Гений

      2… 3… 4… 5…       Продолжали стучать колёса поезда.       Семь тысяч восемьсот двенадцать… три тысячи восемьсот девять…       За окном мелькали придорожные деревья и медленно проплывали виднеющиеся вдали леса и луга.       три девятьсот пять… двести четырнадцать… двести девятнадцать… девятьсот семь…       Сидящий напротив рыжий мальчик, Рон Уизли, продолжал самозабвенно рассказывать о своей семье, о том, как он любит квиддич, как рад, наконец, вырваться из дома и поехать в школу. Ему не особо требовалось моё участие в разговоре, впрочем, много внимания от меня всё равно не требовалось чтобы слышать и запоминать.       …двести четырнадцать…       По въевшейся привычке в левой руке я крутил игральный шестигранный кубик. Нет, не подбрасывал, и руку не открывал. Не хочу лишнего внимания.       Когда за окном в семьсот третий раз пронёсся слишком близко растущий к дороге дуб, рыжий мальчик напротив сделал паузу в разговоре. И спросил, можно ли посмотреть мой шрам.       Я замер. Мне, на самом деле, абсолютно всё равно, не жалко, пусть смотрит. В этом нет ничего такого. Но ведь люди обычно не очень хорошо должны реагировать на свои шрамы? Скрывать их или хотя бы огорчаться, когда надо показать? Он спрашивает, ничего плохого не имея ввиду, и желая лишь потешить своё любопытство. Показать?       Я вздохнул. Как всегда, слишком долго думаю в тех ситуациях, когда надо показывать мгновенную реакцию. Смахнул правой рукой чёлку со лба, открывая сидящему напротив мальчику вид на полученный в далёком детстве шрам.       — Скажи, а ты, правда, ничего не знал о волшебном мире, до тех пор, пока не получил письмо?       Тридцать семь. Тридцать семь раз, не считая ситуации с письмами, я сталкивался с магами. Один из них, в дурацком колпаке, был рекордсменом — он «случайно» попадался мне на улице четырнадцать раз. Остальные были скромнее. И узнавали. Они определённо знали тогда меня и целенаправленно искали «случайных» встреч. Мне пришлось постараться, чтобы не здороваться с некоторыми из них. Особенно, когда они встречали меня с Хагридом в дырявом котле.       — Нет, я считал себя обычным мальчиком из обычной семьи.       А я раньше не понимал стремления Петунии к тому, чтобы сделать меня «нормальным». Потом, я помню, по телевизору шла какая-то передача про недавно пойманного особо хитрого мошенника и вора. И там ведущая высказалась, что всех, проявляющих недюжинные способности разума, надо бы брать под наблюдение, во избежание. Или вообще запереть где и исследовать.       Попадись мне та передача сейчас, я бы, наверное, так не отреагировал. Но тогда я был потрясён. И решил во что бы то ни стало скрывать свои способности, ото всех. Вижу ли я в этом смысл сейчас? В любом случае, это уже стало образом жизни для меня, так что разницы нет.       Я уже почти придумал четвёртый способ, что мог бы помочь мне попасть на Гриффиндор вместо Равенкло, когда двери в купе открылись, и к нам заглянул тихий мальчик, спрашивающий про жабу.       Семьдесят три процента, что она у умывальников или туалетов, двадцать два — в другом месте поезда — у людей с насекомыми, у буфета, если он есть, или в любом случайном месте поезда, где пролита вода, или есть еда, или темно. И пять процентов, что её нет в поезде.       — Нет, извини, мы не видели жабу.       Расстроенный мальчик ушёл.       А мне, как и обычно в таких ситуациях, было немного грустно от того, что я мог ему помочь. И в то же время не мог, если я хотел оставаться «обычным мальчиком» в глазах окружающих. Да, мне нужно будет очень сильно постараться попасть на Гриффиндор, а не на Равенкло или слизерин. Пожалуй, нужно постараться придумать ещё больше способов повлиять нужным мне образом на решение шляпы. Прочитанная история магической Британии с биографиями выдающихся выпускников Хогвартса мне в помощь. Ведь далеко не все из них в действительности соответствовали своим факультетом, в классическом понимании особенностей распределения «умные-храбрые-хитрые-верные».       Когда мальчик вернулся в сопровождении девочки, я заканчивал с пятым способом.       Рон в это время как раз пытался показать мне, как можно магией перекрасить крысу, и девочка, заинтересовавшись, решила к нам присоединиться.       …сорок пять несоответствий в поведении крысы. магическая?..       После прочитанного мальчиком заклинания-наговора ничего не произошло. Сделал что-то не так? Изначально нерабочее заклинание? Неподходящий объект?       Девочка осталась с нами.       — А вы подготовились к началу занятий? Я уже прочитала все книги, и взяла ещё несколько для лёгкого чтения, но я всё равно очень волнуюсь, что меня не примут. Кое-что из заклинаний я уже опробовала, у меня всё получилось, это так замечательно? А на какой факультет вы хотите поступить? Говорят, Гриффиндор — самый лучший, там учился сам Альбус Дамблдор!       — Да, я тоже хочу поступить на Гриффиндор. — предпочёл ответить на последнее её высказывание я, когда возникла небольшая пауза. За окном уже в пятнадцатый раз появилась дубовая роща…       Я тоже прочитал все учебники. И даже провёл некоторое время, пытаясь связать информацию из них воедино. Получалось не очень — не хватало данных. А ещё я взял брошюру с описанием наиболее распространённых «ошибок новичка» для всех предметов первого курса. Нужно будет не забыть ей следовать. И не забывать говорить тихо и малоразборчиво — люди почему-то объясняют такое недоразвитостью. Самый лёгкий предмет — зелья. Я просто не понимаю, что там при минимальной аккуратности можно сделать не так. С ними я точно своими силами не справлюсь — придётся старательно использовать приведённые в брошюре «ошибки новичка». Или, для гарантии, встать в пару к кому-нибудь рассеянному и неуклюжему. Вроде Невилла или Рона. Они, мне кажется, вполне справятся собственными силами с тем, чтобы наделать глупых и естественных ошибок.       Насчёт заклинаний и трансфигурации пока не очень ясно — нужно будет попробовать. Но если что, в заклинаниях, как я понял, важна дикция и точность движений. Не проблема. Трансфигурация? Там точного ответа в книгах не обнаружилось кроме расплывчатого «веры в результат».       В общем, буду держаться Рона. Как до этого держался Дадли. Думаю, Рон по уровню учёбы будет примерно на том же уровне.       Когда к нам ввалился Малфой и стал предлагать дружбу — я отказался. Кроме того, что мне, лично, Рон в качестве друга понравился больше. Но даже с логической точки зрения, если я не хочу показывать свои способности — мне лучше быть с Роном. Да и Малфой на Слизерин идёт. А мне нужно на Гриффиндор. Очень нужно. В крайнем случае — Хаффлпафф. Но точно не Равенкло и не слизерин. Потому что я обычный мальчик, с не выдающимися способностями.       Сто семнадцать придорожных столбов спустя мы приехали.