When you cry

Ashe — Moral of the Story

 — Намджун, подожди! Намджун! Всё тайное становится явным. Есть разные варианты, как правда всплывёт наружу: вам расскажут, вам проболтнуться, вы подслушаете. Что вы будете делать дальше, решать только вам. Как мы уже и говорили, Джин старался всегда всё планировать. Но судьба сыграла с ним злую шутку сегодня, поэтому сейчас он вынужден бежать за Намджуном уже второй квартал в одних носках, потому что было не до обуви.  — Намджун, постой, ради бога, — задыхался Джин от бега. — Дай мне всё объяснить.  — Объяснить?! — наконец-то остановился Намджун. — Ты заставил лучшего друга сказать, что он мой соулмейт; обманул меня и втерся в доверие. Как ты собираешься всё это объяснить?  — Начнём с того, что всё это вышло случайно…  — Случайно?! — кипел Джун от ярости. — Если тебя не устраивал я в роли солумейта, то надо было сказать сразу, а не разыгрывать тут спектакль. Скатертью дорожка, как говорится!  — Всё совсем не так! — спорил Джин.  — А как? Как ты предлагаешь мне поступить? Похлопать тебя по головке и сказать: «Так смешно получилось! Какой же ты шутник!» — говорил на одном дыхании Джун. — Сколько бы это продолжалось, Джин? Год? Два? Всю жизнь?!  — Я собирался всё рассказать…  — Собирался рассказать, — передразнил Намджун. — Хорошо, допустим, что ты сам мне всё рассказал. Но назови причину. Зачем всё это? Что бы ты мне сказал?  — Я умираю, Намджун, — сказал Джин и почувствовал, как собственный голос начинает дрожать. — Я не знаю, сколько мне осталось. Но знаю, что терять близкого человека очень тяжело, поэтому я хотел уберечь тебя от этого, хотя каждый день мечтал проводить с тобой. Я попросил Чимина пойти на это, чтобы…  — Опять врёшь, — не верил Намджун. — Я думал, что хотя бы сейчас ты скажешь правду… Джун развернулся, чтобы уйти, но Джин схватил его за руку и отпускать точно не собирался. Он должен заставить Намджуна выслушать его.  — Намджун, Чимин же рассказывал тебе про тяжело больного друга?  — Да, но к чему это сейчас? — не хотел даже смотреть на парня Джун, думая, что тут хочет надавить на жалость.  — Это я тот друг, — признался Джин. — Только мне не становится лучше с каждым днём. Я ношу шапку не потому, что продул ухо, а потому, что выпадают волосы…  — Знаешь, Джин, — повернулся Намджун лицом к юноше, — ты эгоист. Тебя совершенно не волнует то, что чувствует Чимин; что почувствовал бы я, когда узнал бы всю правду…  — Нет, это не так, — мёртвой хваткой вцепился в руку Джуна Джин. — Пожалуйста, поверь мне…  — Теперь я верю словам ребят из школы и соглашусь с ними в одном, — печально улыбнулся Джун, — ты ещё та мразь, хён. Намджун выдернул свою руку и ушёл, как думал Джин, навсегда, разбив его сердце на мелкие кусочки. А мораль истории в том, что ящик Пандоры будет открыт вашими же руками.

***

Novo Amor — Anchor

Чимин плёлся домой по тёмным дворам, думая о том, что теперь ждёт его и Джина. Пришлось всё рассказать Хосоку, так как тот не выпускал Чимина из квартиры. Слава Богу, он не захотел убить его или Джина, когда всё узнал. С одной стороны, он злился на ребят, что те не рассказали хотя бы ему всю правду, но ещё больше он переживал за Джина. И ежу было понятно, что реакция у Намджуна будет совсем другой.  — Не волнуйся, я поговорю с Намджуном, — ободрил Чимина Хосок, когда провожал его в коридоре. Но идти домой Чимину совсем не хотелось. Он понимал, что должен быть рядом с другом, поддержать его, но разве он не предупреждал его, что рано или поздно Джун узнает? Никто не думал, что произойдёт всё именно так, но раз уж вернуть ничего нельзя, то надо думать, как выкрутиться.  — Я дома, — сказал Чимин, переступив порог квартиры. В ответ была тишина. Слышно, как тикают часы и гудит холодильник на кухне. Всё как будто замерло и ждало момента, чтобы внезапно ожить и напугать Чимина.  — Джин, ты здесь? — заглядывал в каждую комнату Чимин. «Неужели ещё не пришёл…» — стал волноваться юноша, но услышал, как кто-то всхлипывал в комнате хёна. Приоткрыв дверь, Чимин увидел Джина, который спрятался под одеялом. Если бы он не содрогался от рыданий, то друг не заметил бы его и во второй раз.  — Хё-ён, — тихо позвал Чимин и сел на край кровати. Опять всё затихло. Кажется, Джин не собирался отвечать.  — Я же знаю, что ты здесь, —хотел заглянуть под одеяло Чимин, но старший перевернулся на живот и уткнулся в подушку, подвернув под себя одеяло. «Что же делать?» — растерялся Чимин.  — Не хочешь поделиться переживаниями? Рассказать, как всё прошло…  — Как всё прошло?! — истерично сказал Джин, вылезая из-под одеяла. — Отвратительно. Вот как всё прошло.  — Вы очень сильно поссорились? — переживал Чимин.  — Как ты думаешь, если Джун сказал, что я мразь и он больше не хочет меня знать, то насколько сильно мы поссорились? — язвил Джин.  — Мне очень жаль, — искренне сочувствовал Чимин. — Но я говорил…  — Давай только не сейчас, — сказал Джин и улёгся обратно.  — А когда, хён? В последнее время я только и слышу «не сейчас», «позже», «в другой раз»…  — Чимин, я не в настроении обсуждать временные рамки.  — Конечно. Ты даже не был в настроении что-либо обсуждать, когда попросил меня притворятся тем, кем я не являюсь и являться не могу, — сказал Чимин и собрался уходить.  — Хочешь, чтобы я извинился? Хорошо. Чимин, прости, пожалуйста, мне очень стыдно. А теперь я могу побыть один хотя бы час?  — Хоть всю жизнь, — процедил сквозь зубы Чимин и вышел, громко хлопнув дверью. Джин сидел в ступоре. Что это было? Он нагрубил Чимину и усугубил ситуацию ещё больше? Он обидел своего единственного друга, который ради него может стать кем угодно и пойти хоть на край света? Что с ним происходит? Что происходит с Джином? Накинув одеяло на плечи, Джин пошёл в зал. На подоконнике сидел Чимин и смотрел в окно, как обычно это делают в грустных клипах. Светит полная луна, а рядом с ней (всего лишь в пару тысячах километров) звёзды. Сейчас Чимину больше всего хотелось улететь куда-нибудь далеко-далеко, просто испариться. Ему хотелось жить как Маленькому Принцу. Он хотел жить на своей маленькой планете и ухаживать за Розой. Но разве тут у него нет Розы? Есть… Его Роза — Джин, который без него завянет. И он это прекрасно знал.  — Чимин, прости, пожалуйста, я не должен был так себя вести, — извинился Джин, положив на плечо друга руку. — Я понимаю, что с самого начала был не прав. Джун сказал правду, когда назвал меня, эгоистом…  — Пока я был с ним, — наконец заговорил Чимин, продолжая смотреть на звёзды, — Я думал, как тебе было бы с ним хорошо. Он очень заботливый. Вместе вы бы со всем справились…  — Сейчас это уже невозможно, — вздохнул Джин и сел рядом на подоконник. — Я его потерял. Но сам виноват, нечего жаловаться…  — Нельзя потерять, если ты не приобрёл, — сделал замечание Чимин. — У тебя ещё есть время, хён.  — Я не вижу в этом смысла, Чимми…  — А какой же ты видел смысл, когда отправлял меня к Джуну? Видимо, он был, если ты ничего не предпринимал…  — Давай не будем…  — Тебе было всё равно, что это время я мог провести со своим соулмейтом, но вместо этого я был вынужден играть чужую роль. Где же тут смысл, хён? — шёпотом говорил Чимин, сглатывая слёзы.  — Т-ты нашёл своего соулмейта? — опешил Джин. — Это тот, о ком я думаю?  — Не знаю, хён… Сложно представить, о чём ты думаешь в последнее время… — сказал Чимин и отправился в душ, чтобы поскорее смыть с себя этот ужасный день.

***

  — Ты можешь посидеть хоть пару секунд? У меня уже голова болит. Намджун нервно ходил из одного угла комнаты в другой и не обращал внимания на Хосока. У Джуна в голове не укладывалось, как Джин мог так поступить. Джин, который показался ему таким добрым, прекрасным и честным парнем. Теперь, когда всё стало известно, Намджун понял, почему его так тянуло к хёну. Судьбу не обмануть.  — Как он мог так поступить?! Чем он думал?! — негодовал Джун, бросая попавшиеся под руку вещи на пол.  — Но его тоже можно понять, — сказал Хосок, спасая лампу от Джуна.  — Хорошо, давай представим, что я серьёзно болен и вместо того, чтобы рассказать это своему соулмейту, который по сценарию должен быть спутником жизни, заставляю лучшего друга…  — Во-первых, Чимин сам согласился, — оспорил Хосок. — Во-вторых, Джин просто боялся тебе сделать больно.  — Значит, ты на его стороне? — сложив руки на груди, спросил Джун.  — Нет, но и ненавидеть его и устраивать бойкот я не буду. Завтра вы с ним поговорите спокойно…  — Даже и не подумаю, — сказал Намджун и отвернулся от Хосока, показывая, что разговор нет смысла продолжать.  — Ты ведёшь себя как ребёнок! — возмущался Хосок. — Нельзя же так всё оставить!  — А на все это нельзя отвечаю можно.  — Очень по-взрослому, — фыркнул Хосок.  — А что ты резко таким умным стал? Раздаёшь советы, соулмейтов находишь (как оказалось, ошибочно), но для себя ничего не делаешь.  — Намджун…  — Найди своего соулмейта, учи его жизни, говори, что делать, а меня не трогай.  — Намджун, у меня больше нет соулмейта и быть не может, ясно? — впервые Намджун увидел такого серьёзно, но одновременно печального Хосока. — А если тебе в тягость моя дружба, то счастливо оставаться. Дверь захлопнулась. Намджун остался один.