1.17
18 ноября 2020 г., 17:53
Бэкхён удобнее устроился в кресле и прикрыл глаза, чувствуя, как руки парикмахера колдуют над его волосами. С того дня, когда он попал в больницу прошло достаточно времени, и Бэкхён понимал, что с тех самых пор не уделял своей внешности должного внимания. Сначала этого не позволяли ссадины, а потом — почти домашний образ жизни с редкими выездами к врачу и в кризисный центр. Бэкхён выглядел ухоженно, но скромно, и этого хватало. Теперь же пришло время возвращаться к тому, как Бэкхён привык выглядеть. Некоторые ссадины и не сошедшие синяки ещё были видны даже под тональным кремом, но у омеги была официальная «причина» такого состояния. А на мероприятиях — Бэкхён был уверен — стоит лишь кому-то одному из гостей искренне признаться, что восстанавливаешься после автомобильной аварии, как этот слух в кратчайшие сроки разнесётся дальше. Хесон Бэкхёна в этом тоже поддержал, рассмеявшись.
К слову, альфа уже сам практически не хромал, лишь иногда болезненно кривился, когда забывался и делал резкие движения. И если бы Бэкхён не знал, что его бедро было жестоко повреждено ножом, то решил бы, что Хесон, как один из вариантов, потянул мышцу или накануне неудачно оступился. Но Бэкхён знал, а потому неосознанно время от времени следил за братом.
Лишь единожды, когда боль выдала себя, омега не выдержал, осторожно ухватил Хесона за запястье и настойчиво потянул обратно на диван, тихо попросив:
— Расскажи мне о нём.
— О ком?
— Ты знаешь о ком.
Было ясно, что Хесону не очень нравилась эта тема и он до последнего обходил её стороной, а потому альфа с откровенной неохотой уточнил:
— И что ты хочешь услышать?
— То, что не пишут в интернете.
Хесон натянуто усмехнулся, попытался вновь подняться на ноги, но Бэкхён упрямо вцепился в его рукав.
— Ты обещал мне, Хе, я помню.
— Тебе точно не следует вникать в то, о чём не пестрят газетные статьи.
— Я его игрушка. Об этом газетные статьи тоже не напишут.
— Очень дорогая игрушка. Ты даже не представляешь, насколько, и это даже к лучшему.
— Что это значит? — Бэкхён непонимающе уставился на брата.
— Лишь то, что Пак Чанёль всегда выполняет свои обещания. Всег-да, — по слогам повторил Хесон, осторожно погладив больную ногу.
— Хесон, что он сделал? — Бэкхён почувствовал, словно его накрыло пеленой: к щекам прилил жар, а к горлу подступила лёгкая тошнота.
— Я бы сказал, проучил Ю. — Омега сглотнул и коснулся пальцами шеи, пытаясь осмыслить то, что сказал брат, но не очень получалось. Он будто слышал все слова по отдельности, плохо собирая их воедино в предложение.
Бэкхён растерялся, прикрыв рот ладонью.
— В новостях ничего не было о…
— А чего ты ждал? — альфа хмыкнул. — Я, кажется догадываюсь, о чём ты сейчас подумал, но сразу скажу тебе — нет. Не было никакой физической расправы. Такие люди как Пак и Ю играют на ином уровне. Даже твой Чжан не стоит так высоко. — Хесон раздражённо поджал губы и отвернулся.
— Сумасшествие какое-то, — Бэкхён сцепил мелко дрожащие пальцы.
— На самом деле, сумасшествие — это всё, что происходит между тобой и Паком. Потому что этому нет объяснения. Вообще никакого. Ты здесь, в Китае, со своим новым альфой, а Пак — там, в Корее. Вы не общаетесь, но он… Стоп, — Хесон внимательно посмотрел на Бэкхёна. — Вы ведь с Паком не общаетесь? — Омега едва выдержал взгляд брата, медленно покачав головой. — Бэкхён? — недоверчиво переспросил Хесон.
— О чём мы можем с ним разговаривать?
Хесон пожал плечами. Похоже, альфа уже ничему не удивлялся, и общение Бэкхёна с Паком тоже не стало бы для него ошеломительной новостью.
— Тогда понятие сумасшествие — единственное обоснование. Иного я не вижу.
— Чем мне всё это грозит?
— Если бы я знал. Но… может, вам с Паком стоит однажды взять и нормально поговорить? Всё обсудить и прийти к какому-то решению? Со мной он тебя точно не будет обсуждать.
Бэкхён даже не представлял как это — нормально поговорить с Пак Чанёлем. Не грубить, не слушать язвительные реплики в свой собственный адрес и не чувствовать себя беззащитным щенком. Бэкхён был уверен, что если предложит это Паку, то в ответ услышит… что он услышит? Как вообще Хесон это всё видел? Вот так просто взять, позвонить Паку и сказать, что хочет поговорить?
Серьёзно?
Бэкхён звучно вздохнул и почти сразу услышал:
— У вас всё в порядке?
Омега открыл глаза, встречаясь в зеркале со взглядом парикмахера.
— Да, — он выдавил из себя подобие благодарной улыбки. — Не переживайте.
— Тогда идёмте смывать краску?
— Идёмте.
Возможно, идея Хесона была не такой плохой, как показалось Бэкхёну на первый взгляд. Бэкхён ведь мог переступить через свою гордость, набрать номер альфы и… Но при одной этой мысли, сердечный ритм Бэкхёна сбивался. Омеге нужно было какое-то время, чтобы ещё обдумать всё, и главное решиться на подобный шаг. А пока…
Пока Бэкхён рассматривал себя в зеркале, вернее, свой новый цвет волос. Мастер долго вытравливал чёрный пигмент, и вот сейчас омега крутил головой из стороны в сторону, будучи довольным новым образом. И если чёрный контрастировал с его светлым тоном кожи, визуально осветляя её ещё больше, то медовые пряди придавали лицу тёплый чуть золотистый оттенок. Бэкхёну нравилось.
Чжицяну, похоже, тоже, потому что альфа смотрел на него уже некоторое время и улыбался, пока Бэкхён стоял в дверях его домашнего кабинета.
— Я уже начал забывать, насколько ты непостоянная натура в плане своего внешнего вида. — Чжицян встал с кресла и обошёл рабочий стол, идя навстречу. — Хотя кое-что из твоих предпочтений очень даже постоянное. — Бэкхён вопросительно изогнул бровь, когда альфа приблизился, проведя пальцем по шёлковой ленте на его шее. — Выглядишь слишком…
— Слишком? — насмешливо усмехнулся Бэкхён, прикрывая глаза, когда Чжицян провёл носом по его щеке и шепнул на ухо:
— Слишком вкусно. А я знаю, что так и есть на самом деле.
— Боже, Чжицян! — смущённо рассмеялся Бэкхён, и альфа обнял его за пояс, прижимая к себе. — Ты где набрался таких подкатов?
— Я был уверен, что вся молодёжь так говорит. Нет? — притворно удивился Чжицян, хохотнув. — Я только что опозорился?
— Ты был очень близок к этому.
— Нужно запомнить. — Альфа коснулся пальцами волос Бэкхёна, вороша их, но почти сразу отошёл от шуток. — То что, ты надел чокер, на самом деле значит очень многое. И я рад, что ты возвращаешься к себе прежнему не только внешним видом, но и мыслями.
— Рано или поздно, это должно было случиться.
— Ты слишком яркая натура, чтобы долго пребывать в тени. И мне это нравится в тебе.
— Намекаешь, что со мной не соскучишься?
— Прямо говорю об этом.
Они оба громко рассмеялись, и Бэкхён ткнулся лбом в грудь альфе. Чжицян даже не представлял, насколько Бэкхён был благодарен ему за то, что альфа воспринимал и принимал его таким, какой он есть, не требуя быть скромным и «повзрослевшим» под стать серьёзному бизнесмену. Во многом, конечно, сыграл тот факт, что Чжицян давно знал Бэкхёна и его натуру, привыкнув, но и сам мужчина, похоже, не считал нужным, чтобы его омега подстраивался под него.
— Как прошёл твой день? Ездил в кризисный центр?
— Угу. — Бэкхён довольно глянул на Чжицяна снизу вверх. — Поговорил с некоторыми омегами, ещё троих уговорил участвовать в съёмках и сделал кучу снимков, завтра начну их перебирать. Мы подготовили несколько запросов, чтобы центру предоставили фотографии из полицейской базы данных. Надеюсь, нам не откажут.
— Если откажут, скажешь мне. Я посмотрю, что можно будет сделать. — Бэкхён прищурил один глаз, и его губы изогнулись в скептической улыбке, глядя на альфу. — Нет, Бянь Байсянь, не смотри на меня так. Я не подвергаю сомнению твои действия, твой профессионализм и твою самостоятельность. Я просто предлагаю помощь, в том случае, если ты исчерпаешь все свои возможности. У меня их побольше будет, так что…
— Так что, не такой уж я самостоятельный, да?
— Всё приходит со временем и опытом. Когда-то помогали мне, теперь я сам в состоянии помочь. Тебе уж точно. — Чжицян поддел подбородок Бэкхёна и приподнял его лицо выше, заглядывая омеге в глаза. — Ну же, не глупи. Байсянь.
Бэкхён прикрыл глаза и кивнул, капитулируя, но понимая, что если понадобится — да, он обратится за помощью к Чжицяну, потому что реализация проекта важнее, чем какая-то там гордость, которой в подобных делах не место.
— Расскажешь мне потом, с каким исходом рассмотрели ваш запрос?
Омега вздохнул, но опять кивнул.
— Вот и умница. — Чжицян подцепил указательным пальцем чокер Бэкхёна и потянул за него, касаясь губами губ омеги. Они продолжили не спеша целоваться, когда услышали смешливое:
— О, господи. Я всё ещё не привык к тому, что вы вместе. — Бэкхён смущённо отстранился, но Чжицян не отпустил его далеко от себя, продолжая удерживать за поясницу.
— Хесон, пройди мимо!
— Абсолютно согласен с Байсянем. Хесон, сад у нас там, — Чжицян махнул рукой куда-то в сторону, явно дальше по коридору.
— Подождите всего один день, завтра я улетаю.
— Подождём? — Бэкхён глянул на Чжицяна, плутовато улыбаясь.
— Так уж и быть.
***
Бэкхён с силой уткнулся лицом в подушку и зажмурился. В голове одна навязчивая мысль сменяла другую, и из-за этого сна не было ни в одном глазу. Чжицян рядом уже давно спал, обняв Бэкхёна со спины, а потому омега попытался осторожно выпутаться из его объятий и не разбудить. Получилось не очень: альфа заёрзал и лишь сильнее прижал к себе, сонно прошептав: — Что случилось? — Всё хорошо, спи. Я в туалет. Всё-таки выбравшись из кровати, Бэкхён прихватил с тумбочки телефон и, тихо ступая босыми ногами по ковру, ушёл в ванную комнату, закрываясь там. Опустившись возле стены на пол и разблокировав экран, Бэкхён проверил время: половина второго ночи. Естественно, что звонить куда-либо он не станет, и не только потому, что уже поздно, а потому, что так и не решился. Частично боялся самого Пак Чанёля, и частично — разговора с ним, без понятия с чего начинать, как его выстраивать и что вообще просить. Теперь Бэкхён в каком-то смысле был в курсе, что между Паком и Ю что-то произошло, но Хесон напрочь отказался рассказывать, что именно, а Бэкхён теперь ещё больше чувствовал, что увяз в долгах, но даже близко не предполагал, что будет делать, когда Пак «выставит ему счёт». И здесь совет брата — всё обговорить — был самым подходящим, потому им с Паком действительно стоило разобраться между собой. По новой разблокировав телефон, Бэкхён нашёл в контактах альфу, как обычно долго смотря на его имя, перед тем, как набрать сообщение. Прикрыл глаза, очень медленно досчитав до пяти, и всё-таки написал: «Мне нужно поговорить с тобой. Когда тебе будет удобно?» Глубоко вдохнул и сразу же отправил, чтобы вдруг не передумать. Потому что передумал почти сразу, но уже было поздно что-либо менять. Дождавшись, пока сердце успокоится, Бэкхён поднялся на ноги и открыл дверь, выходя из ванной. Постарался опять тихо вернуться в кровать, но когда уже добрался до неё и сел, телефон в руке пискнул. Бэкхён нахмурился, раскрыв сообщение. «Прямо сейчас» Омега моментально прижал телефон к груди и оглянулся, проверяя не разбудил ли своими похождениями Чжицяна, но в темноте ничего не было видно, и, просидев ещё некоторое время без движения, Бэкхён вслушался в дыхание мужчины, пытаясь понять спит ли тот. Осторожно осветив светом экрана кровать, он взглянул на Чжицяна, который лежал с закрытыми глазами и мерно дышал. Поднялся с места, пересёк спальню и вышел из неё, аккуратно прикрывая за собой дверь. В коридоре горел приглушённый свет, и Бэкхён быстро добрался до своей комнаты, вошёл в неё и… растерялся. Он был не готов, но следовало взять себя в руки и набрать нужный номер — Пак Чанёль, очевидно, уже ждал его звонка. В половине второго чёртовой ночи. Пройдясь по комнате, Бэкхён сначала подошёл к окну, выглянув в сад, после включил настольную лампу, выбрав самый слабый режим, и забрался с ногами в кресло. Да, Бэкхён тянул время. Потому что боялся. Но всё же заставил себя открыть контакт альфы и нажал на кнопку вызова, приложив телефон к уху, зажмурившись и не дыша. — Здравствуй, сладкий, — заставило Бэкхёна, сжаться. — Я уже было подумал, что ты не позвонишь. — Я тоже так думал, смотря на время. — Но время не смутило тебя, когда ты отправлял мне сообщение. — Я был уверен, что ты прочтёшь его утром. — А я прочёл сейчас. Тебя это выбило из колеи? «Да! Боже, Да! Ты постоянно выбиваешь меня из привычной колеи!» — Не совсем. Бэкхён отчётливо расслышал, как альфа усмехнулся. — Ладно, — вздохнул мужчина. — И о чём же ты так хотел поговорить со мной? «Что не дождался утра», — не озвученным повисло между ними. Бэкхён почти был уверен, что этот разговор не минётся ему просто так. — О нас. — Омега едва не прикусил себе язык, ляпнув это, а потому быстро попытался исправиться: — О том, что произошло и происходит. — Альфа на том конце молчал, по всей видимости, внимательно слушая Бэкхёна, и совсем не помогал ему. Это так было похоже на Пак Чанёля: с удовольствием наблюдать за тем, как человек на его глазах тонет, и не спеша решать, помогать ему или нет. — Не знаю, можно ли такое обсуждать по телефону и… и ночью, но… — Вот здесь ты прав, я бы предпочёл видеть тебя. Но, возможно, всё не так плохо, так что… говори, Бён Бэкхён. Я тебя внимательно слушаю. — Я хочу знать, во что я ввязался, соглашаясь на твою помощь. — Ввязался? — рассмеялся альфа. — Именно. — Мне не нравится это понятие. — Оно отлично описывает моё положение. — Бэкхён нервно потёр лоб и прикрыл глаза. — Нет. Абсолютно нет. Я не хочу, чтобы ты так относился к своему положению. — А как я должен? Потому что я не очень его понимаю. Чёрт, я вообще ничего не понимаю. Мы с тобой за тысячи километров друг от друга, между тобой и Ю что-то происходит, я ничего не знаю, но при этом всё равно чувствую, словно я у тебя на крючке. Скажи, зачем? — Что именно? Бэкхён прикусил ноготь большого пальца. — Сделка. Чего ты добился, вынудив меня сказать «да». Что получил взамен? Ведь совсем ничего, кроме моих постоянных отказов и нежелания общаться. Чанёль помолчал некоторое время, но выдал: — Это тоже результат. — Не смеши меня, ты не такой. — Не такой? — удивился альфа, но, кажется, улыбаясь в трубку. — Ты многого добился в своей жизни, я уверен, не потому, что тебя устраивали отказы. — Бэкхён, я добился многого лишь потому, что видел цели и шёл к ним. — Я твоя очередная цель? — Ты уже мой. Бэкхён судорожно вдохнул, спустил ноги на пол и съехал в кресле, глянув на потолок. — Но ты даже не требуешь, чтобы я был с тобой. — А тебе этого хотелось бы? — Нет. — Поэтому и не требую. — У тебя ведь есть пара, так почему… — Бэкхён, — голос альфы неожиданно стал жестче, — мы сейчас говорим о нас с тобой. — Пытаемся, но ни к чему конкретному не приходим! — с безнадёгой в голосе возмутился Бэкхён. — Видимо, телефонный разговор, и правда, был плохой идеей. Ты ходишь вокруг и около, но не говоришь мне ничего конкретного. — А мне казалось, что я очень даже чётко выразил свои желания. — О Боже, — на выдохе простонал Бэкхён. — Почему всё так сложно? С тобой сложно. — Жалеешь, что мы однажды встретились? — Да, то есть нет… — Бэкхён потерялся, бегая взглядом по идеально белому потолку. — Дело ведь не в нашей встрече. — Согласен. — Я тебе нравлюсь? — внезапно спросил омега. — Да. Бэкхён затаил дыхание и пару раз безмолвно открыл и закрыл рот, не ожидая, что альфа сразу и без раздумий ответит на его вопрос. За окном послышались чьи-то тихие голоса, и омега прислушался к ним, скорее всего переговаривалась ночная охрана. Бэкхён задумчиво прикусил щёку изнутри. — Я могу кое-что спросить? — Конечно. — Та ночь в клубе. Если бы я согласился переспать с тобой, что было бы после? — Ты бы получил всё, что только попросил. Поверь, я бы не обидел. Но ты прекрасно знаешь, что упустил свой шанс. — Это точно не та причина, из-за которой я буду сокрушаться. Альфа тихо и низко рассмеялся. — Я уже это понял. Но ты по-прежнему мне интересен. — И чем же? — Собой, Бэкхён. Собой. Я не маньяк, чтобы делить тебя на мелкие детали. — Но на самом деле мы абсолютно не знаем друг друга. Вообще. — Предлагаешь выпить вместе кофе? — довольно усмехнулся Чанёль. — Не думаю, что это поможет. — Я был бы не против увидеть тебя в тихой и спокойной обстановке. — У меня пока нет в планах возвращаться в Корею. — У меня есть в планах посетить Китай. Бэкхён напрягся и сел ровно, смотря перед собой. Сглотнул слюну, которая встала поперёк горла и очень тихо, почти неслышно спросил: — Когда? — Почему ты не спишь, Бэкхён? — проигнорировал его вопрос Чанёль. — Я спросил, когда? — повысил голос Бэкхён, опять услышав смех и чувствуя, что его нервы начинают сдавать. — А я хочу, чтобы ты шёл отдыхать. Мне важно знать, что с тобой всё в порядке. — Со мной всё в порядке! — зло процедил Бэкхён, понимая, что альфа целенаправленно не отвечает на его вопрос. — Рад это слышать, как и твой бодрый голос. А теперь, я настаиваю на том, чтобы ты всё-таки пошёл спать. Лишние переживания тебе ни к чему. — Что же ты творишь? — безнадёжно поинтересовался Бэкхён, даже не надеясь, получить ответ. И правильно делал, потому что услышал лишь: — Доброй ночи, сладкий, и хороших снов. — Почему ты такой? — прошипел Бэкхён, когда в трубке послышались короткие гудки. «Ну что, поговорил? Выяснил, что хотел?» — с горькой насмешкой сам у себя спросил Бэкхён. Губы предательски задрожали, но он сделал несколько глубоких вдохов, крепко сжимая в руке телефон. Активировал потухший экран, несколько секунд смотря на контакт альфы, а когда экран опять потух, откинул телефон себе на колени и закрыл лицо ладонями. Просидев так какое-то время в полной тишине, Бэкхён очень медленно опустил руки и обнял себя. « — Но ты даже не требуешь, чтобы я был с тобой. — А тебе этого хотелось бы? — Нет. — Поэтому и не требую.» — Как же тебя понять, Пак Чанёль, когда ты даже не помогаешь это сделать? Поднявшись с кресла, Бэкхён дотянулся до светильника, выключив его, и направился на выход из комнаты. Ему следовало вернуться в кровать к Чжицяну, пока тот не обнаружил его длительное отсутствие, но Бэкхён чувствовал себя просто отвратно, понимая, что идёт к одному альфе с мыслями о совершенно другом. Не изменяет, но словно тащит в их общую с Чжицяном постель всю ту грязь, которая связывает его с Пак Чанёлем и Ю Ваном. Всё враньё и недосказанность.***
Чанёль опёрся локтями о стол, сцепил пальцы в замок и уложил на них подбородок, смотря на телефон, который лежал на столешнице. Время на часах приближалось к часу ночи, а значит, в Чанше сейчас было почти два. И Бэкхён не спал. Не спал из-за Чанёля. Наверное, альфа должен был радоваться этому факту, но радости как таковой не было, лишь грусть и ревность, что Бэкхён сейчас был очень далеко и под крылом другого альфы. Чанёль ведь правда мог потребовать, чтобы Бэкхён прилетел к нему, и знал, что омега сделает это. Через не хочу, наступив себе на горло и, скорее всего, соврав Чжану-старшему об истинной причине возвращения в Корею. Но именно из-за этого Чанёль и не хотел видеть Бэкхёна рядом. Имел отличную возможность лицезреть униженного омегу перед собой, но по-настоящему желал видеть совершенно другого Бэкхёна. Такого, которого он увидел впервые в ту злополучную ночь — с интересом в глазах. Чанёль прикрыл глаза и пропустил мимо ушей стук в дверь кабинета. Он действительно не ожидал, что Бэкхён так внезапно напишет ему, так же, как и Бэкхён, наверняка, не ожидал, что альфа так быстро отреагирует на его сообщение. Но вот их недолгий разговор принёс Чанёлю лёгкое удовлетворение. Ему нравился голос Бэкхёна, нравилось, что омега разговаривал с ним с толикой требовательности и упрямства, нравилось, что Бэкхён пытался храбриться и не сдавался, нравилась специфическая атмосфера между ними во время общения. Каждый раз Чанёль пытался угадать либо представить себе выражение лица омеги, и каждый раз хотелось, чтобы Бэкхён хоть раз улыбнулся. Стук в дверь повторился, и Чанёль поднял на неё глаза, продолжая молчаливо сидеть - никого не хотелось видеть, и слышать тем более. Пройдясь взглядом по столу, альфа только сейчас заметил отсутствие надписи, которую когда-то ножом вырезал Ву: «Ненавидеть врагов увлекательнее, чем любить друзей», — а значит, стол уже успели заменить. Как и затереть пятна крови… Чанёль с точностью до сантиметров мог сказать, где та испачкала пол в бывшем кабинете Ким Хесона. Как и мог по памяти воспроизвести абсолютно весь разговор с Бён Бэкхёном, которого спиной вжимал в дверь. Голос омеги в тот момент дрожал от страха, но он всё равно продолжал бороться, а Чанёль изучающе разглядывал его, отмечая для себя различные мелочи и запоминая их: упрямый подбородок, родинка справа над губой, длинные ресницы и глаза глубокого чайного цвета, и, конечно же, вкус его чуть влажных губ. Если бы Чанёлю сейчас предложили пролить чью-то кровь взамен на поцелуй Бэкхёна — он бы согласился. Кто-то очень настойчивый опять постучал, дёрнув за ручку, и альфа рывком поднялся с места, схватил со стола телефон и подошёл к двери, открывая замок, который до этого был защёлкнут. — Тебя долго не было, — прохныкал Давон, опираясь плечом о стену и жалобно смотря на него. — Я уезжаю домой, — Чанёль оглядел омегу с ног до головы. — Но мы ведь только начали. — Значит, продолжите без меня. И приведи себя в порядок, — он мазнул под носом омеги большим пальцем, вытирая остатки белого порошка. — Надеюсь, у тебя хватит мозгов не выходить в таком виде из клуба. Давон виновато взглянул на него, но почти сразу обиженно поджал губы, проведя ребром ладони под носом. — Хватит, — выдавил он из себя, демонстративно развернулся и пошёл по коридору, возвращаясь к вип-комнатам. Проводив его взглядом до ближайшего поворота, Чанёль повернул голову, взглянув на телохранителя, который стоял в нескольких шагах у противоположной стены. — Пусть кто-нибудь проконтролирует его, — альфа махнул головой в сторону, куда ушёл омега. — Будет сделано. Вы домой? — Да. — Дайте мне минуту, машину подгонят к чёрному входу.
