Библиотека

Тихо. Так часто бывает именно в библиотеках, но особенно это волшебство тишины заметно ночью. Между стеллажей, как маленькие ночные феи библиотек, летают пылинки, и медленно оседают то на одну книгу, то на другую; иногда проносится летний ветерок, перелистывая страницы неубранных книг, создавая иллюзию невидимого читателя. Где-то среди этих полок кто-то тихо ходит и шепчется, хотя ты знаешь, что, кроме тебя, здесь никого нет. Гарри всегда нравилось думать, что это оживают рисунки, что герои книг выглядывают со своих страниц и общаются с соседями. Иногда среди книг можно было найти настолько потрепанные из-за старости, с выпадающими листами, что, кажется, одно прикосновения к этой книге создаст листопад из множество исписанных страниц. Некоторые были исписаны хулиганами, а в некоторых кто-то оставил важные примечания. Единственный недостаток был в этой библиотеке: она была платной. Как правило, сюда не приходили те, кому книги и правда были нужны. Но одна радость была в том, что сюда пропускали бесплатно учеников церковной школы. Для книг это особой радости не представляло, но вот для Гарри, что всем сердцем любил делиться историями и выразительно читать для совсем маленьких какие-нибудь сказки про принцесс, поцелуи, и принцев, сопровождая всё это активной жестикуляцией, наоборот. Даже дети постарше любили садиться вокруг библиотекаря и слушать увлекательные истории. Кроме того, он учил некоторых читать и помогал детям с домашними заданиями. Гарри знал все книги, всех посетителей, и все потайные места этой библиотеки с необъятными знаниями. От размышлений его отвлёк еле слышный шорох, как будто кто-то решил открыть окно с наружи. Удивившись, Гарри, тихо обходя все скрипящие доски и, словно гибкий кот, проходя среди стеллажей и ещё не разобранных по местам книг, что лежали стопками на полу, пошел на звук. Добравшись до места, откуда он его слышал, Гарри подошёл к стеллажу и отодвинул пару книг, наблюдая за… Мальчиком. У того были чёрные волосы, казалось, настолько тёмные, что поглощали свет от окна, и тёмные, чуть отдающие фиолетовым и немного поблёскивающие, как от капель воды, глаза. Руки были утонченными, а пальцы — длинные, как у пианистов, — при свете луны казались белыми, как перья лебедя. На нежданном госте была рубашка, белоснежная и выглаженная, казалось, настолько, что если и смять, она всё равно разгладится. Поверх рубашки — лёгкая кофта, что немного шла складками от ветерка. Брюки такие же ухоженные и выглаженные, а туфли блестели, хоть где-то и были слегка изношены. Чёрные брови юноши были нахмурены, а сосредоточенный взгляд, который точно не мог принадлежать ребёнку, устремлен в книгу. Залюбовавшись удивительным мальчиком, Гарри не заметил, как в него впились два пытливых глаза. Гарри неловко улыбнулся, вышел из стеллажей, при этом аккуратно поставив потревоженные книги на место, и, стесняясь и заикаясь, произнес: –П-привет. Эмм… Ты же знаешь, что чтение в темноте может пагубно повлиять на зрение? — на последних словах он указал на очки, что красовались у него на носу как раз по этой причине. Когда-то давно ему не разрешали читать, аргументируя это тем, что ему нужны друзья. В общем, друзей он завёл, и много, но вот от книг не отказался и ночью утаскивал парочку и читал при свете луны. –Простите? — мальчик произнёс это с удивлением, но, взяв себя в руки, спросил: — И что же мне тогда делать? — Могу предложить мои комнаты, если ты не можешь посещать это место в более яркое время суток. Я никогда не против гостей, особенно таких, как ты — стремящихся к знаниям. — Гарри чувствовал себя неловко. Было такое чувство, что это он пробрался в закрытое место, а не этот наглый паренёк. Молчание как-то затянулась и он добавил: — Можешь спрашивать о каких-нибудь книгах или о том, чего здесь нет. Я постараюсь помочь. –Что-то от меня требуется? — такого вопроса Гарри никак не ожидал. Ему даже немного стало жалко этого мальчика, но он быстро потушил это чувство и восхитился смелостью паренька. — Я ничего не беру взамен, но если ты так сильно хочешь отплатить, ты можешь помогать мне с сортировкой книг. Мне совсем не хватает рук. — ласково улыбнувшись и блеснув зеленью глаз, Гарри подумал, что это будет забавно. — Но ты можешь этого не делать и читать ночами в моих комнатах при освещении. Ты не обязан как либо… –Нет! Я буду! — порывисто воскликнул мальчик. — В какое время? — Приходи как сможешь. Книги я сортирую ближе к вечеру, когда все церковные ребятишки потихоньку уходят, но ты можешь начать, когда захочешь. — Мальчик кивнул, а Гарри пошёл среди стеллажей к комнате, что была спрятана и заставлена книгами. Из приоткрытой дверцы, струились лучи света от настольной лампы. Гарри открыл дверь шире, и перед глазами предстала небольшая комната. Посередине стоял стол, а вокруг и на нём были бумаги и книги. Где-то на столе были пятна от чернил, где-то валялись перья. В углу комнаты стоял небольшой рояль, на котором тоже были книги, а также листы с нотами. Ещё было две двери. Одна, как понял мальчик, в ванную, а другая — в комнаты. Ещё здесь стоял небольшой столик с ящиками внутри, а вокруг него были стулья. Подойдя к столику, Гарри спросил: — Будешь крепкий чай? Кофе тебе ещё рано, а вот чай имеется. — дождавшись кивка, Гарри приступил к заварке. — А как тебя зовут? –Том. — мальчик решил не говорить фамилию. Мысленно Гарри улыбнулся его осторожности. –Ну, а я Гарри. — Поттер решил тоже не называть фамилию. Вскипятив воду на раньше не замеченной мальчиком маленькой кухне, и закинув в кружки заварку он подошёл к своему рабочему столу, смахнул все бумаги и обратил внимание на мальчика. — Можешь садиться и читать. Я буду работать за тем столом. Вот чай. Пей аккуратно, он горячий. Том удивлённо посмотрел на Гарри, а тот в ответ только ласково улыбнулся. Раньше никто ничего подобного не делал для мальчика-сироты. Вдохновившись бедным пареньком, Гарри принялся записывать идею для нового рассказа, который поведает в кругу маленьких детишек, что прибегут после занятий из церкви. Гарри долго сидел над написанием рассказа и, уже под конец, посмотрел на часы. Три часа ночи. Посмотрев на гостя, он увидел как тот упорно продолжал читать, несмотря на сильную усталость. Подскочив к мальчику он ласково стукнул того по макушке. Тот перевёл на него тяжёлый, возмущенный взгляд. С таким холодом на Гарри ещё никто не смотрел. Всё же взяв себя в руки, он посмотрел в ответ с родительской строгостью. –Уже три часа ночи! Ты должен спать! — заявил Гарри. — Тебе надо беречь себя. Я могу тебя проводить или можешь переночевать у меня — я в таком случае посплю на диване, можешь не стесняться. Я в комнату уже много дней не заходил. Мальчик удивился заботе странного библиотекаря, но выбора не было. Если он вернется сейчас, в приюте его скорее всего отругают, а оставаться здесь небезопасно. –Не бойся. Я не причиню вреда. После хорошего сна можешь поспрашивать у сверстников — они часто посещают библиотеку. — сонно пробормотав что-то, Гарри поплёлся к дивану. — Ах, да. Я отмажу тебя от воспитателей, если хочешь, а теперь марш спать. Можешь воспользоваться ванной. После он, почти засыпая, крикнул вдогонку: — Как всё сделаешь, выключи лампу! Кивнув, скорее самому себе, так как Гарри уже спал, Том отправился в ванную. Раз есть возможность, надо ей воспользоваться.

***

Лучи лампы проходили через стопки книг, своим светом касаясь оголенной части тела, что выглядывала из-под задравшейся футболки, проходя по белой коже плоского живота, по ключицам и по тёмным кудрям, что забавно падали на нос, чуть подлетая от дыхания. Ресницы чуть подрагивали во сне, а брови иногда хмурились, когда Гарри говорил что-то бессвязное. Парень удивился, что тот уснул за то короткое время, что он провёл в ванной. Подойдя к дивану, Том убедился, что хозяин комнаты спит, и пошёл изучать записи. Он хотел попозже прочитать их, заприметив на столе, но его погнали спать. Но Гарри спит, его никто не торопит и он решил прочитать пока что только первую часть рассказа. Погрузившись в чтение, он даже не заметил, как прочитал первую страницу, а после стал искать среди других записей вторую, и так до утра. Проснувшись, Гарри увидел ещё не ложившегося спать Тома, который сейчас усердно читал его писанину, раскиданную прежде по полу. Рядом с мальчиком уже выросла небольшая стопка из маленьких рассказов, а тот продолжал читать, и вот отложив листочек, стал искать последний, но не нашёл. Гарри вспомнил, как оставил его под подушкой в комнате. –Решил прибраться? — строго спросил он. Том вздрогнул, повернул голову к нему и как-то яростно посмотрел. –Где последний лист?! — яростно воскликнул Том. Спихнув всё на недосып мальчика, Гарри не стал расстраиваться из-за его эгоистичности. Глубоко вздохнув, он подошёл к Тому. Тот же как-то сжался, видимо, ожидая криков или удара. –Спать. — яростно прошипев это, Гарри взял непослушного парня за шкирку и понёс в комнату. Там же он раздел вырывавшегося Тома и, положив на кровать, накрыл одеялом. — Как только я посчитаю что ты выспался, я выпущу тебя. А сейчас спи. Я скажу мисс Коул причину твоего отсутствия, и не бойся, она тебя не покусает. Забавно фыркнув на словах о том, что Коул может быть кусачей собакой, он оставил онемевшего от удивления Тома и пошёл готовить завтрак и заваривать крепкий чай. Вспомнив о последней странице записей под подушкой, он рванулся было в комнату, но увидел только спящего мальчика. Успокоившись, Гарри подумал что это будет для Тома хорошим сюрпризом, когда тот проснется. Приготовив завтрак, он написал записку, и удалился открывать библиотеку. Услышав что Гарри ушёл, Том приподнялся на локтях и, словно наркоман, дрожащими руками вытащил последнюю страницу, и взахлеб дочитав, наконец уснул спокойным сном. Однако проспал он недолго. В окно кто-то постучал, и посмотрев на нарушителя сна, Том очень удивился. Это была сова, к лапе которой было привязано письмо. Том даже не поверил и решил, что это всего лишь сон, но глаза, что немного щипало от недосыпа не дали в этом убедиться. Открыв окно, он впустил сову и летний ветерок, что мягко коснулся его щёк и пижамной рубахи Гарри, которую на него насильно надел библиотекарь. Забрав у буйной совы, которая уже успела укусить его за палец, письмо, он прочитал что это из какой-то школы, что приглашала его обучаться магии. Здравый смысл кричал: «Бред!», но сердце хотело верить. Верить в то, что он особенный. Из мыслей его вырвал Гарри, что ворвался в комнату, и, посмотрев на сову и письмо в руках мальчика, замер. Том понял что Гарри знает. Он пристально посмотрел на Гарри, а тот в шоке уставился на него изумрудными глазами. Вздохнув, Гарри понял, что не отмажется, но сказал только одно: — После того, как я отведу тебя в приют, я расскажу тебе об одной идее, а когда ты придёшь вечером сортировать книги, я буду рассказывать приютским детишкам одну удивительную историю, что ответит на твои вопросы. А теперь марш на кухню! — с шутливой строгостью воскликнул он и вышел из комнаты. –Меня ждут посетители и горы книг, которые надо рассортировать до прихода важных лиц, а ты в это время оденься в новую одежду и позавтракай. Я подожду, можешь не торопиться! — прокричал, Гарри стоя уже у выхода из комнат. Том посмотрел на новую одежду, что волшебным образом появилась на кровати. Хмыкнув слову «волшебным», он стал искать свою старую одежду, так как за новую ему нечем было заплатить. Как только он подумал об этом, дверь в комнаты приоткрылась, и Гарри крикнул что его форма в приюте, а эту одежду он может оплатить работой. Нахмурив брови, Том так и пылал недовольством, надевая новую, выглаженную одежду. Обычная белая рубаха, брюки на лямках, новые чёрные туфли. Простенько, но на Томе выглядит аристократично и богато. Пройдя на кухню, мальчик поел, и посмотрев на часы, увидел, что проспал он всего пять часов. Том нашел Гарри среди стеллажей, и они вместе направились к приюту. Он находился не так далеко от библиотеки, поэтому они особо даже не успели поговорить. Гарри что-то нашептал хозяйке этого серого места, та раскраснелась, мило заулыбалась, и, заикаясь как влюблённая девица, попрощалась с Гарри и взяла за руку Тома, совсем не замечая ничего вокруг. Щёки мисс Коул были красными, а глаза блестели. Впрочем, все приютские и так уже давно знали о любви воспитательницы к местному библиотекарю. Уже дойдя до своей комнаты Том заметил, что на кровати лежала его приютская форма, только обновлённая. Только по старому пятну крови, что было на самой незаметной части пиджачка, он понял, что вещи его. Отвлекшись от рассматривания подарка, он вспомнил нечто важное. Идея. Гарри так и не рассказал о ней.

***

Вдыхая пыль, он снова и снова чувствовал как она щекочет нос… Она летала здесь повсюду среди полок. Некому было убираться, некому протирать книги, эти хранилища знаний, кроме, конечно, летнего ветерка поздним вечером, одним из тех прекрасных вечеров, когда солнце окрашивает небо красным, а нежные, мягкие облака розового в перемешку с белым цветов плывут по небу. Гарри услышал звон колокольчика и увидел, что вошёл Том в своей новой одежде. –Как тебе? Как никак, скоро в школу магии и волшебства — Хогвартс —отправишься. А там за грязную одежду называют грязнокровкой. Там вообще нужно быть аккуратнее с чистокровными. — Том посмотрел на него с жаждой. Он хотел знать всё об этой школе, и что это за слова: грязнокровка, чистокровный. Он хотел знать всё. — Нет, нет, и ещё раз, нет! Только вечером. Ты получишь на всё ответы. А теперь про мою идею. Поговорив с мисс Коул, я согласовал с ней свою задумку. Теперь ты будешь здесь работать. Я буду платить тебе валютой магов, ведь если у тебя не будет денег, ты не сможешь купить вещи, которые обязательно требуются для учебы в Хогвартсе. Нет, тебе конечно могут дать денег из их фонда, но… –Согласен! — прервал его Том, тут же согласившись. Гарри как-то грустно и задумчиво посмотрел на Тома. –Хорошо. Как только ты заработаешь достаточную сумму, мы пойдём на магическую улочку и купим тебе всё из списка, а также всё то, что ты сам хотел себе приобрести. Ну, а теперь за работу! А начнём, пожалуй, с уборки. Тут слишком много пыли. Вручив Тому тряпку и ведро воды, Гарри приказал вытереть пыль, и чтобы каждую книгу поднял! А после Гарри отлучился в отдел библиотеки, о котором никто не знал, так как там хранился контент не для детских глаз. После того, как они закончили, было лишь чуть светло от пылающего заката, и в это же время в библиотеку вбежала толпа детишек. Они весело смеялись, гомонили, и тут Гарри задумался: а почему Том не учится? Он обратился с этим вопросом к рядом стоящему Тому, на что тот ответил: –Я умнее их всех. Я и письмом владею так же хорошо, как и чтением. Я ненавижу церковь и этих детей, поэтому я отказался от учёбы в этом месте. — Гарри удивлённо поднял бровь на очевидную ненависть, прозвучавшую в словах такого тихого мальчика. –Хмм? И правда что? И за что они заслужили такую ненависть? Побили? Змею в рюкзак подложили? Камень бросили, грязью облили, сломали что-то любимое или всё вместе? — Скороговоркой проговорил Гарри. Том взглянул на него из-под нахмуренных бровей, в глазах его так и читалось: «да!»  — Ох, а ещё из тебя пытались изгнать демона, хоть это и были обычные выбросы магии? Ребёнок почти готов был кричать о том что это правда, но тут же странно посмотрел на понимающий взгляд, в котором вовсе не было жалости, как у воспитателей и учителей, что ничего не могли с этим поделать. Это всегда бесило в них Тома, но Гарри это не то, он совсем другой человек, личность. Что вообще случилось с библиотекарем Гарри? Раз он знает о магии, то почему он здесь? Но ответ был один: –Вечером, —и Гарри долго смотрел на детей, полностью погрузившись в воспоминания, а после посмотрел на Тома. — Иди и поговори с ними. Ты же вроде наукой увлекаешься? Так вот, тот парень в уголке тоже не против с кем-нибудь порассуждать на научные беседы. Он чуть подтолкнул Тома к мальчику что сидел в одиночестве и читал сложную книгу о растениях. Том не очень охотно, но всё же переборол себя, думая о том что попробовать можно. –Здравствуй. Я Том Реддл, — протянув руку, он немного удивился реакции мальчика. Тот странно побледнел, как будто не верил, а после засветился от радости и нервно, рвано протянул руку, чуть дрожа. –Я Грей! П-приятно познакомиться, Т-том, — последнее слово мальчик сказал очень тихо. Он напуган? Том посмотрел на рукопожатие, что так и не закончилось, с холодом и раздражением, от чего мальчик отдёрнул руку, как будто обжёгся.— П-прости. Я просто не могу поверить! Сам Том Реддл, со мной разговаривает! Я просто… Ты… Ну знаешь… Мой кумир… Эм… Вот… — пролепетал смущённо Грей. С удивлением и интересом Том посмотрел на мальчишку. И по какой же причине он стал кумиром? Внезапно мальчишка стал что-то лепетать, увидев удивление собеседника. –Ну знаешь, ты весь такой загадочный, холодный и умный! Все говорят, что ты выпендрежник, так как бросил школу из-за скуки, а некоторые тебя демоном зовут, но ты удивителен! Даже мистер Гарри это заметил! Этим просто не понять! — фанатично вскрикивал Грей. А после к ним подошёл Гарри. Когда он приблизился, Том почему-то почувствовал смущение. –Ого-ого! Ты молодец, Грей. Как я и говорил, мы должны быть собой и оценивать всё по своему. Ты молодец, что не пошёл на поводу у общества. Том и правда умён, и я подумал, что вы можете стать неплохими друзьями, ведь ты тоже умненький, так ведь? — Том как-то зло посмотрел на нового друга. Он был возмущён, что кто-то тоже может быть особенным в плане знаний. Стоявший рядом Гарри слегка пихнул Тома, отвлекая от самобичевания и ненависти к окружающим. –Да, конечно. Мы можем подружиться, — только вот вместо улыбки появился оскал. Гарри неуверенно посмотрел на Тома, а потом на мальчика, что весь дрожал. –Да, у вас может что-то получиться, но сейчас нам с Томом нужно отойти, поговорить. У мальчишки в глазах было столько облегчения когда они ушли, но что-то всё равно настораживало его, особенно после той «улыбки» и взгляда, что, казалось, способен заморозить. Может, слухи правдивы, и этот Том — демон? –Том! Что ты творишь! Ты должен подружиться, а не отпугнуть. Я стараюсь сделать хоть что-то, чтобы над тобой не измывались, а ты? — Гарри строго посмотрел на Тома, а тот с яростью в ответ. — Я не должен ни с кем дружить! Я — особенный, а они грязь! — он рычал на Гарри, как дикий зверь на дрессировщика. Тот вздохнул, его глаза наполнились нежностью и пониманием, и он аккуратно положил руку на плечо мальчика. — Прости. Ты прав. Но тебе нужны друзья. Я, правда, ничего больше не прошу. Просто… Пожалуйста, заведи хоть одного, — он мило улыбнулся, хихикнул и потрепал такие прилизанные волосы, а Том так и стоял с забавным удивленным лицом. О нём беспокоились, его понимали. От этого было как-то непривычно тепло. Том потянулся к волосам, которые так нежно растрепали, и с такими же удивлённо распахнутыми глазами, пригладил их. Гарри. Он посмотрел в ту сторону, куда ушёл этот странный человек, и увидел его в окружении приютских, что, весело хохоча, собирались вокруг библиотекаря, чтобы услышать новый рассказ. Гарри посмотрел на него и с улыбкой подозвал. Том как под заклятием империус пошёл на эту улыбку, и сел на колени Гарри, и другие с завистью смотрели на него. Самодовольно улыбнувшись, он поудобнее устроился в объятьях Гарри, греясь и слушая рассказ о мальчике-который-выжил. Гарри подробно рассказывал о Хогвартсе, о магах, о волшебной улице. Главным героем был мальчик Гарольд и его друзья: Гермиона и Рон. Там был злой и нехороший зельевар Северус Снейп, добрый старик Дамблдор с удивительной птицей феникс, страшные пауки в лесу… Гарри говорил и о полётах на мётлах, вообще обо всём. А ещё там был страшный Волдеморт. Однако Гарри рассказывал о злом волшебнике не как о самом страшном зле, а как о хорошем человеке, что просто немного запутался. — Все мы иногда можем слегка запутаться, ступить на неверный путь. Мы не плохие, но и не хорошие. Мы просто… Являемся собой. Делайте всё, чтобы сохранить баланс между разумом и душой. Не бывает справедливости, как в сказках, нет зла, добра как в тех же нами любимых историях, — немного подумав, Гарри продолжил. — А, знаете, я не тот человек что может судить и толкать такие речи. Вы сами решите, и сами поймёте, наберётесь своего опыта за прожитую жизнь. — вздохнув, Гарри попросил Тома подняться, а после встал следом. — Ну что ж, бедная мисс Коул уже наверняка волнуется за вас. Пойдёмте, я вас провожу. Вместе с ребятишками они вышли на улицу, а некоторые детишки, что боялись темноты, обхватывали ноги Гарри, хватали за рукува и руки, почти вися на них, а Том отчуждённо шёл впереди, как-то зло смотря вперед и при этом неуверенно теребя рукав. Детишки что-то лепетали и звонко смеялись. — Мистер Гарри, — звонко прозвенел рядом голосок девочки, у которой волосы были абсолютно белыми, а щёки её покрывал румянец, — а правда что мисс Коул в вас влюблена, как принцессы из сказок? Неловко рассмеявшись, Гарри ответил, что не знает. –А вы любите её, как самый настоящий принц? — это было сказано по-детски мило, но чертовски смущало Гарри. — Нет, мы просто очень хорошие друзья, и я не её принц. Она явно достойна другого, — девочка звонко рассмеялась и побежала к другим, чтобы пылко пересказать услышанное. Они все вместе дошли до приюта. Мисс Коул, не постеснявшись, чмокнула Гарри в щёку, от чего тот немного растерялся, а та маленькая девчушка рассмеялась, и побыстрее отвела детей в приют. Остался только Том, который всё так же нервно теребил рукав нового пиджака. –Спрашивай. Я точно не покусаю, — Том внимательно, но с неловкостью, посмотрел на Гарри. Он хотел спросить про мисс Коул, без всяких принцев и принцесс, но умение Гарри сканировать все эмоции, как будто через воду смотреть, немного сбивало с толку. Быстро вспомнив то, о чём очень хотел спросить, Том посмотрел прямо в зелёные глаза, что в темноте ассоциировались с чащей леса — были такими же холодными, красивыми и загадочными. — Откуда ты так много знаешь о магии? Ты волшебник? — Том с интересом заглядывал в зелёные глаза, что блестели грустью воспоминаний. –Нет, — хрипло проговорил Гарри, отводя взгляд. Он посмотрел в звёздное небо, засунув красные от холода руки в карманы пиджака. Надломлено улыбнувшись, он продолжил: — Но был когда-то… Я был сильным, умным волшебником, но… В мире слишком много людей что не ценят этого. Понимаешь… Я был полукровкой, сиротой и нищим. Прямо как ты, — он улыбнулся и посмотрел прямо в глаза, которые казались цветом красной луны, смотрел внимательно, будто в душу заглядывал, настолько глубоко, понимающие и чувственно, что по телу бегали мурашки от взгляда этих зелёных глаз. Удивительные то были глаза — наполненные горем, но в то же время в них была сила. Это поражало. — И решили маги пошутить над таким как я. Лишили магии, забрав единственное, что считали важным для меня, но… Посмотри вокруг. У меня остался целый мир, и даже два. И это по настоящему волшебно, — отведя взгляд, Том увидел, как зелёный цвет блеснул в темноте. — Давай, идём в библиотеку, а то времени перед сном у тебя не останется. –Хорошо, — Том обдумывал слова Гарри, вспоминая те глаза, что сейчас сверкали детским весельем: Гарри предлагал пробежаться наперегонки. Том хитро улыбнулся на предложение, и решил попробовать такую детскую забаву; а если уж он согласился, он обязан победить.

***

Летнее солнце уже грело не так сильно, а листья постепенно окрашивались в цвета осени. Приближалось первое сентября, а вместе с ним и поездка в Хогвартс. Чем ближе был этот день, тем больше скапливалось денег для покупок; как Гарри и говорил ему из школы переслали достаточно денег. Чем ближе был день покупок, тем больше тяжёлых вздохов и тяжёлых дум было у Гарри. Работа продвигалась хорошо, и уже к началу сентября все книги были готовы для продажи богатым, и несколько потрёпанных оставалось для бедных сирот. Гарри хотел хоть как-то помочь и купить новые учебники сиротам, но богачи по своей прихоти не давали сделать что-то столь щедрое. Как говорил мистер Горбин: «Мои дети не могут учиться по тем же учебникам что и нищие сироты!», а потом яростно добавлял: «И возьми уже на работу кого получше!». Гарри не перечил начальству, но ни в коем случае не хотел увольнять мальчика, и, скрипя зубами, говорил, что уходит помогать неумехе-сироте, а после терялся среди стеллажей оставляя «покупателя» выбирать дальше. Когда Том расставлял эти несчастные учебники по новым полкам, что он же и прибил, он подслушал разговор, и в этот момент у него чуть не случился всплеск магических сил. Его переполняла злость за Гарри, который ничего не мог сделать, не мог пойти против начальства, даже за такие ужасные слова. Мальчик тихо зарычал, его магия стала клубиться, завихряясь и раскаляя воздух. Гарри заметил изменение в воздухе, именно поэтому он так быстро убежал, якобы чтобы помочь сироте. После, дав пощёчину Тому, он зло смотрел в чёрные глаза, что сверкали бессильной яростью. –Том! Очнись от своей злости уже! Мальчик ошарашено посмотрел на сердитого Гарри, потом — на учебник, что так и не был поставлен на полку, а был обуглен и теперь был вовсе не книгой. Гарри нежно погладил место удара, как бы извиняясь за грубость. — Прости. Если бы у тебя был выброс, думаю, мы бы ни за что не собрали наш дом, ведь ты у нас сильный маг. Том обдумал всё, и ему стало так грустно… Он смотрел в эти добрые глаза, что светились зеленью летней листвы и впервые чувствовал обиду. Он был обижен на Гарри, на богачей, сирот и глупых людей. Он чувствовал себя слабым и это злило, но ярость была не такой сильной когда тёплые руки поглаживали щеку, что была как будто в огне. Это отрезвляло. Гарри сел на стул, что стоял среди книжных полок, и рядом с окном, за которым лил дождь, а небо было затянуто тучами. Именно в этом месте и именно на этом стуле Гарри рассказывал истории. Поэтому здесь было несколько пледов. Взяв один, Гарри закутал их обоих в него, прижимая мальчика к себе. — Лучше? — самому мужчине тоже когда-то пришлось пережить то, что сейчас испытывал мальчик. Он понимал его, потому что сам порою испытывал огромную ярость от безысходности. Том не был виноват, что был сиротой, не был виноват в своей бедности, в том, что у него была магия, он не был виноват в своём существовании! Другие не понимали этого, и это заставляло ярость клубиться где-то внутри, и иногда так хотелось выплеснуть её на обидчиков! Но он не мог, а она всё продолжала расти, после взрываясь внутри, оставляя после себя чувство пустоты и непроходимого одиночества. Хотелось замкнуться в себе, но была цель, была сила… и не было возможности сделать то, чего хотелось. Он понимал этого мальчугана. –Том, — начал говорить Гарри, а Том осторожно замер в его объятиях, так как прозвучал строгий голос, а если мужчина начинал говорить этим тоном, мальчик напрягался, сам не понимая, почему. — Ты очень сильный и умный мальчик, так что постарайся не идти на поводу у гнева. Всегда держи себя в руках, потому что если ты убьешь кого-то, я не переживу, и точно схлопочу инфаркт. — Шутливо закончил Гарри, растрепав чёрные кудряшки, от чего напряжение мальчика ушло. Гарри всегда так добр к нему, и одновременно строг. Том испытывал что-то вроде привязанности к этому удивительному человеку. Он мог быть ярким, тёплым, словно солнце, и в тоже время холодным, как ледник. И вот сейчас, слушая сердцебиение этого человека, Том успокаивался. Было так уютно и тепло в объятиях, что просто не хотелось уходить. Он ещё не испытывал ничего подобного, но это было приятно. Он просто сидел и слушал голос, такой ласковый и приятный, что казалось, Гарри был бы неплохим певцом. У Тома всегда был один вопрос, что всё лето мучил его: –Библиотекарь? Почему библиотекарь? — он с любопытством посмотрел на Гарри что удивлённо взглянул, а после, оперевшись об несколько подушек что лежали как раз для этого, тихо вздохнул. –У меня очень странная и запутанная история. Ты наверное не раз ещё услышишь обо мне в Хогвартсе. Только скажи Гарри, а за тебя уже скажут мою фамилию, — он ухмыльнулся и посмотрел в любопытные глаза собеседника своим проникновенным зелёным взглядом. — И нет. Я самый обычный парень, просто отличился умом. Надеюсь, ты тоже будешь таким же умненьким мальчиком. Я всегда смогу поддержать тебя и помочь. –Почему ты такой? — тихо высказал свои мысли Том. –Какой же? — любопытно и подразнивая ухмылкой спросил Гарри. — Щедрый, добрый, любящий всех и вся, — Тому было сложно такое говорить, но слова сами слетали с губ. С беспокойством и любопытством наблюдал он за реакцией Гарри, но ответом стал звонкий смех. — Наверное, потому что это и считается нормальным? Запомни: ты являешься человеком только тогда, когда ты веришь в добро, в светлое будущее и каждое доброе дело будет светом и радостью для тебя самого. Люди самые сильные и умные существа, а вовсе не монстры, как тот богач, — Том подумал, что он монстр. Он не хотел делиться, не хотел делать добро или что-то светлое. Но если он монстр, его будут бояться и ненавидеть, как того богача? — Если честно я и сам тогда монстр, — Том удивлённо взглянул на Гарри, а тот улыбался настолько солнечно и тепло что сердце, которое, казалось, больше никогда так не забьёться от тёплых эмоций, трепетало, как крылышки калибри что описывали заумными словами в учебниках, — Потому что я никогда не смогу кому-то отдать что-то дорогое. И нет, это не деньги. А например ты, эта библиотека и чай по утрам. У Тома перехватило дыхание на словах «ты». Он был кому-то дороже денег, дороже всего, его никогда не смогли бы отдать. Он впервые не чувствовал себя мусором, ненужным. Он чувствовал тепло и уют объятий, пледа и слов. В самый пасмурный день лета, он чувствовал тепло и то, что нужен. Он думал о том, что у него теперь появился человек, которого он заберёт к себе и будет хранить так же, как и все драгоценности которые украл: в своём ящике. Гарри, крякнув, встал со стула, и пошутил про возраст. Хотя он вроде закончил школу не так давно. Или не заканчивал? Библиотекарь вышагивал к рабочему месту, при этом внимательно разглядывая стеллажи, новые прибитые полки, а потом, что-то вспомнив, повернулся, посмотрел на Тома, и сообщил оглушительную новость. Завтра они идут на прогулку по волшебной улочке, за покупками для школы. –Ах, да. Тебе нужно выспаться, поэтому ночное время сна переносится на сейчас. Бери книгу и читай любую, а я справлюсь здесь, — Том хотел отказаться даже от книг. Он впервые хотел помочь. Не ради выгоды. Просто помочь, отплатить за всё, что для него сделал этот человек. –Нет, — Гарри удивлённо обернулся на парня, что аккуратно сворачивала плед и поправлял подушки, при этом хмурясь и вперяя в те же подушки самый свой холодный взгляд, в котором кажется промелькнул тот самый отголосок детских эмоций. — Я помогу. Гарри понимал что этот ребёнок не так холоден. Тихо хихикнув, Гарри сказал про себя: «Будет интересно». Смотря на борьбу эмоций в глазах, он тихо что-то прошелестел в ответ на бурчание мальчика и пошёл к стеллажам. *** День выдался солнечным и ярким. Самое то для прогулки по магическим улочкам, что были затоплены волшебниками, которые спешили одеть своё чадо к школе и обеспечить нужными инструментами. Где-то играла музыка, возле какой-то лавки кричал огромный грузный мужчина, зазывая покупателей своим басом, и отпугивая детишек, что были здесь в первый раз; а аристократы проходили мимо фыркая и брезгливо морщили носы. Кажется, закрыть уши им мешало только воспитание, но показывать своё самолюбие никто не мешал. Том шёл рядом, крепко держась за чужую руку, чтобы не потеряться. Гарри до сих пор помнит то лицо, на котором хоть на миг, но всё же возникло облегченное выражение. после того, как предложили руку под предлогом «чтоб не потерялся». Но на самом деле библиотекарь знал, что Том гордый мальчик, и сам не попросит, так что, гуляя сейчас, он чувствовал, насколько мальчику было страшно от этой неизвестности, хотя бы по магии, которая так и хотела взорваться, и по ногтям, что впивались в ладонь. Иногда Гарри отвлекал его шутками, рассказами и объяснениями, но и сам мальчик на вопросы не скупился. Он задавал иногда такие, что даже начитанный Гарри, не смог ответить на них. –Том? Мы уже купили тебе всё для уроков: форму, книги… — про себя Гарри подумал: «Слава Мерлину это так, а то я думал, только под заклятием империус его можно вывести из царства магических книг, а мне это не под силу.» — И теперь… — Гарри выдержал паузу для интриги. — Волшебная палочка! Том с радостью схватил Гарри за руку и, уже не с таким страхом, а полный энтузиазма, направился к лавке, которую заметил еще по приходу сюда. –Эй, воронёнок, не торопись. — Гарри легонько потянул на себя мальчика, а тот нахмурил брови в ответ на не понравившееся новое прозвище. — Ну что ты как ворона на крупу дуешься? — Гарри улыбнулся, но сдержал смех, увидев ещё большее раздражение в глазах мальчика. — Тебе и правда подходит это прозвище, поэтому не обижайся, воронёнок. — Библиотекарь ласково погладил мальчика по голове, нарочно растрепав ему волосы, а ведь Том так долго причёсывался, прилизывал волосы до блеска… Так ещё и нарочно дразнил, растянул «воронёнок» в конце как тягучую жвачку. — Ладно, ладно. Но ты будешь воронёнком. — утвердительно произнес Гарри так понравившееся прозвище, а после сосредоточился на главном. — Пока ты будешь выбирать палочку, я схожу в магазин и куплю нам по мороженому. Хорошо? Том кивнул, осознав возложенную на него ответственность, Гарри же, весело напевая песенку, исчез в толпе. И всё же, заходя в лавку, Том испытал непонятный страх неизвестности, но он быстро задушил его и держался спокойно. Внезапно, как чёрт из табакерки, на него с лестницы выпрыгнул мужчина, с интересом разглядывая и начиная снимать мерки, едва поздоровавшись, на что мальчик ответил таким же приветствием, только с той же холодной сталью в глазах. –Интересный мальчик, интересный. И как тебя звать? — поинтересовался мужчина. –Том Марволо Реддл, — мастер, ничего не ответив, пошёл среди полок с длинными коробочками, в которых как понял Том, были палочки. Мастер принёс в начале одну, потом вторую, а после третью и так пока Том, уже чуть ли не переволновавшись, думал что все слова Гарри ложь, он почувствовал тепло в руке. Палочка грела руку и это тепло отдавалось в груди тёплыми волнами, а сердце стало стучать так сильно и в тоже время так спокойно, как тогда, в объятиях Гарри. –Очень любопытный парень…интересный… — говорил про себя мастер. –Можно ли полюбопытствовать, чем же я вас так заинтересовал? — сердито сказал Том. –Ну как же. В твоих руках самая великая палочка, самого сильнейшего мага, — мастер загадочно улыбнулся и пропал. В прямом смысле. Том смотрел, то на пустое место, то на палочку. Попрощавшись в пустоту, он услышал только тиканье старых часов. За окном, напевая какой-то мотив, стоял Гарри, надкусывая холодное сладкое мороженое из рожка; во второй руке он держал порцию Тома. –Привет, воронёнок. — Том посмотрел в зелёные глаза с каким-то странным чувством тепла, будто это не его чувство. Посмотрев на палочку в руке, он понял, что это она радуется: признала своего прошлого хозяина. Огладив теплое дерево пальцем, Том аккуратно положил её в карман. Но всё же теперь у него появилась цель: узнать что же за особенный такой Гарри, что его знают все, все боятся, любят, восхищаются. Гарри, заметив кусочек своего прошлого, долго не мог прийти в себя. Он вспоминал тепло верной палочки, и по коже проходила дрожь. Он помнил какие чудеса он творил с ней. Она была частью его души, а теперь лежала в чужом кармане. Он взглянул в глаза напротив, что ожидали, когда собеседник отреагирует, на слова которые Гарри не услышал. А он смотрел и видел в этой пустоте что-то светлое. Оно было чем-то новым, зажёгжимся совсем недавно, чем-то некогда потухшим. — Вот, держи. Я не знал какой твой любимый вкус, так что взял шоколадное, — Гарри даже не улыбнулся как обычно, только крепко сжал руку Тома и направился к волшебному зверинцу. Как только они зашли в магазин, прямо в руки библиотекарю упал какой-то юноша, свалившийся с лестницы. Он взглянул в лицо поймавшего, и, побледнев, очень быстро убежал за прилавок. Гарри только улыбнулся, как оказалось, продавцу, подошёл к нему и поздоровался. Совсем еще мальчик, который, кажется, не так давно закончил школу, только трясся от страха, но кивнул головой в знак приветствия. Гарри нашел взглядом Тома, что с интересом наблюдал за разыгрывавшейся сценой, подозвал. — Выбирай какую-нибудь птицу, и того кого хочешь, — Том посмотрел на Гарри и хотел уже спросить, но ему не дали. — Я знаю что ты сейчас спросишь зачем птица и почему «кого хочешь». Так вот. Ты наврятли захочешь жабу или что-то ещё из списка, так что можешь взять любого зверька. Главное, чтобы он не мешал твоим соседям. А птица тебе нужна для общения со мной. В магическом мире почта осуществляется с помощью птиц, как правило, сов, но ты можешь выбрать любую птицу, даже ворона, воронёнок, — Гарри подмигнул Тому и хихикнул в ответ на его недовольный хмык. Мальчик внимательно проходил между клеток, выбирая себе друга. Подойдя к одной змейке, он увидел схожесть с драконом. Чешуйки были не как у обычной змеи, а острыми, как у драконов, и форма головы тоже были схожи. Глаза большие и яркие; не жёлтые, а зелёные, загадочные, умные, понимающие. Отличие от глаз Гарри было только в том что у этой змейки они были с узким зрачком и более жестокими, без проблеска доброты, которой было полно в глазах библиотекаря, что терпеливо ждал, при этом мучая перепуганного продовца распросами, улыбаясь ию не скрывая своего веселья, смеялся над реакцией и ответами дрожащего парня. Окрас змеи напоминал листопад. Каждая из чешуек была то светло-жёлтой, то тёмно-красной, то оранжевой, а то и вовсе фиолетовой. Змея прошелестела приветствие, а Том с улыбкой протянул к ней руку, поглаживая и говоря на английском о том, что заберёт её отсюда; он не решился говорить на персентангле в людном месте. –Вижу, ты сделал выбор, — Гарри подошёл и задумчиво погладил необычную чешую. — Кто тут у нас красотка? Том удивлённо смотрел на Гарри, что, ничего не замечая, гладил змейку и ворковал с ней. -Ты тоже? — Гарри обратил внимание на Тома и с счастливой улыбкой кивнул. –Это особенность есть не у всех, воронёнок. Пока что в волшебной Британии на этом языке можем говорить только ты и я, — Гарри по уже появившейся привычке, потрепал волосы мальчика, и подошёл к продавцу, чтобы сообщить о выборе Тома. — А что насчёт птиц? Может ворона? Гарри внимательно посмотрел на ворона, что, хмурясь, смотрел в ответ. Перья блестели, а голова с холодными, чёрными глазами, была гордо поднята. –Да… Этот очень на тебя похож, — задумчиво произнёс он, — Решено. — с утверждением сообщил Гарри. — Гери, подойди сюда! — Продавец прибежал как пёсик по зову хозяина, — Нам вон ту змейку и ворону. Также большое количество корма для обоих. Клетка не нужна, как и террариум, — Продавец выполнял всё что было сказано. Гарри ритмично похлопал в ладоши, призывая эти самым сесть ворона себе на плечо, а тот, как дрессированный уселся, чуть царапнув когтями кожу под тканью. — Я-то думал ты гордая птица, а не ручной зверёк! — Ворон недовольно встрепенулся и вцепился когтями сильнее. Гарри заойкал и прикрикнул ворона, который тут же принялся перебирать перья. Уложив все вещи для ухода в карман, к остальным уменьшенным покупкам, они вышли на шумную улицу. Взяв Тома за руку, Гарри двинулся через поток людей. Том не понимал такой доброты Гарри. Зачем ему работа библиотекаря у маглов, если он получает неплохие деньги из мира магов? Почему он так держится за эту работу, и боится, что его уволят, если у него есть средства жить здесь? И откуда эти самые средства? Как знал Том, сквиб никогда не покидает библиотеку, а на встречи всегда берёт его, что Том считал странным. Он всего лишь ребёнок и никак бы не помог в серьёзных вещах… В ответ на все эти вопросы, Гарри только загадочно улыбнулся и сказал, что воронёнок это птенец, а не птица, чтобы уметь летать. Он повернулся к купленному ворону, который подтвердил слова сквиба кивком. *** Солнце садилось, показывая свою слепящую красоту. Чёрные кудри, спадавшие на лоб, окрашивались в тёмно красные цвета, а тёмные и холодные, как дно океана, глаза, блестели чуть красноватым и медово карим. Пылинки падали на подрагивающие ресницы, на нос, что забавно сморщивался в чихе, а после опадали на руки, возвращаясь оттуда на страницы открытой книги. –Кажется феи этой библиотеки полюбили тебя. Лично меня они стараются избегать. Никогда их не понимал. — Том посмотрел на Гарри как на сумасшедшего, но всё же проявил любопытство. Мальчик ни разу не видел здесь фей, но может быть в этом и был секрет Гарри. –Что за феи? — с искренним удивлением спросил мальчик. –Те что спрятались среди твоих чёрных кудряшек, те, что сидят на ресницах перебирая твои воспоминания в глазах, те что сидят на носу, щекоча и заставляя чихать, заливаясь после этого смехом, и те кто любят книги хранить под своим слоем, — Том мог бы и отгадать загадку, если бы верил в одну истину. Лишь безумцы умны, лишь они совершают те поступки что не совершил бы никто другой, лишь они думают намного шире чем кто-либо другой. — Но в них есть минус. Они просто обожают частички кожи человека. Может твоя им больше по душе? Том долго смотрел в пол, а после обратил своё внимание на маленькие частички, что танцевали и кружились в вальсе в лучах солнца. На секунду, на самый короткий миг, он увидел в этих кружениях маленьких фей. Но не может пыль быть чем-то большим, чем просто грязь! Посмотрев обратно в книгу, Том подумал, что был раньше такой же грязью, но Гарри заметил его, как и эту пыль, и вот — завтра он отправиться на поезд. Посмотрев в изумрудные глаза, он увидел там бесконечную боль, раны, шрамы, ножи что оставались глубоко в спине и в тоже время большую гордость за себя и любовь к окружающим людям, да что там, даже к простой пыли! В этих изумрудах был холод глубин океана и тёплое солнце лета. Захлопнув книгу, Том молча поднялся и ушёл. Гарри думал о том, что выбрал того самого безумца, средь многих других, и его палочка не подвела, выбрав его. Библиотекарь прикрыл глаза, вдыхая пыльный воздух, и, кивнув головой, пробормотал, что согласен со своей верной подругой и спутницей — палочкой, что когда-то была его. –Береги её, — многозначительно посмотрев будто бы в душу Тома, сказал Гарри. *** Везде было шумно и так светло… Повсюду слышалось уханье сов, и пыхтение и гудки красного паровоза. Куда не посмотри — везде печальные лица родителей и радостные дети, всё же немного опечаленные расставанием. Только один мальчик был хмурым. В его глазах, как всегда, блестели любопытство, холод и — всё же она была! — крохотная, затаившаяся среди холода и боли, капелька грусти от расставания. Она была настолько мала, что даже сам хозяин не заметил её тусклый свет. Но зелёные глаза видели всё, и их хозяин молился Мерлину, чтобы это не переросло в нечто жуткое, страшное, так как в этих глазах света не может быть, а если и будет, то только чёрный. Когда Гарри вместе с Томом появились на платформе девять и три четверти, весь шум и гам пропал после возгласа какой-то девушки. Все глаза были устремлены на Гарри и, кажется, они вовсе не обращали внимания на Тома. Мальчик же вопросительно взглянул на мужчину, что невозмутимо и гордо держал осанку. Обычно эти глаза были тёплыми, излучая доброту, а спина немного ссутулена, чтобы быть наравне с малышами, но не сейчас. Присев на корточки, чтобы находиться на уровне глаз с мальчиком, под взглядами насторожившихся магов, под шёпот первокурсников, Гарри наклонился к лицу Тома и тихо шепнул: –У других могут быть вопросы, — начал Гарри, а Том почувствовал, как сердце чаще забилось от страха перед этим холодным шёпотом и тяжёлой рукой на плече. — Игнорируй их, и помни: что бы они не сказали, это ложь. Верь только инстинктам, как в той сказке про паука. Иногда зрение и слух можно обмануть, но не сердце, что бьётся в нашей груди. Гарри крепко обнял его, чего раньше делать ни прикаких обстоятельствах, никто другой не стал бы, даже под угрозой жизни. Потому что Том не ребёнок, а псих и демон, но Гарри был таким же, поэтому не скупился на объятия. Но он сделал это так непринуждённо и легко, что от объятий, кажется, в глубине души Тома что-то заворочалось и тихо заскулило. Но мальчик даже не посмел шелохнуться в затянувшихся объятиях, не обнимая в ответ. Гарри понимая что ребёнок не хочет отвечать взаимностью, но не расстроился. Он понимал, что всё ещё незнакомый человек, но всё же где-то была честичка грусти. –Воронёнок, я буду очень сильно скучать по тебе. Учись хорошо, и… — от осознания того, что мужчина уже собрался уходить, нечто расстроенно заскулил, требуя ещё пару минуток объятий, и Том обнял в ответ, отчего Гарри замер. Мальчик сильно прижался головой к его груди, слушая ровный ритм сердца, вдыхая родной запах. Гарри провёл носом по чёрным, тщательно уложенным кудрям, чувствуя запах деревьев, промокших от дождя и едкий табак, что увязался ещё с магловской плотформы. — Ну же, воронёнок. Ты опоздаешь, а у меня нет магии для переправки тебя в Хогвартс, как у остальных родителей. Том с неохотой расцепил объятия. Он не мог сейчас понять свои чувства и то нечто, что-то жалобно скулило и не хотело разлуки. Он не верил в сердце, в чувства вплоть до сегодняшнего дня, пока не услышал жалобный скулёж побитого зверька, который и был — сердце. Том от осознания этого широко распахнул глаза. Он был бесчувственной грязью, пылью и обыденностью для других, и даже сам стал думать, что является таковым, до того дня, когда в его мире появился Гарри, человек, что верит в его маленькое, почти несуществующее сердце. *** Колёса поезда стучали громко, ритмично, а за окнами пейзажи смешались в одну палитру художника. Так же, как у Тома в душе: там противоречивые чувства смешались, превращаясь в одну головоломку. Этот клубок, казалось, невозможно распутать… А в голове снова и снова появлялся создатель этого клубка эмоций, как всегда насмехаясь. Том не понимал, откуда появилась у него эта привязанность к подозрительно доброму человеку, который работает на какого-то богача и готов из-за книг ударить ребёнка, а так же, ко всем минусам, он злоупотреблял алкоголем, когда не назначал Тому рабочий день. Он был странным, а также скрывал от него свой доход. Неудивительно, что все боялись его и распускали нехорошие слухи. Но было что-то загадочное, тёплое и такое любимое… Да и плюсы конечно были, и много. Например то, что он не показывался ребёнку на глаза пьяным и не пил при нем; позволил Тому работать, несмотря на запреты начальства и много других, и все это точно перекрывало минусы. И что-то всё-таки так тянуло к этому мужчине… Не доброта, не любовь ко всем живым и неживым, но что-то особенное в его глазах. Сколько Том не разбирался, казалось никогда не поймёт. Возможно, это была та самая детская любовь, как к отцу или старшему брату. Но порассуждать ему долго не дали, так как кто-то постучал в дверь купе. Казалось с этим стуком пришло осознание, что он волшебник и ученик магической школы, а также тоска и грусть от расставания.