Безодня

      От количества образцов обоев и плиток у Дана уже болела голова, хотелось опрокинуть стол вместе с этой женщиной, которая назвалась их новым дизайнером. Он скептически поджимал губы и поглядывал на милую беседу, что сложилась у Тины с «мастером обоев и покраски», имя этой женщины он не запомнил.       Балан совсем не понимал, что он забыл здесь, если он за все время сказал пару слов вроде «Добрый день» и «нет, кухня не зеленая», но Тина попросила быть с ней на встрече и он не смог отказать этим умоляющим глазам. Как и всегда, впрочем.       Их новый дом, купленный еще летом, стоял пару месяцев уже совсем готовым, только лишь без внутренней отделки. Но сначала Тина каталась по Украине с концертами, а затем они оба слегли с гриппом. И сейчас, наконец, настало время уделить время их новому гнездышку. — Каким цветом хотите спальню? — Дизайнерша заинтересовано склонила голову в бок, готовясь выдать все журналы с образцами, которые у нее есть. — Каких — то теплых оттенков, бежевый, например, — Тина уже мечтательно рассматривала потолок кабинета, представляя их первую официальную совместную спальню. — Серый, вполне, подойдет, я думаю, — Дан, не отрываясь от телефона, в котором строчил сообщения в общий чат с командой. Произносят одновременно и замирают друг на друге взглядом полным недоумения. — Вы не определились? Ничего! — Женщина всплеснула руками, разглядывая сидящую напротив пару, что сверлила друг друга взглядом, — у нас еще есть гостевая. ***       — Значит, серый, — сухо проговорила Тина, нарезая огурцы для салата. Они только приехали от дизайнера, которую промучили около двух с половиной часов, но так почти ничего и не решили, наоборот, вопросов стало даже больше. И сейчас пара пыталась приготовить ужин, который был обещан Даном ещё с утра.       Дан отвлекся от своего занятия, а именно помешивания спагетти на плите, и оглянулся в сторону говорившей женщины. — Любимая, мы же говорили уже об этом, мне все равно какого цвета будет наша спальня, — выпускает из легких кислород, пытаясь успокоится. — Или ты все еще хочешь поскандалить по этому поводу? — Но Дан, это же наша первая спальня, понимаешь? Наш дом, только наш — Тяжело вздыхает и убирает в сторону нож, смахивая непрошеные слезы, — и я так хочу, чтобы все было идеально, все! Вплоть до чертовой дверной ручки в туалете в гостевой, понимаешь?       Мужчина озадачено хмурится, откладывает ложку, которой помешивал спагетти, и в два счета оказывается около Тины. Убирает ее ладошки, закрывающие лицо, мешающие рассмотреть масштаб бедствия. -Маленькая, я же говорил, все равно где мы будем жить, на чем мы будем спать, главное, что с тобой.       Стирает со щек слезы, прижимает к тумбе для спасительного объятия. Первая не выдерживает тарелка, стоящая на краю, она падает, с оглушительным грохотом разбивается об мраморный пол, разнося осколки по все кухне, перемешиваясь с порезанными кусочками огурца. — Не поранилась? — Обеспокоенно шарит глазами по фигуре женщины, а следом проходится и руками, сгребая ее в охапку, передвигая их в безопасную зону без осколков и огурцов. — Все хорошо, тебя не задело? — Пробегает взглядом по мужчине и беспорядку вокруг. — Ну, это к счастью, да? — Конечно, малыш, всегда.