Не убивай меня,ок?Я пожить хочу..

Он замахнулся на девушку всей своей кровавой косой. Со свистом она разрезала поток воздуха. Его смех был настолько противным, что можно было сравнить с тем, как ногти царапают школьную доску или тот скрип, когда останавливается электричка. Ужасающее чувство приближение скорой кончины. Предвкушение, когда лезвие пронзает тело, когда сочится из раны кровь, когда в отверстой груди сердца уже нет, оставляя лишь пустоту. Все это заставляет внушать самому себе куда большую боль, нежели когда это происходит на самом деле. Но не для Аи. Она не тот человек, который бы чувствовал все это. Она не чувствует приближающегося вкуса гибели. Она сама уподобилась той смерти, которую мы привыкли представлять. Сквозь все безразличие, она схватила рукой оружие своего палача. И через опущенную вниз голову, она взглянула в его удивлённый глаза своим острым взором. Он думал о всевозможных вариантов, мол, как вы крутиться из такой ситуации. Но не успел он отреагировать, моргнуть и глазом, как девушка сжала мёртвой хваткой ту дрянную лопату, и, летя намного быстрее косы, ударила о голову. — Вижу, тебе жить надоело. Блядский клоун! Да кем ты вообще себя возомнил? — Ая оскалила зубые, смотря как костлявое тело бренно падает. — Пойми уже всю ценность твоего везения… Я не та, с кем можно играть в игры. Обошлось. Девушка не могла наверняка контролировать свои убийственные порывы. Врач говорил, что это раздвоение личности, которое вызвано чрезвычайным стрессом. Когда Ая находится в критическом положении, даваящее на психику своей разрушительной силой, она становится сама не своя. В двух словах — конченной психопаткой. Когда новые родители забрали Аю из детского дома, частые, чуть ли не ежедневные походы к психиатру стали обыденным делом. Всё эти постоянные, нескончаемые опросы и тесты были ошибкой. Девочка — жуткий холерик. Её это все утомляло и раздражало. Вопросы так и сыпались градом. И давило на нервы. Это ухудшало самочувствие.

***

— Эй, дядь, можешь достать мне машинку с дерева? Её туда забросил мальчик из соседней группы! — ребёнок со слезливым личиком так и просил взрослого помочь — Пацан, не подходи ко мне, я ненавижу детей, — мужчина, который шёл со своей женщиной презренно посмотрели на детсадовца и собрались уйти прочь. Мальчик отчаянно вжался в куртку взрослого, говоря «Пожалуйста!» и «Молю вас!». Ему была дорога та игрушка. — Эту машинку мне подарили мама с папой! Прошу! Взрослый со всем своим видом повернулся к мальчику и сел на корточки, чтобы быть на его уровне глаз. Он погладил по голове и сказал: — И где же твои мама с папой сейчас? — он продолжал ворошить мальчику волосы, но вдруг его ухмылка стала злой — Давай, иди и позови их, попроси о помощи! — но мальчуган разревелся и сквозь слезы пытался что-то вымолвить. На душе была раздирающая тоска. Всё чувства, которые он пытался чем-то закрыть, вновь вышли на свободу. Он дал волю своим слезам, ведь те кто с такой доброй душой относились к своему сыну, те кто с такой любовью обнимал, дарил игрушки, кормил, говорил ласковые слова, да и в конце концов стали очень дороги мальчику, исчезли, сказав на последок: » Мы тебя ненавидели. Ты вообразил, наверное, что мы любим тебя? О, нет, именно ты испортил нашу жизнь». Мужчина стал у корней сжимать волосы. Стало невыносимо больно. Как и на душе так и физически. — Да… Вот так, молодец, разнойся! Вы же так любите кричать и вопить! — Он отбросил за волосы парнишку на асфальт. Тот проехался и содрал себе все колени в кровь, — Не подходи ко мне больше, падаль. Женщина, что держала своего, явно, мужа под руку, ожаво хихикала и говорила о том, мол, какой он молодец. Эта пара была горда собой. Это были бывшие работники детского дома. Было естественно и узреть такие поступки с их стороны Ае, которая издали наблюдала этим все это время. На её лице было множество ран и ссадин, доказывающие о плохом отношении к особе. Девочка была наполнена безразличие, но в тоже время где-то в душе, она чувствовала мерзкое чувство, которое подходило все ближе и ближе, глядя на тех мужчину и женщину. Бездушный плюшевый кролик был сдавлен в крохотный маленьких ручонках. Но внезапный поворот событий облегчил её душу. Крик полный боли, отчаянные всхлипы, вздохи, которые борятся с наступающей кровью в горле и куски мяса, намотанные на колеса. Эту пару сбил летящий грузовик. Это была такая радостная картина для Аи, что она сама заулыбалась и засмеялась. «Они это заслужили. Была бы посильнее, придушила бы их сама» — Она была рада, что эти изверги получили такую карму.

***

В тот день полиция нашла двое трупов на территории детского дома, был один не закопанный. — По моему мне надо тебя связать, чувак. Не хочу, чтобы ты грохнул меня, когда уже все устаканилось. — сказала это скорее не ему, а в пустоту. Ну он же вырубился, правильно? Значит ничего не слышит. Пока я затягивала проводом, который нашла у мусорки, этого чудика, я так подумала… Я не боюсь его. Странно. Только посмотрите на него: огромный и забинтованный, с разными глазами, похоже у него гетерохоримия, весь в крови. Хотя и кажется с одной стороны клоуном, но смешным клоуном. Только послушайте его ржач, честно, ржёт как курица. Это навело меня на такую мысль… Он мне кого-то напоминает, только кого? Не имею ни малейшего понятия. Какой-то приглушённый рык заставил меня перестать думать. Он очухался. Теперь придумала как его назвать — мумия.Такая прям не первой свежести, только-только из гробницы, спустя много лет, по красной ковровой дорожке вышла и… Хаа, о чем я опять думаю? — Эй, дура, что это за фигня?! — начал он возмущаться и рыпаться. — Дарова. Это, у меня часики тикают, поэтому не подскажешь где можно найти здесь выход? — Ты ахуела?! Думаешь, что скажу где выход?! И с чего ты взяла, что я знаю где он? — усмехнулся значит. — Во-первых, именно ты тут обитаешь, так что ты должен знать где он находится. Во-вторых, если ты не скажешь я тебя заставлю, — улыбнулась ему, наверное, самой холодной улыбкой. Его, бедненького, передёрнуло. — Психопатка, — он пробубнил под нос и опустил голову. Думал не услышу? А слух у меня отличный. — Кто бы говорил, ты сам как психопат. Выбежал, разрубил бедную Наташу на фарш, начал рж… ! — не успела я договорить, как он со всей скоростью подорвался с места и прижал меня к стене, успев прихватить с собой косу. Он прижал ее к моему горлу. — Раз уж мне попалась такая смелая особа, то я дам тебе 5 секунд на побег, но на этот раз беги со всех ног! Я считаю быстро! — Ебана, к-как он?! … А, понятно все. У него был нож в кормане. Хитрая блядина. — Один! — безумная улыбка во все тридцать два зуба окрасила его лицо в неистовые цвета. — Два! — Снова этот его смех. Учащенное сердцебиение. Давно такого адреналина не чувствовала. Ну ладно! Побегаем! — Три! — светящиеся глаза сверлили во все и вся. Аоаоао, кудаа?! Направо? Налево?! На ку… Кухню? ААА! СУНДУК, ДА! — Четыре… ПЯТЬ!!! Пока я бежала, можно было услышать многократное «Убью!». Я еле успела в сундук залезть, чудом не прищимив себе что-нибудь важное. Тяжелый, прям пиздец. Грохот. Я дернулась, значит явился и не запылился. Любовь всей моей жизни, как мне тебя не хватало, сука. Фу, как тошно. Ну, а что? Моей жизни угрожают, мне нельзя его пообзывать? Видимо досчитал, раз прибежал сюда в мгновение ока. Руки несильно тряслись, я зажала рот, чтобы лишний раз не пискнуть. Пока мой пыл охлажден, я не могла совершить чего-то прям ужасного, но все равно что-то — да могу и сделать, если есть оружие конечно. В данный момент, он очень близко находится, подле ящика, возле меня. — Куда она делась? — чё? Я вылупила глаза от удивления. Его вопрос поставил меня немного не туда. — Эй, ты здесь? — чуть не заржала, честное слово. Мне должно быть страшно, знаю, но этот чувак настолько странный … Он серьезно думает, что я отвечу? Нет, пойди, погляди в другое место, мудила, а я здесь подожду… ну может и нет, соврала. Он же труп ходячий, но точно не великий фараон, поэтому и тугодумище ещё то. Да, люблю я Египет. — Выходи! — ага, сейчас, бегу и пятками сверкаю, выйду я к те.! Он замахнулся своей косой, момент, и она возле моего лица. Шок. Чего? Че это сейчас было?! Он знал что я здесь? Так почему не открыл? Ебаная курица, в следующий раз прострелю тебе колено! Я злопамятная! Чуть инфаркт мне не устроил! — Закрыл что-ли? — звуки открывающейся двери. Иди давай, мудила несчастная, чтоб глаза мои тебя не видели, а то и достоинство твое отрублю, твоей же косой. Все, ушел, ну и отлично. Слава богу не заглянул сюда, а я бы такая, а-ля: «О! Привет ещё раз», а он такой «бац!», и все. Мои кишки по всей стенке валяются. Ну это если бы он не сделал дырку в сундуке. А так, в челюсть с помощью моей второй личности, правда она ещё почему-то не работает, странно. Надо вылезать, но тут так удобно… Ладно, раз уж он не соизволил сказать где выход, то я сама найду его. До этого находила же, все будет нормально. Выходим тихо, очень тихо, как будто я пыль, по стелсу. Я настроена очень серьёзно. О, так вот какую дверь мумия открыла, это хорошо, значит мне в другую сторону. Арэвуар, сука! Дверь, которую он открыл, была закрыта в прошлый раз, когда я искала эти грёбаные ключи. Ну, а в этот раз я не могу к нему зайти в гости на чаепитие, мне нужна хотя бы лопата, и та, не очень-то эффективна, но хоть как-то поможет, а то этой зубочисткой колоть, ножиком этим, да и с его огромной косой, казалось занятием сложным. В прошлый раз я его отключила и наверняка он не захочет меня подпускать к себе, поэтому он щас не сглупит. А я так надеялась никого не убивать … Но нет же, эта падла стоит на моем пути к выходу, да ещё и угандонить хочет! Я ему это с рук не спущу, пусть получит по своей же пятой точке! Хотя сомневаюсь что она у него есть. Одни кости. Все тело такое же. Ладно, делать нефиг, о его заднем проходе думать. И чего я такая раздражительная стала? Ладно, пойдем за кнопочками-херопачками? Выходя из двери я вспомнила. Наташа. Надо пойти что-ли похоронить, все-таки хоть кого-то нашла, и то, убили. Зрелище такое себе, блевать всё-таки захотелось. И я это сделала неподалеку от мусорного бака. Извиняюсь за подробности. Просто дохерище крови, мяса и перьев. И все это в одной кучке смешано с гомном. Даже удивляюсь: откуда в такой мелкой туше, так много крови? «Ебать. И что мы имеем?» — спросила я себя, сидя перед кучей месива. Да. Похоронить надо голубя, срочно. Этот конченный маразматик убил бедную птицу. Безжалостно и жестоко. И в нем есть хоть что-то? Или он вправду ходячий труп? Без всей этой людской фигни? Без сострадания, жалости? Ха-а, как же сложно. Ладно, харэ думать о нем, этот конченный психопат не стоит моего времени. Мы имеем помещение, точнее, кхм, ОГРОМНОЕ помещение. В нем куча мутных пидарасов, которые хотят меня или убить, я об этом неоднократно думаю, или что-то ещё похуже. На стенках же все черно — по — белому написано, поэтому я имею право настороженно себя вести, не так ли? А, точно, Наташу же надо… Понятно. Я уже закопала ее. Покойся с миром… Чего? Тут земля есть?! Вот это да! Можно мне такую на хату? И улица, и дом одновременно, чтобы никуда не выходить… Ну кроме магазина и работы. Стоп. Это неуважение. Но… Надо было думать, заслужила. — Надо было слушать, тогда бы всей этой хуйни не было, — сказала я, сидя на каменной плите зарывшись руками в волосы. Вставая уже через несколько секунд и не забыв окинуть собственноручную могилу холодным взглядом, я поспешила удалится, не запамятовав прихватить с собой лопату. И всё-таки, какой? Какой вообще толк от этого мелкого зверя? Пищала бы, мешалась под ногами, ей же не было конформно на моем плече, это я уже поняла… Убегала после каждого шороха. Да все равно бы грохнули ее, а если и не здесь, то на другом этаже. Ну, она мне это, очень помогла, её смерть была с пользой. Внутри нее. Нет. Из нее выпал ключ, точнее из той каши, что от нее осталось. Пришлось поковыряться, теперь руки все в крови. Надо помыть где-нибудь. Так, раз лопата есть, то почмырим по направлению к этому идиоту. Раз он дверьку-то открыл, то чего не пройти? Да, я поменяла свое решение. Пока я жопу отсиживала, он наверное уже тысячу раз успел смыться куда-нибудь, так что все чики-пуки. А то по пятам ходит. — Ну вроде нема, — прошептала я, задумчиво осматривая следующее помещение за дверью. Похоже на кладовую? Не, просто комната, сборище всякой фигни: конусы-фигонусы, шины и ещё что-то, но рассматривать я это не буду, ибо нефиг делать, время тратить. — А? — там ещё дверь, ну, ладно, придется и туда пихерить, так скажем, пробираться. Ну вот, а вот это знакомо, срежем. Боже, как я обожаю разговаривать сама с собой, ещё и в здании где ходит маньячина с косой. Косплей на смерть. Что-то меня потянуло на шуточки, интересно будит ли так смешно потом? Сомневаюсь. О. Тут люк с надписью:

Вход в диспетчерскую

Опа, находка. Ключ отсюда. А? — А там темно как в жопе у негра. Главное не наебнуться, когда буду подниматься отсюда, а то там эта курица может сидит, яички несёт. Ну он же курица? Да, курица. А курица несёт яйца, все сходится. А тут не так темно, даже чуть уютненько, но всё-таки дома, в компании дошика ещё и перед телеком. я простонала от удовольствия. Это рай. А можно ещё вопросик? — А зачем на всю местность продлевать это ваш сраный забор? Нефиг делать что-ли? Тут ещё есть рычаг, надпись еле рассмотреть можно. Типа управление? Ли… Лиф… Короче лифтами, понял. Тут все в паутине и пыли — ничего не видно. Но вроде разобрались. Управление лифтами. Включаем. Вдруг от подъемника на следующий этаж? Было бы шикарно. Опа, какой-то механизм включился. Значит что-то открылось. Выходим. А, знаю, может дверь со скважиной, надо посмотреть, но чует моя жопа, что не так все просто. Да и этот мудила меня не грохнул там внизу… Тут есть подвох. Большой. Возвращаясь в то злосчастное место, я услышала какие-то звуки, грохоты какие-то, как-будто кто-то что-то перетаскивает. Чую неладное. Де-то он здесь рядом обитает, быстро надо заглянуть и все. — Вроде все чисто, хорошо. Надо иска… Чего?! Дверь передо мной закрылась. — Нашел наконец-то! — так и знала что рядом шатается! Лопата! Я ее где-то потеряла. Чего делать-то?! Так вот откуда эти звуки были! Ты на крышу залез?! — Пидор… —Заткнись! Теперь заперто! Какая жалость, я должен был сделать это с самого начала! — он опять, нет, снова заржал как курица! — Ты чё охуел? Мне нужна была это дверь! Чмо вшивое! — Ну все, теперь ты не сбежишь! Я смотрю, ты очень хочешь сдохнуть! Теперь я не дам тебе и одной секунды! — ой все, я сильно его разозлила! Ножик, прости! Но ты не спасёшь, ты мелкий по сравнению с его косой. Надо сваливать! Он рванул ко мне! Блять куда?! Где лифт?! Ли-ифт! Такое ощущение что за мной паровоз едет, пипец! Он слишком быстрый! Где? Где спасение? Да! — Дверь, блять, дверь! Во! — она открыта! Хоть что-то открыто за всю историю! — Мать твою, стой! Ты не сбежишь! — Иди нахуй! Ух! Поворот резкий, откуда он вылез?! С земли что-ли? Главное чтобы он ещё что-то не раздолбал! А? Лифт сзади него по коридору. Рванем? Ааа! Он меня чуть не задел! Я резко влетела в кнопку, начала нажимать руками, ногами, всем чем можно! Открыт. А теперь закрываем! Давай, давай, давай! — Ебать, да езжай ты ебанашка! Я, конечно, рада побегать и все такое, но мои кишки щас планируют съехать с аренды! Я ещё и лопату похерила! — он летит! Он, сука, летит! Ля! С поднятой косой! Чудеса вне Хогвартса. Момент. Грохот с той стороны, большая вмятина. Ухх. — Ну что, Мумия?! А как тебе такое, Илон Маск?! Я тебя сделала и не убила! Живи! Дарую тебе жизнь! Ля, мне на марафон бы по бегу. Только сделать так, чтобы за тобой гналась стайка психопатов и угрожала твоей жизни, хотя для меня здесь ничего прям такого страшного. Фуухх… —Я никак не могу понять, почему он мне кого-то напоминает? — ну был какой-то забинтованный пацан, но это не может быть он. Мы давно не виделись, он таким не был. Надо все переосмыслить, то есть покурить. А ещё поесть, только это чуть попозже. И сидела я, дырявя стенку ещё наверно пять минут, пока меня не прервал писк открывающейся двери лифта. — Хм? А это интересней. Посмотрим. Быстро приехали. К слову, по-моему, каждый раз когда я еду на лифте поездочка становится все длиннее. Или параноит? Фиг знает. Помещение, в которое я зашла, было очень похоже на больницу. Хоть и было уютненько, диваны, столы с компьютерами, простор и зачиск, бесплатно. Хе, вспомнила рекламу. Больничка… Терпеть их не могу, такие цвета: белые, светло-мятные какие-то. Я дальтоник, что вы хотите? А ещё доктора разных сортов: зубные, хирурги разных специальностей, психиатры. Много кто. — Хмм, хороший фасончик. Значит так:» Тут обитает какой-то доктор, который вырезает внутренности и хранит в контейнерах, хорошее воображение, — много ужасов пересмотрела, наверное поэтому не боюсь своих же предположений. Хех. Хоть что-то хорошее. Интересно что там дальше, двери есть. Потыкаем. — Да мать твою! Опять закрыто! — долбить так долбить, не буду я искать ключи, задрало! — Ая, погоди! А?! А это ещё кто?! Ой, это человек. Не похоже на нижнего сожителя. — Ая, неужели ты меня не узнала? — А ты ещё кто такой? Почему вы все ко мне лезите?! Почему я должна тебя узнать? Вали-ка отсюда по добру и по здорову! —Чтоб вас всех! Был бы здесь мой нож ... Дура, это же подарок от него… — Я — Дэниэл Диккенс. Можно просто Дэнни. Я твой психолог, помнишь? — А? — хмм, не помню такого. А, точно, его будут звать лягушкой. Вот теперь-то, его вид точно доверия не внушает, идите отсюда, пожалуйста. — Не знаю таких. Чем докажешь? — Девять лет назад тебя привезли в больницу после одного ужасного случая, и первому к кому тебя отвели - был я. Ты рассказала мне что с тобой произошло, это было… — Хватит, я поняла. Что вы тут забыли? — чувак, это было 9 ЛЕТ НАЗАД, откуда ты все помнишь? Я думала это у меня память шикарная. — Тебе нечего бояться. Все уже позади, — эхх, я тебя вообще о другом спросила, что это ты мне тут про страх городишь? По-моему сейчас ты должен бояться меня, потому что я стою с тяжёлым портфелем и грозно смотрю на тебя, а ещё очень хочу тебя сейчас вырубить. — Все хорошо, — ты чё, издеваешься? Где ты видишь страх? Максимум что есть, это раздражение. — Я вас о другом спросила, и вовсе я не боюсь. Просто ответьте, что вы здесь делаете? — меня это уже бесить начинает. — Так же как и ты. За мной гнался некий «убийца», что есть на каждом этаже. — значит ты сам себя разоблачаешь? М, хозяин этого этажа? — Это я поняла, там все надписями запихано. А где тот, кто управляет этим этажом? — оу, у него на лице проскочила злость. Хорошо, по чуть-чуть выводим его из себя. Так сказать, на чистую воду. Надоела мне его лыба. — Я пришел сюда незадолго до тебя, но так и не встречал его, — поверю, пока что. — Ну, раз все отлично, то поидём искать выход. Вы осмотрели эту местность? — он заметно напрягся, правда его улыбка остаётся, мне это не даёт покоя … Странная такая, натянутая чтоль? — Я все вижу, Ая. Не волнуйся, я ведь и впрямь твой врач, — у него похоже эти фразы заучены уже. Тошнит. Да, снова. — Да поняла я, идёмте уже, — я не хочу с тобой общаться, отстань. — Вот и хорошо что все выяснилось. — Угу. Идём-идём, — он заметно успокоился. Но всё-таки нож держать при себе не помешает. «ПЕРЕМОТКА К ГЛАЗУ В БАНОЧКЕ» Короче, этот доктор ЕБАНУТЫЙ. Не хочу больше общаться с этим мутным типом. Я хотела протереть надпись на стене, прочитать что там написано, но он меня оттолкнул и сказал: «Не трогай это стенку, она грязная! Ты испортишь свои красивые глазки!». Что-то типа этого, несколько я помню. Я надеялась на доктора вырезающего внутренности, но у него фетиш на глаза, вот что я поняла, находясь рядом с ним всё это время. Пиздец, это ещё похлеще чем с мумией. Надо быть осторожнее, на всякий пожарный буду носить портфель в руках, а то мало ли. А ещё он что-то там бормотал про какую-то девочку лет 12-14, я так поняла по описанию. Такие, как у его матери глаза, насыщенного голубого цвета. Тут такое творится... Надо ускориться. — А? — я заметила какую-то дверь неподалеку. Пойдем проверим. И надо ещё посмотреть как там «мой» психолог. — Ая? — надо же, не успела и повернуться, как он заговорил. — Ты хочешь пойти туда? Будь осторожна, там темно. — наверное, ну, если бы он мог сейчас меня убить, то убил бы. Я во все дырки залезла, где только можно было. Он меня даже несколько раз останавливал, приводя один и тот же аргумент: «Ая, не лазь туда! Ты можешь поранить свои прекрасные глазки!», я приняла бы за комплимент, но не судьба, принимать их от этого чудика, как-то странно. Ещё один поехавший. — Да-да. Я это, пойду.- не став дожидаться ответа, я пошла в сторону двери. — Даа, тут и правда темновато. Ну что поделать? Главное не наебнуться. — так, что же тут хранится? Может журналы с порнушкой? М? Где включатель этот долбанный? Ладно, телефон в помощь. А кто такие Фиксики, большой-большой секре.! — Ебана врот! — телефон! Он чуть не упал, ля, вы только посмотрите. Тут что… М-может причудилось? — Ой! Тут глаза. Много. Дохуя! Я ещё раз направила свет в глубину помещения. Все в баночках, я знала! Правда это не внутренности, может искусственные глаза? Не, настоящие глазные яблоки, выдранные из глазниц. Реально, к такому меня жизнь не готовила, хотя подозрения были. А ещё я заметила, что большинство глаз — голубые, разной насыщенности. Вот почему он говорил о той девочке. — Ну раз тут это, ничего нема, то я пойду, — не успела и повернуться врезалась в грудину лягушки. — Да емае! Ой, да чё вы так пугаете?! — Я кое-что здесь искал. — Идите и ищите, я не хочу здесь шарится. И вообще, я это, крестьянин. Во! — Ая, ты чего? Ты же знаешь что я ищу. Ты не помнишь? — А чё я должна помнить? Я помню только то, что касается выхода. Все. Ай! — он меня толкнул! Дискриминация человека! Началось что-ли? — Что это было? — он что, быканул? Или мне показалось? Ещё и зацепилась за что-то. — О, Ая! Это то, что мне нужно! Не подашь?- чего ж ты так орёшь... У меня голова болеть скоро начнёт.Что он там подать просил? Ой, баночка! Она не пустая! — Фу! Чё это? Емае, ещё глаза. Ну возьмите что-ли… Чего вы меня толкнули? — Спасибо. Не подождешь немного там, пока я его не вставлю? — ЧЕ ТЫ МЕНЯ ИГНОРИШЬ?! Успокойся, Ая… Вставит? У него ж все хорошо с глазами. Стопэ. Так получается какой-то глаз он вынет, а другой... Фу, все более мерзко. — Я выйду, — быстренько валим! Ай! Он меня за локоть хватанул! Синяки наставит, сука. — Не прощу, если уйдешь, — облом, только хотела это сделать. Спалил, застранец. — Не уйду, не волнуйтесь, — надо чтобы он не волновался. Кивнул, хорошо. Ну, раз меня отпустили добровольно, пойдем открывать дверь. Надеюсь открыта. Дергаем. Момент истины. Во.. Вы издеваетесь! Сколько, ну СКОЛЬКО можно?! Чем открывать теперь? Ключи по-любому у него… Может? Не, жалко. Где? Где? Где? Где? Лом! Да. Руки трясет, я в предвкушении свободы, быстрее! Быстре, быстрее, открывайся! Ну ебана, очень громко! — Почти, давай! — Открыто! — Свобод… — А? — Куда ты собралась? Я же сказал чтобы ты не уходила. Почему ты меня не слушаешь? - Он прижал меня своим телом к двери.Чё делать? Выбежать не получится. Что делать? — Ая… Это мой этаж, — у него голос изменился. Не дружелюбный какой-то... — Если ты сбежишь, то я ничего не смогу сделать с тобой… Собственными руками! Моей мечтой была возможность видеть твои глаза рядом с собой, но я не могу ничего с этим поделать. Твои живые серо-зеленые глаза — больше не мой идеал. Мой идеал — не живые глаза Рейчел! Ее детский вид только дополняет их красоту~ — Отвали от меня мудила! Ща в гнездо долбану! — Не отходит! У него какой-то дыхательный процесс не здоровый. Ща мы это исправим! — Поэтому отдай мн… ! — я ударила его в пах и повалила на пол. Не забыв нажать на сонную артерию. — Слыш сюда, педофил несчастный. Раз ты доктор, то должен знать: если нажать на сонную артерию побольше, то можно подохнуть, но я даю тебе шанс не сдохнуть. Скажи где выход и мы в расчете. — Ахх, Ая! Меня это только сильнее возбуждает! Дай мне ещё раз взглянуть в твои гл… Кха?! — заебало, заебало! — СКАЖИ МНЕ УЖЕ ГДЕ ВЫХОД! Я УЖЕ НЕ МОГУ, Я УБЬЮ ТЕБЯ, УБЬЮ! НЕ ИСПЫТЫВАЙ МЕНЯ ПИДОР ЕБУЧИЙ! ЕЩЕ ЧУТЬ-ЧУТЬ, И Я ТЕБЯ ИЗОБЬЮ! — достал, достал, достал! — ГОВОРИ! — многочисленные пинки по лицу, животу, рукам. — СКОЛЬКО ЖЕ ТЫ УБИЛ? А? ЧТО ТЫ ВООБЩЕ ГОВОРИШЬ? ОТКУДА ТЫ ЗНАЕШЬ О МОЕЙ ЖИЗНИ?! ЧТО МОЖЕШЬ ВООБЩЕ ЗНАТЬ?! А? — смех, долбанутый смех, но мне все равно. — Как?! Как вам получается выводить меня? Я пила таблетки целыми табунами! Блять, где резуль… ?! — сильный толчок в стену. Удар головой. — Ого! Хех, ну ты его и разъебашила! Теперь убивать то и некого, сумасшедшая! Голос знакомый… Хах, мумия?