Мой прекрасный мир

— Извини, дорогуша, но мы не можем взять тебя на работу, — с глупой улыбкой вынес вердикт директор местного ресторана. — Это ещё почему? — моментально вспыхнула я, вопросительно приподняв левую бровь и как можно усерднее прожигая взглядом низкого карапуза, который величался директором этого заведения. — Скажем так, что твоя причуда не соответствует нашим требованиям, — он вновь улыбнулся глупой улыбкой и потянулся к каким-то бумагам. — А ещё ты указала, что тебе всего 15 лет. Дети не должны работать, — директор отложил бумаги, сложил перед собой руки и посмотрел мне в глаза. Теперь до меня дошло, что его улыбка была некой усмешкой. В порыве злости и отчаяния я резко подняла руку, а после контроль над собой благополучно попрощался. В груди что-то неприятно екнуло. Когда я вновь обрела сознание, то поняла, что влепила пощечину собеседнику и все еще стояла с поднятой рукой. Директор ака карапуз смотрел на меня с круглыми глазами, где теперь отображалось непонимание и страх, и потирал ярко-красную щеку. Я опешила и моментально опустила руку, не зная, что теперь делать. Взгляд упал на мой рюкзак, который лежал возле стола. Схватив его в руки и выдавив еле слышное "извините", я выбежала из помещения восвояси. Только подходя к дому в голове пробежала мысль, что причуда того директора — вампиризм. Карапуз успешно поглотил все мои положительные эмоции и сам же подставил себя под удар. Но он был прав: моя причуда не подходит на эту работу, как и на все другие. Она слишком проста и бессмысленна — какой прок узнавать причуды других людей при физическом контакте? Немного противно трогать людей каждый раз, хотя в этом случае это произошло не специально. С одной стороны я злилась, что от нее практически нет пользы, с другой радовалась, что в ней нет ничего замысловатого и глобального. По итогу, когда я вновь начинала думать о пользе своей причуде, всегда выигрывала вторая сторона — для меня не было ничего хуже того, чтоб иметь мощную причуду и тем более благодаря ей называть себя героем. Потому для меня было гордостью заявлять людям о том, что у меня нет никаких способностей, ведь в этом была доля правды. Всё это было связано с одним человеком, имя которого я не произношу даже в мыслях: не хочу очернять свое сознание, когда жизнь уже поглощена чернотой.

***

— Ну что, как твоё псевдособеседование? — младший братец сидел за столом и читал какую-то книгу из школьной программы. — Уже ожидаю свои новые наушники, — хоть его лицо было закрыто книгой, я чувствовала, как на нем красуется победная улыбка до ушей. — Ты о чем? — все еще находясь под впечатлением от недавних событий, я невольно пропустила его слова, кинула рюкзак куда-то в сторону и устало завалилась на диван. — Как о чем? — воскликнул он, отложил книгу и метнулся в другую комнату. Через минуту он вернулся с моими наушниками, которые я недавно выиграла на учебном соревновании. — Я же вижу по тебе, что ты ничего не прошла, а следовательно проиграла, — братец крепко сжимал свою награду и не прекращал улыбаться. По телу пробежались мурашки: сегодня все чрезмерно улыбчивы, причем причина их улыбок — мои неудачи. Но это было вполне обосновано: раз уж с причудой ничего нельзя поделать, то могла хотя бы додуматься не спорить насчет собеседования с этим маленьким чертенком, тем более выкладывая на кон свой честно заслуженный приз. — Забирай, — равнодушно махнув рукой, я подошла к окну и уставилась на улицу. Моросило. — Еще успею заработать на кучу таких побрякушек, — специально выпалила я, дабы позлить брата и поглядеть на его реакцию. — А вот и нет, — ловко парировал он, все еще сжимая награбленное в руках. — Малолетки никому не нужны. — От малолетки слышу, — с ноткой презрения ответила я, все еще смотря на дождливую улицу. Пойти погулять, что ли... Внезапно раздался звонок в дверь. От испуга и будучи на нервах я резко подпрыгнула и посмотрела на брата. Его лицо изображало недоумение, ведь мы никого не ждали. Шепотом я указала ему, чтобы он сидел тихо и не высовывался. Братец тихо ушел в другую комнату и закрыл за собой дверь. В такие моменты ненавижу нашу входную дверь, ведь на ней нет дверного глазка. Проматерившись про себя, я наконец отважилась и не очень вальяжно распахнула дверь. За ней оказалась высокая женщина среднего возраста, с шикарными черными волосами и выразительным взглядом, от которого мне стало не по себе. Сзади послышался щелчок двери. — Здесь живет Юка Асано? — спросила она спокойным голосом, слегка прищурив глаза. Сердце моментально ушло в пятки: очень неловко слышать свое имя и фамилию от незнакомого человека, а тем более с какими-то серьезными намерениями. Увидев мою реакцию, она слегка одобрительно качнула головой. — Можно войти? — Да, конечно, — почти сразу же выдала я и отвела взгляд куда-то в сторону. Дверь сзади начала скрипеть. Незнакомка прошла в помещение как к себе домой: без лишних оглядок, спокойно и достаточно элегантно. Она встала возле окна и также посмотрела на улицу, как это сделала я пару минут назад. И тут в мою голову пришла очень странная мысль: я обязана узнать ее причуду. Осталось только как-нибудь ее тронуть. — Есть какие-нибудь догадки, почему я здесь? — начала она опрос и также продолжала смотреть в окно. — Без малейшего понятия, — новая цель меня немного приободрила, потому я пыталась действовать и говорить более активно. — Кофе? — Без сахара, — согласилась женщина. — Брату тоже можешь сделать, он не откажется. С сахаром. Дверь снова скрипнула, но теперь более шумно. Я косо покосилась на брата, который уже спешил оказаться за столом и вылить в себя третью чашку кофе за день, совершенно не смущаясь того, что в нашей квартире чужой человек. Откуда она узнала? Нужно поскорее узнать ее причуду! — Прошу, — я поставила на стол две кружки, специально подсунув кофе с сахаром незнакомке, а без сахара брату. Едва она коснулась кружки, я воскликнула. — Ой, извиняюсь, — я потянулась к ее напитку, пытаясь тронуть женщину за руку, но она моментально ее оттолкнула и слегка улыбнулась. Я впала в ступор и забыла, зачем потянулась к ней. — Ничего, — она сама переставила их чашки местами и слегка пригубила кофе. — Начнем, пожалуй. Скажу сразу, тема будет не самая приятная, если брать в расчет то, что я знаю о тебе. Разговор будет быстрый, обещаю, — ее взгляд стал серьезен, отчего мне вновь стало не по себе. Я нервно отхлебнула воду, и в этот момент меня осенило, что вместо воды я налила себе кофе, причем холодный. Демонстративно отставив чашку в сторону, я пыталась настроиться на разговор, пряча под столом дрожащие руки. Мой взгляд пал на брата, который с удовольствием пил сладкий кофе и ни о чем не волновался. Это меня улыбнуло. — Насчет твоих родителей. Я знаю, что с ними произошло. Эти слова унесли меня куда-то далеко, не давая шанс на возврат. Руки перестали дрожать, волнение исчезло: все это заменила резкая апатия. Я глубоко вздохнула и снова посмотрела на брата: теперь он волновался, хоть и пытался это скрыть. — В связи с этим неудачным происшествием мы предлагаем тебе место в Академия Юэй. И нет, ты не можешь отказаться, — ее взгляд пал куда-то в сторону, будто она пожалела о том, что сказала. — Я в курсе твоих успехах в учебе, но это все-таки геройская академия, потому ты не будешь сдавать вступительные экзамены. Думаю, поймешь из-за чего, — ее чашка опустела, подобно мне. Она встала из-за стола, вновь посмотрела в окно и направилась к выходу. Я же осталась сидеть за столом, смотря куда-то в стену, полностью отключившись от мира. До меня долетали какие-то голоса и звуки, разобрать которые я так и не сумела. В голове творилась полная вакханалия: почему, как, зачем, а главное — за что? Я не почувствовала, как опустились мои руки, как пошли слезы, вместо этого была давящая боль в груди, отчего я сжалась как котенок. Люди такие жалкие, раз их так просто довести до невозвратного.

***

— Надеюсь, что твоя сестра справится, — незнакомка потрепала Шина по голове и виновато вздохнула. — Передай это ей, — она протянула ему визитку с ее именем и номером. — Я ей позвоню завтра и уточню некоторые детали. — Хорошо, — Шин взял визитку и пихнул ее в глубокий карман домашних штанов. — Она обязательно справится, ведь моя сестра сильная и независимая, — не до конца понимая смысл второго слова и серьезность всей ситуации, он мило улыбнулся и отворил дверь женщине. Едва ли она переступила порог, как он неожиданно спросил. — А что вы имели ввиду под "мы"? Женщина слегка опешила и не стала поворачиваться к мальчику, дабы ответить ему глядя в глаза. Вместо этого она дошла до лестничной площадки, остановилась, и негромко, но уверенно сказала: — Меня и справедливость. С этими словами она удалилась, оставив маленького мальчика размышлять о справедливости, и девушку, размышлять о смысле своей жизни.