.Ц.А. Поздоровавшись в ответ, Питер прошёл к лифту и, поднимаясь в гостиную, постарался придать себе как можно более бодрый и весёлый вид, чтобы ничем не выдать своего неважного самочувствия.       — О, привет, Карапуз! Ты сегодня через дверь? — усмехнулся Тони, приветливо махнув Питеру рукой.       — Здравствуйте, мистер Старк, — улыбнулся Питер.       — А чего глаза такие красные? Всю ночь не спал, что ли?       — Не выспался, — соврал Питер. — Было много домашки.       — Паучок, — Старк скептически взглянул на него, — тяга к учёбе — это, конечно, хорошо. Но на кой, скажи мне, делать уроки, если сегодня суббота?       — Нам в последнее время много задают, — быстро нашёлся Питер, сам удивляясь тому, как ловко он научился изворачиваться и придумывать всякую чепуху, — я решил начать вчера, чтобы не так много было делать в выходные.       — Смотри, не переусердствуй, — хмыкнул Тони, похоже, поверив словам Питера, и, к радости последнего, переключился на другую тему. — Ну что, готов к выставке?       — Ещё бы! — радостно воскликнул Питер. В глазах его снова заблестели азарт и нетерпение.       — Ну вот и отлично. До начала у нас ещё пара часов, так что…       — Мистер Старк, — прервала его П.Я.Т.Н.И.Ц.А., — доктор Брюс Беннер просит Вас подняться в лабораторию. У него вопрос по поводу того, что вы обсуждали сегодня утром.       — Скажи, что я сейчас приду, — кивнул Старк и повернулся к Питеру. — Ты слышал, Халк зовёт. Это ненадолго. Подожди меня пока тут, попроси П.Я.Т.Н.И.Ц.У. сделать тебе какао. Я всё улажу и поедем.       — А Вам не нужна помощь? — тут же поинтересовался Питер.       — Это по поводу документов. Так, ерунда, тебе даже интересно не будет, — улыбнулся Тони. — Посмотри лучше телек, — он кивнул на огромную плазму, висевшую в зале, — я скоро.       Старк удалился, а Питер решил последовать его совету и, поудобнее устроившись на диване, принялся листать каналы. Он нашёл вроде бы неплохой фильм, как вдруг глаза его заслезились сильнее прежнего, а грудь слегка сдавило в приступе кашля. Наконец отдышавшись, Питер пошёл на кухню, чтобы налить себе воды, а заодно поискать, не завалялась ли где-нибудь ещё одна — а лучше парочка — упаковка бумажных платочков, потому что из своей он только что достал последний. Неожиданно над его головой раздался голос искусственного интеллекта.       — Мистер Паркер, — сказала П.Я.Т.Н.И.Ц.А., — мне удалось зафиксировать неблагоприятные изменения в Вашем организме, такие как учащённый пульс, прерывистое дыхание, повышенная температура тела. Вам нужна помощь? Я сообщу мистеру Старку…       — Нет! — в панике воскликнул Питер. — Подожди, П.Я.Т.Н.И.Ц.А., послушай! Я в порядке, правда. Не нужно ничего говорить мистеру Старку.       — Ваши жизненные показатели говорят об обратном, — заметил ИИ.       — П.Я.Т.Н.И.Ц.А., я прошу тебя, если ты сейчас скажешь мистеру Старку о моих показателях, мы сегодня никуда не пойдём, понимаешь?       — Что будет весьма логичным и разумным решением, мистер Паркер, — строго сказала она. Наверное, так же сказал бы и Тони.       — Ты не понимаешь! — взмолился Питер. — Это очень-очень важно.       — Важнее, чем Ваше здоровье?       Питер готов был поклясться, что, если бы П.Я.Т.Н.И.Ц.А. была человеком, она бы вскинула брови и одарила его скептическим взглядом. Совсем как мистер Старк.       — Ну, пожалуйста, П.Я.Т.Н.И.Ц.А., не выдавай меня. Ну что тебе стоит?       — Сожалею, мистер Паркер, но, согласно протоколу, я обязана информировать мистера Старка о любых изменениях в Вашем организме.       — Но ведь у меня особый уровень доступа, да? Разве я не могу внести изменения в протокол? — спросил Питер, слабо надеясь на положительный ответ.       — Вносить изменения в протокол может только мистер Старк. Сожалею, Питер, — ответила П.Я.Т.Н.И.Ц.А., и Питеру показалось, что он расслышал ноты сочувствия в её голосе.       Он предпринял последнюю попытку.       — П.Я.Т.Н.И.Ц.А., ну миленькая, ну пожа-а-алуйста, — тянул он, сложив ладони в умоляющем жесте. — Я очень-очень тебя прошу. Неужели нельзя ничего придумать? Ты же такая умная. Ну П.Я.Т.Н.И.Ц.А.!       — Скажу мистеру Старку, что не могу считывать точные показатели из-за сбоя в Ваших часах, — после недолгого молчания ответил ИИ, серьёзно добавив. — Но только один раз, в качестве исключения. И только потому, что Вы мне нравитесь, мистер Паркер.       — Ты тоже мне очень нравишься! — просиял Питер. — Ты лучшая в мире, П.Я.Т.Н.И.Ц.А.! Я у тебя в долгу, — искренне сказал он, не очень, однако, представляя, что может сделать для искусственного интеллекта.       — Я запомню, Питер, — снисходительно ответила она.       Питер был на седьмом небе от счастья. Ещё бы, теперь всё должно было получиться: они сходят на выставку, а потом он как следует отдохнёт, позволив регенерации сделать своё дело, и уже завтра утром — а может, и раньше — будет как огурчик.       Его веселье было омрачено — и ещё как — неожиданным приступом тошноты, подступившим к горлу. Похоже, организм Питера вдруг резко решил избавиться от его нехитрого завтрака и кучи таблеток, которые впихнул в себя подросток по пути в башню. Очень не вовремя. Зажав рот рукой, Питер ринулся в сторону ближайшей ванной, находившейся в конце коридора.       Его руки тряслись мелкой дрожью, пока он пытался сфокусировать взгляд, держась одной рукой за раковину, другой — за край унитаза.       — Питер!       В дверях появился Тони. П.Я.Т.Н.И.Ц.А. обещала не сообщать мистеру Старку об изменениях в физических показателях Питера, но вот о том, чтобы не говорить ему, что в данный момент ребёнок сидит на полу в ванной, обнявшись с унитазом, речи не шло.       — Какого… Что с тобой, Питер? — взволнованно воскликнул Тони.       В несколько шагов он стремительно пересёк ванную комнату и подхватил Питера под руки, помогая ему подняться.       — Тихо, малыш, тихо… Можешь встать? Осторожно. Вот так, — еле слышно бормотал он.       Придерживая Питера за плечи, Тони стал пристально его рассматривать, подмечая, помимо болезненно-красных глаз, тёмные круги и общую бледность, нарушаемую только проступающим на щеках лихорадочным румянцем. Без предупреждения Старк прикоснулся губами ко лбу Питера, так что тот даже вздрогнул от неожиданности.       — Паучок, — выдохнул Тони, — да ты весь горишь.       Теперь всё пропало.       — П.Я.Т.Н.И.Ц.А., просканируй Питера, — скомандовал он.       — Ошибка сканирования, — с неохотой сообщил искусственный интеллект. — Произошёл сбой настроек в часах мистера Паркера. В настоящий момент у меня нет доступа к точным показателям его организма.       — Ладно, с часами потом, — сердито бросил Старк. — Где у нас градусник?       Он поспешно вышел из ванной.       — Спасибо, — тихо произнёс Питер, обращаясь к П.Я.Т.Н.И.Ц.Е.       — Я не горжусь этим поступком, — с нескрываемым недовольством в голосе ответила она. — К тому же, Вам это ничем не помогло.       — Я знаю, — кивнул Питер. — Всё равно спасибо.

***

      — Твою ж мать! — воскликнули они хором, когда, сидя на диване в гостиной, Питер протянул Тони градусник, показывавший 101,3 градуса по Фаренгейту.       — Так, не выражаться! — строго глянул на Питера мистер Старк.       — Но Вы тоже выражаетесь, — насупился подросток.       — Могу себе позволить, — хмуро заметил Старк. — У меня ребёнок свалился с температурой 101,3.       — Я тоже могу себе позволить, — возмутился Питер. — У меня... У меня я пропускаю одно из самых…       — Нет, не можешь, — прервал его Тони.       — Не могу?       — Не можешь.       — Хорошо, ладно…       — Ладно. Хорошо.       Тони сделал глубокий вдох.       — Как давно ты плохо себя чувствуешь? — спросил он с расстановкой тоном, дававшим понять, что не стоит даже пытаться ответить неправду.       Питер молчал.       — Питер, — настойчиво повторил Старк.       — С утра, — наконец сдался тот.       — И ты…       — Да, я молчал! — неожиданно для себя самого воскликнул Питер. — Потому что иначе Вы бы сказали, что я остаюсь дома, что и произошло! Потому что я сожрал пол пачки жаропонижающего и пачку леденцов от боли в горле, но ничего из этого не помогло, а стало только хуже! Долбанный паучий метаболизм! — его голос зазвенел и, не сдержавшись, Питер всхлипнул.       — Эй, ребёнок, — Тони сочувственно посмотрел на него, — успокойся.       И, не склонный к проявлению нежности, Тони притянул Питера к себе, обнимая и осторожно поглаживая по спине, заставляя расслабиться.       — Я всё испортил, — тихо сказал Питер, уткнувшись носом Тони в плечо.       — Ты ничего не испортил, — мягко произнёс Старк. — Ты просто заболел.       — Это одно и тоже.       — Вовсе нет.       — А вот и да.       — Я же сказал, нет. Давай лучше решим, что с тобой делать.       — Лекарства не помогают, — хмуро отозвался Питер.       — Хорошо, какие у нас ещё варианты? П.Я.Т.Н.И.Ц.А.?       — Из-за ускоренного метаболизма мистера Паркера лекарства не успевают подействовать. Следует прибегнуть к альтернативным способам лечения, — незамедлительно ответил ИИ.       — Например?       — Воспалительные процессы и боль в горле поможет снять чай с малиной или ромашкой. Для лечения насморка требуются ингаляции. Также необходимы соблюдение питьевого и теплового режимов, регулярное проветривание, крепкий сон.       — Это можно устроить, — хмыкнул Тони. — Как считаешь? — он ободряюще подмигнул Питеру. — Заварю тебе чай с ромашкой, а ты пока иди в свою комнату.       — Можно, я останусь тут, с Вами? — попросил Питер, глядя на Старка исподлобья.       Тони внимательно на него посмотрел, но не смог выдержать взгляда широко распахнутых карих глаз.       — Ладно, — сдался он. — Ляжешь здесь, на диване. Но сначала пойдёшь переоденешься и захватишь подушку и одеяло.       Питер кивнул и послушно побрёл в свою спальню.       — Твой чай, — сказал Тони, аккуратно ставя на журнальный столик поднос с заварочным чайником и любимой кружкой Питера. — Сахар добавить?       Питер кивнул. Он сидел на диване, подобрав под себя ноги, одетый в пижаму, раскрашенную в цвета костюма Железного человека. Это была его любимая. И несмотря на то, что Тони часто подшучивал по этому поводу, он не мог не улыбаться, видя, как Питер расхаживает в ней по коридорам башни по вечерам.       — С-спасибо, мистер Старк, — чуть хрипло проговорил Питер. Его немного трясло из-за вновь наступившего озноба. — Извините ещё раз, что нарушил наши планы и что не сказал сразу. И что накричал на Вас, тоже извините.       — Брось, — Тони махнул рукой. — И меньше болтай, а то пропадёт голос, кто мне тогда все уши прожужжит про очередное «космическое кино»? Капитан Америка? Нет уж, увольте.       Питер слабо улыбнулся, что говорило о всё ухудшающемся самочувствии. В любой другой день шутка Старка непременно развеселила бы его куда больше. Тони нахмурился.       — Что, совсем плохо?       — Голова болит, — признался Питер, — и холодно.       — Сейчас.       Окинув гостиную взглядом, Тони нашёл наконец то, что должно было помочь. На кресле возле окна валялся красный клетчатый плед. Подобрав его, он вернулся к дивану и сказал Питеру:       — Двигайся.       Питер послушно подвинулся, освобождая немного места. Тони сел и, накинув плед поверх одеяла, устроил голову Питера у себя на коленях, машинально запустив пальцы в его волосы.       — Лучше?       — Угу.       — Постарайся уснуть, Паучок, ладно?       — Угу.       Тишина в гостиной длилась недолго.       — Мистер Старк, — подал голос Питер.       — М-м?       — Вы не уйдёте?       — До тех пор, пока ты не уснёшь, точно нет.       — А когда усну?       Тони вздохнул.       — И когда уснёшь, тоже. Так что спи.       — Мистер Старк…       — Да, Питер.       — Вы не боитесь, что я могу Вас заразить?       — В этой башне — целое больничное крыло, забыл? Откачают, если что. Спи.       — Мистер Старк…       — Питер, — Тони строго взглянул на него.       — Я только хотел сказать… Мне жаль, что из-за меня Вы тоже не попали на выставку.       Тони закатил глаза.       — Я поменяю пригласительные. Сходим в конце недели, когда поправишься.       — А если не успею? — с тревогой в голосе спросил Питер.       — Значит, слетаем с тобой в Японию.       — Обещаете? — сонно произнёс он, глаза слипались.       — Обещаю, — улыбнулся Тони.       — Спасибо, мистер Старк, — пробормотал Питер, проваливаясь в сон.       — Спи давай, Карапуз.