быть с тобою до седин

Снежно-закатное февральское небо казалось плюшевым и уютным, как будто бархатным наощупь, Диана лежала на спине, раскинув руки и, периодически щурилась — перед глазами появлялась какая-то странная рябь. И явно не от выпитого — они чисто символически пригубили вина, потом она сама «догналась» Кока-колой, а Света — рюмкой любимой бехеровки. Детский смех доносился из дома обрывками, зато собаки — два красавца хаски, лаяли не переставая. «Светка, наверняка, подкармливает со стола, вот и стараются… Мартемкам спать скоро, надо бы пойти и отправить их в комнату. Но черт, как же лень вставать…», — куда-то идти Диане совершенно не хотелось. Мысли текли неспешно и лениво, день выдался таким хорошим, теплым и наполненным самым позитивными эмоциями, что не хотелось думать ни о каких проблемах. Завтра наступит завтра, а у них есть счастливое сегодня. Диана закрыла глаза, снова переживая приятные моменты этого дня. Сначала неспешный вкусный завтрак, смешная сонная Светка в теплом свитере и пижамных штанах, Мартемки в Нутелле, такие ненужные и неважные соцсети, всего два звонка по работе — их личный рекорд! — потом обед со всеми любимыми блюдами именинницы, плавно перетекший в ужин и просмотр мультфильмов. Света конечно ворчала, что столько есть даже в праздничные дни опасно, но Диана лишь отмахивалась и улыбалась. Они нашли хорошую доставку, грех было не воспользоваться моментом. Арбенина настолько отключилась от реальности, что вздрогнула, почувствовав руку на своем плече и тяжесть на сидении рядом с собой. — Динька, подвинься. А то развалилась… Не замерзла? — несмотря на легкое ехидство в голосе Светы слышалась обеспокоенность. — А то что я детям скажу, мол, простите, мартемки, ваша мать в сугробе заснула и превратилась в снежную королеву? — Скажешь тоже, — Диана нехотя отодвинулась. — И вообще, какие сугробы? Снега едва-едва намело, землю прикрыло. — Но с тем, что зима, ты спорить не будешь? — Не буду. И вообще, заяц, могла бы потеплее одеться, — проворчала Арбенина, закутывая Свету в плед. Она настолько увлеклась, что в какой-то момент практически лежала на Сургановой, а та беззвучно смеялась, глядя на ее трогательную заботу. — Я конечно понимаю, что мы сегодня так и не остались вдвоем, но… Может быть не сейчас? Погода как-то не располагает, да и одеты мы… Доступ к телу прочно перекрыт. Да и детей одних надолго оставлять нельзя, сама знаешь. — Кстати, че они там? — Загнала их в комнату, оставила мульт. Пусть посмотрят, но в кроватях. — Светка, ты умница. А то я пришла бы и наорала. Хреновая я мать. — А я — ужасный отец. Ну хватит тебе заморачиваться, мне сколько раз тебе повторить, что ты — лучшая. — Лучше кого? — Диана невольно вспомнила женщин из недавнего Светиного прошлого и напряглась. — Просто — лучшая. — Ну тогда ладно, поверю. — Куда ж ты денешься. И вообще, спасибо за сегодня. Такой день хороший… Такой теплый. — Это тебе авансом, вперед на четырнадцатое. Как раз почти за неделю. — Романтик ты мой… Динь, чего ворчишь? — Ты будешь смеяться. — Уже начала. Что на этот раз? — Соскучилась по тебе, когда ты дома и все так правильно.Имею я право соскучиться, пока ты опять на свои гастроли не умотала? — Имеешь-имеешь, — Света прижалась теснее и положила голову на плечо Дианы. Капюшон толстовки смешно съехал, но ей было плевать. — Динь, а ты знаешь… Это просто идеальная старость. Я о такой мечтаю. Вот чтобы так, рядом с тобой, в загородном доме. Чтобы на работе все ладилось, чтобы выросли дети… По дому носились уже их дети и наши собаки. — Какая еще нахрен старость, ты о чем? Мы еще молоды и есть похер в похеровницах. Вот задрыхнут дети, я тебе это докажу. — Я серьезно. — А шучу, что ли? Ну… — Диана вывернулась под невообразимым углом так, чтобы удалось рассказать Свете на ухо все, что она собирается с ней сделать. Как, в каких позах и с помощью чего. Через несколько мгновений они вовсю целовались, накрытые общим клетчатым пледом. Все было хорошо.