Я не волшебница я только учусь

Когда Галия услышала, что Снегг будет судить матч Пуффендуя и Гриффиндора, она не могла поверить своим ушам. Ему это зачем? Что он вообще собирается делать, кружась над квиддичным полем? Снегг думает, что верхом на метле он сумеет владеть ситуацией? Если Квиррелл вновь заколдует мяч, то зельевар с бладжером не справится. Тут целая команда, обучающаяся летать при любой погоде, совладать с бешеным мячом не смогла, а Снегг тем более не справится. По рассказам старшекурсников, обсуждающих будущее судейство матча в гостиной, девочка узнала, что у профессора проблемы с вестибулярным аппаратом. Больше получаса летать на метле он не может, так как его начинает мутить, и полет он предпочитает спокойный и ровный, а резких движений в воздухе избегает. Короче говоря, таких неженок не берут в космонавты! И если мяч опять взбеситься, то Снегг, боящийся финтов и поворотов на метле, ничем не поможет. Так что пользы от него будет, как с решета в проливной дождь. Хорошенько подумав, слизеринка решила идти на матч. Хоть на квиддич взглянуть можно и посмотреть, как станет судить игру зельевар. Про себя Адамс надеялась, что бешеного бладжера на матче не будет. - Как Снегг будет ловить летающий мяч, если он вдруг появится? Как бы самого зельевара ловить не пришлось! – пробормотала девочка, собираясь идти на матч. Дебора не знала, что ее словам суждено сбыться в самый ближайший момент. За столом все обсуждали предстоящую игру, Маркус Флинт громким голосом выражал надежду на разгром гриффиндорской команды от сборной Пуффендуя, а игроки поддерживали капитана гоготом и негромкими аплодисментами. - Эй, Белл! – крикнул Эдриан Пьюси в сторону ало-золотого стола. – Будешь летать, открывай рот как можно шире, тогда ты снитч точно не упустишь! Слизеринцы рассмеялись, глядя на краснеющую Кэти Белл. - А вы я надеюсь, будете летать получше ошпаренных докси? – выкрикнул Фред, переглядываясь со своим братом. Тот ухмыльнулся. - Даже наши садовые гномы летают быстрее всей команды Слизерина! – захохотал Джордж, и его поддержали гриффиндорцы. - Только гномам сначала надо дать пинка. Так что Флинт, запускай своих игроков в воздух ударом с ноги, - поддержала своих сокурсников Алисия Спиннет – смуглая черноволосая третьекурсница, с двумя длинными косичками. Флинт показал гриффиндорцам свой огромный кулак. - За пинками не заржавеет, я вас первыми запущу! Только стройтесь в очередь, - пригрозил он, показательно хмуря брови. Так перекрикиваясь и перешучиваясь, обе команды развлекали всех учеников в Большом Зале. Складывалось впечатление, что для игроков, давно сражавшихся друг с другом на квиддичном поле, такие перебранки своеобразный и устоявшийся ритуал. После завтрака школьники начали строиться в колонны, чтобы отправиться к стадиону. Но многие ученики старших курсов уже отправились к трибунам самостоятельно. Так что в строй становились лишь первокурсники под присмотром старост. - Ну как, вы готовы? – лихо воскликнул Треверс, оглядывая построенных первокурсников. В ответ услышал нестройный хор голосов. Кривые ручейки и стройные колонны школьников стекались к школьному стадиону. - Смотрите, и директор тоже идет на матч! – удивилась Джемма Фарли. Галия всмотрелась в толпы учеников и преподавателей, направляющихся к месту будущей игры. Действительно, среди людского потока возвышалась высокая фигура Дамблдора, неторопливо идущего вместе с остальными профессорами. Ярко-бордовая мантия директора с расшитыми фениксами сверкала среди темных и черных одеяний учителей. Гриффиндорцы тоже заметили главу Хогвартса и обрадовались. - Теперь можно не бояться, что бладжер опять спятит! – воскликнул Рон, размахивая руками. - Дамблдор не допустит того, что уже было! – закивала Гермиона. – Я слышала, что мяч и бладжер сегодня проверяли дважды. Гарри не говорил ничего, но чувствовал в груди большое облегчение. Спокойный вид директора говорил, что теперь Снегг не сможет никому навредить. - Ну, если что, то я ему… - тихо проговорил Шестой Уизли, хмуро смотря на Снегга, стоящему возле ворот стадиона. - Что ты говоришь Рон? – не расслышал его Поттер. Рыжий гриффиндорец покраснел и что-то невнятно буркнул. Игра началась. Галия наблюдая за тем, как стремительно проносятся над полем фигурки в медно-черных комплектах и в ало-золотых одеждах, не раз вскрикивала от ужаса и восторга. Это было что-то невообразимое, игроки закладывали крутые виражи, пикировали почти отвесно к земле, метались по воздуху как огромные стрижи. Над стадионом волнами, то стихая, то нарастая, разносились крики и рев болельщиков. Глухим стуком отзывались биты загонщиков, молотящих по черному бладжеру, который не позволял себе прежнего хулиганства. Иногда игроки сталкивались, и казалось, что на землю полетят куски метел и дергающиеся тела. Но все обходилось. Снегг был в своем репертуаре, на пятой минуте игры он снял десять баллов с команды Гриффиндора за то, что Фред Уизли ударил по бладжеру так, что тот пролетел в паре метров от зельевара. Декан Слизерина шарахнулся в сторону от просвистевшего мимо него черного мяча и еле удержался на метле. Даже Деборе было видно, как судорожно профессор вцепился в рукоятку летающего магического устройства. - А в воздухе Снегг, как корова на льду! – заметила слизеринка, рассматривая дрожащую в воздухе фигуру зельевара. Хотя возможно Снегг и не дрожал, однако полы его мантии так трепетали на ветру, что казалось профессор, трясется от страха. Команда Гриффиндора открыла счет, забив свой первый мяч. Трибуна барсуков подавленно загудела, а с мест львиного факультета раздались громкие крики радости. Охотники Гриффиндора и Пуффендуя, сцепившись друг с другом, промчались мимо Снегга, едва не зацепив его своими метлами. Тот крутнулся на месте, и отлетел в сторону. Лицо зельевара и так бледное, теперь стало похожим на кусочек мела. - И вот зачем он на небо полез? Хотел перед Дамблдором выслужиться? – не понимала Адамс, наблюдая за тем, как Снегг успокаивает метлу, прижимаясь к древку всем телом. Придя в себя и успокоившись, декан змеиного факультета снял с Гриффиндора новые десять баллов, тем самым обнуляя достижения команды Оливера Вуда. Болельщики – львы взвыли от негодования, а трибуны Пуффендуя и Слизерина разразились смехом и рукоплесканиями. - Так он с нас все очки снимет! – со злостью сказал Гарри, ненавидящим взором разглядывая парящего над ним профессора. - А когда Снегг был справедлив? – возмущенно отозвалась Гермиона, жалея, что нельзя с ее места снова подпалить мантию сальноволосого преподавателя. Рон пунцовый от злости, спускался к самому низу трибун, тайком вытаскивая свою палочку из внутреннего кармана мантии. - Счет ноль-ноль! Игра продолжается, - прогремел над стадионом голос Ли Джордана - спортивного комментатора, в его тоне проскальзывало разочарование. – Профессор Снегг снял с команды Гриффиндора десять баллов по причине своего плохого настроения. - Джордан!!! – раздался в эфире вскрик Макгонагал. Видимо пожилая учительница сидела в радиорубке вместе с чернокожим мальчишкой. - Прошу прощения мисс Макгонагал! – тут же поправился гриффиндорец, - Команда Оливера Вуда вновь атакует ворота Пуффендуя. Джордж Уизли отбивает бладжер и тот попадает в Максина О'Флаерти. Загонщик Пуффендуя отлетает в сторону и чуть не задевает профессора Снегга. Вышеупомянутый ученик – барсук увильнул в сторону, избегая столкновения со Снеггом, и выровнял свою метлу. Однако и сам профессор, отшатнувшийся от налетевшего на него игрока, повел себя как-то странно. Он начал стремительно крутиться в стороны, и с такой скоростью, что его фигура то и дело клонилась набок. Вскоре повороты его метлы прекратились, чтобы тут же смениться на быстрые выпады вправо и влево. Со стороны выглядело так, словно Снегг решил показать всем присутствующим ученикам воздушные горки. -Мне кажется или метла профессора взбесилась? – прогудел Хагрид, рассматривая кульбиты Снегга в свой большой бинокль. Лесник стоял в гуще гриффиндорцев и внимательно следил за игрой, но странное поведение метлы зельевара заинтересовало его гораздо сильнее. Тем временем Снегг закрутился штопором, да так что превратился в худой и черный торнадо, висящий в воздухе. Спустя мгновение метла зельевара молниеносно помчалась к земле, сорвавшись в стремительное пике. Из глоток сотен учеников вырвался единый крик ужаса. Все решили, что сейчас один из нелюбимых преподавателей Хогвартса разобьется в лепешку. Но метла Снегга, не долетев до поверхности поля, резко взмыла вверх. - Свечкой взлетел! – послышался чей-то испуганный возглас. Метла зельевара промчалась над трибунами Гриффиндора там близко к ученикам, что львята увидели белое, как жемчуг и искаженное страхом лицо Снегга. Сошедшее с ума устройство для полета упорно летело ввысь, вяло покачивая на себе профессора, который вцепился в метлу обеими руками и ногами. Игра остановилась, потому что и пуффендуйцы, и гриффиндорцы кинулись ловить строптивую метлу профессора Снегга. Однако сумасшедшее подметающее приспособление, ловко ускользало от них, выписывая над полем такие задорные кренделя, как будто необъезженная лошадь на родео пытается сбросить с себя самоуверенного ковбоя. - А-ахх! – простонала Панси Паркинсон, когда метла Снегга пронеслась над трибуной слизеринцев громадными скачками, встряхивая на себе омертвевшего от ужаса зельевара. Галия оглянулась, услышав звук падающего тела. Это Милисента Булстроуд, стоявшая впереди нее и ниже, свалилась в обморок. Еще несколько старшекурсниц прятали лица в ладонях. - Улетает, он улетает! – закричал Монтегю, не отрывая перепуганных глаз от бешеной метлы, в этот момент решившей покорить стратосферу. Снегг улетал в небо, стоя вертикально и держась обеими руками за кончик рукояти. Под воздействием силы гравитации и скользкого, гладкого, отполированного древка, зельевар соскользнул с метлы и теперь висел на самом конце тонкой, черной каплей. Несколько девушек взвизгнули, кое-кто упал без сознания, трибуны вразнобой закричали. Потому что декан змей, почти улетевший за облака, сорвался с метлы и теперь падал на землю. Вертящаяся и визжащая фигурка зельевара неслась на встречу с квиддичным полем. Школьники застыли в ужасе, ожидая падения тела на траву, и что при приземлении во все в стороны брызнут кусочки профессора. Никто из зрителей не заметил, как на ноги встал директор Дамблдор и широко раскинул руки, словно стремясь обнять весь стадион. В воздухе вспыхнуло ало-золотое пламя, и появившийся феникс ухватил падающего Снегга за плечи и стал медленно опускать его на землю. Трибуны молчали как один человек, завороженными глазами сопровождая полет феникса, который легко взмахивая крыльями, снижался на квиддичное поле. После того, как зельевар встал на твердую поверхность, феникс тут же исчез во вспышке пламени. Школьники и преподаватели дружно вздохнули, радуясь счастливому спасению декана Изумрудного факультета. Однако неприятности на этом не закончились. Гарри заметил, что Снегг стоит как-то странно, не расставляет ноги для лучшей опоры, а держит их впритык друг к другу, словно они склеились. Профессор рухнул на траву ровным столбом, и его тело задергалось в конвульсиях. - Его тошнит! – прокричал Хагрид, сбегая вниз, и бросив свой бинокль в руки Дина Томаса. Снегга действительно рвало, на глазах всего Хогвартса профессор выплевывал все, что он сегодня съел на завтрак. - Какой кошмар! – прошептала Гермиона, расширенными глазами наблюдая за корчами зельевара. К дергающемуся телу Снегга подскочили Хагрид, и профессор Флитвик, который, несмотря на свой невысокий рост, передвигался удивительно ловко и быстро. После недолгого осмотра, декан Когтеврана очистил одежду зельевара и что-то сказал леснику. Тот подхватил Снегга, перебросил его на плечо и помчался в сторону замка. Несмотря на трагический момент, Галие стало смешно – огромный и бородатый Хагрид с телом зельевара за плечами напоминал бравого джигита, похитившего немытую, средневековую принцессу из башни-темницы. Флитвик поднялся на трибуну преподавателей. - Что с ним? – начали спрашивать его профессора. - Он в порядке, травм нет! – успокоил всех декан Когтеврана. - Почему метла взбесилась? – недоумевала Макгонагал. Невысокий профессор задрал голову к небу, в котором пропало летающее средство Снегга, и со вздохом пожал плечами. - Филиус! – позвал его директор школы. По прищуренным глазам Флитвика было понятно, что он хочет что-то сказать. Профессор Чар наклонился к уху Дамблдора и тут… - Оливер Вуд поймал снитч! – прогремел над стадионом крик Ли Джордана. Капитан и вратарь команды Гриффиндора, несколько секунд назад схватил маленький золотой шарик, который пролетел мимо его колец. - Что?! – вскричал Флинт и взглянул на своего парящего над полем коллегу так, как будто его обманули в самых лучших ожиданиях. Трибуны закричали, загомонили, подняли невероятный шум. Из-за бешеной метлы все и забыли, что игра продолжается. Слизеринцы разочарованно загудели, пуффендуйцы гневно зароптали, со скамеек гриффов и когтевранцев донесли крики радости и недоумения. Девушки, упавшие без сознания, приходили в себя и поправляли задравшиеся мантии. Однако никто из парней не обратил на них внимания. Во всем этом шуме и гаме никто не расслышал, что Флитвик сказал в ухо склонившемуся к нему Дамблдору. - Снеггу заклинанием склеили ноги!

***

Профессор Квиррелл бродил по своей комнате и тихо бормотал себе под нос. - Проклятый Дамблдор! И его проклятый феникс! Если бы не он, я бы уже избавился от этого предателя. Пугать он меня вздумал. Зачем ему вообще надо было приходить на этот матч? Преподаватель ЗОТИ остановился, прислушиваясь. Но вокруг царила тишина. Квиррелл нахмурился и принялся вновь прохаживаться по своим покоям, то и дело что-то шепча и ругаясь. Вскоре его голос изменился, гнева, и досады в нем уже не было. И профессор стал опять заикаться и вздрагивать всем телом. - Да, да я понял Повелитель! Еще немного, я его уже нашел. Уже на следующей неделе. Да, да, я вас не подведу, господин! Все будет так как я… Нет, все будет как вы спланировали. Квиррелл остановился, дрожа как осиновый лист на ветру. С каждой прошедшей неделей он выглядел все хуже. Профессор похудел, цвет лица стал землистым, в его глазах пропал блеск, и поселилась вечная тоска.

***

- Опять у нас будет вести уроки мистер Бланк! – важно проговорил Рон, строго указывая сосиской, наколотой на свою вилку, в сторону главных ворот в Большой Зал. - Да, я слышала от Перси, что профессор Снегг будет в медпункте несколько дней. Пока он не придет в себя! – согласно кивнула Гермиона, накладывая себе в тарелку куски пирога с почками. - Интересно, кто проклял его метлу? – задумчиво проговорил Гарри, бросая взгляд на пустой стул за преподавательским столом, где обычно находился профессор зельеварения. - Не знаю, кто это сделал, но он сделал доброе дело, - пробурчал Шестой Уизли, возвращаясь к своим сосискам с жареной картошкой. – Как будто вам не терпится снова увидеться со Снеггом. Гарри подумал, если бы зельевар разбился на смерть, то в Хогвартсе мало кто бы огорчился такой потере. Вон за ужином все сидят и балагурят, пьют и едят с аппетитом и со смехом вспоминают прошедший матч. Даже слизеринцев случай с их деканом не огорчил. По крайней мере, печальных или обеспокоенных лиц мальчишка среди змей не заметил. - Как ты можешь говорить так Рон! – возмутилась Грейнджер, уронив свой кусок пирога в тарелку Симуса. – Если бы не эта странная птица, которая появилась в воздухе, профессор Снегг разбился бы в лепешку. - Но он же не разбился, - упорствовал Рон. – Для него все закончилось хорошо. Скоро выйдет из больничного крыла и начнет опять над всеми издеваться и снимать баллы. Вот тогда, и ты пожалеешь, что Снегга спасли. - Рон Уизли! Неужели тебе совсем его не жаль? – воскликнула Гермиона, вытаращив глаза. В ответ Шестой Уизли обвел рукой Большой Зал. - А ты сама взгляни Гермиона. Тут кому-то жаль профессора зелий? Вон и слизеринцы не плачут, - сказал он. В это время за столом Гриффиндора раздался хохот, в том месте, где сидели близнецы кто-то из старшекурсников рассказывал смешной анекдот. За столами Когтеврана и Пуффендуя также было оживленно и весело. Впрочем, как и всегда. Только слизеринцы вели себя тихо и говорили негромкими голосами. Тоже, как и всегда. Гермиона оглядела Зал и вернулась к своему куску пирога. Однако его уже доедал Симус. - А вы заметили, что когда Снегга спустили на землю, то у него ноги были склеены? Точь-в-точь как у Невилла на Хэллоуин, - осведомился Гарри у своих сокурсников. Гермиона пожала плечами, ей не пришлось увидеть Долгопупса в том состоянии, а вот Рон почему-то покраснел и принялся торопливо поедать ростбифы, низко опустив свое лицо над тарелкой. - А что это за птица, которая спасла Снегга? – вклинился Дин Томас. – Я такую в первый раз увидел. - Я не знаю! – честно признался Гарри. По его мнению, странная птица не была похожа ни на одну известных ему созданий. - По-моему это феникс! Я читала о них, - с важным видом ответила Гермиона. – К тому же в книгах говорится, что в кабинете Дамблдора живет ручной феникс. А директор был на стадионе, и он спас профессора Снегга с помощью своего феникса. - Вот здорово! – обрадовался Симус, дожевав последний кусочек пирога Гермионы. – Фениксы очень редкие твари, а мы одного из них сегодня увидели. - А вы видели, какое у него было пламя? На полнеба! Я даже испугался, как бы профессор не сгорел заживо, - восторженно сообщил Дин. На взгляд Поттера сияние от феникса и на четверть неба над стадионом не распространялось. Но он не стал говорить об этом вслух. Вид живой птицы из сказок поразил его. - Он был размером с Хагрида, наверное, - проговорил Симус, оглядывая стол в поисках еще одного пирога. – Иначе бы феникс не удержал в руках Снегга. Тот хоть и худой, но все равно тяжелый. - Фениксы могут нести большой груз. Так написано в бестиарии, - заметила Гермиона, пододвигая к себе тарелку с последним куском пирога. – И они очень и очень редкие создания. И у них лапы, а не руки. Так что директору Дамблдору повезло. Мало кто может похвастаться собственным фениксом. - Я всегда думал, что фениксы - это сказка! – вздохнул Гарри, на минуту подумав о том, как бы неплохо иметь своего феникса. - К тому же Рон прав! – опять подал голос Дин. – Пока Снегг в больнице, уроки будет вести мистер Бланк. А он проводит занятия намного лучше Снегга. Это уже все поняли. Даже семикурсник лучше профессора. Гермиона ахнув, уронила вилку на стол, мальчишки оглянулись на нее с удивлением. Раньше гриффиндорка себя так не вела. - Как я же сразу не подумала! – произнесла она свистящим шепотом. – Это ведь было понятно. Все было видно с самого начала. - Что понятно? – удивился Симус, одним глазом глядя на Гермиону, а другим на пирог в ее тарелке. - Что было видно? – не сообразил Гарри. Грейнджер наклонилась вперед и заговорщицким тоном промолвила: - Если уроки зельеварения ведет обычный ученик, пусть даже старшего курса, это что получается? А получается, что зельеварение настолько несложная дисциплина, что его могут доверить школьнику. И не надо искать учителя или доверять зелья другому профессору. И для таких уроков, с которыми справляется старшекурсник, необязательно нужен профессор. - Конечно зельеварение дело не сложное, - махнул рукой Дин, чуть не сбив со стола пирамидку с десертом. – Забыла, как Снегг ведет уроки? - Рецепт на доске, ингредиенты в шкафу! – передразнил Симус голосом декана змей. – А я пока журнальчик читать буду. Если верить голосовому исполнению Финнигана, то Снегг говорил так, словно перед каждым уроком дышал гелием или приходился внебрачным сыном знаменитому Дональду Даку. Все гриффиндорцы первого курса рассмеялись. Даже несколько второкурсников, услышавших пародию Финнигана, покатились со смеху. - Ага, самое главное научиться, как корешки нарезать, но с этим любой справится. А потом защитные комплекты правильно надевать и разобраться, как нужные ингредиенты выглядят, - без улыбки добавил Гарри. - Вот именно! – закивала головой Гермиона. – После того, как Дебора тебе посоветовала относиться к зельеварению как к приготовлению супа, ты стал лучше готовить зелья. Хотя по первому курсу, они все у нас простые. А в паре с девочками, даже Рон не может испортить зелья. Верно Рон? Уизли не ответил, он по-прежнему не поднимал головы от своего блюда. - К тому же когда Снегга нет, и он не придирается к нам, не мешает своими подколками, не отвлекает нас издевками, то хорошие зелья получаются у всех, - заключила Гермиона - Только Симус все равно, то и дело взрывает котлы! – усмехнулся Гарри. – И Малфой лажает. - Кстати, урок зельеварения у нас послезавтра, если Снегг к этому времени не выйдет, то Малфой вновь пролетит на уроке. Ему, как и всем слизеринцам их декан плохие отметки не ставит и замечаний не делает, - оживился Симус, с тоской разглядывая, как Гермиона разделывается с последним куском пирога с почками. - Да Бланк своим поблажек не делает. Он справедлив, так все наши говорят, которые на его уроках побывали, - подтвердил Дин. - Получается, что Снегг специально мешает нам учиться зельеварению и намеренно занижает нам оценки! – пробормотала Гермиона тихим голосом. Но ее слов никто не услышал. Рон по-прежнему не поднимал головы от уже пустой тарелки. А за столом Слизерина тем временем шла своя беседа. - Как думаете, близнецы могли заколдовать метлу профессора Снегга? – спросил Нотт, который сегодня был бледнее обычного. Пайк и Забини покосились на братьев Уизли, те сейчас что-то бурно обсуждали за своим столом. - Не думаю, - покачал головой Забини, - они шутники, но не убийцы. - Вероятно, они могли! – криво усмехнулся Пайк. – Но могли сделать так, чтобы наш декан улетел на Луну, а не упал на землю. Такое как раз в их стиле. - Но кто тогда? Кто может желать смерти профессору? – тихо поинтересовалась Трейси. Слизеринцы переглянулись и не стали отвечать на этот вопрос. Так как прекрасно знали отношение всей школы к своему декану. Почти каждый ученик, кто побывал на уроках Снегга, с радостью бы отправил его в далекое путешествие и в один конец. И не только на метле, но и в ведре и даже верхом на драконе. - А ведь нам говорили, что все перед матчем проверили! – воскликнула Панси, нервно нарезая куриную ножку. – Выходит, что не все. - Проверили лишь бладжер и мяч. А на метлы никто не обратил внимания, тем более они стоят в домике на отшибе и туда может пролезть каждый, - хмуро ответил ей Забини, помешивая свой луковый суп. - Что-то у нашего профессора очень несчастливый год выдался, - произнесла Дафна Гринграсс, задумчиво поигрывая ложкой для десерта. – Сначала его ошпарило зельями на уроках. Взгляды первокурсников дружно остановились на Деборе, которая почувствовала себя неуютно от такого внимания. - Потом матч с Гриффиндором и его зашибло бешеным бладжером, - продолжала перечислять Гринграсс. – Недавно его закидали письмами и Громовещателями. А теперь снова матч по квиддичу и опять профессор лежит в больнице. - Уже третий раз за год профессор попадает в больницу. Как будто его кто-то проклял, - прошептал Пайк. Слизеринцы поежились, к проклятьям в магическом мире относились серьезно. Тут раздался скрежет, от которого всех учеников передернуло. Это Крэбб пытался разрезать свиную сардельку и проскрипел ножом по тарелке. - Когда будет последний матч, профессору лучше не появляться. Страшно подумать, что случилось бы с нашим деканом, если не господин директор, - печально проговорил Нотт. Панси украдкой вздохнула, ее сейчас больше занимал не декан, а зрелище великолепного феникса. Статная птица в красно-золотом оперении выглядела очень эффектно в лучах утреннего солнца, а с какой грацией она несла в своих лапах ослабевшего Снегга. Милисента Булстроуд вела себя очень странно. Она за весь ужин еле притронулась к еде. Хотя раньше сметала все до чего могла дотянуться. Никто не интересовался таким резким изменением ее привычек. На Слизерине ценилась индивидуальность и никому ни до кого не было дела. В голове Булстроуд, то и дело всплывали страшные картины, взбесившаяся метла и бледный Снегг лежащий на траве. А воображение услужливо подбрасывало видения с мертвым профессором, раскиданным по всему полю. От такого у Милисенты пропал аппетит. - Что-то никто из них не сочувствует своему декану, - подумала Галия, неторопливо смакуя йоркширский пудинг. – В нашей школе, случись что с классным руководителем, то сейчас бы все ученики писали учителю общее письмо с пожеланиями скорого выздоровления и собрали бы корзину фруктов в больничную палату. Сами слизеринцы отнеслись к бедственному положению своего декана довольно равнодушно. Все ограничилось лишь тем, что Снегга навестили старосты и вернувшись сообщили, так и так профессор спит без задних ног после снотворного зелья и вроде бы в порядке. После чего все стали обсуждать случившееся на квиддичном поле, и строить разные версии насчет личности злоумышленника, заколдовавшего метлу профессора. - А кто знает, зачем профессор вообще захотел судить матч? – встрял Малфой. Его дружки Крэбб и Гойл одновременно прекратили жевать и застыли неподвижными статуями за столом. - Это, наверное, знает только он сам! – мрачно предположил Забини, пластуя бекон с вареной морковью. - Так ведь о том, что профессор будет судить матч было известно заранее, - воскликнул Пайк. – Кто угодно мог заранее проклясть метлу. - Ну да, - кивнула Трейси. – Вот только метлу уже не спросишь. Она, наверное, уже на полпути к Солнцу. Галия бросила взгляд на стол преподавателей. Профессор Квиррелл спокойно поглощал свою баранью отбивную. Правда, за все время ужина, он ни разу не поднял головы. - Снегг пытался его запугать, как нам говорил Гарри! – вспомнила она недавние слова гриффиндорца. – Это что получается, Квиррелл попытался убить Снегга, чтобы тот не мог больше угрожать ему.

***

Наступил март. По ночам и по утрам стоял холод и лужи во дворе замерзали. Но ближе к обеду лед в лужах таял и становилось теплее. С крыши замка падали капли воды и в воздухе часто слышалось задорное воробьиное чириканье. Вода в Черном Озере медленно освобождалась от ледяных оков, а на небе все чаще мелькали белоснежные облака, а не надоевшие всем тяжелые и серые тучи. Иногда бывали дни, что в окна Хогвартса бил косой дождь, а переплеты дрожали от ветра, а иногда в классах становилось темнее из-за внезапного и густого снегопада. Все больше учеников чихало и кашляло, подхватывая простуду от сквозняков и мадам Помфри щедро поила заболевших детей Бодроперцовым Зельем. Благодаря урокам Бланка, медпункт впервые за несколько лет, не испытывал недостатка в противопростудных снадобьях. Северус Снегг появился в Большом Зале спустя четыре дня и своим характерно-мрачным видом многим школьникам испортил утренний аппетит. Почти все обратили внимание, что зельевар выглядит хоть и вполне нормально, но ведет себя несколько нервно. Он иногда вздрагивал, часто оглядывался и завтракал через силу. - А ведь он точь в точь как тогда, когда мы в первый раз над ним подшутили, помнишь Фред? – со смехом спрашивал Джордж у своего брата. - Это когда мы его унитаз заколдовали и его засосало в дырку? Говорят, его до вечера вытащить не могли, - вспоминал Фред, теребя затылок. - Нет, это когда мы ему трех скорпионов в комнату запустили, а на них написали 1, 2 и 5. Он потом целую неделю по подземельям бегал, искал последнюю пару, даже спать боялся, - рассказывал Джордж. - Ах да, я и забыл! – равнодушно кивал головой Фред. Количество проделок и шалостей у рыжиков было таким, что даже Филч не мог запротоколировать и зарегистрировать их все. Потому что близнецы попадались нечасто. А если ловились с поличным, то после криков завхоза и наказаний от Макгонагал братья Уизли горячо и громко обещали, что больше так делать не будут. И самое странное, что они всегда сдерживали свои клятвы. Просто они никогда не повторялись, а фантазия у Бузотеров Хогвартса была поистине безграничной. На Востоке говорят, если ты что-то потерял, то ищи пропажу на базаре. В Хогвартсе актуальна другая пословица – Ищешь Гермиону, посмотри в библиотеке. Гриффиндорка присутствовала в храме вековой мудрости времен и народов почти все время, отвлекаясь лишь на учебу, приемы пищи в Большом Зале и редкие выходные, когда она все-таки решалась участвовать в местных играх и конкурсах. Вот и сегодня, в конце первой недели марта, Гермиона обнаружилась в читальном зале, сидящей за столом и скрытой от посторонних взглядов высокой стопкой книг. - Привет Грейнджер! – сказала Дебора, подойдя к книжному брустверу. - Ой, привет Дебора! – ответила Грейнджер, осторожно выглядывая из-за своей ограды учебников. Слизеринка уселась напротив Гермионы и стала разглядывать книги, разложенные перед девочкой из львиного факультета. Тут были справочники по Чарам, трактаты ЗОТИ, сборники трансфигурации и астрономии. - Что читаешь Гермиона? – поинтересовалась Адамс. - Учу заклинания да помощнее. Хочу приложить Малфоя, если выпадет случай, - отозвалась гриффиндорка, листая страницы ветхого и потрепанного учебника по Чарам. - С чего вдруг у тебя такая кровожадность? – удивилась Дебора такому боевому настрою подруги. Та отложила в сторону книгу и огляделась по сторонам. - Этот Малфой все время ко мне придирается. Вечно высмеивает мои зубы, мою прическу, и говорит, что такая как я недостойна дружить с Гарри. А на уроках зельеварения, он то и дело пытается подбросить в мой котел какую-нибудь дрянь, - сверкая глазами промолвила Гермиона. - А еще он только что был тут. Увидел меня и стал ходить кругами, хотел поиздеваться, да только мадам Пинс ему выговор сделала. А потом сюда зашел Перси - наш староста и Малфой убежал, - шептала гриффиндорка. Галия задумалась, что-то раньше Драко нечасто посещал библиотеку. - А он был один или со своими дружками? – полюбопытствовала она. - Да один! Я и сама удивилась, он ведь никуда не ходит без двух своих нянек, - тихо произнесла Гермиона. - Ну поведение его понять можно! – протянула Дебора посмеиваясь над детскими придирками Драко. – Он просто тебе завидует. - Завидует? Мне? – не поверила Грейнджер, распахнув свои карие глаза до максимального диаметра. - Ну да. Вот сама подумай, кто такой Малфой? Избалованный мальчик из богатой семьи. С детства получал все, что хотел. Он считает, что все можно купить или приобрести и уверен, что все ему обязаны чистить туфли по первому его свистку. И в первый день в Хогвартсе он предложил дружбу Поттеру, причем предложил таким тоном, как будто делает Гарри великое одолжение. Вот только Гарри с ним уже встречался и у него от этой встречи остались не самые лучшие впечатления. И поэтому на предложения руки и сердца, то есть дружбы Гарри ответил немного невежливым отказом. Малфоя это рассердило и обидело, он ведь привык за свою жизнь, что может получать все и всегда. А тут с ним дружить отказываются, зато Гарри вдруг начинает водить дружбу с какой-то заучкой. Вот он этого ни понять, ни принять не может. И никак не сообразит, чем ты лучше него. От этого он злится и старается позлить тебя и Гарри. И тем самым делает все еще хуже. Если бы Малфой был поумнее, то он бы все обдумал, и стал бы подходить к Гарри окольными путями. Там что-то подскажет, где-то поможет, в чем-то совет даст. И так понемногу и Гарри бы с ним сдружился. Но для этого надо быть умным человеком, а Драко умом не блещет. - Кажется, я поняла! – медленно протянула Гермиона. – Он негодует, что Гарри дружит с какой-то маглорожденной, а на него богатенького сыночка из старинной семьи не обращает внимания. Он получается и завидует, и ревнует, так что ли? - Вот именно! – ответила слизеринка, утирая слезы, выступающие на глазах от накатывающегося на нее смеха. – Вот почему он к тебе все время придирается. Знаешь какая у него мысль. когда он тебя возле Поттера видит? - Какая? – заинтересованно вскинулась гриффиндорка. Галия попыталась успокоиться и сказать более - менее нормальным голосом. - На его месте должен был быть Я! - Вот что думает, когда видит вас вместе! – и девочка со змеиного факультета вновь принялась давиться от смеха. Гермиона покраснела. - Ну и шуточки у тебя! Хотя ты может быть и права. - Кстати, насчет заклинаний можешь обратиться к близнецам. Уизли, оказывается, могут придумывать неплохие заклятья. Правда, они больше шуточные, а не боевые. Но для того, чтобы наказывать обидчиков вполне достаточно, - посоветовала слизеринка. Гермиона задумалась. - Узнать у близнецов говоришь. Я расспрошу их! – согласилась она. И добавила нахмурившись. – Пусть только Малфой попробует снова посмеяться над моими зубами. При этих словах в голове у Дебора мелькнула идея. А ведь родители Гермионы дантисты. - Слушай Грейнджер, - сказала девочка, внимательно смотря на гриффиндорку. – А твои родители знают латынь? - Знают, но только в пределах своей профессии! Они ведь не просто дантисты, но и врачи. А врачам положено знать латынь в нужной пропорции. Как называются части человеческого тела, термины по анатомии, лекарственные травы, болезни и прочее! – ответила Гермиона. - А ты знаешь латынь? – вновь задала вопрос Адамс. Гриффиндорка равнодушно пожала плечами. - Не так хорошо, как мои родители, но кое-что знаю. Поэтому мне, наверное, лучше удаются Чары, так как многие заклинания звучат на латинском языке, - сообщила она спокойным голосом без тени бахвальства. - Здорово! – подумала Дебора и произнесла вслух: - Если я тебе сейчас напишу несколько заклинаний, ты сможешь их распознать? Что это за заклинания и для чего они нужны? – поинтересовалась Галия, вспоминая некоторые заученные ею заклинания из старой книги из Выручай-комнаты. В глазах Грейнджер засветился интерес. Девочка отложила в сторону учебник и передвинула по столу лист пергамента с лежащим на нем пером. - Сейчас я найду чернильницу! – предупредила она, копаясь в своей сумке. Однако, когда гриффиндорка вынырнула из недр портфеля, то увидела, что Адамс спокойно пишет на ее пергаменте обыкновенной шариковой ручкой. - Ты используешь магловские ручки? – поразилась Гермиона, наблюдая за бегающей письменной принадлежностью. - Да, и мне так удобнее! – рассеяно откликнулась слизеринка. – А то от этих перья рука устает. Грейнджер недовольно скривила губы, но тут ей отдали пергамент с написанными на нем заклинаниями, и девочка не стала задавать новых вопросов, отвлекшись на расшифровку. - Inforte – читала Гермиона про себя, - Inotus Uri, Declareturn vien и Paralysis. - Ну что же! Кажется, мне понятно, - медленно протянула гриффиндорка. – Эти слова несомненно относятся к медицине, но не для того чтобы лечить, а для нанесения страшных ран. Галия придвинулась поближе, ее глаза внимательно следили за указательным пальцем Гермионы, который гулял по пергаменту. - Вот, например, Inforte – значит перелом, наверное, имеется в виду переломы костей! - Inotus Uri – означает лихорадку, где заболевший чувствует огонь внутри своего тела. - Declareturn vien – вскрыть вены. - Ну а Paralysis тут все и так ясно. Полный паралич всех конечностей. Чем-то напоминает Петрификус Тоталус! – перечислила Гермиона и подняла голову от пергамента. - Не скажу, что я все поняла правильно, но если отправить эти названия моим родителям, то думаю, они сумеют перевести их более точно! – предложила она и тут же спросила: - А откуда у тебя эти заклинания, Дебора? - Да так вычитала в одной старой книжке! – отмахнулась Адамс. Но избавиться от любопытной девочки, любящей новые знания было не так легко. - Это было написано в библиотечной книге? Хотя вряд ли такое будут писать в книгах, которые могут прочесть школьники. Ведь это опасные заклинания, от которых можно быстро угодить в медпункт или даже умереть. Но ты откуда-то их знаешь! – небрежным тоном говорила Гермиона, весь вид которой говорил, что словам Адам она не поверила. Галия отвела взгляд в сторону, врать ей не хотелось, но и правду говорить она пока не желала. Покажешь Гермионе Выручай-комнату, та ведь начнет новые вопросы задавать – а откуда ты про нее знаешь, как нашла, как эта комната работает и все остальное. И как бы гриффиндорка в той комнате вообще не поселилась, иначе туда даже не зайдешь. - Да их вообще не произнесешь, я уже пробовала! – буркнула Адамс и поняла, что сказала это зря. Глаза Гермионы готовы были вывалиться прямо на стол. - Ты пробовала эти заклинания на людях? – перепугалась она, зажав побелевшее лицо в ладонях. - Нет, разумеется! – тут же призналась слизеринка. – Махала палочкой в пустой комнате и ничего не добилась. Наверное, я выговаривала их неправильно. Цвет личика Грейнджер медленно возвращался в норму. Но ее глаза все еще смотрели на девочку из змеиного факультета с недоверием и опаской. - Конечно, латынь проговаривается не так, как в правилах английского языка, - тихо пояснила гриффиндорка, успокаиваясь. – Но эти заклинания опасны и тебе не стоило их говорить. Тем более для них, скорее всего, нужны и определенные взмахи палочкой. Но ты не ответила, в какой книге ты о них прочитала! - Очень старая книга, я тебе ее покажу! Обещаю, но не сейчас! – сказала Дебора. Гермиона тут же обрадовалась. - А эти слова, ты их запомнила? И много там таких заклинаний? А книга толстая и она вся на латыни? – принялась вопрошать девочка. Деборе стоило немалого терпения прекратить этот водопад вопросов от взволнованной шатенки с зудом достижения новых вершин знаний. В конце Гермиона согласилась набраться терпения и ждать подходящего момента, когда ей позволят взглянуть на эту старинную книгу. - Ах да Дебора, я как раз хотела поговорить с тобой! – вспомнила Грейнджер, все еще возбужденно сверкая глазами от мысли, что увидит книжное издание, отсутствующее в свободном доступе. - О чем именно? – мрачно отозвалась Адамс. Она все еще пыталась понять, не совершила ли она ошибку, решив показать Гермионе заклинания на латыни. - Помнишь, ты рассказала мне о Паладинах? – прошептала гриффиндорка. Вместо ответа Галия предостерегающе вскинула руку, призывая Гермиону к молчанию. За ближайшим к ним книжным стеллажом мелькнула чья-то мантия. Девочка осторожно встала и прокравшись к краю высокой полки, осторожно выглянула. В проходе между секциями бродил Эрни Макмиллан, их однокурсник из Пуффендуя. Мальчишка неторопливо вышагивал и то смотрел вверх на книжные ряды, то опускался на корточки, разглядывая учебники на нижних полках. Пуффендуец явно что-то искал. - Пойдем отсюда! – тихо предложила Дебора, когда вернулась обратно к столу, за которым оставалась сидеть заинтригованная и встревоженная Гермиона. - Куда и зачем? – не поняла та. Галия наклонилась к уху гриффиндорки и прошептала: - Тут нас могут подслушать! Грейнджер кивнула и встала. Ее книги и учебники оставались на столе, только свою сумку девочка прихватила с собой. Как и лист пергамента, на котором были написаны неизвестные ей заклинания. Выходя из своего уголка, девочки столкнулись с Макмилланом, который стоял в проходе, читая раскрытую перед собой книгу. - Добрый вечер Макмиллан! – поприветствовала его Дебора. - Привет Адамс, привет э-э … - отозвался несколько натянутым голосом Эрни, кивнув головой Деборе. И завис, глядя на Гермиону. - Грейнджер! – представилась та. - Вечер добрый Грейнджер! – снова кивнул Макмиллан. Гриффиндорка и слизеринка проскользнули мимо него. Если бы они были внимательнее, то смогли бы заметить одну странность. Эрни Макмиллан держал книгу вверх ногами. Пуффендуец положил книгу на ближайшую из полок, и растерянно поглаживая подбородок, направился вглубь стройных рядов из книжных стеллажей.

***

Тем временем в библиотеке появились новые персонажи. Гарри и Рон, оба чем-то недовольные прошли к столу мадам Пинс и затем расположились неподалеку от стола, где за несколько минут до их визита пребывали Гермиона и Дебора. - Это просто кошмар, сколько нам задали к экзаменам! – ворчал Шестой Уизли, раскладывая по столу выданные ему справочники и энциклопедии. - А по травологии задания всегда интересные, - заметил Гарри, открывая книгу «Тысяча волшебных растений и грибов». - Зато Снегг просто с ума сошел! Написать эссе на два, а лучше на три фута длиной, это каким гадом надо быть. И почему его вообще не утащило на Юпитер! – вздохнул Рон, с тоской поглядывая в окно. Сейчас снаружи замка был прекрасный, солнечный день. Вместо надоевших промозглых февральских ветров, по окрестностям Хогвартса гулял легкий и прохладный бриз. Сквозь влажную землю стала пробиваться изумрудная трава, а по воде Черного Озера плавали редкие льдины. Самое хорошее время для прогулок на свежем воздухе, а детям предстоит торчать внутри каменных стен школы. - Гарри, а ты заметил, что наш профессор зелий стал бояться Квиррелла? – вдруг спросил Уизли. Поттер перестал выписывать на свой пергамент нужный абзац из учебника по травологии и призадумался. - Вроде бы он и раньше с ним не общался. Но, кажется ты прав, теперь Снегг на Квиррелла даже смотреть не пытается, - ответил он после недолгих раздумий. Поведение зельевара действительно было необычным. До того, как Снегг полетал на метле, Гарри собственными глазами видел преподавателя ЗОТИ дрожащего и заикающегося перед профессором зелий. Но потом, если поведение учителя – заики не изменилось, то Снегг стал вести себя совершенно по-другому. При встрече с Квирреллом зельевар замирал и становился меньше ростом, рядом с ним Снегг старался не говорить, а предпочитал помалкивать. И вообще сложилось впечатление, что декан Слизерина начал побаиваться заикающегося профессора. - Может у них была дуэль, и Квиррелл отделал Снегга. Вот профессор и старается не злить Квиррелла лишний раз. Мне Чарли в письме говорил, что еще в годы его учебы Снегг вел себя, как и сейчас. Но при этом он всегда боялся тех, кто сильнее его! А зато на учениках срывается, - хмуро проговорил Рон и тут же воскликнул: - Хагрид, а ты что здесь делаешь? Лесник Хогвартса, крадучись, пробирался за полками. Но его старания стать незаметным оказались недостаточно умелыми и ловкими. Ботфорты Хагрида тяжело ступали по паркету, а полы длинного плаща сметали книги с нижних рядов стеллажей. Хранитель Ключей выглядел в библиотеке так непривычно, что это было заметно с первого взгляда. Судя по покрасневшему и растерянному лицу лесника, тот был не готов к встрече с Гарри и Роном. - Э-э-э привет ребята! Да я тут просто заглянуть решил. А вы я вижу, все учитесь. Это вы правильно делаете! – Хагрид торопливо закивал бородой. - Хагрид, а что ты за спиной прячешь? – полюбопытствовал Гарри. - Может книгу по выведению еще одного цербера? – засмеялся Рон. Лесник замахал на них левой рукой, а правую длань по-прежнему он скрывал за спиною. - Не кричи ты так громко! А то все услышат про Пушка! - Хагрид про него и так вся школа знает! – ухмыльнулся Гарри. - А мы знаем, что он охраняет философский камень! - брякнул Рон и посмотрел на застывшего лесника с превосходством. Хагрид в ответ лишь затряс бородой, словно досадуя на себя, как много разузнали школьники из-за его собственной болтливости. - А что еще охраняет камень кроме собаки? – поинтересовался Гарри. Лесник вздохнул с сожалением и заговорил: - Вы это, ко мне попозже загляните! Ладно? Я вам так и быть расскажу, что знаю. И смотрите никому не слова! Хагрид, отступая спиной назад, затерялся среди книжных полок. Шестой Уизли сорвался с места и отправился туда, откуда вышел Хагрид. - Драконы!!! – воскликнул он. – Наш Хагрид искал что-то о драконах. Там книги по драконологии и повадкам драконов на столе лежат открытые. Гарри вспомнил разговор с Хагридом в то время, когда они ходили по Косому переулку. - Хагрид мечтает о собственном драконе! Он сам мне рассказывал, - медленно сказал он. – Рон, что ты знаешь о драконах?