Стань моей жизнью

— Что ты здесь делаешь? — единственное, что смогла произнести Клэри, увидев в гостиной родного дома Алека. Около недели, а если быть точнее, шесть дней назад, она покинула институт, оставляя там своего мужа и львиную часть собственной души. Шесть дней слёз в подушку и удушающей пустоты, непонимания и горечи. Клэри убеждала себя — она поступила правильно. Только вот правильность поступка, не притупляла боль. Она вообще не понимала, почему ей так больно и тоскливо. — А говорила, всегда будешь рада видеть, — показательно обиделся Алек. Клэри хотелось крикнуть — это было до твоих признаний, разрушивших всё! А ещё она страстно желала броситься ему на шею и задушить в объятиях. Ей с огромным трудом удалось побороть оба этих порыва. — Я рада тебе, — произнесла Клэри. — Просто очень удивлена. — Хочешь удивлю ещё больше? — лукаво улыбнулся Алек. — Ну попробуй, — склонила она на бок голову. — Я теперь буду жить здесь, — ошарашил Алек. — Точнее, мы будем жить здесь. — Нет, — замотала Клэри головой. — Да, Клэри, — расплылся он в улыбке. — Или здесь, в доме твоих родителей, или в небольшой усадьбе семьи Лайтвуд. Главное, вместе. Я говорил тебе, что не отпущу и как муж, я имею право требовать, чтобы моя жена жила со мной. Она разом растеряла все слова. Её разум отказывался воспринимать реальность. В смысле вместе? Вместе в одном доме? Комнате? Постели? Что он имеет ввиду? Одному богу известно как устал за последние дни Алек. В основном морально. Первым делом ему пришлось поставить в известность о своих намерениях родных. Если Джейс и Иззи привычно поняли его и поддержали, то родители не сразу решили как им реагировать на слова сына. С одной стороны, он опять их подводит, поганец. Кто будет выполнять его обязанности? С другой, сама мысль, что отпрыск внезапно взошёл на путь натурала и позор семьи может навсегда стать историей, внушало надежду. Поэтому, чуть поворчав, они всё же благословила Алека на задуманное. Но это было лишь началом пути. Алеку пришлось экстренно завершить все дела в институте. Потом озаботиться поиском работы в Аликанте. Он не хотел обращаться к парабатаю и пользоваться связями его бабушки. Если он хочет стать Клэри настоящим мужем, будущим главой семейства, то должен научиться сам, без посторонней помощи, решать элементарные проблемы. И он справился, устроился во временную охрану одного из членов совета, пожилой степенной дамы. Его участие, роль в победе над задумкой Камиллы, сильно подняли его рейтинг, поэтому это оказалось не так уж и сложно. Самым трудным был разговор с родителями Клэри. Алеку пришлось максимально откровенно объяснять им ситуацию. По-началу они не прониклись, мол, если дочь не хочет, значит так тому и быть. Алеку пришлось убеждать их, что он сделает всё, лишь бы Клэри была счастлива. Не сразу, далеко не сразу, но они поверили ему. После чего пришлось уговаривать их о небольшом содействии. Но и здесь удача была на его стороне. — Папа? — обрела дар речи шокированная Клэри. — К сожалению, милая, закон на его стороне. Александр в праве требовать, чтобы ты была рядом. Таковы порядки. Никакого сожаления Клэри в глазах отца не углядела. Они наоборот смеялись. Похоже, его забавляла эта ситуация. — Идиотские допотопные законы, — пробурчала она. — Их давно пора пересмотреть. — Ну, твой выбор тут или ко мне? — поинтересовался Алек. — Пока тут, а там посмотрим, — хмыкнула Клэри. — Пойдём подберём тебе комнату. — Зачем? — уставился на неё Алек кристально чистыми, такими невинными, голубыми глазами. — Я буду жить в твоей, с тобой. В очередной раз Клэри в шоке открыла рот от его наглости. Ещё больше её поразило, что родители и не думали возражать. Ей бы следовало разозлиться, но внутри лишь расцветала такая глупая, исключительно девичья радость.

***

— Чего ты добиваешься? — зашипела на Алека Клэри, после того как он с сумками оказался в её комнате. — Вроде бы, я ещё в институте тебе всё предельно ясно сказал, — ровно отозвался он. — Я люблю тебя и не намерен отпускать из своей жизни. Клэри чуть не взвыла. Он не понимает, что роет могилу им обоим? Их жизнь может стать адом. Она будет сходить с ума от чувства вины, за то что не способна полюбить замечательного парня, Алек со временем возненавидит её за это. Клэри вообще надеялась, он выбросит из головы эту блажь любовную, стоит ей исчезнуть с его глаз. Не тут-то было. — Алек, это безнадёжно, — вздохнула она. — Безмолвные профессионалы и если что-то делают, то наверняка. — Без разницы, — фыркнул Алек.— Однажды меня уже бросили, не спросив моего мнения. Тогда я не стал бороться, сам не знаю почему. Наверное, само мироздание было против. Но сейчас я не отступлю, потому что точно знаю — без тебя мне конец. — Ты сам не понимаешь, чего творишь и куда нас толкаешь, — безнадёжно отозвалась Клэри. — Не будем мы вместе счастливы и семьёй настоящей не станем. Но если тебе так необходимо потратить часть своей жизни впустую, твоё право. Только всё зря. Лишь больно сделаешь нам обоим. Уж я-то знаю, как тяжело любить в одностороннем порядке. — Как и я знаю, ничего невозможного не бывает, — парировал Алек. — Я — живой тому пример. По законам самой природы, я со своими наклонностями никак не должен был тебя полюбить, но полюбил. Так что, никогда не говори никогда. Сказав это, он выудил из одной из сумок полотенце, чистую одежду, средства мужской гигиены и направился в душ. Клэри, сдавшись села на кровать. Не простые ожидают её дни. Их обоих. Самое печальное, она заранее может предсказать чем всё закончится.

***

С момента переезда в дом семьи Моргенштерн, Алек заполнил собой почти всё свободное время Клэри. Его работа не подразумевала чёткого графика, его могли вызвать в любой момент, а могли не трогать несколько дней. Они возобновили свои занятия. В большом особняке был тренировочный зал, в котором Алек продолжал заниматься физической формой Клэри. С теорией ему помогал Валентин. Ну, как помогал, доставал необходимые книги. Библиотека была хоть и богатой, но не дотягивала до институтской. Джослин быстро прониклась искренней симпатией к новому жильцу. Ей нравился красивый, улыбчивый парень. Она уважала его за ум и отличные охотничьи навыки. Её покорили его манеры в общении с ней, и её мужем. Но главным было то, что он любил её дочь. Так смотреть может только без памяти влюблённый юноша. Валентин тоже отнёсся к парню не плохо. Нотки настороженности оставались в его душе. Алек был не первым гомосексуалистом, которого он встречал и Валентину было сложно поверить, что парень вот так взял, и сменил команду. Но и придраться ему было не к чему. А ещё с ним, Клэри, которая страшно хандрила после возвращения домой, снова расцвела. Джонатан к супругу сестры не был враждебен, но и не спешил записывать его в лучшие друзья. Он помнил, сколько слёз пролила из-за него Клэри, одно это не давало легко принять Алека. И даже понимание, что парень ни в чём не виноват, он и не подозревал о существовании Клэри, мало помогало. Впрочем, конфликтовать с Алеком желания у Джона не было. Поэтому при встречах он был дружелюбен, но не более, продолжая присматриваться к нему. И чем больше смотрел, тем больше он ему нравился. Сильнее всех, как обычно, отличилась Аврора. Она сначала не поверила, что Алек хочет построить с её сестрой семью, гей же. А осознав серьёзность, захотела отбить Алека у Клэри. Она постоянно посылала ему довольно откровенные сигналы, но чёртов охотник их игнорировал. Так, в один прекрасный день она пошла в наступление. — Александр, — проворковала Аврора, подловив его одного, поздно вечером на кухне, — тут очень жарко, не находишь? Произнеся это, она развязала полы халата, под которым оказалось очень откровенное бельё. Алек подобного у Клэр не наблюдал, а увидеть прозрачные кружева на её сестре-подростке, оказалось слишком для его нервной системы. Аврора его не привлекала, его ни капли не возбуждал откровенный вид прелестей девицы. Напротив, он был в ужасе. — Оденься! — процедил Алек отворачиваясь. — Зачем? — мурлыкнула Аврора ему на ухо, а шаловливые ручонки, забрались пол футболку. — Разве тебе не нравится то, что ты видишь? — Нет, — отрезал Алек — А так? — обойдя Алека, она встала напротив и взяв его ладонь положила её на свою грудь. Алек отшатнулся. Терпение его лопнуло. Он не был асом в искусстве флирта, тем более, когда дело касалось женского пола. Ему порой было очень сложно не накосячить с Клэри, ведь и сейчас по большей части, женщины были для него существами из иной вселенной. Но не заметить откровенные и пошлые намёки Авроры, мог бы только слепой или тупой. Ни первым, ни вторым Алек не был. Не желая разжигать конфликт и снова расстраивать Клэри темой сестры, он игнорировал эти сигналы и молчал о них. Надо признать, действовала девчонка умело, провоцировала лишь в те минуты, когда никто кроме него ничего увидеть не мог. — Я не ясно изъясняюсь? — начал закипать он. — Приведи себя в нормальный вид и иди спать! — Брось, ты это из-за Клэри что ли? — усмехнулась Аврора. — Так не бойся, она ничего не узнает. Всё. С него хватит. Выдохнув, Алек оторвал цепкие девичьи лапки от своей футболки и крепко сжал в захвате, заствив Аврору охнуть. — Теперь послушай сюда, озабоченная малолетняя дрянь, — зашипел он ей в лицо. — Меня не интересуют твои прелести, как и ты сама. Заруби себе на носу, меня волнует только Клэри и никто больше. И ещё, твои попытки навязываться, выглядят жалко. Поучись достоинству и чести у своей сестры. Высказавшись, Алек оттолкнул от себя шокированную девушку. Грубо? Несомненно, но иначе элементарные истины до неё вряд ли донести. Он поражался, как две такие разные девушки могут быть кровными сестрами. По мнению Алека Аврора проигрывала Клэри не столько внешне, сколько характером и умом. Униженная Аврора нервно запахнула халат и зло прищурилась вслед уходящему парню. Так значит? Ну ничего, она придумает способ поквитаться с этим недоделанным заднеприводным. Он ещё пожалеет, что посмел так с ней обращаться.

***

Когда Клэри проснулась, Алек был уже свеж, бодр и полон сил. Было заметно, он встал давно и успел полностью привести себя в порядок. — С добрым утром, — улыбнулся он ей. Потом подошёл к постели и присев на краешек, поцеловал Клэри. Уже почти три недели Алек живёт в её доме и комнате. Каждый вечер и утро, он немало смущает её своим поведением. Клэри обомлела, когда в первый же вечер, Алек поцеловал её перед сном. На закономерный вопрос, что он делает, он блеснув улыбкой отозвался «целую свою жену, имею право». С тех пор, он постоянно пользовался этим правом. Поцелуи были отнюдь не невинные. Глубокие, чувственные, эротичные. Но гораздо хуже стало, когда к губам и языку Алека, присоединились его руки. Лёгкие по-началу ласки, день ото дня становились всё более смелыми и откровенными. В такие минуты Клэри зачастую теряла разум. Её тело горело, плавилось в руках супруга, а потом ныло от непонятного ей томления, тогда как лицо пылало от стыда. Вспоминать вчерашнее пожелание «спокойной ночи» было выше сил Клэри. Но против воли в памяти яркими вспышками появлялись образы, чего делал с ней Алек. Как сводил с ума поцелуями, как ласкал губами шею, а его пальца игрались с сосками обнажённой груди, а потом руки сменил его рот… Алек ещё дома, в институте решил, больше он ждать неясно чего не будет. Размышления привели его к выводу, что с взаимопониманием в повседневной жизни, последнее время проблем у них нет. Ну, почти. Ему только предстояло убедить Клэри, что им друг без друга нельзя. Алек был уверен, их свела сама судьба. Так же, мыслительный процесс натолкнул его на мысль, его Клэри совершенно не знакома с чувственной стороной отношений. Он хорошо помнил, как она становилась пунцевой, стоило кому-то упомянуть, что её выбрали жертвой из-за невинности. Что же, если он хочет с ней полноценных отношений, придётся ему разбудить в ней женщину. Сложность заключалась в том, что у самого Алека сексуального опыта было не особенно много, а интимного опыта с женщинами, не было вовсе. Только отступать он не собирался. Будет учиться в процессе. Так он и начал постепенное соблазнение собственной жены. Всё же часть личного опыта ему пригодилась. Он помнил, как его постепенно приручал к себе Магнус, и действовал по схожей схеме, разве что времени уже ушло куда больше. Ведь сам Алек безумно желал Магнуса с самого начала. Главное, Алек чувствовал — он на верном пути. Радовало его и то, что тело не оставалось равнодушным к происходящему. Каждый раз останавливаться было всё сложнее. Ещё немного, и их фиктивный брак станет абсолютно настоящим. Клэри станет его женой по факту и, возможно, ему удастся уговорить её перестать противиться тому, что им суждено быть вместе. А ещё, вернуться в институт. — Хотел бы я остаться сейчас с тобой, — прошептал Алек, отрываясь от сладких губ. — Но через сорок минут мне нужно быть на работе. Я рад, что смог дождаться твоего пробуждения. Он уже исчез из комнаты, а Клэри всё никак не могла прийти в себя. Сердце колотилось, дыхание не желало выравниваться, а бельё было насквозь сырым. Последний фактор поведения собственного организма чудовищно смущал Клэри, но она ничего не могла с собой поделать. Телу было плевать на доводы разума, который твердит, поддавшись она не сможет уйти, и в итоге сломает Алеку жизнь. Хуже всего было то, что ей всё меньше хотелось сопротивляться хоть в чём-то. С каждым днём и часом вместе, Алек всё глубже проникал в её жизнь. И ещё чуть-чуть, и она не сможет от него отказаться.