Тембр твоего голоса

      У Зеницу жуткая бессоница. Это та самая бессоница, при которой ты не можешь уснуть из-за тягостных мыслей и появляющихся в твоей голове воспоминаний, которые начинают лезть в голову, как только твоя голова коснулась подушки, вот и у Зеницу так. Врач говорил, что это от нервов и воспоминаний, затем он спрашивал, что это были за воспоминания, но янтарноглазый лишь молчал, а увидев, что у пациента на глазах наворачиваются слёзы, врач отступал, и лишь говорил рекомендации к улучшению сна, которые блондин записывал, прерываясь на вытирание слёз тыльной стороной ладони. Даже снотворное пить запретили, сказав, что от такого частого распития, он станет либо зависимым, либо действовать перестанет совсем, а если наступит второе, то следом наверняка и первое, что будет не очень хорошо, даже очень плохо. Зеницу встаёт рано утром, засыпая примерно за час-два до вынужденного пробуждения, пьёт две чашки кофе, который даже не бодрит. На его лицо уже смотреть страшно, выглядит весьма пугающе. Вот и сейчас, Агацума идёт по общежитию, словно приведение. Кожа у Зеницу жутко светлая, его блондинистые из-за удара молнии волосы растрёпаны, а бессоные ночи дают о себе знать большими мешками под глазами, которые даже не спрятать. Выпив кофе, блондин на удивление даже чуть взбодрился, потом до него вовремя дошло, что это даже не его кофе, ведь его закончился ещё неделю назад, поэтому запомнив название, он вынужденно ретировался в сторону своей комнаты в общежитии, ведь если его заметят с чужим напитком, то жить он будет не в общежитии, а может даже в больничной палате, чего Зеницу очень не хотелось. Да, в своей комнате он жил один, что несомненно радовало, но что в этой ситуации не радовало, вот совсем, так это сосед живущий рядом — Иноске Хашибира. У Зеницу был острый слух, а «кабан», как его мысленно называл блондин, шумел ночью так сильно, что этот шум, тоже являлся одной из причин бессоницы, но мускулистому Иноске, блондину противопоставить было нечего, его талия была такая худая, словно он был девушкой, а мускулов у блондина не было, от слова совсем. Зато сейчас было тихо, как никак Иноске вставал и приходил всегда ко второй паре, если не позже конечно. Поэтому Зеницу решил пойти в общую ванную, ну точнее в общую мужскую ванную, которая была в конце коридора, хотя это была несовсем ванная, там стояла лишь одна раковина, потому что душевые стояли в комнатах студентов, но стоять под утренним душем, времени не было, поэтому он и пошёл туда. В коридоре по пути уже мельтешили его однокурсники и возможно студенты из параллельных курсов, Агацума не задавался этим вопросом, знакомиться с соседями он не ходил, потому что пока не было необходимости. Когда Зеницу дошёл пришлось подождать, ибо занято. Поэтому янтарноглазый облокотился на стену рядом, думая о своей проблеме, которая уже довольно долго беспокоила его, он уже готов был пойти за снотворным, которое врач запретил ему принимать, но пока держался, причём довольно умело, уже целых две недели не принимал, через несколько минут дверь открылась, вышедший парень, явно был одногодкой Агацумы, но как только вышел, то сразу пошёл в сторону своей комнаты, даже не обернувшись, а Зеницу быстренько прошмыгнул в ванную, там он умылся и хоть немного, но привёл себя в порядок, а ещё облил себя ледяной водой, ведь сегодняшняя ночь была не более сонная, чем обычно, его подруга сравнивала его с живым трупом, может она была и права. Закончив, блондин быстро вышел из ванной комнаты и направился в сторону комнаты, пока он шёл до комнаты, Зеницу вдруг вспомнил, что сегодня, его подруга, которую зовут Канао Цуюри, просила прийти пораньше, поэтому Зеницу ускорился на бег, как только он забежал в комнату, Агацума отдышался, а затем быстро оделся. Янтарноглазый надел белую футболку с маленьким кармашком на котором была изображена едва заметная молния, сверху на неё, он надел жёлтое худи, на ноги он надел обтягивающие чёрные джинсы, а затем он обул обычные чёрные кеды, которые уже были весьма потёрты из-за продолжительного времени их ношения. Зеницу посмотрел на время, было около 8:40, а так как первая пара начиналась в девять, блондин решил поспешить, он взял рюкзак, в котором однако из учебников были только тетради, потому что одной тетради на день, увы не хватало, но овлёкся на сообщение, которое пришло ему на телефон: Канао-чан*: Зеницу, ты где? Я же сказала тебе прийти пораньше, ты забыл? Глупый Агацума-кун*: Я не забыл, Канао, я уже выхожу, подожди пожалуйста! Канао-чан: Да ладно, ладно, хорошо подожду. Ох, кстати, ты сменку не забыл взять, а Зеницу? А то тебе профессор Томиока голову открутит. Глупый Агацума-кун: Ой! Спасибо тебе, Канао-чан, я забыл… Я сейчас возьму её и побегу, сразу же. Канао-чан: *facepalm* Блондин быстро убрал телефон в карман джинс и забежал в комнату, немного поискав сменную обувь, он обнаружил её под кроватью, вытащив от туда чистые светло-жёлтые кроссовки, он положил их в рюкзак, где им пришлось лежать сминая исписанные, а некоторые ещё и новые тетради, но янтарноглазому некогда было об этом беспокоиться, и выбежав и комнаты он закрыл её на ключ, что он забыл сделать в первый раз, ибо у него один раз украли его небольшой мешочек риса, РИСА, чёрт возьми! И больше благотворительностью он не занимался, его же готовым рисом, с ним делиться не стали. Закрыв дверь, блондин быстро побежал по коридору, стараясь не сбить кого-либо, а после уже и по лестницам, как никак он жил на третьем этаже. Выбежав на улицу, он огляделся, и побежал в сторону своего университета по серому асфальту, стараясь не упасть, ибо он не хотел порвать джинсы или ещё хуже повредить ногу, он ведь тогда наверняка умрёт от заражения! Ну, хотя бы так считал сам Зеницу. Небо было голубым и по нему размеренно плыли пушистые облака, которые больше напоминали сладкую вату, которую можно купить где-нибудь в парке, там где Зеницу бывал в детстве со своим дедушкой и сводным братом, эх, янтарноглазый скучал по этим временам. Долго бежать Зеницу не мог, как никак сказывалось отсутствие здорого сна, поэтому он замедлился, но было видно, что он всё ещё спешил. Наконец дойдя до высокого красивого здания именуемого «университет», блондин зашёл внутрь, попутно протискиваясь между другими студентами. Зайдя внутрь, блондин быстро переобулся, достав чистые кроссовки из своего чёрного рюкзака, положив грязные от ходьбы по улице кеды в пакет, который он положил в рюкзак ещё вчера, хотя нет, пакет, как и прочий мусор просто жил в рюкзаке Зеницу уже длительное время. Переобувшись Зеницу стал взглядом искать свою подругу, а по совместимости ещё и его однокурсницу Канао. Девушка нашлась довольно быстро, как никак не у каждой девушки на голове такая массивная заколка в виде бабочки. — Эй! Канао! — окликнул девушку блондин. Вышеуказанная девушка повернулась в сторону того, кто её звал и увидев Зеницу, сразу направилась к нему, стараясь не задеть других людей. — А, это ты, Зеницу, наконец-то ты пришёл. — Цуюри взглянула в лицо парня и надула щёки, — Зе-ни-цу, — называла имя парня по слогам Канао, — ты опять не смог уснуть этой ночью? От слов девушки парень стушевался. — Да, снотворное пить же запретили, смог только под утро уснуть. — вымученно улыбаясь ответил на вопрос янтарноглазый. — А, ты пробовал смотреть те видео про которые я тебе говорила? Они должны были обязательно помочь, ты не смотрел их? — внимательно вглядываясь в лицо парня, задала вопрос брюнетка. — Ты про асмр-видео? Если да, то нет не пробовал смотреть их, но если ты считаешь, что должно помочь, то… А хотя всё равно выбора нет, сейчас бы без сил свалился. — ответил своей подруге Зеницу. — Ладн… — ответ девушки прервал звонок, который предвещал начало первой пары, а первой парой была «История искусств», на которую было очень опасно опаздывать, также опасно, как забыть сменку дома, да им уже по двадцать, но профессора могут выбить из них всё дерьмо и словесно, да и зачёт автоматом, которые преподователи при большом везении ставили, с опозданиями точно не поставят. Поэтому Зеницу и Канао поспешили на пару, представляя гнев их профессора.