от первого лица, ангст
Мы два года были вместе. Да, в отношениях. Знакомы ещё дольше. Кажется, прошла вечность с тех пор, как мы впервые поздоровались друг с другом. Привет, меня зовут Антон Шастун. Не помню, что там ответил Арс, но наверняка что-то нелепое или что-то шибко философское и сумасшедшее. Что теперь? «Нас» больше нет. Уже 299 дней. Хотя… Арс любит с этим поспорить. Особенно, когда мы вместе смотрим фильм. Или когда мы спим друг с другом. Вообще, он до сих пор живёт у меня. Правда, его вещей стало меньше. Или просто горы шмотья перестали расти. А разбирать их я даже не собирался. Попов наверняка бы сопротивлялся. Он вполне мог толкнуть и даже ударить. Или хуже: поблестит осуждающе глазами и пропадёт на пару дней, чтобы снова вернуться. Такие дни особенно спокойные. И невыносимые. И Арс об этом знал. — Почти 300, Шаст. Как насчёт отметить? Мы шагали по многолюдной набережной одним тёплым вечером. Воронеж, лето, отпуск от съёмок. Хотя я давно не отдыхал так. С тех самых пор, как «нас» не стало. — Ты считаешь, что это надо отмечать? — Ну, дорогой мой, я бы отметил, — Попов щелкнул пальцами. — Каким образом, Арс? — я чуть повернул голову. — Ну, пригласим в гости. Давно не видел Серегу, Димку, понимаешь? Или они от тебя до сих пор шугаются? — он усмехнулся, аккуратно уворачиваясь от идущих в его сторону людей. — Их жалость мне не нужна, Попов, — я невесомо коснулся пальцами руки Арса. —Если они не начнут опять свои причитания, то я даже не против. Попов замирает на месте, хлопая глазами. А после—весело смеётся на всю улицу, давно привыкнув к тому, что всем плевать. Антон присоединяется к массе, никак не реагируя. Только улыбка. Усталая улыбка.***
«Нас» нет уже 300 дней. Утром Арс причитает, что не может сменить наряд. Мне кажется, что он жалуется на сей факт все 300 дней, и каждый раз с гордостью делает это по-разному. Импровизатор всю жизнь и даже больше. — Рад, что ты написал, — говорит Позов и хлопает меня по спине. — Тоха, здорова! — весело улыбается Матвиенко. Дима проходит на кухню и кладёт купленное им пиво на стол. Я улыбаюсь и говорю, что через полчаса начнётся футбол. Попов стоял в коридоре, опершись плечом на стену. И улыбался, нелепо комментируя: — Серега-то разжирел, или мне кажется? О, Дима, светлое безалкогольное? Серьезно? А нет, градус есть. Хотя я бы взял вина. Но что ожидать от этих оболтусов, да, Шаст? Я прищурился и мимолетно кивнул ему, ухмыляясь. — У меня есть вино, — ответил я. Арс ярко улыбнулся, стреляя указательными пальцами, как пистолетами. — Вино? Праздник какой-то? —риторически спросил Дима. Я не ответил, а Попов посмеялся.***
Арс всегда считал футбол непонятным видом спорта. И спустя 2 года и 300 дней ничего не изменилось. Ему явно скучно смотреть в экран, поэтому он смотрел на компанию на диване, сидя в отдельном кресле. Друзья распили пиво и вино, и уже второй час пьяно смешили друг друга. Я улыбался непринужденно. Я смотрел в глаза Арсу, забываясь на время. — Уселся, блин. Не понимаю, почему Арсу никогда не нравился футбол, —склонившись к ребятам и не отрывая взгляда от глаз Попова, сказал я. — Видно же, что скучно ему. Ух, даже не набухаться для веселья, да? — Шаст, — поджав губы, протянул Арсений и вжался в кресло. — Только не начинай. — Посмотрите на него, упрямый и придурочный, — продолжил Шастун и сжал переносицу пальцами. — Тоха, мы знаем, — ответил Позов и опустил руку на его плечо. — Редкостный мудак, ага, — с доброй усмешкой добавил Матвиенко. —Уникальный, сукин сын. Я закрыл глаза. — Знаете, сегодня 300 дней как он ушёл, — я запустил пальцы в волосы, опустив локти на колени. — Три сотни дней. Три. Попов закатил глаза и перекинул ногу на ногу, так и говоря — «ну вот опять». — Выпьем за Арсюху, — произнёс Серёжа и устало облокотился на спинку дивана. А я смотрел прямо в глаза, не в силах спрятать слез на сегодня. Только сегодня. Я мечтаю, чтобы Арс наконец-то ушёл и перестал меня мучить. А завтра я буду рад, что он все ещё здесь.***
[AU: Арсений погиб 300 дней назад, однако его призрак остался с Антоном].