Стань моей жизнью

Ссора с Алеком не улучшила настроения Клэри. Напротив, ей стало совсем невыносимо. Она понимала, сама виновата, что разговор запланированный как просто порицание, перерос в настоящий конфликт. Не сдержалась. Сорвалась. Прошедшая ночь, была худшей в жизни Клэри и она не выдержала. Стояла, смотрела на Алека когда высказывала своё недовольство, не увидела ни капли сожалений, и это её взбесило. В итоге всё стало только хуже. Она слышала как он ушёл. Выскочив, заперла дверь на ключ и схватив ноутбук набрала Мари. Клэри знала, сейчас в Лондоне самый разгар дня, но истово молилась, чтобы подруга ответила. Если она сейчас не выскажется, не выплеснет ад бушующий внутри, то сойдёт с ума. На её счастье Мари ответила, но попросила чуть подождать. И когда подруга заявила, что готова к общению, Клэри в голос разрыдалась. — Эй, ну ты чего? — допытывалась Мари. — Клэр, не молчи! Клэри и не думала молчать. Слова, перемежаясь с рыданиями, хлынули неудержимым потоком. Она рассказала и о глупом рейде, и о его последствиях. О том, как хотела ночью вернуться в комнату и что увидела там. Поведала о бессонной ночи полной горечи и слёз, а так же о ссоре, которая состоялась недавно. — Не могу больше, Мари! — выла Клэри. — Я думала выдержу, что сильная, а на деле я слабая. Это выше моих сил! Я в этой комнате и находиться теперь не могу! Я задыхаюсь! Умираю! Помоги, Мари! Что мне делать, как справиться? Подруга смотрела на неё глазами полными сочувствия. У Мари сердце за неё болело, но выход был тут только один. — Уходи, Клэри, — озвучила она очевидное. — Собирай вещи и возвращайся домой. Не хочешь домой, могу поговорить с Говардом, о твоём проживании на территории лондонского института. Но здесь ты сама себя мучаешь и губишь. Клэри понимала, подруга права. Бежать для неё оптимально, но… Даже адская боль и ядовитая ревность, не меняли того, что подвести Алека казалось преступлением. Да и как объяснить своё дезертирство? В своих чувствах Клэри не призналась бы и под страхом смерти. Если раньше она боялась напугать и оттолкнуть Алека, то сейчас ей было стыдно. За себя и свою глупость, даже за эту никому не нужную любовь. — Ну да, давай дождись нервного срыва! — зашипела Мари в отчаянии, услышав очередной отказ. — Зато этот мудак будет счастлив и доволен, это ведь главное! Клэри, ты понимаешь, это уже паталогия? Болезнь? Слово «болезнь» пробудило в Клэри воспоминания о давно забытом разговоре, который неожиданно показался выходом. Но как же страшно! — Помнишь, ты говорила, безмолвные братья могут воздействовать на память, сознание и чувства? — тихо произнесла Клэри. — Нет! — смертельно побледнела Мари. — Даже думать забудь! Клэри, рано или поздно эта боль уйдёт, но если ты обратишься к безмолвным братьям, чтобы избавиться от одного из чувств, ты потеряешь часть себя! И, скорее всего, навсегда! Чувства, даже самые негативные, делают нас людьми! — Я подумаю, — прошептала Клэри. А сама тоскливо размышляла, не от негативных чувств она избавляться хочет… В одном Мари была права — на эмоциях такие решения не принимают. Ей надо хорошо подумать. У подобного решения много последствий. А пока она попробует побороться.

***

Джейсу и смотреть на парабатая не нужно было, чтобы ощутить, что тот зол и расстроен, хотя не так давно был доволен жизнью. И конечно же, он поспешил узнать что к чему. А узнав, присвиснул от удивления. Алек ходит по тонкому, очень тонкому льду! — Ты свихнулся, — поражённо выдал Джейс. — Да если об этом кто-то узнает, будет дикий скандал! Всё, что было до этого, покажется детским лепетом! Он был в шоке от того, что Магнус три ночи провёл в институте, а последний раз, увлекшись эти дурни даже запереться забыли. Родители растерзали бы Алека, а окружающие вовсе сжили со свету, раскройся всё. А ещё брат полный кретин. Вместо того, чтобы как-то умаслить девчонку, он с ней разругался. Если станет известна правда, Клэри почти ничего не потеряет, тогда как Алеку можно будет только посочувствовать. — Да знаю я, — буркнул Алек, когда Джейс высказал свои соображения. — Но сейчас я слишком раздражён для примирительных бесед. Сам не понимаю, чего так завёлся. Он не кривил душой. Свою злость он и сам не мог объяснить. — Знаешь, что я думаю? — продолжил Джейс подперев голову рукой, но ни на миг не теряя бдительности осматривая пространство на присутствие посторонних. — Тебе стоит попробовать нормально подружиться со своей женой. Она у тебя классная. Твоё стремление удерживать дистанцию мне непонятно. — Эта классная тебя послала, — хохотнул Алек. — Ну и у лучших бывают осечки, — фыркнул Джейс. — А по правде, у меня, как оказалось, изначально шансов не было. Рыжик уже в кого-то влюблена. Если верить ей, неудачно. Брови Алека невольно поползли вверх. Ему казалось, он нашёл с девушкой общий язык, даже несколько сблизился, а оказывается, что с Джейсом отношения у неё куда доверительнее. — Глупо выходить замуж по расчёту за гея, в попытках сбежать от несчастной любви, — пробубнил он. — Я ей так же сказал! — хмыкнул Джейс. — И всё же подумай, над моими словами. Будь вы друзьями, вам было бы куда проще. — Неудачная идея, — помрачнел Алек. — Закончится время договора и она уедет отсюда. К чему привязываться впустую? Отчасти Алек уже привязался к Клэри, но говорить об этом не хотел. Как и усугублять. — Для начала, она взрослый человек и, может, когда всё закончится, захочет остаться тут, и у тебя будет на друга и соратника больше, — совершенно серьёзно заговорил Джейс. — А главное, Алек, тебе пора научиться доверять людям хоть немного. Нельзя всегда ждать предательства и удара в спину. У тебя есть я и Иззи, но мы твоя семья, есть Магнус — любовь, только каждому человеку нужны друзья. — Вы моя семья и мои друзья, Джейс, — холодно ответил Алек. — Больше мне никто не нужен. От меня отвернулись даже родители, потому что я не соответствую их представлениям об идеальном сыне и сумеречном охотнике. Так что не вижу смысла с кем-то ещё сближаться. Подхватив поднос с пустыми тарелками, Алек поспешил уйти. У него не было желания в сотый раз объяснять Джейсу очевидное. Это был далеко не первый такой разговор. Парабатай легко сходящийся с людьми был убеждён, ему стоит тоже попробовать. Алек считал иначе. И конечно онтне слышал, тихого шёпота в спину. — Зря ты так, брат. Джейс, которого все привыкли считать балагуром и бабником, кем он и был, умел так же подмечать мельчайшие детали и видел куда больше Алека. Уверен, он не был, но подозрения были серьёзные.

***

Алек устал. Он был жутко раздражён. У него было чувство, что в последние пять дней мир сговорился против него. Нет, ничего страшного особенно не случилось. Просто… Вроде бы всё хорошо, если в целом, а в частностях как-то не радовало. С женой поговорить так и не вышло. Алек пытался и не раз, но Клэри постоянно, под различными предлогами, ускользала или сворачивала разговор по причине личной занятости. Она лишь раз сказала, что он может не переживать, о ночёвках Магнуса рассказывать не станет. Алеку показалось девушка его избегает. Но куда больше Клэри, его беспокоил Магнус и его странное поведение. За пять дней он один раз был жутко пьян, другой он упёрся, что ему надо на вечеринку — обещал старому другу. Как итог, две из пяти ночей Алек провёл в институте, где был вынужден спать в одной постели с недружелюбно настроенной женой. В тот момент он начал её частично понимать, как ему казалось. Ему было чудовищно неуютно в кровати с посторонним человеком, где он недавно спал Магнусом. Три других ночи тоже были странными. Раз Алек снова проснулся ночью и увидел как мужчина сморит на него каким-то тоскливым взглядом. Другой, Магнусу захотелось разнообразия в сексе и вспоминать Алеку было… от смущения онибыл готов пылать факелом. И только одна была обычной, семейной. Всё это выбивало Алека из колеи. Наполняло непониманием происходящего и заставляло волноваться. Больше всего он жаждал привычной нормальности во всём. Почему-то в его жизни перемены всегда имели отрицательный окрас и он их не любил. Пребывая целиком в этих мыслях, Алек зашел в комнату, намереваясь переодеться и принять душ. Неожиданно дверь ванной распахнулась и на пороге показалась Клэри. Совершенно обнажённая! Алек застыл таращась на девушку во все глаза. Он совершенно растерялся. Взгляд привыкший охватывать все детали мигом рассмотрел все подробности тела Клэри. Длинные ноги, узкая талия и высокая, небольшая грудь с розовыми сосками. Алек не испытывал тех чувств и эмоций, которые должен испытывать в такой ситуации любой обычный парень. Никакой сексуальной тяги. Только неловкость. Затем его оглушил женский визг, в лицо полетело полотенце и раздался хлопок двери. — Пошёл вон из комнаты! — раздался голос Клэри. — И не забудь выколоть себе глаза! — Я вернусь через пять минут, — пробормотал Алек. По истечению времени, он вернулся и застал уже вполне одетую жену прожигающую его изумрудными глазами. — Какого чёрта, Алек? — с негодованием вопрошала Клэри. — Ты никогда не появлялся в комнате в это время! Короткое раздумье заставило его согласно кивнуть. Он и правда появлялся в спальне только после тренировок утром и вечером, предпочитая остальное время коротать в других местах. Чтобы поменьше быть наедине с женой. — Я правда как-то не подумал, — пробормотал Алек. — Ну, а пялился зачем? — продолжала злится Клэри. — Да что я мог увидеть за эту секунду?! — солгал он. — Тогда почему не отвернулся? — Не успел! Супруги уставились друг на друга почти не мигая. Клэри была полна гнева и смущения. Как бы ей не нравилось общество Алека, она последние дни пыталась его избегать. Её любовь не имеет шанса на взаимность, так зачем лишний раз причинять себе эту сладкую боль? — Послушай, Клэри, — как-то устало произнёс Алек присаживаясь в кресло, — Мне правда жаль, что так вышло. Не подумал. Это и правда твоя постель и ночевать тут с Магнусом неэтично. Прости. — Алек, — с грустной безнадёжностью произнесла она, — дело даже не в ваших с Магнусом ночёвках, хотя и это неприятно. Дело в том, что ты постоянно говоришь, нам надо учиться взаимодействовать, соглашаешься с моими словами. При этом ты делаешь всё наоборот. Ты ничего не желаешь знать обо мне, не интересуешься моим мнением. Банально никогда не думаешь, что и как могу воспринять я. Тебе на меня плевать. Неприятно, но пережить можно. Бесит то, что ты упорно делаешь вид будто это не так. Только, поступки говорят громче слов, Алек. — Ты не права, — произнёс Алек растерянно. — Права, — обрубила Клэри. — Я сначала думала, мы станем друзьями, но тебе не нужны друзья. Никто не нужен. У тебя есть узкий круг близких, и другим туда хода нет. Ты сам это знаешь. Алек оторопел. Совсем недавно у него состоялся подобный разговор с Джейсом и он сказал ему эти слова. Они казались ему правильными. Единственно верными. Сейчас, когда Алек услышал их от Клэри, они ему совсем не понравились. Показались жестокими и эгоистичными. По отношению именно к ней, к этой рыжей девочке. Она ведь и правда долго пыталась наладить с ним контакт. — В твоих словах есть истина, — тихо согласился Алек. — Так уж вышло, с людьми я схожусь тяжело. Мне всегда было сложно подпускать кого-то ближе, чем на расстояние необходимое для плодотворной работы. А в нашей ситуации, этого мало и твоя правда в том, что ни черта не получается именно по моей вине. Но я постараюсь исправиться, Клэри. Невозможно быть даже фиктивными счастливыми супругами, не будучи друзьями. Ей хотелось зажать уши руками, но она продолжала слушать. Почему? Зачем сейчас он всё это говорит? После того, как она приняла свою участь и осознала истинное положение вещей. Сейчас подружиться с Алеком, это обречь себя на ещё большие страдания. Но она не могла отказать ему или прогнать. Она спятила. Определённо. — Мир? — протянул ей руку Алек, улыбаясь светло и открыто. — Мир, — Клэри пожала протянутую ладонь. Он был доволен. Чувствовал себя счастливым. Это было странно. Оказывается это молчаливое противостояние с женой давило на него сильнее, чем Алек думал. А Клэри натянув лживую улыбку понимала — она обрекла себя на ад. У неё больше не осталось иллюзий насчёт этого парня.

***

— Нашёл! — раздался громкий мужской шёпот. — Что это? — спросил другой голос. — Включи мозги, кретин! — зашипел первый. — Какая-то тетрадка. И что? — раздражённо говорил второй. — Читать разучился? Большими английскими буквами написано — дневник. Дошло, наконец? — Вроде как. — Это целая бомба на антресолях! Думаю, тут много чего интересного… — Вы можете быстрее? — в приоткрывшуюся дверь просунулась голова третьего парня. — Они скоро вернуться. — Да мы уже все. И всё это сопровождалось совсем недоброй, предвкушающей улыбкой.