Shared Possessions

Очередной фееричный концерт SMTown подходит к завершению. Фанаты безумствуют, до хрипоты выкрикивая имена своих кумиров, аплодируют, обрушивая овации ударной волной на сцену. А стоящие на ней люди упиваются этими мгновениями, испытывая эйфорию, чувствуя, как сердце в бешеном ритме бьётся о грудную клетку. Финальная песня, исполняемая вместе, словно сближает айдолов, заставляя их ощущать тонкую, но прочную связь, которой они опутаны уже не один год. Они дурачатся между собой, перешёптываются и смеются. Донхэ ерошит волосы Ынхёку, что делает его в итоге похожим на растрёпанного воробья, Сонмин вместе с остальными раздаёт автографы, сидя на краю сцены. Только Шивон не участвует в этом. Он занят совсем другим. В очередной раз он пожирает взглядом хрупкую фигурку мальчика-оленёнка, как зовут его многие в SM. Непосредственность Лухана, его искренность и, в определённом смысле, наивность очаровательны и заразительны настолько, что, оказавшись в его обществе, уже через несколько минут попадаешь под его влияние. Влияние, которому невозможно противиться. Шивон думает, что он круглый дурак, время от времени, понимая, что едва ли он единственный, кто испытывает, находясь рядом с Луханом, такие чувства. Но от этого ему не легче и выбросить из головы мысли, уже давно ставшие навязчивыми идеями, уже практически невозможно. Шивон хочет его. Хочет видеть, как Лухан будет извиваться под ним, прогибая спину идеальной дугой. Хочет слышать его стоны и мольбы продолжать. И слышать их не через стену номера в отеле, а глядя ему в глаза, видя, как ему хорошо. С каждым разом он становится всё более чудовищно очевидным, будучи не в силах скрыть алкающих взглядов, направленных в сторону светловолосого юноши, отдающего свою солнечную энергетику всем окружающим. Иногда Шивон даже не пытается «маскироваться», лишь мимолётно поглядывая на вожделенный объект. Он с жадностью ловит каждый взмах рук, каждый поворот головы. Ревностно следит за каждой улыбкой, тронувшей чувственные губы. И, не в состоянии бороться с этим, представляет, как восхитительно бы смотрелся его возбуждённый член в плену этих губ. Он настолько откровенно пялится на Лухана, что даже всегда снисходительный к подобным вещам Итук, приобнимая его сзади за талию, шепчет о том, что скоро Шивон прожжёт взглядом дыру в изящной спине мальчика. Чхве в ответ на это смущённо опускает взгляд, бормоча себе под нос, как тяжело ему себя контролировать в эти мгновения. - Я знаю, - с беззлобной усмешкой отзывается на эти слова Итук. – По твоим взглядам всё на раз читается. Я говорил… - он перешёл на шёпот на ухо Шивону. – Говорил, что тебе стоит учиться держать свои истинные эмоции под контролем. Но ты, похоже, так и не научился этому… Тебя можно читать, как открытую книгу, Шивон-ши… Мужчина тяжело вздыхает, смотря в толпу, изо всех сил стараясь не повернуть голову вправо. Где, через несколько человек от него, стоит Лухан. Он и так знает, что мальчик словно светится изнутри сейчас, улыбается толпе. И держится за руки со своим названным братом, Сехуном. Они очень похожи. Как внешне, так и в характере их есть общие черты. Но… Сехун другой, думает Шивон, когда, не удержавшись, всё-таки устремляет свой взгляд в их сторону. Сехун совсем не такой, как Лухан. Да, он красив. Да, он мил и юн. Но… Всё же в нём нет той изюминки, что есть в его светловолосом согруппнике. Той самой, которая покорила Шивона. И теперь это желание, эта страсть не оставляет его в покое ни на минуту. Стоящий рядом Итук тихо усмехается, наблюдая за поведением и реакцией Чхве. Он всегда всё замечает. Даже когда это, возможно, и не видят другие, для него это как на ладони. Одержимость Шивона Лу Ханем – одна из таких вещей. Вполне может быть, что остальные и не видят всего этого, того, как меняется брюнет, когда в поле его зрения попадает Лухан. Как расширяются его зрачки и пересыхают губы. Итук видит это. И точно так же он прекрасно видит, как смотрит на Ханя лидер китайской подгруппы. И как Лухан на него смотрит, когда думает, что никто не заметит. И Итук прекрасно знает, под кем стонет Хань каждую ночь в номере отеля. Это всё слишком очевидно, поэтому не бросается в глаза, так кажется ему. Сам же лидер за долгое время научился прятать свои истинные желания под маской бесшабашного веселья и заряда энергии. Именно поэтому ни Шивон, ни кто-либо ещё, даже не догадывается о том, что испытывает Итук, когда Лухан прижимается к нему плечом слишком тесно во время финального номера и прощания с фанатами. Когда они настолько близко, что Итук чувствует исходящий от кожи младшего запах. Запах свежей травы и весеннего дождя. Этот, совсем ещё юный, молодой человек не до конца понимает, возможно, какое влияние оказывает на людей. Или наоборот, прекрасно знает и пользуется этим при каждом удобном и неудобном случае. С ответом на этот вопрос Итук пока не может определиться. Вместо этого он, сегодня, на этой сцене, снова видя сияющего Лу Ханя, наблюдая за тем, как изводится, глядя на него Шивон, лидер решил, что настало время действовать. Сегодня или никогда. Вечеринка в ресторане отеля оказалась куда более шумной, чем предполагали даже сами отмечающие грандиозный успех шоу айдолы. Алкоголь лился рекой, усталость после концерта как рукой сняло, и танцпол буквально наводнили желающие танцевать, сливаясь с музыкой, доносящейся из огромных динамиков, в единое целое. Именно тогда Итук начинает свою небольшую игру на одну ночь. Он придерживает собравшегося танцевать поддатого Шивона под локоть, вынуждая сесть на место. Брюнет недовольно хмыкает и уже собирается высказать своё негодование по этому поводу, но замолкает, едва открыв рот, когда лидер шепчет ему на ухо то, что хочет сделать. И то, что собирается сделать сегодня. Зрачки мужчины расширяются, а адреналин вперемешку с алкоголем мгновенно вскипает в крови, пуская по венам самый настоящий огонь. И на месте становится усидеть гораздо труднее. Но тихое «Ещё не время…», что Итук выдыхает ему на ухо, заставляет взять себя в руки и ждать. Ждать подходящего момента. Итук практически неотрывно следит за Луханом. Мысленно подсчитывая, сколько рюмок мартини он выпил. И когда их число выросло до пяти, а Крис исчез из поля зрения блондина, он поднялся из-за стола и свободной походкой направился к барной стойке, за которой сидел Хань. Предварительно шепнув Шивону выждать несколько минут. Лухан задумчиво потягивает коктейль из высокого стакана через соломинку, и создаётся впечатление, глядя на него, что он кристально трезв. Но Итук прекрасно видит совершенно явные признаки опьянения на красивом лице и в выразительном всегда взгляде. Он слишком хорошо успел изучить мальчика за то время, что они знакомы, чтобы не замечать этих деталей. Он садится на высокий барный стул слева от Лухана. А затем склоняется к покрасневшему уху юноши и шепчет ему, совершенно не стесняясь, то, что давно хотел сказать, и то, что хотел воплотить в жизнь. Итук знает, подсознательно чувствует, что сейчас Хань не сможет отказать. Не сможет воспротивиться его предложению. Он видит, как проступает на светлых щеках пунцовый румянец, по мере того, как он всё откровеннее и развратнее, опаляя горячим дыханием ухо, говорит, описывает во всех красках то, что хочет сделать с Луханом, ненавязчиво, даже слишком для такой ситуации, поглаживая младшего по бедру, временами позволяя себе опускать ладонь на его внутреннюю сторону. Хань прикрывает глаза, уже мало что соображая адекватно после выпитого, но всё ещё находится в состоянии воспринимать реальность. И все его ощущения, против воли, концентрируются на том, как Итук поглаживает его ногу, и как болезненно упирается в плотную материю одежды возбуждённая плоть. Он не понимает, а скорее чувствует, что хочет, чтобы Итук сделал с ним всё то, что так ярко описывает сейчас. Лухан утопает в этом желании и даже не сразу понимает, что к ласкающей руке старшего на одном его бедре добавляется другая, более широкая ладонь, ложась на другое бедро, поглаживая и сжимая его. Лухану не хочется поворачиваться, чтобы посмотреть в глаза тому, кто стоит у него за спиной, тем более что он, на уровне интуиции, догадывается, что это Шивон. Его желания, в отличие от Итука, было трудно не заметить. Прижимаясь к нему спиной, чтобы сделать контакт через одежду ещё более тесным, жмурясь от удовольствия, когда рука старшего в очередной раз проходится по внутренней стороне бедра, Лухан прекрасно понимает, на что сейчас подписывается. Равно как понимает и то, что ему действительно этого хочется. Ему нравится Итук с его мягким нравом в сочетании с решительностью и внутренней силой, присущей настоящему лидеру; и его тело, накаченные руки и рельефный торс, по которому хочется провести языком. Ему нравится Шивон, стойкий, властный и такой сильный, что спокойно может удержать его на весу одной рукой. Не умеющий маскировать свои желания. Лухан сам встаёт со стула, оправляя одежду, и уже собирается идти в сторону лифтов, ведя старших за собой, когда сталкивается взглядом с Крисом. Лидер стоит в трех метрах от них и внимательно смотрит на своего парня. И Хань, ощущая себя немного протрезвевшим, думает о том, что скандала не избежать. Возможно, так думали и Шивон и Итук, но, стоило Крису подойти к ним почти вплотную, их неуверенность сменилась решительностью. И старший лидер говорит, так же откровенно и честно, как ещё несколько минут назад говорил Лухану, что происходит и почему. Он не боится реакции Ву. Он готов к любой из возможных. Крис задумывается на некоторое время, хотя, скорее, пытается решить для себя, правильно ли он собирается поступать. И, наконец, решив, склоняется к Итуку и вполголоса говорит о том, что уже давно всё это знал, давно всё заметил. От услышанного Шивон непроизвольно вздрагивает, словно только сейчас осознавая, насколько он был очевиден для окружающих. А потом Ву замолкает на пару секунд. Но только для того, чтобы набрать воздуха в грудь и выдохнуть на ухо старшему мужчине: - Я буду смотреть. И оторву головы обоим, если ему будет больно. Хань слабо помнит, как они оказываются в лифте, как выходят на нужном этаже и как идут по коридору в номер. В номер Итука. Полное осознание действительности возвращается к нему лишь тогда, когда он видит перед собой разобранную постель с белоснежным бельём. Сердце колотится в бешеном ритме, дыхание сбивается. А душа замерла, словно в предвкушении чего-то волшебного, что должно произойти. Он всё ещё пьян, отчего все ощущения обостряются до предела. Лухан смотрит на Криса, который проходит вглубь комнаты и усаживается в большое мягкое кресло, кладя ногу на ногу. Мысль о том, что он, его Крис, его любимый, будет наблюдать за ними, заставляет подгибаться колени. Шивон нетерпеливо поворачивает лицо юноши к себе, держа за подбородок, и припадает к чувственным губам. Всё ещё не в силах поверить в то, что это происходит наяву. Объект его самых возбуждающих эротических фантазий, человек, думая о котором, он мастурбировал в душе каждый вечер в течение нескольких месяцев, млеет сейчас в его руках и отвечает на его поцелуй. Это слишком хорошо, чтобы быть правдой, - последняя здравая мысль, посетившая Шивона в эту ночь. Итук прижимается грудью к спине Ханя, вытаскивая его майку из джинсов, чтобы иметь возможность проскользнуть руками под тонкую ткань и касаться его кожи. Лухан стонет в рот Шивона, когда блондин трёт между пальцами мгновенно затвердевшие соски и проводит языком по задней части шеи, рядом с линией роста волос, а потом переходит за ухо, оставляя не очень заметный засос. Как напоминание о происходящем. Насладившись сладостью губ младшего, Шивон отстраняется от его лица, но лишь для того, чтобы опуститься жадными поцелуями на шею. Хань начинает теряться в ощущениях, тихо всхлипывая и прикрывая глаза. Мягкие прикосновения Итука вкупе с требовательными – Шивона, сводят с ума. Ещё раз проведя кончиком языка за ухом юноши, Итук немного отстраняется и одним ловким движением разворачивает Лухана лицом к себе, почти сразу затягивая в томный французский поцелуй, лаская его язык своим. Шивон в это время проводит ладонями по его торсу поверх футболки, и, дойдя до её кромки, дёргает ненужный сейчас предмет гардероба вверх, заставляя Итука отстраниться. Хань, словно по команде, поднимает руки, чтобы снять футболку, но мужчина позволяет ему только стянуть с головы ворот, перехватывая его руки, так, что они оказываются фактически связаны у него над головой. В таком положении находиться крайне неудобно, и Лухан морщит нос, ощущая, как с каждым мгновением всё сильнее затекают руки. Но спустя всего несколько мгновений все неприятные ощущения отходят на второй план, потому что Итук опускается перед ним колени и быстрыми, привычными движениями расстёгивает его джинсы и стягивает вместе с бельём до щиколоток. Шивон придерживает его поднятые вверх, запутавшиеся в футболке руки одной своей. Пальцами другой он обхватывает основание возбуждённой плоти Ханя и направляет её в открытый рот лидера. Лухан готов сойти с ума уже от первого прикосновения горячего языка к головке. Итук вылизывает его старательно, упоённо, наслаждаясь тем, что делает, смотря на юношу снизу вверх настолько многообещающим взглядом, что Хань не сдерживается и тихо, но протяжно стонет, откидывая голову на плечо стоящему за его спиной Шивону. Ему очень хочется увидеть лицо Криса в эти мгновения. Но повернуть голову не представляется возможным, мышцы шеи и рук затекли от неудобства позы. Хань прикусывает губу, чтобы сдержать более громкий и долгий стон, когда Итук погружает его член в рот почти наполовину, а Шивон начинает медленно двигать рукой от основания вверх, соприкасаясь кольцом пальцев с влажными губами старшего, а потом обратно. Темп этих движений то увеличивается, то уменьшается, и Лухану чертовски мало этого. Он подрагивает, когда приближается к пику возбуждения, но тут же разочарованно выдыхает, когда Шивон пережимает основание его члена пальцами, давая понять, что для этого время ещё не пришло. Они отпускают его, и Лухан может, наконец, опустить руки и снять до конца чёртову футболку. И едва он отбрасывает её на пол, как его буквально опрокидывают на постель и тут же затягивают в долгий жаркий поцелуй. Шивон целуется совсем не так, как Итук. В его поцелуях чувствуется сила. Которой невозможно перечить или препятствовать. И Лухан полностью отдается этому ощущению, позволяя мужчине засасывать его язык, облизывать и кусать почти до крови губы. Он подцепляет край майки старшего и тянет вверх, заставляя Шивона прервать поцелуй и отклониться назад, чтобы снять её. Хань восхищенно вздыхает, когда видит перед собой сильное, накаченное тело, и, не в силах удержаться, проводит раскрытыми ладонями по мощной груди и чётко очерченному прессу, а потом приподнимается на локте и повторяет прикосновение, но уже приоткрытыми губами. Итук не без удовольствия наблюдает за ними, избавляясь от одежды. И пару раз перекидывается взглядами с Крисом, спокойно сидящим в кресле и наблюдающим за происходящим. Но он спокоен лишь визуально. Блондин прекрасно видит горящую в тёмных глазах ревность. Крису не нравится видеть, как к его мальчику прикасается кто-то другой, целует и ласкает его. Но он продолжает смотреть, впитывая каждое мгновение, каждый вздох Лухана, каждый его стон. И старается не думать о том, что с каждой минутой штаны кажутся ему всё более тесными. Опускаясь на кровать рядом с распластанным на белоснежной простыне Луханом, Итук обводит кончиком пальца контур его уха, а потом касается хряща языком, спускаясь к мочке, чтобы обхватить её губами. Хань тихо хнычет от захлёстывающих его ощущений, когда Шивон, оставив влажный след от поцелуя на выступающей ключице, опускается вниз и садится у него в ногах. - Ты ведь знаешь, как долго он хотел тебя… - шепчет ему на ухо Итук, когда Шивон обхватывает губами головку члена младшего и медленно опускается вниз. – Ты умеешь сводить с ума, Лу Хань… Заставлять желать тебя так, что перед глазами мутнеет… - Лухан откидывает голову назад, открывая доступ к шее, и стонет всё громче, по мере того, как увеличивается темп движений чужих губ на его плоти. Итук, пользуясь моментом, проводит языком по кадыку и слегка прикусывает его. Хань немного поворачивается в его сторону, чтобы прикоснуться, наконец, к безупречному телу своего сонбэ. Он обводит пальцами каждый кубик пресса, поднимаясь выше, обхватывая сосок. И уже через мгновение заменяет пальцы губами, втягивая его в рот и касаясь языком. Итук шумно выдыхает, прижимая голову младшего сильнее к своей груди и неотрывно наблюдая за тем, как скользят припухшие губы Шивона по плоти Ханя. Пробежавшись пальцами по спине Лухана от лопаток до поясницы, Итук отклоняется от него, а через несколько мгновений оказывается сидящим у него на груди. - Ты ведь хочешь доставить удовольствие своему сонбэ?.. – это звучит скорее не как вопрос, а как констатация факта. Да и ответ на него никому не требуется, Лухан с готовностью открывает рот, позволяя Итуку самому задавать темп и глубину проникновения. Лидер двигается медленно, не желая, чтобы всё закончилось слишком быстро, и стараясь свести дискомфорт Ханя к минимуму. Но парень удивляет его, когда приподнимает голову и почти без труда принимает его далеко не маленький член почти до основания, а потом отклоняется назад, полностью выпуская изо рта. Итук пораженно выдыхает и еле слышно просит повторить. И Лухан повторяет, доводя старшего почти до сумасшествия. Увлечённый, Лухан не сразу понимает, что Шивон больше не ласкает его член, и осознаёт это только тогда, когда горячий язык касается тугого колечка мышц. Он мгновенно откидывает голову на подушку и пошло стонет. А Крис со скрываемой с трудом злостью сжимает подлокотники кресла, прекрасно помня и зная, как реагирует Хань, когда его касаются там. И что, сколько бы он ни отнекивался и ни утверждал, что это не так, он без ума от римминга. Развратный стон юноши становится для Шивона своеобразным сигналом того, что он всё делает так, как надо. И от этого крышу сносит окончательно. Он разводит ноги Ханя настолько широко, насколько возможно, вылизывая внутреннюю сторону изящных бёдер, засасывая светлую кожу, совершенно не смущаясь того, что останутся засосы. Шивон без ума от мысли о том, что хотя бы неделю эти отметины будут служить Лухану напоминанием о происходящем сегодняшней ночью. Итук запускает пальцы в волосы юноши, мягко, но настойчиво притягивая его голову к своему паху. И Хань вновь послушно вбирает его плоть в рот, обхватывая руками и сжимая ягодицы старшего. Шивон облизывает пальцы, а затем медленно вводит один во влажный от его собственной слюны анус. И не может не отметить, насколько легко его палец проскальзывает внутрь. Мужчина оборачивается и почти сразу сталкивается с прямым, наглым и собственническим взглядом Криса, на губах которого играет удовлетворенная ухмылка. Да, именно он обладает этим телом каждую ночь. Независимо от того, в какой стране они находятся, в каком городе, в отеле или у себя в общежитии. Понимая, что тратить время на долгую подготовку младшего нет необходимости, Шивон добавляет ещё два пальца, разводя и сводя их внутри податливого тела. Хань нетерпеливо двигает бёдрами, давая понять, что ему надоела эта слишком затянувшаяся прелюдия. И старший убирает пальцы, поднимаясь на ноги. Он дразняще проводит сочащейся смазкой головкой меж ягодиц Лухана, отчего парень одобрительно стонет. Шивон не сразу понимает, что его зовут по имени. Равно как и то, что его зовет не Хань и не Итук. Поэтому, когда он осознаёт в полной мере, что к нему обращается Крис, то оборачивается через плечо и смотрит на молодого человека непонимающим взглядом. Ифань, не произнося больше ни слова, бросает Шивону маленькую квадратную коробочку, которую старший на автомате ловит. И, видя, что это упаковка презервативов, не может сдержаться от ухмылки. Распаковав презерватив и раскатав его по возбужденному члену, Шивон вновь пододвигается к Лухану и, подхватывая его под бёдра, входит одним толчком. Юноша вздрагивает и протяжно стонет, впиваясь короткими ногтями в предплечья Итука, всё ещё сидящего у него на груди. Впрочем, уже через пару секунд мужчина поднимается на ноги и садится справа от Ханя. Он наклоняется, и целует парня в губы, его рука ложится на возбуждённый член парня, лениво поглаживая. Никто из находящихся в комнате не хочет, чтобы всё закончилось слишком быстро. Хотя и Итук, и Шивон, и Лухан чувствуют, что едва ли смогут выдержать эту сладкую пытку слишком долго. Чхве, крепко обхватив пальцами узкие щиколотки Ханя, разводит его ноги в стороны настолько широко, насколько позволяет его растяжка, заворожено наблюдая, как его плоть входит до основания в горячее тело под ним. Лухан извивается на простынях, прикусывая верхнюю губу целующего его Итука, уже в следующее мгновение чувствуя во рту металлический привкус. Но лидер не обращает на эту боль никакого внимания, она лишь добавляет остроты происходящему. Он поднимает голову, внимательно смотря теперь на Шивона, стараясь уловить каждое, малейшее изменение в его лице. Вот он приоткрывает рот, испуская тяжёлый, судорожный вздох, когда дышать носом становится практически невозможно. На его лбу проступили капельки пота, срывающиеся вниз при каждом мощном толчке. Он сжимает бёдра Лухана до синяков, уже почти не контролируя себя. Итук пошло улыбается и слизывает капли крови, выступившие из прокушенной губы, прежде чем приблизиться к своему согруппнику и выдохнуть ему в губы «Ты забыл о том, что сладким нужно делиться». Услышав это, мужчина хмурит брови. Он не хочет делиться этим телом сейчас. Ведь, скорее всего, это первый и последний раз, когда он имеет возможность сполна насладиться Ханем, его покорностью, его стонами, жаром его тела. Но, встречаясь взглядом с горящими глазами своего лидера, Шивон прекрасно понимает, что Итук находится в тех же условиях. С теми же шансами. Он, нехотя, и довольно резко покидает тело Лухана, заставляя юношу протестующе захныкать и потянуться к нему руками. Не упуская момента, Чхве тянет его на себя, заставляя принять сидячее положение. Итук садится позади Ханя, разводя ноги в стороны. Надев презерватив, он обхватывает парня за талию и тянет на себя, направляя свой член свободной рукой. Он хочет оказаться внутри Лухана медленно, чтобы младший почувствовал каждый сантиметр его возбуждённой плоти. Но Лу совершенно не желает терпеть, поэтому через пару секунд сам насаживается на член Итука до основания, заставляя мужчину резко выдохнуть через рот, лишая себя и без того жалких остатков кислорода. Хань пытается двигаться самостоятельно, но с каждым мгновением ему всё тяжелее задавать ровный темп, слишком срывает крышу от ощущений, когда член старшего проходится по простате. Шивон поднимается на ноги, нетерпеливо стаскивая презерватив. И хотя на мягком матрасе довольно тяжело удерживать равновесие, это последнее, о чём он думает, когда становится перед Луханом, и юноша без лишних просьб обхватывает губами его член, начиная быстро двигать головой. Чхве, словно завороженный, смотрит сверху вниз, жадно ловя взглядом каждое движение пухлых губ по возбуждённой плоти. Он так долго и так отчаянно хотел этого, что его хватает меньше, чем на минуту, и он в последний момент отстраняется от Ханя, чтобы уже через мгновение кончить ему на лицо. А потом он опускается на колени и целует юношу, пошло, развратно, практически трахая его рот своим языком, слизывает собственную сперму с его щёк и подбородка, оставляя следом за прикосновениями языка слишком целомудренные для происходящего поцелуи. Длинные пальцы Криса впиваются в подлокотники кресла, сжимая обивку до треска. Он и представить себе не мог, насколько будет душить его злость и ревность, когда он будет наблюдать за тем, как Хань получает удовольствие в чужих руках. И он не предполагал даже, как сильно возбудится от этого зрелища. Коктейль, смешанный из сильнейших эмоций, ударяет в голову всё больше с каждым мгновением. Ву неотрывно смотрит на то, как Шивон целует юношу, как вылизывает его лицо, собирая свою же сперму. Как опускается ниже, чтобы обхватить губами сосок, заставляя очередной громкий стон сорваться с губ Лухана. Как отчаянно кусает губы Итук, снова и снова поднимая Лу за бёдра, сминая нежную кожу, и резко опуская на свою плоть, пуская волны удовольствия по тонкому телу. Шивон ведёт влажную дорожку языком по животу младшего, оставляя алеющий засос чуть ниже пупка, а потом скользит ниже, вбирая возбуждённый орган в рот. Он двигает головой быстро, желая как можно скорее подвести Ханя к краю, заставить его потерять голову и рухнуть в забытье. Но он не может не чувствовать прожигающий спину взгляд. Крис тихо рычит, потому что боль в паху становится почти невыносимой, но ничего не предпринимает. Он сможет избавиться от собственного напряжения чуть позже, сейчас же ему в сотни раз важнее не упустить ни секунды, ни единого вздоха своего возлюбленного, тающего под ласками чужих рук и губ. Лухан стонет и извивается, то подставляясь под мягкие губы Итука, покрывающего поцелуями его спину, то резко двигая бёдрами, заставляя Шивона принять его как можно глубже. Непроизвольно закатывает глаза. Значит, скоро кончит. Крису есть, с чем сравнивать. Поэтому он поднимается на ноги, игнорируя дискомфорт между ног, и уверенной походкой направляется к постели. Шивон выпускает член младшего изо рта и даже вздрагивает, когда на его плечо ложится рука. Он поворачивается и поначалу с лёгким непониманием смотрит на нависшего над ним Криса. Но спустя несколько мгновений неотрывного взгляда в глаза напротив, он всё понимает. И тихо усмехается, отодвигаясь от Ханя, уступая место. Теперь он просто зритель. Крис никому и никогда этого не позволит, даже если есть хотя бы один процент вероятности, что когда-нибудь он захочет повторить этот вечер. Это только его привилегия. Только его право чувствовать терпкий вкус удовольствия любимого человека на языке. Лухан из последних сил фокусирует взгляд, и в помутневших от наслаждения глазах проскальзывает удивление, когда он видит, как Крис опускается перед ним на колени. Но уже в следующий миг он забывает обо всём на свете, возможно, даже о том, кто он такой, когда Ву начинает ласкать его губами и языком. Он запускает пальцы в мягкие волосы своего парня, оттягивая пряди почти до боли. Но Крису это нравится. У него срывает крышу от этих ощущений. Он никогда не сможет насытиться Луханом полностью. Его желание, словно бездонная чаша, которую невозможно наполнить, сколько бы воды туда ни налить. Он понимает это в очередной раз, когда Хань изливается ему в рот, выстанывая такое сладкое для его слуха «Фань…». От ощущения того, как туго сжались мышцы вокруг его плоти, Итук теряет голову, испытывая, пожалуй, один из самых сильных оргазмов в жизни. Он впивается зубами в плечо уже ничего не соображающего Лухана, а потом откидывается на подушку, пытаясь выровнять дыхание и утихомирить дикое биение сердца. Шивон, расслабленно улёгшись на большой кровати рядом со спящим Итуком, почти заворожено наблюдает за тем, как Крис трясущимися руками помогает одеться измотанному, еле шевелящему конечностями Лухану. А потом, когда юноша полностью собран, целует его в губы, с такой нежностью, что у Чхве щемит сердце. А потом они, не сказав ни слова, покидают номер, держась за руки. И Шивону не нужно озвучивать это вслух, чтобы понять – сегодняшняя ночь не повторится. Крис больше не позволит. Но он ещё долго будет помнить, как извивался и стонал под ним Лухан, ставший героем самых ярких его сексуальных фантазий.