*** 5 июля, 2007 год
Семья по соседству почему-то уезжает. Странно, ведь их дом такой хороший. Даже лучше, чем наш. Наш совсем плохой. Каждую ночь я боюсь спать. Особенно в грозу. Кажется, крыша вот-вот упадёт. Но мама с папой не хотят её чинить, потому что у нас нет денег. Теперь мне не с кем играть. Буду очень скучать по соседскому мальчику.I
12 февраля 2020 г., 00:32
— Дорогуша, тебе не кажется, этот район довольно подозрителен? Уверен, что стоит спешить с переездом? — Ши Цинсюань обошла гостиную комнату, разглядывая пожелтевшие обои и тёмный деревянный потолок, — да и сделал бы ремонт, прежде чем въезжать.
Се Лянь, еле-еле волоча тяжёлые коробки внутрь потенциальной гостиной, прохрипел ей в ответ, пытаясь повторить манеру:
— Чем раньше, тем лучше, дорогуша. Да и стала бы ты сидеть в общаге, зная, что тебе завещали нормальное имущество?
Девушка ловко разрезала скотч и раскрыла принесенную коробку:
— Тем не менее, здесь даже спать негде. Я, конечно, помогу тебе с уборкой, но мягкая мебель всё равно останется жутко пыльной! — Она вытащила из коробки подшитую в нескольких местах плюшевую игрушку в виде белого хорька и заливисто засмеялась, — Се Лянь! Ты даже его взял!
Парень выхватил игрушку из рук Цинсюань и аккуратно положил на стол рядом:
— Это для Жоё, не смейся.
— Но я не видела, чтобы она с ней играла.
— Она играет с ним. Иногда.
Наигранно вздохнув, Цинсюань ушла искать тряпки для уборки.
Будучи, по её скромному мнению, лучшим другом Се Ляня, она не могла настаивать или шутить над ним слишком сильно.
— Когда закончим, я устрою тут большую вечеринку!
— Это мой дом!
Так, в шутках и лёгком веселье за уборкой, прошёл целый день. Пусть помещение было и небольшим, но они всё равно не успели всё закончить. Тёплое летнее солнце медленно уже садилось за горизонт, когда Ши Цинсюань, уставшая и в запачканной одежде, начала собираться к себе.
— Завтра я не смогу прийти, у меня, знаешь ли, планы, — она оторвалась от запихивания сменной одежды в сумку и многозначительно поиграла бровями, подмигнув Се Ляню, — так что прости.
— Нет-нет, всё в порядке!
— Точно? Ты справишься? Без этой великолепной, чудесной, вдохновляющей, а главное продуктивной, дамы?
Трагично вздохнув, Се Лянь опёрся о дверной косяк и сказал:
— Что я могу поделать, коль дама друга на девушку меняет!
— Она пока не моя девушка! Пока!
От души отсмеявшись, Ши Цинсюань направилась к выходу.
— Удачи завтра на свидании! — Се Лянь был искренне рад за подругу.
— Это пока не свидание! Ждите свою королеву Цинсюань! — последние слова девушка выкрикивала уже на улице.
Тихонько хихикнув, Се Лянь уже было почти запер дверь, как от неё послышались три лёгких стука.
— Ты что-то забыла, Цин…. Ой.
Подняв голову, парень понял, что перед ним стояла далеко не Цинсюань. Вместо низкой, немного пухлой, кудрявой девушки, дверной проём занимал высокий, жилистый молодой человек с длинными волосами цвета воронова крыла.
— Здравствуйте, я живу по соседству, извините, что так неожиданно, — незнакомец тепло улыбнулся, — вы ведь только въехали? Хотел принести вам пирог, поздравить с заселением, вот, — парень протянул поднос с чем-то, завернутым в белоснежное кухонное полотенце.
Это было довольно неловко, раньше никто из соседей не приносил Се Ляню пироги, чтобы познакомиться, поэтому у него не имелось чёткого шаблона, как поступать в таких ситуациях. Наверное, поблагодарить?
Немного подзависнув, он улыбнулся и принял подарок:
— Хах, как приятно. Спасибо вам… Как вас называть?
— Сань Лан. Простите, что не представился.
— Приятно познакомиться, меня зовут Се Лянь, — он переложил поднос с пирогом в левую руку, а другую протянул Сань Лану, — не хотите зайти выпить чай?
Парень напротив не произнёс ни слова, лишь кивнул головой, сотрясая прямые тяжёлые локоны, обрамляющие бледное лицо.
Извинившись за беспорядок, Се Лянь прошел внутрь дома и направился на еле оборудованную кухню. Под словом «оборудованная», конечно же, имеется ввиду наличие электрического чайника, электричества и каких-то столовых приборов.
— У гэгэ довольно уютно.
Се Лянь, до этого сосредоточенный на организации импровизированного чаепития, немного смутился от такого резкого обращения и потёр переносицу.