Город победившей весны

2006 Апрель - Вы давно виделись с Блейзом? - поинтересовалась Панси немного неуклюже устраиваясь на диване в гостиной милого деревенского домика Ноттов. Мешал огромный живот. Её муж по-прежнему чувствовал себя неуютно в компании её друзей, поэтому опять отговорился своими тренировками и не пришел. Джинни только что закончила пламенную речь о том, что это форменное безобразие. Она тоже вот вот должна была родить и все остальные интуитивно побаивались обеих. - А он разве вернулся из своего “Духовного Поиска”? - с усмешкой спросил Рон. Ему удалось убедить Гермиону оставить дочь с няней на пару часов и теперь они оба наслаждались давно заслуженным отдыхом. Роза была восхитительным рождественским подарком и очень спокойным младенцем. И всё же несколько месяцев непрерывной суматохи вокруг малыша вымотают кого угодно. А ведь Гермиона собиралась в ближайшее время вернуться к работе. - Да уже с месяц как. Расставшись, вроде бы теперь окончательно, с тем адвокатом, с которым Забини то сходился то расходился раз в пару месяцев на протяжении двух лет, он отправился путешествовать. Время от времени Блейз присылал всем открытки с изображениями достопримечательностей с побережья Средиземного моря и жалостливыми излияниями о том, как он душевно страдает в этих прекрасных местах. - Интересно нашел он там что-нибудь? - без особого любопытства спросила Астория. - Джастина, - весело сообщил Поттер. Все в недоумении уставились на него. - Вы не помните Джастина? - удивился Гарри. - Тот аврор, который всё время бегал от Блейза и пытался доказать, что он не такой. Они встретились под Рождество в Милане. Джастин мне прямо оттуда прислал заявление о своем увольнении. Теперь у них вроде совместный бизнес и, Рон, они тоже ищут квартиру в вашем районе. Рон, Гермиона и Малфои синхронно застонали. - Они собрали бригаду волшебных строителей, - Панси наконец донесла ту новость, которую собиралась сказать с самого начала. - А Блейз наводит себе полный макияж, когда идет на работу. - Мы что, разные вещи понимаем под словами “волшебное строительство” - изумился Нотт. - Хотя нет, это же Забини. Я не могу удивляться поведению Забини еще со второго курса. Все слизеринцы засмеялись. Остальные подхватили, потому что хоть и знали Блейза несколько меньше, уже успели многое о нём понять. - К слову о строительстве, - вставил Уизли. - Малфой, ты свой дворец то ремонтировать собираешься или всё думаешь? - Проект готов, - пожал плечами Драко. - Асти купила пару картин и говорит, что уже знает, куда их повесить, когда мы восстановим мэнор. Надеюсь, не на самое видное место. - Ты ничего не понимаешь в современном искусстве, - улыбнулась его жена. - У меня от этих картин голова кружится. - пожаловался Драко. - И я уверен, что художник специально так сделал. - Там всего лишь небольшие чары изменения, - лицо Астории приобрело очень вдохновенное выражение. - Они только усиливают смыслы, заложенные автором. - Некоторые художники вплетают полноценные иллюзии в свои картины, - подхватила её сестра. - Есть совершенно потрясающие работы. Когда смотришь на полотно и вдруг оказываешься в итальянском полдне: солнце, оливковая роща, чувствуется, что где-то рядом море. - Мы видели одну такую, - оживился Малфой. - Вроде нарисовано три полосы - голубая, зеленая и желтая, и полное ощущение, что летишь на метле над лесом. - Ну не знаю, - вдруг задумался Поттер. - Повесишь такую в гостиной и будешь всё время на метле летать. По-моему это слишком. - Вот и я говорю, что иллюзии хороши только для выставок, - поддакнула Астория. - Для дома надо что-то спокойнее. - Поэтому мы купили цветные квадраты, которые вызывают ощущение, что тебя стукнули по голове. Или что ты вчера пил. - Ну конечно у тебя были идеи получше, - надулась Астория, хотя было видно, что на самом деле она смеётся. - Там было не понятно, что это три голых женщины! - возмутился Драко, ни капли, впрочем, не смущенный. - На первый взгляд выглядело, как хаотично налепленные куски газет. - Ну голые женщины в гостиной, наверное, не так уж плохи, - протянул Рон, уворачиваясь от шутливой затрещины жены. - Значит всё таки галерея? - спросила Гермиона, когда все отсмеялись. - Выставочное пространство и помещения для мастерских и учебных классов. - кивнул Малфой. - Я всё равно думаю, что это не бизнес, а сплошное меценатство. Но почему бы и нет. В крайнем случае, это всё легко будет переделать во что-нибудь ещё. - А как твоя матушка относится к такому обновлению вашего поместья? - поинтересовалась Дафна. Нарцисса почему-то недолюбливала молодую миссис Нотт и при этом очень доброжелательно относилась к её сестре. Возможно миссис Малфой подозревала, что это Дафна сломала один из редких саженцев в её доме. На самом деле, это был Тэо. - По-моему, ей всё равно, - вздохнул Драко. - Когда до сада доберёмся, может и заинтересуется, а пока она намерена и дальше жить в той квартире. - Как там мистер Майерс? - невинно поинтересовался Тео. Малфой молча, не меняя выражения лица, достал палочку и наложил на Нотта икотный сглаз. - Я что-то пропустила? - удивилась Панси. - Этот Майерс что-то натворил? - Драко застукал их с миссис Малфой, - хихикнула Джинни. - И вовсе не застукал! - возмутился Драко. - Он просто пил кофе в её гостиной. - В семь утра. - В половине восьмого. - В твоём халате. - Мало ли что! 2007 Декабрь Зал сиял. Под потолком плавали волшебные фонари, которые заставляли блестеть и переливаться развешанную всюду мишуру, но оставляли внизу комфортный полумрак. То тут, то там с протянувшихся через весь зал еловых гирлянд спускались шары с маленькими танцующими феями или яркими звездами. Ближе к стенам шел волшебный снег, он не таял, но дарил желанную прохладу тем, кто был слишком разгорячен танцами или вином. Блестки на дамских платьях и праздничных мантиях волшебников только усиливали впечатление сумрачной пещеры с драгоценностями. И Рождества конечно же. Гермиона тоже сияла. Её на первый взгляд строгое синее платье поблескивало искусно вплетенными серебряными нитями, а заколка, скреплявшая буйные кудри, разбрасывала мягкие блики, почти как феи в шарах. - Ночь твоего триумфа? - Малфой поймал её возле стола с закусками, пока женщина пыталась по виду угадать, которые из десяти видов канапе, она сейчас хочет больше всего. - В пригласительных открытках было написано: “Святочный бал Министерства Магии”, - улыбнувшись ответила ему Гермиона и все же нацелилась на бутерброды, украшенные аппетитными оливками. - Да? - притворно удивился Драко. - А разве каждый второй не подходит поздравить тебя с успешно принятым проектом? Или с новой должностью? Как там написали в газете? Самый перспективный молодой политик Магической Британии? - Да-да, - кивнула она, отправив в рот третье канапе. - Победившая злокозненных Малфоев. - Я так и не понял, почему я во множественном числе? Может Скитер стареет или её Прытко Пишущее Перо сломалось? - Потому что тебя слишком много и ты повсюду, - Гермиона отвернулась от стола и сосредоточилась на собеседнике. Драко был в черной мантии, при таком освещении казалось, что это только сгусток тьмы на поверхности которого переливается серебрянная вышивка. Голова и руки как будто торчали из ниоткуда, как бывает если болтать по каминной сети. И при этом он выглядел удивительно гармонично. - Если бы я не была вот этим самым перспективным политиком и не отвлекала на себя внимание, кто-то мог бы заметить, что от моей победы ты получил едва ли не больше чем я. - Ничуть не больше, - возмутился Малфой. - Я получил удобный закон, а ты закон и должность, которая позволит тебе сделать еще больше. - И всё это также будет тебе выгодно. - Ладно, я постараюсь лучше изображать оппозицию, - примирительно улыбнулся он. - Хочешь расскажу Скитер, что ты была ужасной начальницей и заставляла меня пить кофе без сахара. - Лучше пригласи меня танцевать, - сменила тему Грейнджер. - С удовольствием, - он протянул руку и женщина невесомо положила на нее пальцы. - Но разве я не должен сообщить твоему кавалеру, что ворую его даму? - Рон уехал. Он сегодня открывает новый магазин. - Неужели он бросил тебя на Рождество? - удивился Малфой, аккуратно обнимая ее в танце. - Конечно нет! Сочельник только завтра, он ещё успеет вернуться. О, и если мы об этом заговорили, - улыбнулась Гермиона, - где же Астория? - Она… - Малфой помрачнел. - плохо себя чувствует. - В последнее время она постоянно болеет, - припомнила женщина, - кажется, это ненормально. - Да, - тихо сказал Драко и остановился. Они были у самого края зала, так что на них налетела только одна танцующая пара. Гермиона быстро увела друга к стене, чтобы не мешать остальным. - Драко, Господи, у вас случилось что-то ужасное? Ты выглядишь так, как будто… - Это проклятие, - выдохнул он. - Что за проклятие? Что происходит? Почему ты никому ничего не сказал? Песня сменилась, музыка заиграла громче и Гермиона, оглядевшись по сторонам, вывела Малфоя в ближайшую дверь. К счастью, это оказалась дверь с правильной стороны зала, который министерство использовало для праздников. Отсюда было проще попасть в её новенький кабинет. - Малфой, я вижу, что это что-то страшное, - она скрестила руки на груди. Драко сел на край стола. - Почему ты никому ничего не рассказывал? - Тэо и Дафна знают. - Потому что Дафна - её сестра. - Гермиона, вы стали бы паниковать. Я вас знаю, - устало и немного раздраженно сказал Драко. - Вы не умеете сидеть на месте, вы сразу начинаете бежать, спасать, искать способ. Его нет. Это проклятие нельзя снять. - Почему ты так уверен? - такое мнение о ней, Роне и Гарри было вполне справедливым. И как всякие подобные речи воспринималось в штыки. - Одна из двоюродных бабок, или кто она там, была влюблена в моего деда. А может и в прадеда, я так до конца и не уверен. Он её послал. И она наколдовала проклятие, чтобы никаких Малфоев в её семье. Или чтобы никакие Малфои не были счастливы с кем-то из её семьи. Она никому ничего не рассказала. Призналась только на смертном одре, в прошлом году. Она это сделала еще лет пятьдесят назад, сама уже точную формулировку забыла, да и говорила перед смертью невнятно. - Вас перед свадьбой разве не проверяли на проклятия? Даже меня проверяли, хотя Уизли не очень чтут традиции, - Гермиона смутилась и расцепила руки. Теперь она не знала куда их деть. - Проверяли. Вот эта самая бабка и проверяла. Сука, - он вскинул голову к потолку, скрывая выражение лица. - Понятно почему дед её послал, да и все остальные тоже. Стерва. Мы смогли выяснить кое-что. О, если бы мы знали заранее! Асти могла просто не брать мою фамилию и всё бы обошлось. Был еще вариант заставить деда извиниться. Только он мертв. И стерва эта мертва. Всё. - Может портреты? - Я же говорю, что вы сразу начинаете придумывать решение! - в его голосе была усмешка, но она походила на всхлип. - Большинство портретов в Малфой-мэноре сгорели во время пожара. Но я нашел. Да. Я пытался. Её портрет даже заверил, что она простила. Только это не помогло. Я обращался к специалистам по проклятиям из Мунго и к тем, у кого частные практики. Самое оптимистичное, что они смогли мне сказать - проклятие можно было снять до смерти этой бабки, или до рождения Скорпиуса, или еще до чего-нибудь. Теперь нет. Она умирает. Гермиона обняла его и Драко уткнулся носом в кудрявую макушку. На её волосы попадали слёзы, но подруга хотя бы не могла этого видеть. Впрочем Малфой чувствовал, что она тоже плачет где-то там в складках его мантии. Он успокоился минут через пять и теперь уже утешал Гермиону, поглаживая её спину. Каждый раз он задевал собачку замка на платье, и она звякала болтающимися блестящими кристаллами. Драко ухватился за них, чтобы унять этот раздражающий звук. Именно в этот момент в воздухе появился незнакомый патронус и сообщил, что Астория Малфой доставлена в больницу Святого Мунго. 2008 Май Белые стены галереи заливал солнечный свет из двух больших окон. Там снаружи было огромное прозрачное синее небо, яркое солнце и цветы в живописном всё еще полузаброшенном саду. Здесь внутри это казалось далёким и неуместным. Все картины были сняты и стояли лицевой стороной к стене. Возле одной из них разместилась небольшая зачарованная лужайка, где маленький Скорпиус деловито складывал в игрушечный котел пыхающих безопасным дымом маленьких драконов вперемежку с пластиковыми динозаврами. Роза отпустила руку матери и присоединилась к мальчику. Драко сидел на красном параллелепипеде лежавшем в глубине зала. Издалека казалось, что штука покрыта мехом, но вблизи было видно, что это скорее сеть сосудов, из которой топорщатся крошечные отростки. И оно издавало звук похожий на шум в ушах. Ток крови. Биение сердца. - Я хотел сжечь это всё, - сказал Малфой, когда женщина подошла ближе. Он обвел рукой галерею. В руке была зажата палочка. Из её кончика вырвались искры. Драко не обратил внимания. - Но Рон конечно прав, это целое состояние. Это была её идея. Всё это искусство. Хотя мастерские пусть будут. Они мне не мешают. - Придет Блейз и перестроит всё, как ты скажешь. - Да. Точно. Ты видела хоть раз, как он работает? - оживился Малфой. - Это такой цирк, хоть билеты продавай. И ведь получается же. В жизни бы не подумал, что у него будет получаться… Гермиона тоже села на этот странный, как бы живой, параллелепипед. - Я не хочу здесь жить, Миона. И в нашем с ней доме тоже. Да и вообще... - У тебя сын, - женщина осторожно коснулась его руки. Та была горячей как в лихорадке. - Я знаю. Это удерживает, на самом деле, - он отстранился и потёр лицо, как будто хотел проснуться, но ничего не получалось. - Знаешь, я пытаюсь вспомнить, что-нибудь хорошее. Как мы познакомились. Время перед свадьбой. Или хотя бы медовый месяц. Но этого как будто и не было. О чем бы я не думал, вспоминаются только последние полгода. И… Это мерзко и неправильно, но я не могу перестать чувствовать облегчение. Я сижу тут и думаю: "Наконец-то она умерла и всё это кончилось". Это отвратительно, но я не могу перестать. - Это не отвратительно. Драко Малфой сказал бы, что это естественно, - Гермиона попыталась улыбнуться, но он не смотрел, так что она перестала. - Чего добилась эта мордредова бабка? Заставила свою внучатую племянницу долгие месяцы лежать и ждать смерти. Просто лежать и ждать. Все эти колдомедики и вонючие зелья, только затем, чтобы немного отвлечь наше внимание от этого ожидания. Глупая видимость деятельности. Каждый раз, когда я пытаюсь подумать о чём-то хорошем, мне кажется, что мы уже тогда ждали смерти. Шли на свидание и ждали смерти. Обменивались кольцами и ждали смерти. Занимались любовью и ждали смерти. Разве что Скорпиус, - Драко посмотрел на детей, которые что-то горячо обсуждали. - Когда он родился, мы думали только нём. - Драко… - Ещё один факт о волшебных семьях - мы накапливаем не только деньги и связи, но ещё и вот такие дурацкие обиды с проклятиями. - И теперь никаким Малфоям будущего нельзя жениться на любых Гринграссах? - Можно. На будущее мы с Поттером это проклятие сняли. Асти это уже помочь не могло, но такие вещи надо пресекать, пока не разрослось как моровое поветрие. Такое проклятие может начать вычислять всех у кого среди предков есть Малфои и Гринграссы, а таких полно. Ёбнутая бабка! Отомстила моему деду. Он прям расстроился. Он, блядь, умер давно. Ему похер. - Малфой! - Прости, - он снова склонился, упираясь локтями в колени, и разглядывал пол. Впрочем, вряд-ли Драко в этот момент хоть что-то вокруг замечал. Гермиона обняла его за плечи. - Рон уже уехал? - Сразу как от тебя вернулся. Сказал мне, что ты торчишь в галерее и активировал портключ. - Да. Он - хороший друг. - Тэо говорит, что ты от него камин закрыл, - женщина ласково погладила его спину. Драко запустил руки в волосы и склонился ещё ниже. - Дафна потеряла сестру. - Ты же не можешь винить себя за всё, что натворили твои предки. Тем более… - Очень даже могу. Меня так воспитывали, - он поднял голову и даже улыбнулся, хотя улыбка получилась очень грустной. - Я - часть семьи, мы все несём друг за друга ответственность. - Вся вина на той старухе, - Гермиона настойчивее обхватила его плечи. - Вы с Асторией просто любили друг друга. Люди имеют на это право, даже если они из древних чистокровных семей. Он молча смотрел на сына. Скорпиус и Роза поделили игрушки и увлеченно строили из них какой-то свой мир. Солнечные лучи скользили по их лужайке, динозавры прятались в траве и как бы нападали на драконов, но те храбро отбивались. Дети что-то говорили и смеялись, разбивая угнетающий звук сердцебиения, который издавал артобъект, где сидели их родители. - Может матушка теперь переберется сюда, - вдруг сказал Малфой. - Кажется, после ареста Майерса, ей уже не так хочется жить в той квартире. Я мог бы вернуться туда со Скорпиусом. - Или купить ещё одну в том же районе. Пора окончательно выселить оттуда маглов, - усмехнулась Гермиона. - Да там уже каждая вторая дверь с маглооталкивающими чарами. Не понятно, как они ещё могут оставаться в нашем квартале, - он тоже улыбнулся, на этот раз не так печально, даже почти спокойно. - Интересно, как ребята вышли на него. Такое неординарное мошенничество. - Фрэнк сказал, что ему это дело передали из Аврората. Поттер напрямую не говорит, но намекнул, что ему Майерса тоже кто-то сдал. Я думаю, это маман. В последнее время он перекинул свой пыл на тётю Меду, матушка ни за что не стала бы это терпеть. - А твой отец? - осторожно спросила женщина. - А что отец? Это мы тут живём, что-то делаем, что-то с нами происходит, а ему ещё два года в шахматы с начальником тюрьмы играть.