Почему именно ты?

  Неделя подошла к концу как-то уж слишком незаметно. За эти дни Гию ещё дважды пересекалась с Шиназугавой. И оба раза закончились одинаково. Спокойно-саркастичными комментариями от самой Гию и зло рычащим в ответ Санеми, которого слова девушки выводили из себя. Правда, во второй раз рядом оказалась Шинобу, которая с привычной улыбкой отчитала обоих и увела Томиоку на следующую пару, ворча под нос, что в няньки никому не нанималась и, если брюнетка в следующий раз огребёт от агрессивного технаря, то она (Шинобу) жалеть её не станет. Гию, вернувшая себе к тому времени спокойствие и некоторую отрешённость, заметила, что до этого вряд ли дойдёт.   «Ты его не знаешь», – коротко ответила Кочо и сменила тему.   Сейчас же Гию лежала на кровати и думала о том, что одногруппница имела ввиду. Кажется, она знает блондина, но рассказывать об этом, явно, не хочет. А Томиоке, между тем, было бы интересно узнать о нём немного побольше. Исключительно из любопытства... Может, спросить у Канаэ? Но скажет ли она?   Брюнетка села, подогнув под себя одну ногу, и посмотрела в окно. Погода сегодня была пасмурной. Даже из комнаты выходить не хотелось, не то, что из общежития. Девушка поправила задравшуюся футболку и встала. Медленно подошла к столу и, посмотрев на лежащие там учебники, тряхнула головой. Надо, конечно, но не сейчас. Брюнетка взяла блокнот с набросками, который был на полке рядом с конспектами по построению композиции, и карандаш, лежащий тут же. Кинула их на кровать и, возвращаясь обратно, завязала непослушные волосы в низкий хвост. Промелькнула мысль, а не обрезать ли их покороче, но это желание быстро пропало.   Гию снова устроилась на кровати и, облакотившись о стену и прикрыв глаза, раскрыла блокнот на первой попавшейся странице (где-то посередине). Здесь оказалось всего два наброска и оба они были сделаны на непрофильной физике. На той, первой, когда девушка не смогла-таки сдержать язвительный комментарий.   В левом верхнем углу страницы был ворон, севший на подоконник (в принципе, картина не столь уж и частая), ниже был набросок Шиназугавы, который с заинтересованным видом слушал преподаваля. Второй лист был чистым.   Художница задумчиво посмотрела на страницу, думая, стоит ли доделывать что-то здесь или посмотреть, что на следующей. Посидев немного так, было решено рисовать то, что здесь и брюнетка принялась за более детальную прорисовку парня. Интересно, как бы отреагировал сам технарь, узнай, что Гию рисует именно его? Причём уже не в первый раз.   Девушка тихо хихикнула. Наверное, в этом случае, он точно прибил бы художницу.   – Но он об этом не узнает, – пробормотала-пропела она себе под нос и едва заметно усмехнулась.   Набросок быстро приобретал более “живой“ вид. Гию не стала доводить его до идеала. На её взгляд, рисунок выглядел красивым именно в таком виде. Это был, скорее, эскиз. С множеством “лишних“ линий, штриховками и едва заметными опорными линиями. Однако, девушке нравилось, как этот рисунок получился. А если ещё забыть, что рисовала она раздражающего своей манерой поведения парня с физтеха... Тогда бы всё стало вообще прекрасно.   Томиока слегка улыбнулась и отложила блокнот. Из-за погоды за окном делать что-то не особо хотелось. Но заниматься ничегонеделаньем желания тоже не было. Поэтому Гию, подумав, взяла телефон и вошла в электронную библиотеку. Она давно хотела ознакомиться с о скандинавской мифологием, так почему бы не заняться этим сейчас?   К тому же, тема оказалась очень интересной и в процессе чтения девушка сделала несколько новых набросков, так или иначе связанных с мифами.   За это время на улице немного распогодилось и выглянуло солнце, радуя теплом. Гию отвлеклась от чтения очередного (какого по счёту?) мифа и потянулась. Тело затекло от пребывания в неудобной позе, а живот намекал, что неплохо было бы перекусить. Девушка встала и, взяв со спинки стула тёмно-зелёную кофту, вышла из комнаты.   – Аники, ты здесь?   Санеми коротко ругнулся и выпрямился, отвлекаясь от проверки двигателя (в следующий раз точно отправит хозяина машины в пешее эротическое, ну или на сервис, ибо заебал уже обращаться лично).   – Здесь. Где же мне ещё, блять, быть...   Генья подошёл ближе и вопросительно посмотрел на брата, который закрыл крышку капота и вытирал руки от остатков масла.   – Ну? Что у тебя? – повернулся тот к младшему.   Брюнет несколько нервно улыбнулся, чем вызвал наигранно страдальческий вздох со стороны брата.   – Какая тема? – поинтересовался парень, направляясь к выходу из помещения.   Брюнет медленно произнёс название и Санеми остановился.   – Ты издеваешься? Эту хуйню даже у нас ещё не изучали. Да и вряд ли будем углубляться.   Генья пожал плечами.   – А вот нам это впихнули.   – Заебись, – поморщился блондин. – Значит будем разбираться вместе.   Такого давно не было. Обычно, Санеми уже знал тему и максимально просто объяснял всё брату, которому точные науки давались с большим трудом (зато языки он усваивал быстро). А вот вместе братья пытались что-то понять... Года два назад, когда у Геньи в одном из пунктов по физике попался очень уж специфичный вопрос.   Парни поднялись на второй этаж, где находились их комнаты и зашли в дальнюю. Санеми подошёл к столу и, оперевшись о него рукой, посмотрел на записи, которые делал Генья. Поморщился. Ну не разбирается младший во всех этих хитросплетениях.   – Значит так. Я сразу говорю, что здесь, здесь и здесь у тебя ошибки, – парень взял карандаш и подчеркнул нужные места. – Сначала разберёмся с ними, а потом будем заниматься этой хернёй, – кивок в сторону дополнительных материалов, где и была эта сложная и запутанная (даже для Санеми) тема.   Генья совершенно не возражал такому порядку действий. В принципе, для него не было особой разницы (что одно, что второе для парня сложно и непонятно). Брюнет устроился за столом и, приняв мученический вид, стал внимательно слушать брата.   Провозились парни со всем этим ужасом долго. Почти до вечера. Наконец, Санеми выпрямился, разминая затёкшие мышцы.   – Смысл ты понял, – посмотрел он на Генью.   Тот кивнул, подтверждая.   – А своих в следующий раз можешь послать, если увидишь подобное, – заметил блондин и встал.   Генья в ответ усмехнулся.   – А потом огрести от тебя же.   – Не огребёшь. В этот раз я разрешаю.   – Надо же, – протянул брюнет. –Не напомнишь, какой сегодня день? Нажо его запомнить.   – А будешь ёрничать, точно огребёшь, – прищурился Санеми, выходя из комнаты.   Надо было разобраться ещё и со своими заданиями. Тем более, что блондин, кажется, наконец, понял, каким образом получается вычислить неизвестную величину в парочке уравнений, с которыми он мучился уже не один день.   Парень раскрыл тетрадь и, найдя нужную страницу, быстро приписал карандашом несколько формул. Посмотрел на результат и облегчённо выдохнул. Неужели, всё же разобрался? Как-то даже не верится.   Санеми едва заметно усмехнулся и взял одно из лежащих на краю стола пособий...   Если бы кто-то спросил Шиназугаву, как начинается его день, парень бы ответил, что херово. Нет, к ранним подъемам он давно привык и не воспринимал, как что-то ужасное. Просто-напросто невероятно “вовремя“ вспомнилось, что именно на сегодня объявили контрольную. Да и на физике опять будет одна язва с художественного. Кочо, кажется, в прошлый раз назвала её фамилию... Да, точно. Томиока... Нет, ну надо было ему пересечься с бывшей одноклассницей, да ещё и в стенах именно этого универа. А ведь Шинобу перед экзаменами пиздела, что собирается в мед...   Шиназугава тряхнул головой и сделал глоток кофе. Как-то он слишком отвлёкся на посторонние мысли. Сейчас было совсем не до этого.   Генья сегодня ушёл раньше, поэтому Санеми не стал долго сидеть на кухне, как это обычно бывает, а допил сладкий кофе, который так не любит брат, и поднялся к себе. Взял куртку, сумку с учебниками (спалить бы их к чертям, но нельзя, блять), засунул в карман телефон и, чуть подумав, достал из верхнего ящика стола ключи. Идти пешком настроения не было.   До универа парень доехал быстро (вот она - прелесть двух колёс) и, оставив байк напротив входа, неторопясь пошёл в свой корпус. Контра только на второй паре, а сейчас можно немного расслабиться.   В аудитории оказалось пусто, хотя было видно, что Санеми здесь не первый. Шиназугава прошёл к задним рядам и кинул сумку на одно из свободных мест, которых здесь было предостаточно... Лекции сегодня прошли спокойно. Разве, что Гию опять не удержалась от пары колких фраз в адрес одного технаря. Уже привычно, в принципе. А вот после последней пары, почти у выхода с территории брюнетку догнала Канаэ. – Томиока-тян, ты сейчас не занята? – Нет. Кочо тихо вздохнула и проговорила: – Я понимаю, что ты ещё не в полной мере освоилась в городе, номогу я попросить тебя о небольшой помощи? Гию вопросительно посмотрела на девушку, ожидая продолжения. – Дело в том, что мы с Шинобу каждый месяц отвозим в городскую больницу фрукты и некоторые лекарства, – немного смущенно пояснила Кочо. – А в этот раз совершенно нет возможности. У меня на послезавтра назначен экзамен, а Шинобу поедет с младшей сестрой в горы... – Вы хотите, чтобы я отвезла всё это вместо вас, – уточнила Гию после небольшой паузы. Канаэ кинула. – Просто ты одна из немногих людей, кому я могу это доверить. Но, если ты откажешься, я пойму... – Нет. Я отвезу, – перебила её Томиока. Канаэ облегчённо выдохнула и благодарно улыбнулась. – Спасибо...